Once in a Big Blue Box

Клара вошла в прихожую, с громким хлопком закрывая входную дверь. Облегчённый выдох сорвался с её губ – теперь можно расслабиться. Сегодняшний день оставил за собой неприятное послевкусие в виде ноющей головной боли, которая безжалостно сопровождала девушку по пути домой. Клара не потрудилась включить свет, хотя солнце уже давно спряталось за горизонтом, и её квартира утонула холодном полумраке надвигающейся ночи. Ещё один довольный выдох едва не сорвался с губ девушки, когда она поняла, что ноющее чувство в висках всё больше притуплялось, оставляя после себя только неприятные воспоминания. Сбросив сумку на пол и не потрудившись подобрать несколько выпавших из неё тетрадей, Клара направилась в гостиную. Слабая улыбка сама по себе возникла на её губах при мысли о Докторе. Клара не могла точно сказать, почему она чувствовала его присутствие ещё до того, как получала доказательства. Сердце учащало ритм, а в животе закручивалось что-то приятное, что-то, что девушка уже давно ассоциировала с Доктором и его ТАРДИС. Возможно, как учитель литературы, перечитавший приличное число любовных историй, она привыкла романтизировать эти вещи. Возможно, на самом деле, эти чувства вызывало в ней силовое поле ТАРДИС с исходящими вибрациями от её двигателей. По крайней мере, это было то, что бы сказал ей Доктор, осмелься она озвучить ему свой вопрос. Но девушка не собиралась этого делать, или предпочитая найти ответ самостоятельно или же просто не желая принимать тот, который мог предложить ей рациональный мозг Доктора. Прекрасно ориентируясь в темноте помещения, Клара сразу заметила силуэт полицейской будки, выделяющийся на фоне окна. Свет уличных фонарей проникал в комнату, позволяя определить синий цвет на корпусе корабля и такой же оттенок синего на пледе, что покрывал диван в её гостиной. ТАРДИС занимала отведенное ей место между окном и небольшим креслом. Сейчас Клара с ужасом вспоминала сколько усилий – и журнальных столиков – ушло на то, чтобы объяснить Доктору, что нельзя парковать машину времени, где ему вздумается. Ведь это всё ещё её квартира. Несмотря на то, что вещи, связанные с Доктором, встречались здесь так же часто, как и её собственные. Сложно было сказать, как давно ТАРДИС приземлилась в её квартире. Зная Доктора, Клара вполне могла поверить, что он провёл здесь несколько часов, ожидая её прихода. И отчего-то каждый раз эта мысль заставляла её сердце пропускать лишний удар. В любом случае, какими бы ни были причины, Клара надеялась, что никогда к ним не привыкнет. Стоило только приоткрыть дверь ТАРДИС, как в квартиру девушки ворвались переливы электрогитары. Чувственная баллада теперь беспрепятственно покидала пределы корабля, заполняя собой все помещения без остатка. Клара неуверенно замерла, прислушиваясь. Казалось, музыка пробралась и во все уголки её души. Несколько правильно сыгранных нот легко перекрывали собой серое пятно сегодняшнего дня, заставляя улыбаться. Клара не спешила входить внутрь, боясь своим присутствием положить конец этой мелодии. Но любопытство быстро взяло верх, и девушка, распахнув дверь пошире, наконец оказалась на борту. Вопреки опасениям мелодия не оборвалась с появлением Клары, даже наоборот, словно добавила красок. Девушка не была уверена, что Доктор заметил её присутствие. Поэтому она, стараясь ступать как можно тише, добралась до одного из пилотских кресел, намеренно выбрав именно то, с которого открывался лучший вид на Доктора. Тот, спрятавшись в тени второго этажа консольной, меланхолично покачивался из стороны в сторону, всё ещё оставаясь повернутым к ней спиной. Клара, осторожно сбросив свои