Недополовинки 174

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Рейтинг:
NC-17
Размер:
Макси, 142 страницы, 17 частей
Статус:
закончен
Метки: Hurt/Comfort Ангст Драма Мужская беременность Нездоровые отношения Омегаверс Психологические травмы Психология Романтика Слоуберн Смерть второстепенных персонажей Современность Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
«Это прекрасно! » от Jitsugetsu
Описание:
Харви никогда не думал, что его жизнь сложится так плачевно, тем более свадьба со своим Истинным, как казалось, совершенно этого не подразумевала. Прайс обожал своего омегу, лелеял и оберегал, сделав центром жизни, однако радость от пребывания рядом оказалась совсем недолгой.
Теперь у них нет не только "половинок", но и существенной части самих себя. Той, что вырвали покинувшие их возлюбленные.

Посвящение:
Публичной Бете и всем её последователям...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Работа написана по заявке:

Глава 4.

19 марта 2019, 16:48
Возможно, соглашаться не стоило. Возможно, стоило просто дать альфе по лицу, услышав последнюю фразу, начисто перечеркнувшую всё хорошее, что тот пытался донести. Но Харви хотелось стать для кого-то нужным, хотелось до ожесточённого скрёжета где-то под рёбрами и ощущение избранности, даже временной, приятно одурманивало. Поэтому омега кивал и улыбался, пока этот высокий и, несомненно, сильный мужчина рассказывал о совместном будущем, вызывал слесаря, чтобы сменить замки, мыл посуду, встречал курьера с букетом, занявшим большую часть стола. Харви хотелось верить в доброе начало всех действий этого вчерашнего незнакомца, с которым он проснулся после течки, хотелось представлять его рядом до конца своих дней. …пока не найдём кого-нибудь получше… Значит ли это, что надо во чтобы то ни стало оказаться лучше всех возможных кандидатов на это место? Или, наоборот, едва появится кто-то реально понравившийся альфе, следует сразу отступить в тень, давая ему возможность быть счастливым? Харви откровенно запутался, ему ещё никогда не приходилось быть в таком положении. Всё же в положении Истинного есть свои плюсы — можно быть твёрдо уверенным во взаимности своих чувств. Здесь, как оказалось, нельзя было верить ничему. Стоило омеге расслабиться, как у его нового парня оказался второй ключ от нового же замка, а посуда уже стояла совсем иначе, не по цветам, как нравилось, а строго по размеру. Харви провёл пальцем по краю ближайшей тарелки и не почувствовал привычных капель: альфа ещё и вытер каждый предмет так удачно подвернувшимся под руку полотенцем. Значило ли это, что следует проявить недовольство? Парень обернулся и замер, любуясь тем, как альфа стоит над уборщицей, торопливо натирающей пол в коридоре. Непонятно откуда взявшаяся тут девушка была явно в ужасе: мужчина не стеснялся в выражениях насчёт «идеально чистой поверхности, от которой ПАХНЕТ». Подойдя ближе, омега обнял его, прижимаясь к спине, и тихонько выдыхая в тонкую ткань рубашки. Мышцы под руками мгновенно окаменели и, несмотря на то, что гладящие ладони пальцы были всё такими же нежными и тёплыми, Харви отпрянул. -Спасибо, пол уже достаточно чистый, можете идти. -Но, Вы же сказали… — встрепенулась девушка. -Уходите! На то, чтобы схватить свою корзинку с моющими средствами и скрыться за дверь, у бедной беты ушло меньше минуты и, честно говоря, Харви и сам был не против последовать за ней, потому что альфа не поворачивался, молча поглаживая обнявшие ладони. Он ничего не сказал, никак не выразил неудовольствия, однако ситуация незримо накалялась и это немного пугало. -С тобой всё в порядке? — спустя несколько минут наконец решился спросить омега, — Я сделал