Restart

— Тём... — мнусь, взволнованно смотря исподлобья на этого чудака. — Надо, дружок, надо, — потормошив по плечу, он улыбается. В глазах всё то же едва ловимое волнение, но, засранец, не сдаётся. Ещё и говорит так уверенно, по-родному, что самой верить хочется, что мы и вправду едем не в неизвестность, а так, в гости. В соседний город. Из Уфы в Питер. Соседние города, блять. — Ну чего ты, прорвёмся, — не выдерживает, неуклюже обнимает, так, по-свойски, зная, что всё равно не отобьюсь, — не в первой же, в самом деле. В самом деле, не в первой, дорогой мой. Если бы не ты, то я сейчас бы... Я бы сейчас...

А что бы я сейчас?..

— Это такая возможность! — от переизбытка эмоций парень чуть ли не захлёбывался. — Артём, услышь меня, там нас никто не ждёт, мы там никому не нужны и... — Плевать, мы же вдвоём будем! Уля, я не смогу же без тебя там, один! Я вот напьюсь и засну, на лавочке, и умру! И да, умру! — перебив, парень продолжал гнуть свою линию. На удивление, именно в этот вечер такой спокойный и уравновешенный Депо был без бошки, — Окей, мы хоть раз попадали в неприятность по моей вине? А, так, я понял, — осек сам себя парень, только увидев саркастическую мину и открывающийся рот, который так уже и норовил припомнить все косяки со стороны Артема. — Ульяна. — Артем, — вздохнула девушка, скрестив руки на груди. — Поехали, — упрямился друг, доставая из пачки третью сигарету. — Нет. — Собирай чемодан. — Артём, нет! Я не поеду с тобой! — спрыснула девушка, хмуро сведя брови к тонкой переносице. — Да, Ульяна, ты ещё как поедешь со мной!

«Я не поеду с тобой!» Ха, браво. Браво, Ульяна. Не поехала она с ним. Ни чуть. И в зале ожидания стоишь сейчас не ты. Да-да. Молодец. — Кстати, в Питере сейчас белые ночи, клево же? — клево же?! Ты, придурок такой, ещё что-то вякаешь? — Помолчал бы уже... — чувствую, что улыбается. Улыбайся-улыбайся, короткостриженный. Моего волнения не могла оправдать даже я. Скорее всего, я просто слишком любила свой дом. Мне нравилось родное гнездышко, я знала свой город вдоль и поперёк. А Артём... Он всегда хотел уехать. И это было оправдано, парень ненавидел этот город, он был ему не по духу, из-за этого юноша не хотел здесь находиться и как говорил мне «загнивать в этом городе я не намерен». Он легко мог оставить что-то в прошлом, переехать, но отпустить меня, ха-ха, пардоньте. В какой-то степени, я благодарна ему. Без Артёма я никогда бы не пересилила себя, никогда не сподвигла себя на переезд. Это всё из-за него, из-за этой блохи, которой не иметься сидеть на одном месте. Шатохин тот ещё индивид. Таких поискать надо, знаете ли. Но я очень рада, что именно он - мой... друг? молодой человек? — Болванка, мы сейчас проноем здесь наш рейс, шевелись уже! — Артём потирает ладони и поудобнее устраивает набитый вещами рюкзак на спине, тем самым выводя меня из транса, – давай чемодан свой. Протягиваю кейс, только и успевая за юрким клоуном Артёмом. Если и вправду подумать, то мы никогда не обговаривали, кем являемся друг другу. Просто были всегда рядом. Наша дружба началась в четвёртом классе, а закрепилась в десятом, когда именно он вселил в меня силы жить дальше. Потеря брата выбила меня из колеи жизни. Он просто пропал. Пропал из радаров, а позже нашли тело. Несчастный случай, как говорили мне и моей семье. Это был удар ниже пояса. Нет, это не тот случай, когда с пеной у рта режут вены и бегут спрыгивать с крыши. Это другое состояние. Состояние опустошенности. Состояние, когда не можешь встать с кровати, потому что не хочешь. Состояние, когда не в силах проявлять эмоции или вообще двигаться. Не в силах существовать. Когда вместо сердца огроменная кровоточившая рана. Плакала я первый месяц. Потом наступил ступор. Закупоривание в себе, которое могло меня убить, если бы не он. Артём всегда был моей опорой, но в тот год доказал это с новой силой, доказал, что я не пустое место для него. Он, словно, научил меня заново жить. По-тихонько, шагом за шагом, он заменил мне всех. И брата. Брата тоже. А вскоре и вовсе этот рубец перестал меня тревожить. Я пережила это. Вместе с ним. Наверное, поэтому я никогда не сомневалась в нем. Не сомневалась в безумных поступках, словах и авантюрах. Да и сейчас я сажусь на борт самолета только потому, что верю ему. Знаю ведь, что он не позволит нам утонуть в грязном бытие. Такой тихий, спокойный и до безумия хитровыебанный парень. Он всегда просчитывал шаги наперёд, боясь оступиться. Это и привлекало. Сам того не понимая, он вселял в меня уверенность. А может и понимал этот факт и нарочито так себя вёл. Я не знаю, но... Легкий мандраж по всему телу и взлёт. Вдох и прерывистый выдох. Рядом родное плечо, а впереди неизвестность. Пришла пора прощаться, моя маленькая Родина.