Пока в небе гремит май

Блеклый свет от настенной лампы медленно окутывал теплом застывшую от безупречной тишины комнату. Ветер за окном заставлял дрожать тени от ветвей на шершавой бледно-желтой стене. Здесь пахло травами и дорогими медикаментами, а еще чувствовался терпкий привкус хмеля. В помещении было двое: один сидел на краю кровати в позе лотоса, другой — напротив него на полу у стены. Сначала тихо, боясь привлечь внимание дежурного врача, стоящего на посту, а затем с шумом и азартом вливаясь в беседу, они опустошали одну банку за другой. — Ты из столицы, так? — задумчиво произнес Тео, разглядывая потолок, в углу которого еле заметно колыхалась прозрачная паутинка. — Да. Как ты догадался? — В Брюсселе живут самые высокомерные снобы, — хмыкнул Тео и ощутил на себе испепеляющий взгляд соседа. Когда он так смотрел, действительно становилось страшно: он выдвигал вперед свою мощную челюсть и сжимал крепко зубы. Все это, и опущенное хмурое веко, застыло на какое-то время, а затем Мартин улыбнулся, и послышался его глухой смех. — Так и есть. Но я уже несколь лет здесь живу. И по правде говоря, здесь даже более суетно, чем в столице... - его низкий голос прозвучал как-то неоднозначно и загадочно. - А ты откуда? Кажется будто и ни фламандец и ни валлонец*. — Я здесь всю жизнь прожил... — обиженно фыркнул Тео. — Но у меня смешанные корни. Моя бабушка, например, из Сербии. — Да ну... Может ты еще и сербский знаешь? — Когда-то знал, но я был там в последний раз еще в детстве. Мы с братом каждое утро играли в футбол на большом лугу. Там было очень красиво… Тео неожиданно замолчал и, опустив голову, затеребил резиновый браслет на запястье. Он вспомнил случай из детства. — Ну что ты наделал! — вскрикнул Сэм. Он стоял на краю склона, ведущего к реке, и смотрел вниз. Брату снова было двенадцать. Его красная спортивная футболка была вся в грязи, а на коленках виднелись ссадины. Волосы были взъерошены и выражение его лица не предвещало ничего хорошего. — Прости, я сейчас его достану. — услышал Тео свой еще звонкий детский голос. — Стой! — рассмеялся старший брат. — Он же в речку упал, его уже не найдешь. Вот и попадет тебе от отца! — О, нет… — раздались всхлипы, и слезы потекли ручьем. — Он м-меня накажет… Сэм подошел ближе и заглянул братишке в глаза: — Эй, тише. Хорошо, скажу, что это я мяч потерял. Только не реви! — П-правда? Он улыбнулся и вдруг указал в небо: — Смотри, вон то облако похоже на самолет! — Это такая большая железная птица? — Да, когда-нибудь я научусь ей управлять и отвезу тебя далеко-далеко… Мартин с треском смял в руках пустую железную банку и бросив ее в направлении двери, попал точно в стоящую рядом урну. — Когда я был мальчишкой, играл в школьной команде по баскетболу. Видать еще не все навыки растерял. Его лицо неожиданно преобразилось: прикрытые зрачки еле заметно засветились, и уголки губ слегка приподнялись. — Ты когда-нибудь был в горах? — Н-нет… Так и не побывал ни разу. — покачнулся Тео. — И я. Но я с детства мечтал стать альпинистом и покорить Эльбрус. И знаешь что? Я з-заберусь туда, чего бы мне это не стоило! Тео впервые за весь этот день, а возможно и за весь год засмеялся. И в уголках его глаз радостно заплясали морщинки: — Ну хорошо. Ты похоже уже достаточно выпил… — Я не шучу. Я все равно здесь не останусь. Я хочу почувствовать, как облака садятся на мои плечи. Увидеть, как солнце озаряет ленты извилистых рек под ногами… Мартин зажмурился от удовольствия, по-видимому, представляя себе эту картину. — Я бы тоже хотел, но это невозможно. — Все возможно, — проговорил Мартин, пытаясь встать. Но вместо того, чтобы подойти ближе, он вдруг покачнулся и упал на тумбочку. В следующую секунду он услышал, как на пол с противным металлическим звоном упала папка. — Что там? — с любопытством произнес Мартин, уже плохо стоящий на ногах, и встряхнул папку нетвердой рукой. — Золото спрятал что ли? Из папки выпала большая связка ключей и от этого удара у Тео зазвенело в ушах. Он поспешно спрыгнул с кровати и, пошарив кистью по полу, поднял секретный груз. — Это... — он пустым взглядом посмотрел куда-то через раскрытые ладони, а затем тяжело выдохнул. — Я украл их у главврача.