что-то не то? Прости, если так, просто не уверен, что… -Нет, всё в порядке. От того, каким тоном была произнесена спокойная, в принципе, фраза, парень вздрогнул и попытался выдернуть руки, однако альфа его удержал. -Эм… Впервые обратиться по имени именно в такой ситуации казалось чем-то странным и нетактичным, однако на обычные рывки мужчина не реагировал. Поэтому Харви прижался, снова обнимая и, дождавшись, пока тот расслабится, пробормотал что-то относительно похожее на «мистер Тейт», сразу чувствуя, как его отпускают. -Прости, просто воспоминания нахлынули и… — большое тело несколько раз качнулось, словно вдруг стало неповоротливым, — Хотя о чём я говорю, ты же наверняка в курсе! Сколько вы уже не вместе? -Эм… Шесть лет. -Шесть?! И ты до сих пор с ума не сошёл?! -Ну, мы познакомились не на улице, а в клинике у психолога, крайне дорогого, как ты помнишь. После событий последнего года мне было немного трудновато и… я нажаловался отцу, а тот — сразу же позвонил бывшему свёкру и высказался насчёт «воспитания любимого сыночка». После хорошей порки Кадиа всегда думает быстрее, так что именно он нашёл мне ту вереницу врачей, что никак не помогла. А вот его отец справился лучше… Эм… — омега виновато опустил глаза, смотря на опершегося спиной на стену мужчину, — Не понимаю, зачем тебе всё это рассказываю. -Моего омеги нет уже чуть больше двух лет. В первое время я напоминал брошенного щенка, наворачивая круги по купленному в кредит дому в поисках того, чего не будет больше никогда. Нэш хотел этот дом так сильно, что мы влезли в долги и были готовы почки отдать банку, но после его смерти… После всё вообще стало каким-то серым. Я метался по дому и в конце концов принял решение его продать, однако столкнулся с проблемой вещей… Их было так много… У него было так много вещей, просто уму непостижимо! А я и не замечал, как много всего он принёс в нашу совместную жизнь! Как можно было оказаться таким слепцом? -Поэтому твой дом почти пуст и совершенно не выглядит обжитым? -Я ночую на работе, не люблю возвращаться домой на неделе. Всё равно никто не ждёт. Не удивлюсь, если однажды обнаружу, что кто-то работает по выходным, а так пять дней живёт в этой квартире. -Это должен быть очень смелый человек. Пахнущий альфой дом… Или это — бета, не чувствующая запаха. -Ты всегда становишься рационально-отрешённым, когда дело касается болезненных тем, да? -Есть немного. -Тогда… мне стоит поменьше вспоминать прошлое? -Ммм… — Харви было немного неудобно просить кого-то стать более обходительным и нежным, однако от любого воспоминания о своём браке, он по-прежнему чувствовал неловкость и тоску, — Не слишком ли нагло просить о подобном? -Мы в отношениях. Вполне нормально устанавливать границы. Я против новых людей, так что, пожалуйста, не знакомь меня с друзьями. -У меня нет друзей. -Совсем? -Думаю, Доктора Стоукса ты уже знаешь, а остальные… я мало говорю и больше сижу дома в последний год, поэтому растерял даже тех, кого не отпугнул мой скоропостижный развод. Бывший муж сделал всё, чтобы… даже не знаю, как сказать… Так часто бывает, что когда находишься со своим партнёром в одной компании, то после разрыва он стремится сохранить этих людей для себя и в итоге ты остаёшься не у дел. -То есть, он лишил тебя почти всех друзей, а остальных ты изменившимся поведением разогнал сам? -Вроде того. -Приятно знать, что не я один предпочёл жизнь отшельника публичных выходам и шумным праздникам. Хотя, говорят, это помогает. -Правда? -Да, правда говорят. -А… -А на действенность не проверял. Душевных сил не хватило. Непросто улыбаться вешающимся на тебя омегам, когда хочется врезать с размаху в челюсть. -Ты не можешь