Как добраться до Аляски?

      А после, Эдд пытался вспомнить, каким образом он оказался на вечеринке у Пэрри. Возле него были «размытые» лица одноклассников, большинство которых уже напилось так, что стоять на ногах они стойко не могли. Но Гулда мало интересовало состояние его одноклассников. На душе было настолько паршиво, что создавалось впечатление, что из него высосали все жизненные соки, прополоскали ими горло и залили обратно в парня. От подобных мыслей становилось ещё гаже, поэтому парень прогнал их от себя и решил осмотреться вокруг.       В уголке, пока никто не видел, Алекса тихо спаивала Шпилц. Последняя, конечно, была не против такого развития событий, но всё равно выглядело это странно. Кэтрин Шпилц, отличница, приличная девочка. И Алексис Свайт, хорошистка, не менее приличная особа. Бесспорно, о пристрастиях Алексы к алкоголю все знали, но до того, чтобы она спаивала Кэти, дело ещё не доходило. Тем не менее, это их со Шпилц личное дело, и Эдвард в него лезть не собирается.       Поворачивая голову в другую сторону, брюнет натыкается на Дороти и беседующего с ней Пэрри. Как жаль, что у него нет шансов. Эта Саймон была по уши влюблена в Тома, а потому, кроме него, никого из других парней не замечала. Валонски же продолжал вздыхать по главной красавице в их классе и давится от того, что кислород, который источала брюнетка, был убийственным. Эх, а из них бы вышла неплохая пара. Хотя… Дороти в роли чей-либо девушки сложно представить.       Кареглазый парень оставляет в покое эту парочку и переходит к следующей. Теперь ему попадается Мэтт, который о чём-то беседовал с Эдуардо. Как ни странно, этот брюнет плохо относился только к Эдду. С Томасом и Мэттью он общался вполне по-дружески. Эдвард никогда не задумывался, что он такого сделал своему однокласснику, и, кажется, не собирается задумываться об этом. У него есть друзья, которых он устраивает. Кстати об этих друзьях.       Без Риджуэлла сейчас было как-то скучно. Обычно он придерживается Алексы, но частенько бывает, что эти двое находятся рядом с Гулдом и составляют ему компанию. К сожалению, сейчас Томас пишет музыку для соло Харгрэйвса, но Эдд не знает этого, потому что это маленький сюрприз для него. А сам рыжик находился в компании другого парня. От этого на душе Гулда становилось как-то завистливо и ревниво.       Эдвард даже не успел понять, когда их с шатеном взгляды встретились. Просто в один момент он заметил, что голубая, чистая вода двух родных глаз начала затягивать в свою пучину. И чтобы не потонуть в этой пучине тепла и света, брюнет принялся перебрасывать свой взгляд на других одноклассников. Но глаза предательски возвращались к одной и той же фигуре. К рыжим волосам, ровному носу, к спрятанному за фиолетовым свитером с оранжевым орнаментом телу, к рукам, таким согревающим и заботливым. А самое главное, к голубым, манящим глазам.

Да я с ума скоро сойду из-за тебя.