Один из них от сейфа в лаборатории. Там хранятся лекарственные препараты. Я думал… Честно сказать и сам не знаю, о чем я думал. — Ого, а я тебя недооценил! У теб-бя ловкие ручонки… — икнул Мартин.— Эй, да ты хоть знаешь, что сделал? Твои суиц... суицида... Мартин выплюнул непроизносимое в данный момент слово и продолжил: — Твои странные наклонности теперь спасут нам жизнь! — Что, ты собираешься с этим делать? Хочешь сбыть лекарства, как контрабанду?.. — рассмеялся Тео, чувствуя, как пьянящая жидкость разливается по всему телу и дурманит сознание. — Нет, кое-что получше. Давай сюда сумку. *** Черное небо вдруг блеснуло. Первая звезда появилась над головой и с любопытством стала разглядывать маленький домик на колесиках, движущийся в сторону белого здания. Внутри этого домика послышалось движение и железная дверца с треском раскрылась. Двое мужчин в черном вышли из машины. Френк достал сигарету и закурил. Из-за его спины появилась женщина, она была очень зла: — Тупицы! Зачем нужно было на заправку заезжать, когда у нас полный бак был? А сейчас знаете сколько времени? Нас теперь к нему не пустят! Длинная серьга, словно плетью, хлестнула ее по щеке и лицо покраснело еще больше. — Эй, не надо рассерживаться! Это наше дело, — Джамиль показал ей рукоятку пистолета, торчащую из внутреннего кармана пиджака. — Джамиль с этим разберется. — Ты! — Жанет повернула голову в его сторону. — Скажешь еще одно слово и меня наизнанку вывернет! Хватит болтать, быстро внутрь! Она зашагала вперед, ритмично поцокивая каблуками по тропинке из мокрого гравия. — Чего это она? — прошептал Джамиль напарнику. — Наверное обиделась, что кофе на заправке не предложил. Я говорил тебе: надо было поесть. Женщины, когда голодные — такие злые! Френк устало закатил глаза: — Все-то ты в женщинах смыслишь… Клубы дыма сорвались с его губ и как-то необычно медленно растворились в небе цвета его глаз. *** В полумраке больничного коридора потянуло холодным и возбуждающим нервы ветерком. Здесь было так пусто и тихо, что каждый шаг звучал в три раза громче. Тео выглянул из-за стены отделения интенсивной терапии. Дрожащие руки сжимали пустой рюкзак. — Все лекарства, — произнес сосед по палате, — Что нам понадобятся, положишь сюда. — Что и морфий тоже? — кажется Тео уже был готов на все что угодно. — Ха! Его в первую очередь! — А что если он нас поймает? Мартин только надменно хмыкнул и медленно вышел из-за угла. Он вдруг выпрямился и его взгляд стал более осознанным. И от того, как резко изменилось его лицо, юноше стало не по себе. Но в нем, наверное, было уже слишком много алкоголя, чтобы размышлять о подобных вещах. Поэтому он, как послушный пес, и остался ждать его знака. Через минуту он увидел, как Мартин в сопровождении охранника уходит в другом направлении и осторожно переступил через холодную плитку. Только потом, когда очнулся от всего этого, он понял, что тапки не надел. Так и пошел босиком по лестнице. Но сейчас даже не заметил этого и просто, стараясь не шуметь и крепко сжимая в ладонях связку ключей, открыл дверь лаборатории. Внутри стояла куча шкафов со стеклянными дверцами, а в них пестрели разноцветные упаковки. Перед глазами уже все расплывалось, и пришлось практически на ощупь искать небольшой шкафчик с замком. Интересно, как ему удалось отвлечь охранника? Нужно спешить, пока он не пришел. Тео понимал это смутно: скорее сердцем, чем головой. Руки не слушались, а все везение, кажется, сошлось к нулю. Из десяти попыток - столько было ключей в связке,он попал с восьмой. Ну и на том спасибо! Правда сначала попал не в скважину, а в стеклянную вазу, стоящую рядом. Когда она с треском упала на пол, он чуть не свалился вместе с ней. Но нужно отдать ей должное — это его взбодрило, и он смело открыл бронированную дверцу. Впервые в жизни он делал то, что было запрещено, нарушал правила. И то, что он почувствовал при этом, заставило его улыбнуться. Когда он вышел, по ушам ударил глубокий мужской голос. Перегнувшись через перила, он увидел внизу Мартина. Отсюда открывался отличный вид на большой зал внизу. Он стоял у дверей в чужую палату, и схватившись рукой за левое плечо, говорил что-то не похожим на него голосом. Напротив него, спиной к Тео, стоял человек в черном костюме. Дальше… Тео шагнул вниз по лестнице и… Все остальное осталось лишь вспышками в его памяти.