нормально общаться с омегами? Почему? -Представь, что к тебе вдруг начинают клеиться альфы. Много альф. И каждый из них считает, что вполне в состоянии заменить твоего Истинного, ведь превосходит его по стольким параметрам. Вот только ты до сих пор не отошёл от потери своей «половинки» и больше всего жалеешь, что он покинул тебя, весь в мыслях о том, насколько вы могли бы быть счастливы вместе. Поэтому любая попытка «подкатить» к тебе вызывает сначала стойкую неприязнь — «разве не видно, что я занят?» — а после — жгучую боль, расползающуюся внутри груди от осознания, что на самом деле ты теперь свободен. Навсегда. -Это… ужасно. -Рад, что ты понимаешь. Возможно, именно поэтому я и перестал любить большие компании, хотя положение в обществе и обязывает иногда присутствовать на шумных приёмах и вечеринках по случаю совершеннолетия чьих-нибудь детей. В основном омег, конечно. -Получается, после того, как стал вдовцом, ты подвергся почти что нападению? -Да, можно и так назвать. -А я вот оказался в полной изоляции. Квартира по итогам моя, Кадиа не имеет на неё никаких прав, также после подписания договора о расторжении брака, я не имею никаких законных прав на него. Ежемесячное содержание вполне даёт возможность жить, ни в чём себе не отказывая, плюс — он оплачивает мне некоторые мероприятия «для восстановления после попытки суицида». -Какие? -Йога, конные прогулки, массаж, психиатр и ежемесячный медицинский осмотр на случай внезапного ухудшения общего физического состояния. -А я смотрю, с деньгами у него неплохо. -Да, бизнес пошёл в гору, плюс — удачная женитьба. На сей раз — на единственном ребёнке богатых родителей. -В семье уже есть ребёнок? -Да. Милый маленький альфа, ангелочек, просто копия Кадиа. Я иногда смотрю в социальных сетях фотографии с прогулок. -Это теперь тоже запрещено. -Что? — опешил омега, — Запрещено? Почему? -Потому что подобная слежка причиняет боль, осознаёшь ты это или нет. Поскольку за шесть лет ты не смог заставить себя позабыть о существовании бросившего тебя урода, теперь за дело возьмусь я. Тебе запрещено копаться в соцсетях в поисках информации о нём. Случайное столкновение — в том числе и личное — не является желательным. Пожалуйста, выполни эти условия, они для твоего же блага. -Ты и бизнес так же ведёшь? -Как? -Доброжелательно, но очень жёстко. -Никогда не обращал внимания. Сотрудники вроде не жалуются. --Жаловаться боссу на него самого? Лёгкий способ потерять работу. -А ты, я смотрю, много знаешь об отношениях в офисе? -Я специализируюсь на «психологической основе межличностных проблем в коллективе». И знаю об отношениях в офисе достаточно для того, чтобы меня не уволили. -Ты пишешь статьи о… -Отвечаю на письма, а потом суммирую самые интересные вопросы и пишу статьи на полученные темы. -Интересно? -Вполне. В коридоре повисла тишина. Харви сообразил, что они находятся тут уже довольно давно и девушка-уборщица ушла никак не меньше получаса назад. Выходят, они снова заговорились и провели кучу времени, не обращая внимания на окружающий мир? -Как насчёт секса? От внезапности вопроса омега даже вздрогнул. Не то чтобы подобная скорость развития отношений его пугала, просто… -Ты говоришь о… -Не говорю, а предлагаю. -Сейчас нет течки. -Я в курсе. -Для тебя это — не проблема? -Как бы сказать… — задумался альфа, поднимая глаза к потолку, — Я совершенно не понимаю сути твоего беспокойства, тем более — на фоне того, что уже случилось между нами. Или есть какая-то другая причина? -Ну… дело в том, что в последние годы мы с супругом были не очень близки и… -Но, у тебя же были другие альфы? Говорить об этом в лицо не хотелось, выяснять, почему так случилось — тем более. Харви отвёл глаза, надеясь отвязаться от неудобного вопроса, однако альфа шагнул вперёд и оказался настолько близко, что стало даже неудобно. Омега впервые осознал, насколько партнёр больше его по размеру и силе, накатило запоздалое понимание ситуации: сейчас они находятся в неравном положении. Горячая ладонь легла на плечо, то ли в попытке приласкать, то ли — направляя, но парень не сразу сообразил, чего от него хотят. Лишь когда чужие пальцы осторожно прихватили подбородок, вынуждая поднять глаза, он увидел, что альфа тоже нервничает. -Мы… мы можем подождать, если хочешь. Я не давлю. -Нет! — удивлённый собственной реакцией и тем, как спокойно отступил назад мужчина, омега поспешил объяснить, — Просто у меня уже много лет никого не было и… -В смысле «никого не было»? У тебя был я… сколько… да меньше недели назад! Так это теперь называется, да? Никого не было у него… -Я имею ввиду: осмысленно. С подготовкой и… прочим… -Сколько? -Эм… а мы не могли бы… -Просто скажи уже, чтобы я не мучился ночью в попытках догадаться и не приставал больше с расспросами! -Почти семь лет! -А… Это не желало укладываться в голове у альфы и Харви был с ним полностью согласен: жизнь в одном доме двух супругов обычно предполагает интимную близость, но после второго выкидыша подпустить к себе мужа было сложно, а после… Омега подсчитал свои шансы не устроить истерику, стоит кому-то «чужому» коснуться с определёнными намерениями, и выбрал таблетки. Если подумать, последние пару течек прошли очень даже ничего на фоне остальных за пять лет, рядом даже оказались небезразличные люди, так что ему уже крупно повезло. И всё же… -Почти семь лет… — тихо повторил себе под нос мужчина, — Почти семь лет… -Это был… непростой период моей жизни. Мы можем не говорить о нём? -То есть, получается, ты фактически… ни с кем? — словно не заметив попытки закруглить разговор, продолжал допытываться альфа, — Пожалуйста, скажи, что не считаешь случайные связи чем-то «настолько несущественным, что даже лень считать». Иначе я сойду с ума. -Нет, у меня не было случайных связей. У меня и неслучайных-то было… две. -Я — второй или ты меня не считаешь? -Считаю. И да, ты второй. -Ты никогда не изменял мужу? -Он — мой Истинный… -Ему это что-то не мешало. Вон, даже семью создал. -Я не собираюсь об этом говорить. -Прости… — окончательно отступив, опустил глаза в пол мужчина, — Мне жаль, что пришлось говорить об этом, но… Возможно, нам и стоит говорить об этом почаще. В конце концов, если постоянно делать больно с одной и той же силой, то когда-нибудь привыкнешь и уже не будешь реагировать настолько остро. -Знаю, Доктор Стоукс говорил. -У вас тоже был такой визит? -Да, «признание своей ошибки помогает избавиться от тяжёлых душевных ран, являющихся последствиями неправильного выбора». Ясно, почему он говорил это мне: в конце концов, именно баран ему платит, логично, что вернуть меня в нормальную жизнь, подальше от новой семьи бывшего мужа — его цель. Но ты… -"Баран»? -Да, это его милое домашнее прозвище. -А ещё есть? -Возможно. Хочешь позвонить его супругу и узнать? -О, Харви… Омега вздрогнул от того, насколько спокойно мужчина назвал его имя, почти физически чувствую, как тело покрывается мурашками. Казалось бы, обычная комбинация букв, однако произнесённая с интонацией «боже, ты такой милый!» она однозначно произвела нужный эффект: захотелось чем-то отплатить и губы начали сами. -Прайс. В следующий момент парень оказался припёрт спиной к двери, практически подвешен за воротник. Пожалуй, от сотрясения Харви спас лишь смягчивший удар пучок, завязанный ещё утром, когда в гости никто не ожидался. Теперь он, наверно, превратился