      Признавать этого не хотелось, но, просматривая в своей памяти все недавно произошедшие события, кареглазый парень приходил только к такому заключению. А может, Том был прав, когда задал тот странный вопрос? Вдруг Эдд действительно хотел своего лучшего друга? Но если это и так, то почему? Что повлияло на появление такого непонятного желания? Неужели это такой ответ на чувства Мэтта? Или же у Гулда просто подошёл период, когда хочется переступить порог девственности и стать мужчиной? Тогда почему он хочет не какую-нибудь одноклассницу, а Мэттью? Боже, как же трещит голова. — Эй, хорош киснуть, — восклицает над ухом Пэрри и приобнимает Эдварда за плечо. Последнему крайне неприятно от того, что кто-то посмел нарушить его личное пространство, но руку он не скидывает. — Ребят, может в бутылочку сыграем?       Многие, стоявшие неподалёку быстро согласились. Небольшая компания расположилась в кругу на полу. Остальные подростки тут же сообразили к чему всё клониться, потому мгновенно присоединились. Брюнет сел рядом с Валонски, ожидая, что Мэттью сядет рядом с ним, но он сел непосредственно напротив своего лучшего друга, объясняя их тайным жестом, мол, «Так вышло». Кареглазый парень натянул усталую улыбку и ответил уже менее тайным жестом, что всё нормально. И, казалось бы, сейчас они просто поиграют в такую примитивную игру, как бутылочка, но тут над ухом Эдда снова раздался громкий из-за алкоголя голос Пэрри, из-за Гулд вжал голову в плечи, пряча кончик носа в воротник оранжевого свитера с фиолетовым орнаментом. — Итак, чтобы игра стала веселей, я вношу некоторые изменения в игру. Целуются все со всеми, то есть и парни, и девушки. Чтобы не смущать пару, которая будет целоваться, мы закроем её в шкафу на две минуты. Но, чтобы поцелуй состоялся, мы намажем одному из партнёров губы помадой. Она должна остаться на губах второго партнёра. То есть в щёку, в шею, в руку целовать нельзя. И стирать помаду пальцами тоже нельзя. Всем всё понятно? — быстро протараторил шатен и оглядел всех присутствующих. Подростки утвердительно закивали. — Что ж, тогда приступим.       Парень тут же взял бутылку и раскрутил её. Горлышко указывало на Дороти. Что же, ему явно повезло. Саймон наиграно закатила глаза, при всех накрасила губы своей яркой помадой и затащила Пэрри в шкаф. Появилась эта странная парочка ровно через две минуты, когда все уже обсуждали последнего вышедшего Человека Паука. Девушка пафосно села обратно на своё место и раскрутила бутылку. Та указывала на почти спящую на плече Алексы Шпилц. Брюнетка во второй раз закатила глаза, подхватила Кэти и потащила её в шкаф. В этот раз несколько людей переключились на происходящее. Пэрри пристально смотрел в сторону шкафа и ждал появления двух девушек. Свайт же косилась на шкаф из-за плеча. Видимо, её совсем не обрадовал выбор бутылки. Эдвард следил не сколько за рядом сидящим Валонски, сколько за Алексис. Её совсем не радовали сложившиеся обстоятельства.       Когда же Дороти выскочила из шкафа, Кэти опустошённо прошагала на своё место. Осторожно крутанув бутылку, она уткнулась лицом в плечо своей подруги, чтобы не видеть, на кого попадёт горлышко на этот раз. Почувствовав лёгкое прикосновение к своей щеке и увидев вымученную улыбку на лице смуглой девушки, Кэтрин поняла, что теперь ей нечего бояться. Кажется, она даже охотно заскакивала за Алексой в шкаф. Ну да, Свайт же целуется куда гораздо мягче, чем Саймон. Это Эдд знал по предыдущим играм в бутылочку на прошлых вечеринках.       