кроссовки, подогнула ноги под себя и откинулась на спинку кресла. Мужчина покачнулся немного сильнее, наконец поворачиваясь к ней лицом. Глаза Доктора были закрыты – лишнее доказательство того, что он ушёл глубоко в себя, куда-то в самые потаённые и, судя по всему, счастливые уголки его души. Тайм Лорд поднял свою голову вверх. Подсветка ТАРДИС теперь беспрепятственно ниспадала на лицо Доктора, больше не позволяя ему скрывать от Клары улыбку. Ту завораживающую улыбку, которая всегда вызывала мурашки по телу Клары и непреодолимое желание так же улыбнуться в ответ. Его лицо было расслабленно, черты смягчились, обнажая человека, которым Доктор являлся на самом деле. Длинные пальцы, играючи, перебирали струны, и Клара узнала эти движения, то, что они прятали за собой. Всегда занять руки. Доктор часто постукивал кончиками пальцев по поверхности консоли, когда выбирал, куда отправиться или пытался найти способ сохранить их жизни. Клара и сама замечала у себя эту привычку, эту мелодию, что лилась из её тела, стоило только немного ослабить контроль. Словно навязчивая идея, музыка, отображающая ритм её жизни. Всегда одна и та же. У них обоих. Доктор доказывал это сейчас. Клара знала, что он едва ли следит за тем, что играет, позволяя пальцам перебирать струны, как им вздумается. Но мотив оставался тем же. Каждый раз, когда мужчина позволял своему разуму отправиться в далёкое путешествие, его руки создавали такую новую, но знакомую мелодию. Мелодию наполненную нежностью через ласковые касания струн. Иногда мотив наполнялся грустью, когда пальцы левой руки Доктора сильно зажимали нужные аккорды. Клара тоже закрыла глаза, стараясь раствориться в звуке, представить то, что сейчас было в голове мужчины. Ноты сменялись другими, проникая под кожу девушки, оставляя там следы волшебной мелодии. Не теряя ни секунды, Клара позволила им вести её туда, куда им было угодно. Послушно отдала контроль музыке, а значит и мастеру, который создавал её. И после мгновений пустоты последовало вознаграждение. Стали появляться цвета, мир ожил под её закрытыми глазами. Мир, который Клара знала слишком хорошо. Мириады сияющих звезд, заполняющих чёрное пространство Вселенной. Туманности, на которые они с Доктором так любили смотреть вместе. И, конечно, их приключения. Весёлые, почти всегда сумасшедшие, опасные, грустные, пугающие, но никогда не пустые и безэмоциональные. Клара вспоминала их все, словно в быстрой перемотке, но видела только себя. Словно кто-то наблюдал за ней со стороны, кто-то, кто всегда находился рядом и был достаточно высок, чтобы Кларе приходилось поднимать голову, чтобы заглянуть в его глаза. Кто-то, кто держал её за руку, когда было страшно. Кто-то, кто нёс за плечами тысячи лет страданий и одиночества, но всё ещё видел красоту этого мира. Клара знала это, потому что сейчас видела тоже самое. Мир глазами Доктора. Себя глазами Доктора. Чувствовала то, что, она знала, сейчас чувствовал он сам. Не ожидая такого эффекта, девушка резко распахнула глаза, только сейчас заметив, что Доктор перестал играть. Он стоял напротив неё, внимательно вглядываясь в её лицо, словно искал что-то важное. Девушка чувствовала, как её мир сужается до его глаз. До чёрных зрачков, что были темнее безлунной ночи и прекраснее сверхновой. Они словно вели с ней безмолвный диалог, и Клара вдруг поняла, что Доктор не врал, когда говорил, что всегда замечает её присутствие. — Как называется эта песня? — спросила девушка. Голос немного грубый, словно после долгого сна. — Я думаю, она называется... Клара, — ответил Доктор, и та самая улыбка снова появилась на его лице. А Клара не смогла не улыбнуться в ответ.