в лепёшку, и любой нормальный омега пришёл бы в ужас, предположи он, что можно вообще встретить гостя в подобном виде. Любой другой. А не брошенный партнёром, на долгое время оставленный в одиночестве и заболевший. -От тебя всё ещё очень соблазнительно пахнет, так что, если не хочешь отправиться в постель, давай сразу пойдём на кухню, — шепнули в ухо и мощный табун мурашек промчался откуда-то снизу прямо к шее, заставляя встать дыбом тоненькие волоски, — Но на всякий случай напоминаю: я всё ещё предлагаю секс… *** Им обоим больно. Харви осознаёт это, когда его, разложенного животом вниз поверх мягкого покрывала, начинают методично растягивать. Альфа действует медленно и осторожно, касается нужных точек и делает всё правильно, а до этого — даже несёт своего партнёра на руках до кровати. Но это не работает: парень жмётся, то и дело сводит колени, упрямо молчит, пряча лицо в покрывале. Ему отчего-то неприятно и уже хочется кричать в голос о том, что это «неправильно-неправильно-неправильно», когда пальцы в заднице останавливаются, а сам альфа наваливается сверху, сначала нерешительно, словно пытаясь правильно распределить вес без сильного давления на партнёра, а после — чуть сильнее, отчего головка чужого члена начинает протискиваться через пусть и растянутые, но по-прежнему очень тугие мышцы. Харви морщится, кажется — недовольно мычит, но давление нарастает и он, прижатый к покрывалу, может лишь дёргаться, чувствуя, как происходит фактически изнасилование. Затылок опаляет горячее дыхание, альфа что-то шепчет, но разобрать не получается, так что, когда они, не расцепляясь, вдруг приходят в движение, парень испуганно вскрикивает. -Всё нормально? — тут же заботливо уточняет держащий его на весу альфа, — Я сделал что-то неправильно? -Ты… ты… — говорить нормально не выходит, Харви и дышит-то через раз, прошитый членом внутри, кажется, до самого горла, — Ты что сделал? -Ничего особенного, просто решил немного поменять положение. Некоторым омегам это нравится и они сами просят… -Положи меня на место! Сейчас же! -Всё настолько плохо! -Положи, я сказал! Альфа разжимает руки и Харви радуется, что под ним мягкий матрас, а не асфальт, об который он бы точно сломал нос. Кое-как поднявшись на четвереньки, парень подгребает ноги под себя и ложится на бок, прижимая колени к груди. Рыдания рвутся наружу и больше всего сейчас хочется просто накрыться одеялом и вволю поплакать, но мужчина кладёт руку на плечо и устраивается рядом, намереваясь поговорить. -Прости, если сделал больно или неприятно, — бормочет он, явно отчаянно желая промотать этот разговор, — Если честно, я понятия не имею, что надо делать в таких ситуациях: подобного не случалось. Или случалось, просто я об это не знал. Омеги в моей постели чаще всего просто изнывали от желания запрыгнуть на член, используя его как трамплин к кошельку. С большинством мы даже не были толком знакомы. -Вижу, ты здорово порезвился. -Основную часть первого года после потери Истинного я пил, даже не так — напивался. Возможно, это и стало причиной беспорядочных связей и успехов в бизнесе. -То есть, обилие алкоголя и любовников, сделало из тебя суперактивного работника? — нашёл в себе силы возмутиться таким положением дел Харви, — Удивительно, учитывая то, что обычно всё происходит с точностью наоборот. -В моём случае алкоголь и секс послужили катализаторами работоспособности. Кстати, у тебя нет ничего выпить? -А ты собрался на работу? — возмутился омега, привставая на руках, чтобы укоризненно посмотреть на партнёра, — Прости за такую реакцию, я… Мне было больно и неприятно от начала и до конца. Точнее, больно лишь когда ты начал входить, а вот неприятно — с первого же момента. -И ты молчал? Почему? -Думал, что… в общем, я думал — это просто моя особая реакция на любого альфу, кроме Истинного и… -И решил потерпеть? -Да. -Но ведь во время течки тебе не было неприятно. Даже наоборот: ты буквально сам на меня бросился, стоило только рядом оказаться. Хотя я ничего особо и не помню, однако… -Я тоже плохо помню то время. -А мне показалось… -Тебе показалось. Воспоминания довольно обрывочны и никак не хотят сплетаться в общую канву. Я помню, как лежал на диване, а ты забрался сверху. Кажется, это было твоё первое проникновение и… — он вдруг покосился куда-то в сторону противоположного края кровати, — Там в тумбочке есть бутылка вина, заткнутая специальной затычкой с цветочком. Достанешь? Альфа тяжело вздохнул и поднялся с видом мученика, добровольно отправляющегося на каменоломню, сделал ровно шаг, открыл тумбочку и извлёк бутылку красного сухого. -Оу… ты реально не бедствуешь, — прокомментировал находку мужчина, — Триста баксов за штуку, редкий выпуск, в обычном магазине не найти. -Я ездил на лечение в соседний город, оказался по времени приёма рядом с мужчиной, занимающимся ввозом алкоголя в страну. В знак «вечной дружбы» в конце лечения он подарил мне эту бутылку. Так что, можно сказать, она досталась мне за красивые глаза. -Он вылечился? -Без понятия. Но вино вкусное. -Судя по всему, ты — не особый любитель алкоголя, — взвесив в руке бутылку, известил альфа, — Тут всего пары глотков не хватает. -Не было случая, — сообщил парень, хлопая по кровати рядом и заранее подтягивая к себе покрывало, — Залезай, давай выпьем. -А бокалы? -Из горла, как дикари. -"Дикарь»… — примерился мужчина, — Мне нравится это слово. Полностью описывает мою жизнь. -Расскажешь? -Легко, — и сделал первый глоток, — Прайс Джеффри Тейт, двадцать семь лет, предприниматель, холост, сын разнополой пары, где она — театральная актриса, которую не заставило задуматься об уделении времени семье даже рождение второго ребёнка, а он — директор фармацевтической компании, поднятой с колен после смерти деда, крайне приятного человека, но совершенно несостоявшегося продавца. Мой брат Марк Август Тейт, к слову, своим именем тоже доволен никогда не был, но он хотя бы не назван в честь «первой собаки, дорогой, я её так любила». В принципе, это вся характеристика. -Ты так спокойно это обобщил, — пробормотал омега, — Даже не знаю, что сказать. -Можешь продолжить рассказывать о том, как я был хорош. Например, вон на том диване, — альфа покосился на видимую в проходе голубую спинку и сделал очередной — какой уже по счёту? — глоток, — До того, как он сломался, естественно. -Не «сломался», а «сломали». Мы сломали его ещё в первый раз. Ты забрался сверху, раздвинув мне ноги, а потом даже начать не успел: видимо, спинка с моей ногой на ней перевесила и… в общем, диван перевернулся. Но я совру, если скажу, что тебя это остановило, так что мы продолжили на полу, потом ты перегнул меня через подлокотник, который мы в процессе тоже немного помяли. В третий раз всё случилось в душе, где ты держал меня на весу и это было впервые, когда мы оказались не лицом друг к другу. Дальше… Дальше всё немного расплывается, — омега взял предложенную бутылку и сделал несколько крупных глотков, от которых в живот опустилось приятное тепло, — В моих воспоминаниях мы начинаем на кровати и, кажется, ты пытаешься посадить меня на себя сверху, но у нас не получается, а ты слишком возбуждён, чтобы отступить, и потому просто заваливаешь. -"Заваливаю»? -Да, на живот. Примерно как сегодня. -Ты так спокойно об этом говоришь. -А чего мне переживать? — парень снова прикладывается к горлышку, — Это было и было