Блюз перерождений

Она и совсем забыла про то, что доктор Лектор звал ее к себе на ужин. Признаться, Колин хотела было отказаться, потому что была взволнована новостью, которая пронеслась по городу: нашли странно убитую молодую девушку. У нее не было печени, а еще сердца, и она лежала в красивой позе, словно спала, а не была несколько часов мертва. Уилл сказал, что так маньяк отдает должное ее красоте, раз ее нашли окруженной среди цветов. Уилл… Наверное, это была еще одна из причин, чтобы остаться дома и забиться где-нибудь в углу. Нет, дело не в том, что она боялась его, скорее всего, общение с ним вытаскивало наружу все то, о чем она даже не подозревала. Возможно, она была такой когда-то. Может быть, он просто выводил ее на свет с этого мрака, в котором она пребывала уже не один год? Кто знает, что было на самом деле. — Колин, — сказал вчера Уилл, — ты должна все же поехать к нему на ужин. — Почему? — она глотала слезы, а Уилл неловко пытался ее утешить. — Так надо, — Грэму было куда проще ничего не объяснять девушке, чтобы не давать ей лишних поводов для раздумий, иногда лишние мысли, как медленный яд, отравляют, заставляя сомневаться во всем. — Да, — согласилась все же она спустя время. Колин и не заметила, как так получилось, что Уилл Грэм стал частью ее жизни. Они виделись не часто, ибо Уилл очень боялся, что доктор Лектор заподозрит что-нибудь, но этих кратких встреч хватало, чтобы не ощущать себя больной и разбитой. Колин поняла, что за последние две недели стала хорошо спать, но Ганнибалу она все так же говорила о том, что ее мучают кошмары, которые она сразу же забывает. Он верил ей, наверное, потому что она приходила к нему такой несчастной. Перед тем, как переступить порог его кабинета, Колин старательно рисовала на лице следы усталости. Сегодня же она решила, что сделает макияж похожий на маску, словно она пыталась нарисовать счастье на лице, но у нее это вышло не совсем хорошо. Колин надела закрытое платье, снова пряча себя в темную ткань. Ей было так проще, никто не видел, что на самом деле она скрывала от всех, по крайне мере ей так казалось. Ганнибал уже ждал ее и судя по тому, что столовых приборов было трое, то с ними будет ужинать кто-то еще. Это порадовала Колин. Она помнила обрывки воспоминаний Уилла о том, как он оставался один на один доктором и как тот научился ловко манипулировать им, и подумала, что он не будет так делать сегодня. Теперь на каждый сеанс она брала с собой диктофон, чтобы знать обо всем, что происходит с ней на самом деле в кабинете у доктора Лектора. — Я рад, что вы все же пришли, — доктор Ганнибал помог ей снять пальто. Он всегда был таким галантным, но по опыту Колин знала, что за этим может прятаться много чего, а не только превосходное образование. — Как вы спали сегодня? — Хорошо, — прошептала женщина. — Чуть лучше, чем до этого. Но не настолько, чтобы ощущать себя счастливой и выспавшейся. — Ничего, дорогая моя, однажды кошмары вас покинут. С тех пор, как Уилл сказал, кто такой на самом деле Ганнибал Лектор, она совсем иначе стала на него смотреть. Колин было трудно сказать, ощущал ли он это, или просто считал, что ее холодность — это всего лишь проявление замкнутости. Теперь она совсем не понимала, как вообще могло такое случиться, что они остались вдвоем и оказались в одной постели. Сейчас Колин даже не могла подобрать путных эпитетов к тому, что случилось в ту ночь. Скорее всего, это было странно. После того, как она перестала видеть кошмары, стало намного легче, и это способствовало обретению некоторой уверенности в себе и своих силах. Дела стали идти в гору, а значит еще чуть-чуть и она все вспомнит. В это Колин очень хотела верить. Так говорил и Уилл, и его слова действовали на нее гораздо лучше, чем любые лекарства. — А вот и доктор Блум, — слова Ганнибала отвлекли Колин от раздумий. Он открыл дверь, помог женщине снять пальто, аккуратно повесил его на плечики, а потом в шкаф. Алана выглядела как всегда строго, по крайней мере именно такой ее помнила Колин. Черный брючный костюм с красной отделкой придавал ей строгости, но в тоже время говорил о том, что она знает, как он облегает ее фигуру. — О, у нас гости, — начала она. — Давно я вас не видела, мисс Маккэнн. Как ваши дела? — Вроде бы неплохо, — отозвалась Колин. — Недавно думала, что все же пора бы сменить место жительство, но потом поняла, что не смогу найти такого чудесного доктора, как доктор Лектер. — О, я вас понимаю, — согласилась доктор Блум. — Вы в надежных руках. Можете не переживать, однажды вам станет лучше. Алана старалась деликатно уходить от темы. Делать