Вечные узы

      -Да вы с ума сошли! Я не собираюсь подвергать ее опасности. Майкл - чудовище, он убьёт Катерину за считанные секунды, - Никлаус негодовал, злился, был готов рвать и метать после того, как Кол рассказал остальным членам семьи весь его план.       -Говорите тише, мы сейчас обсуждаем судьбу человека, который спокойно спит прямо над нами в своей спальне. Если вы не хотите разбудить ту, которую завтра могут убить, то не орите, - пыталась успокоить братьев Ребекка, но у неё это совершенно не получилась, - какие бы тёплые чувства я не испытывала к Катерине, она - наш последний шанс. План Кола хорош, и сама русская наследница не против. Вы только подумайте о том, что мы сможем убить двух зайцев сразу: забрать кол из белого дуба и хотя бы ранить Майкла.       В холле первого этажа повисла гробовая тишина, был слышен задорный смех туристов за воротами поместья, лай собак на улице и сладостное тихое пение птиц в ночи. На небе звезды сливались в веселом танце, освещая улицы Нового Орлеана. В эту самую секунду молодой парень признается в вечной любви своей девушке, еще недавние школьники веселятся на улице, распивая дешевый алкоголь и ожидая новой жизни в колледже, где-то рождается ребенок, способный изменить чью-то судьбу, кто-то ожидается чуда, волшебного пинка, да чего угодно, только, чтобы в корни поменять свою жизнь. Все человеческие судьбы сливаются воедино, в одну большую историю, но часто в карусели событий люди забывают об одном – о любви. О любви к родителям, детям, мужчине, женщине, да даже к соседкой собаке. Наша жизнь не была бы столь красочной, если бы мы перестали ощущать светлое чувство любви, как это и произошло с семьей Майклсонов. В постоянной войне, предательствах и страхе, они стали забывать о простых человеческих ценностях, о том, что кто-то ждет тебя дома и переживает за твое самочувствие. Из-за ярого желания власти, никто из них не помнил, каково это чувствовать тепло родного человека.        Каждому, из находившихся здесь, было трудно принять решение. Вся абсурдность плана Кола Майклсона вызывала слишком много вопросов и давала так мало ответов.       - Я не допущу этого. Нет-нет-нет, она не должна погибнуть вот так от рук нашего отца, - Ник находился в полной растерянности. Он нервно ходил по холлу широкими шагами, его глаза бегали по лицам членов семьи и искали хотя бы малейшую поддержку в них. Первородный старался всеми силами противиться этому решению, ведь сам для себя он решил, что больше никто не должен страдать от рук его отца, а в частности те, кто еще полон любви, веры в лучшее, и в ком еще так мало ненависти.       - Ребекка, в этой ситуации я должен принять сторону Никлауса. Катерина - наша последняя надежда на союз с ведьмами. Если они ее примут, то Романова станет их королевой. И мы наконец-то сможем иметь полную власть. Так же я бы посоветовал не забывать, что девушка пришла к нам за помощью, а мы так безжалостно хотим выставить ее приманкой. Милосердие чуждо нашей семье, но пока Катерина единственное светлое пятно в темном безумстве наших грехов, - все время активных обсуждений Элайджа молчал, рационально взвешивал «за» и «против», но решил высказаться в поддержку Клауса. Да, он делал это постоянно, всегда бросался за братом в адский огонь, глубинные воды, был поддержкой и опорой. Не скрыть то, что первородный вампир оберегал его. В детстве Элайджа часто вставал между отцом и Ником, стараясь стать покровителем для брата.        -Да что с вами такое? Она сама дала на это согласие, - всеми силами пытался переубедить братьев Кол.       -Хватит! Романова не пушечное мясо, мы не можем решать за неё. Если завтра она действительно захочет нам помочь, то на этом и закончим спор. Спокойной ночи, мальчики, - в глубине души это решение давалось Ребекке тяжело. Впервые за последние 200-300 лет у неё появилась настоящая подруга. Беккс не горела желанием использовать единственного друга в роли приманки. Совесть обжигала что-то в районе груди и ныла, на глазах наворачивались тяжёлые слезы, которые вот-вот обещали посыпаться градом. Та, которая недавно презирала предателей, была верна своим убеждениям, сейчас ведёт близкого человека на добровольную смерть. Вот так поступают с друзьями в семье Майклсонов? Да, именно так. Держать всех на расстоянии вытянутой руки, а потом взять и рядом с каким-то человеком опустить эту руку, чтобы в конце от него избавиться. И каждый раз, когда эта семья находила счастье, они были вынуждены бежать от него, сжигая все мосты и вместе с ними остатки своей человечности.       