прекрасно, стало гораздо легче, да и ты, вроде как, в накладе не остался. Так почему надо нервничать? -Потому, что к тебе в постель забрался едва знакомый мужик и… -И он снова здесь. В итоге мы всё равно оказались в постели и опять пытаемся что-то сделать, а оно не получается. -Почему «не получается»? — резко подрывается альфа и Харви осознаёт, что он сильно пьян, да и сам омега уже трезвым умом не отличается: глупо хихикает и почти демонстративно затыкает бутылку, — Эй, куда? -Не заслужил. -А как мне её заслужить? — горячая рука ползёт по плечу, от него — на шею, касается чувствительной точки за ухом и вызывает невольную дрожь, — Может, осуществить то, что не получилось тогда? -Ммм? Харви хочет спросить, что тот имеет ввиду, но язык заплетается и он выдаёт какой-то дурацкий набор звуков. Альфу это веселит: он откидывается на изголовье кровати, раздвигает колени и заливисто смеётся. Парень прислушивается к впервые пойманному звуку и тоже против воли улыбается, потому что сохранять печальный настрой, когда рядом находится счастливый человек, крайне сложно. -Я серьёзно. У нас не получилось один раз, но это ведь совсем не значит, что не получится вообще. В этот раз я могу быть нежнее, сильнее, вежливей, добавить страсти или притвориться тем, кем не являюсь. Плевать на остальное, главное — чтобы тебе было хорошо. -А как же ты? -Мне в любом случае будет хорошо. -Ты… уверен? -Разумеется… *** Во второй раз решиться сложнее, но Харви кажется, будто просто нет выбора: он практически заползает на альфу, прижимаясь и приникая в поисках поцелуя. И, хотя тот тоже изрядно пьян, он отвечает осторожно, словно пробуя. Приоткрывает рот, чуть прикусывает нижнюю губу, а потом проходит по ней языком, и омега просто не в состоянии оторваться от столь очевидной провокации. Он подаётся вперёд, касается губами кончика чужого носа и снова возвращается в поцелуй, прижимаясь. -Подай смазку, — шепчет парень в промежутке между вылизыванием шеи и покусыванием мочки уха, скользя пальцами вниз по рубашке, — Зачем ты снова натянул штаны вообще? -Ну, я думал ничего уже не бу… — альфа вздрагивает и сбивается, когда чужая рука, наконец, добирается куда-то вниз, вцепляясь в пуговицу, — Так, погоди, давай не будем… -Чего «не будем»? — молния расстёгивается будто сама собой и узкая ладонь забирается сразу под бельё, сжимая член, явно радостно воспринимающий вариант с повторением недавнего «контакта», — Ты хочешь меня, я хочу тебя, мы, вроде как, в отношениях, так чего тянуть? -Ну… — мужчина захлёбывается стоном, чувствуя, как к нему тянутся и льнут всем телом, пока рука ласкает настолько уверенно, что хочется откинуться назад, растворяясь в ощущениях, — Мы… мы могли бы погова… Ой, погоди! Погоди, я тебе говорю! -Подай смазку, — чуть резче двигая рукой, просит омега, — Она на тумбочке, у тебя руки длиннее, я не дотягиваюсь. -И всё равно я считаю, что… Харви, уставший от партнёра, который не только не помогает, но и вырывается, снова устремляется в атаку, прихватывая чужую губу, оттягивая её на себя и резко углубляя поцелуй. И неожиданно чувствует, как вздрагивает под ним закатывающий глаза альфа, тело которого странно расслабляется. -Ты… -Давай не будем об этом говорить. Парень осторожно достаёт руку и внимательно осматривает разводы спермы на ладони, которые, наверно, надо смыть. Но омега подозревает, что стоит отлучиться хоть на секунду — и до сих не открывающий глаз партнёр сбежит, словно крыса с корабля. А этого почему-то совсем не хочется. Поэтому Харви сползает на кровать и, чуть откатившись в сторону, спрашивает: -Сколько у тебя обычно до следующего раза?
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.