Когда же эти двое вернулись и Алекса прокрутила бутылку, настала очередь Мэтта. Харгрэйвс не сразу понял, что бутылка указывала на него, но когда ему стали откровенно намекать, что пора бы встать и пойти в шкаф, Мэттью выдохнул, поднялся со своего места, протянул руку шатенке и помог ей встать. В течение тех двух минут, которые рыжик отсутствовал, Гулд не мог избавиться от навязчивой мысли, что он завидует. Завидует Свайт точно также, как та завидовала Саймон, когда она затащила её подругу. Кстати о Шпилц. Девушка сидела, поджав ноги под себя, обняв их руками и положив на них голову, и сквозь очки изучала бутылку. Потом, услышав скрип двери шкафа, она быстро повернула голову в сторону предмета мебели. Смуглая девушка вышла первой. Она не была довольна поцелуем, но и совсем недовольной, как так же Дороти, она не выглядела. Голубоглазый же парень выглядел точно также, потому нельзя было сказать, что для них этот поцелуй что-то значил. Зато следующая пара запомнит свой поцелуй навсегда. — Опа-на! — воскликнул Валонски, когда горлышко бутылки остановилось на его соседе. Кажется, оранжевый свитер был натянут на тёмную голову полностью. — Кому губы красить будем? Мамочке или папочке? — Мне, — поднимает руку шатен, прекрасно понимая, что Гулд ни за что не согласиться накрасить губы. Он вообще ни на что не согласиться.       Тем не менее, Эдд поднимается, когда Харгрэйвс подходит к нему. Просто потому что нужно выполнить задание тупой игры. Вообще, кто его заставлял играть в эту бутылочку? Он мог остаться в стороне, как некоторые другие одноклассники, а Мэтт остался бы вместе с ним. Или же… не остался бы?       Когда дверь в шкаф закрывается, Эдвард понимает, что его сердце колотиться слишком быстро. Оно начинает бежать ещё быстрее, когда Мэттью ставит одну свою руку возле его лица. В карих глазах плескается немое недоверие и маленький испуг. Но в то же время, когда карий взгляд встречается с чужим, голубым, как чистое небо, на брюнета накатывает какое-то непривычное спокойствие. В нос врезается родной запах. Ну как можно бояться этого несуразного шатена? Именно, никак. — Я не могу, — заявляет рыжеволосый парень и утыкается лбом в плечо своего лучшего друга. — Разве ты не хочешь? — осторожно спрашивает брюнет, отводя взгляд в сторону. — Хочу, — стыдливо признаётся Харгрэйвс. — Но не могу. — Почему? — кареглазый парень осторожно кладёт руку на плечо своего друга, но всё ещё смотрит в сторону дверей из шкафа. — А разве тебе это надо? — тут же отвечает Мэтт и поднимает голову, заглядывая в глаза напротив. — Зачем тебе друг, который хочет тебя поцеловать? — У всех свои недостатки, — Эдд переводит взгляд с дверей на лицо напротив. — Тогда, мой недостаток — ты, — заявляет Мэттью. Наверное, он сказал бы что-то ещё, но его прервали. Что же, оказывается Риджуэлл действительно был прав: Гулд всё же хочет своего лучшего друга.       В доказательство своим мыслям, низковатый парень притягивает рыжика к себе и касается его губ. После он принимается двигать своими губами, постепенно раскрывая чужие. Голубоглазый парень сдаётся и сам продолжает поцелуй, перехватывая инициативу. Он кладёт руки на щёки своего друга и проталкивает язык в чужой рот. К сожалению, он задевает своим языком свою нижнюю губу и привкус шоколадной помады смешивается со слюной. Но, Господи, как же он сейчас в тему.       Мэтту всегда казалось, что этот момент не наступит никогда. Он всегда думал, что не сможет вот так спокойно прикасаться к тёмным волосам, не сможет перебирать мочку уха, не сможет прижимать это не слишком большое, но и не девичье тело к себе. А сейчас. В такой спонтанный момент. И не он стал инициатором этого поцелуя. От этого башню сносит ещё больше.       Пробегаясь по нёбу ещё раз, Мэттью разрывает поцелуй и внимательно смотрит на лицо своего друга. Сейчас в голове просто нескончаемое множество мыслей. Они все сворачиваются в один большой клубок и восседают вместо мозга. Но разорвать все эти мысли помогает кареглазый парень, который, переведя дыхание, произносит. — Вот и всё.       И в любой другой бы момент эта фраза стала бы концом чего угодно, но прямо сейчас она означала лишь одно: их время вышло, пора вылезать из шкафа.       Первым выбрался Эдвард, за ним Мэттью. Как ни в чём не бывало, они садятся на свои прежние места, а Эдд крутит бутылку. Ему уже фиолетово до того, с кем он будет целоваться дальше. Сейчас в его жизни пролетели две решающие всё минуты.       Голова залилась свинцом. Теперь, у него ещё на одну проблему больше.