Этой ночью Никлаус был сам не свой. Он уже начал испытывать чувство привязанности к рыжеволосой девушке, которая пленяла его каждой мелочью, присущей именно ей. Проходя мимо спальни Катерины, Ник слегка приоткрыл дверь. Девушка мирно спала на кровати, ее волосы раскинулись по белоснежному постельному белью, немного напоминая красные яблоки на снегу. На лице застыло чувство детского умиротворения и спокойствия, грудь вздымалась ровно, а веки немного подрагивали. Никлаус не заметил, как залюбовался девушкой. «Я не хочу, чтобы у нашей истории был конец» - еле слышно прошептал он и закрыл за собой дверь. В этот момент в груди его скребли кошки, а сердце невольно учащало ритм. Заявить, что Клаус влюблен было бы слишком громко, скорее всего, девушка затронула те струны его души, которые еще никому не удавалось затронуть последние 500 лет.       Катерина слышала все, что происходило внизу, ощущала присутствие Клауса и искренне удивилась его словам. Но Романова уже сделала свой выбор. Ей была присуща чуткая верность и преданность тем, кого она считала своими друзьями. Майклсоны - единственные, кто остались у неё, теперь они являются семьей наследницы русского престола, и она готова защищать их так, как не смогла защитить родных. С этим воспоминанием связана основная боль ее жизнь. Каждый раз, вспоминая день расстрела, рыжеволосая винила себя в том, что позволила так безжалостно убить своих отца, мать, сестер, и, возможно, брата. Неведомая сила тогда сдержала ее, лежа на холодном каменном полу подвала тобольского дома, Катерина не могла пошевелить и пальцем для защиты своей семьи. На ее теле будто бы сжимались сильные тески, и все, что ей оставалось делать, это смотреть, как убивают родных ей людей. В детстве при серьезных ссорах между сестрами мать часто говорила: «нет силы непобедимее, чем семья», и эти слова девушка запомнила на всю свою жизнь. Невероятно удивительно то, что пройдя такие сложные испытания жизни, она никогда не переставала надеяться на лучшее. На счастливый конец, лучшую жизнь, любовь. Всегда нужно присматриваться к тем, чьи судьбы пугают – это самые сильные люди.       Рано утром солнце через открытое окно аккуратно, немного любя ласкало щеки рыжеволосой девушки. Лучи бегали по комнате из угла в угол, будто бы танцуя какой-то подвижный танец, и отражались солнечными зайчиками. Это утро было бы намного прекраснее, если бы не томительное и пугающее, завязывавшееся тугим узлом в животе, ожидание вечера. Сладко потянувшись к солнцу, Романова накинула на пеньюар шелковый халатик и вышла на балкон, вид которого открывался на пространство, где проходила их первая тренировка с Клаусом. К ее удивлению Майклсоны были уже на ногах. Кол носился возле массивных ворот, отделяющих поместье и туристическую часть города, пытаясь указать гостям, куда нужно проходить. Так, стоп.       «Что это за люди?» - пронеслось в голове у Катерины, как только она увидела несколько мужчин, проследовавших за Колом внутрь столовой. Девушка быстро сделала все утренние процедуры, переоделась и спустилась вниз к столовой комнате.       За большим столом сидел Никлаус, Элайджа, Кол, а так же около пяти незнакомых мужчин. Большинство из них являлись бородатыми или хотя бы с щетиной на лице, одеты они были просто и выглядели немного сурово. Лицо Элайджи не выражало ни одной эмоции, он всегда очень умело скрывал то, что чувствует, чего нельзя сказать о Нике. Гибрид выглядел весьма напряженным, его рука сильно сжимала стакан с каким-то напитком, а глаза выражали небольшое пренебрежение к гостям. За столом кроме мужчин сидела единственная девушка с ярко-зелеными глазами и запоминающейся внешностью. Она постоянно обменивалась многозначительными взглядами с Элайджой, сидящим напротив нее.