вид, что ничего она не помнит. Хотя тут вернее сказать, что она бережет ее психику, старается ее не травмировать, потому что ей итак уже сильно навредили. Алана просто улыбается, с обожанием смотрит на Ганнибала, а в это время внутри Колин все переворачивается, потому что она хочет только одно — уйти отсюда. Наверное, она пошла на это ради Уилла. Это звучит несколько странно. Даже очень странно. Нет, она совсем не влюблена в него, это было слишком. Колин вообще забыла то ощущение, когда внизу живота порхали бабочки и когда она забыла даже пообедать, настолько была влюблена. С ней это было всего лишь пару раз и то очень давно. С тех пор вроде бы прошло столько времени, и столько воды утекло, но она точно могла отличить то, что чувствовал к Уиллу и то, что переживала когда-то. Для начала Ганнибал дал всем выпить белого вина. Колин сразу же отметила, что он любит дорогие марки и сорта, те, что обычные люди в простой жизни даже не знают, какие они на вкус. У этого человека судя по его дому был весьма утонченный вкус, и образ маньяка никак не вязался с тем, кого она видела перед собой. — Он умеет очаровывать, — как-то сказал Уилл, когда они пили чай у него дома, сидя перед камином, окруженные собаками. — Будь готова к этому. Он может просто рассказать красивую историю, показать все, что он знает, потом предложить изысканный ужин, а потом всадить тебе нож в спину. Он мастер обмана, может быть, поэтому за столько лет его так никто и не смог поймать. — Говорят, что любой убийца должен себя выдать однажды, — повторила Колин фразу из прочитанной книги. — Да, бывает, что уходят годы, но я знаю, что это был именно он. Многое сходится, просто некоторые вещи лежат вовсе не на поверхности. Главное, стараться быть всегда на шаг впереди. Колин снова отвлеклась от мыслей. Ганнибал сказал, чтобы они прошли на кухню. Играла классическая музыка. Признаться, она никогда не понимала такую музыку. Ей нравился блюз, который мама называла негритянской музыкой, словно совсем забыв, что так говорить совсем не стоит. Колин любила голоса с хрипотцой, грустные мелодии. Она любила Бэсси Смит и Чарли Паттона [1]. Классика вызывала у нее уныние. Сейчас же Колин сделала бы все, чтобы не показать, как ее все это угнетает. — Такая музыка точно не для каждого, — начал Лектер. — Но стоит только закрыть глаза и проникнуться ею, только так можно понять, какая же она прекрасная. — Да, — выдохнула зачем-то Колин, решив, что согласиться сейчас самое время. — Что ж, самое время сейчас отлично поесть, — Лектер улыбнулся. — Итак, начнем с холодной закуски. Колин внимательно смотрела, как Ганнибал совершает последние действия. Это был салат с тунцом, чему она была очень рада. Хорошо, что не мясо, иначе, если верить Уиллу, это могли быть органы той убитой недавно девушки. Ее чуть не передернуло от этой мысли. — Как мое вино, мисс Маккэнн? — Сегодня вы можете звать меня — Колин, — попросила она. — Хорошо, — согласился Ганнибал. — Так, как мое вино, Колин? — Оно превосходное, — ответила женщина. — Я рад, что угодил вам. Алана улыбнулась на это, и в это минуту Колин показалось, что между этими двумя точно что-то есть. Она уже начала рисовать живые картины в своем воображение, и ей очень это понравилось, наверное, потому что у нее давно не было секса, а может быть, дело было совсем в ином. Девочкам всегда нравятся плохие парни, и Алана совсем не была их соперницей. Пришло время горячего, и какое было удивление Колин, потому что это была рыба на пару. У нее снова все похолодело внутри. Она уже начала думать, что Ганнибал начинает подозревать их, ведь Уилл попросил ее кое о чем. Он хотел, чтобы Колин сказала, как ей понравился ужин, и что она бы хотела взять с собой пару кусочков на завтрак. И вот ничего не вышло. — Спасибо за ужин, — устало сказала Колин, и собралась уходить. — Останетесь с нами, — попросил доктор Лектер. — Простите, я очень устала, — Колин виновато улыбнулась. Она бросила взгляд на Алану, но та явно не собиралась ехать домой, ей и тут было хорошо. — Конечно, — согласилась Алана. — Я провожу, а с тебя десерт, — последнее она сказала Ганнибалу, и тот лишь только слабо улыбнулся на это. Алана довела Колин до двери. Они попрощались, и Колин только оказавшись на улице, испытала настоящее облегчение. Она думала, что сейчас все же стоит поехать домой, но вместо этого она свернула на другую дорогу, отправившись к Уилл. Когда она остановилась перед его домом, то паника сразу же стихла. Колин постучала в его дверь, и он открыл ей не сразу. Спустя время он прижал ее к себе, ощущая пряный запах, исходящий от ее кожи.