Только полный идиот не мог почувствовать тот пожар, разгорающийся между ними. Казалось, будто бы они были готовы сбежать вдвоем, оставив все проблемы и постоянную войну позади.       Присев по левую сторону стола рядом с девушкой, Катерина заметила, что Никлаус даже бровью не повел, когда Романова вошла. «А все гибриды такие сексуальные, когда заняты серьезными делами?» – пронеслось в голове рыжеволосой, от чего она улыбнулась.       - Ты та самая королева без короны? Приятно познакомится, меня зовут Хейли Маршалл, и я являюсь альфой в клане полумесяца. – Услышала Катерина легкий шепот возле левого уха и немного повернула голову, чтобы ближе рассмотреть собеседницу. Брюнетка была обладательницей невероятно ярких глаз, аккуратного носика и пухлых губ, на секунду Романовой показалось, что у волчицы итальянские корни, но мы же сейчас не об этом, верно?       - Ну, здравствуй, Хейли Маршалл. Скорее всего, обо мне ты уже все знаешь, и я могу не представляться. Объясни, что здесь происходит, - продолжила беседу Катерина.       - Да, ты права, мы уже давно все о тебе знаем. Новость о твоем визите в Новый Орлеан облетела всех еще вечером, когда весь город устроил праздник в честь Клауса-Короля-Майклсона, - с небольшой усмешкой произнесла Хейли, - сейчас первые лица оставшихся кланов обговаривают условия сделки с первородными. Вы должны найти способ, при котором наши обращения будут добровольными, а мы должны вступить с вами в союз, чтобы оказать поддержку в войне.       В этот момент ситуация за столом накалялась, никто из присутствующих не мог прийти к общему решению. Клаус уже грозился кого-то убить, Элайджа старался его успокоить, а один из волков хотел разорвать сделку.       - Подождите! Мы не можем решать все конфликты вот так, нам нужно гребанное единство. Какой толк в постоянном перегрызании глоток друг другу? Сейчас у нас есть только один выход – заключить союз, если мы этого не сделаем, то Эстер подчинит себе всех, - прервала нарастающий конфликт Катерина, - чтобы контролировать ваши обращения нужно сделать все так, как и написано в писании. То есть, два вожака, представителя враждующих кланов полумесяца должны обручиться.       Волки, находящиеся за столом, переглянулись и все поняли, о ком идет речь. Лицо Элайджи отразило огорчение, его взгляд сошелся с глазами волчицы. Обоих внутри раздирало от злости на весь этот мир, на то, что они не могут быть вместе, а вынуждены раз разом разлучаться и теперь, видимо, навсегда.       - Но в магии ведь должны быть лазейки? – Осторожно спросил волк, сидящий напротив Катерины. Он отличался среди остальных, был моложе, без бороды и с невероятно голубыми и добрыми глазами, которые смотрели на рыжую с надеждой.       - Не забывайте о том, что брак может быть фикцией. То есть, нам важен сам ритуал, а не то, что будет после него. В данном случае супруги не обязаны делить одну постель, воспитывать общих детей и умереть в один день. Если мы сделаем все так, как и завещали нам предки, то все пройдет гладко, - прервал молодого волка Кол, молчавший все это время.       - Чем быстрее мы проведем ритуал, тем быстрее стая получит силу. Сейчас вы должны будете переманить на нашу сторону тех, кто принял кольца Луны от Эстер. Через неделю мы должны уже обручить вожаков, я предлагаю действовать быстрее, - заключила Катерина и встала из-за стола.       Ближе к полудню дом Майклсонов опустел. Волки отправились переманивать остальную стаю на сторону первородных вампиров и готовиться к обряду, Элайджа вызвался сопровождать их на болота, чтобы посвятить Хейли чуть больше времени, чем обычно, сейчас они оба нуждались в этом. Ребекка в тайне от Никлауса отправилась к Марселю, дабы «обсудить с ним условия союза», но все мы прекрасно понимаем, что они будут обсуждать далеко не это. Катерина сидела на большой кровати в своей комнате и перебирала старые фотокарточки, сделанные еще в 20 веке. На изображениях она и ее семья были самыми счастливыми. Первая фотография была сделана возле бронепалубного крейсера Варяг, отец гордо обнимал единственного сына Алексея и свою жену, дочери же пристроились к родителям сзади. Это был 1904 год, когда еще все было хорошо и чистое небо приковывало своей красотой. Следующая фотокарточка была сделана в 1908 перед свадьбой сестры Марии Николаевны, муж которой в конечном счете оказался предателем и одним из убийц Григория Распутина.       - Я войду? – Раздался знакомый голос. В дверном проеме Катерина увидела Никлауса, который плечом уперся на дверь.       - Чем я обязана такой чести? – Усмехнулась девушка, когда гибрид вошел в ее комнату, и начала быстро складывать все фотокарточки в красную бархатную коробочку.       - Просто хотел увидеть тебя. Ты сегодня была очень смелой и невероятно сексуальной, - девушка легко ухмыльнулась, когда услышала эти слова, ведь ранее за столом, она отмечала это же свойство у Никлауса, - ты понравилась Хейли Маршалл, она восхищалась твоим своенравием и была искренне рада знакомству.       - Послушай, мне очень приятно, но если ты пришел только, чтобы подбодрить меня перед вечерней миссией, то не стоит. Я не боюсь, - с вызовом смотря в глаза первородному вампиру, сказал девушка.       - Катерина, я сейчас хотел сказать, что наша семья приносит тебе и будет приносить множество невзгод, но преимущество все же есть. Здесь всегда будет твой дом. За последние века ты стала единственным человеком, которому доверилась вся моя семья. Ты стала частью Майклсонов.       Романова улыбнулась и опустила взгляд вниз. Да кто же знал, что Никлаус Майклсон может быть таким милым? Встав с кровати, девушка подошла с Нику и осторожно обняла его, сказав всего лишь одно слово «спасибо». Гибрид обвил руками талию Катерины и зарылся носом в рыжие локоны. В тот момент для них не существовало остального мира, были лишь они. Говорят, что «истина в вине и теле, в религии и постели», но они нашли ее друг в друге. Эти объятия были бОльшим, чем просто благодарностью, в эту секунду гибриды давали надежду друг другу на светлое будущее, семейное объединение и на то, чего у них уже давно не было – на ЛЮБОВЬ.       - Обнимашки – это классно, но мне нужно собраться к вечеру, - Катерина мягко намекнула на то, чтобы Никлаус вышел из ее комнаты. К большому удивлению он улыбнулся и покинул покои девушки. «Он только что был добрым?» - пронеслось в голове у рыжей. Рассуждать можно было много, но сейчас нужно было собраться так, чтобы из всей толпы Майкл заметил именно ее. В ходе мыслительного процесса Романова остановила выбор на белом кружевном винтажном платье, в нем девушка походила на аккуратную фарфоровую куклу, которая находилась в коллекции у богатой барышни. Его длина была выше колена, оно было узким до талии, а на бедрах становилась расклешенным, на ноги девушка надела красные лакированные туфли и не забыла маленький клатч под цвет обуви. Уже к шести часам вечера рыжеволосая была полностью готова и спустилась на первый этаж особняка к Майклсонами, которые повторно обсуждали между собой план нападения.       - Итак, мне кто-нибудь объяснит, что конкретно требуется от меня? – Катерина свои появлением привлекла к своему образу несколько пар глаз. Никлаус смотрел на нее так, будто она спустилась с небес. Тогда ему казалось, что если дьявол вместо его души захочет забрать что-то ценное – то он попросит это воспоминание, с чего началась их история. Знала ли она, что имеет на него влияние? Конечно, да. Женщины сильные и хитрые создания.Эта девушка может разрушить его самым красивым способом из возможных, и тогда, он наконец поймет, почему ураганы называют человеческими именами. - Милая, ты шикарно выглядишь, но я не уверена, что платье останется целым, - сделала комплимент Ребекка, виновато улыбнувшись, - сейчас ты пойдешь на главную улицу Нового Орлеана, где и будет проходить пеший фестиваль. Мы будем наблюдать, чтобы все шло по плану и просто сольемся с толпой, а ты наоборот должна будешь вести себя громко и заметно. Старайся придерживаться толпы немного сбоку, чтобы по правую сторону от тебя всегда были неосвещенные тупики или переулки. Мы придем за тобой, как только Майкл попадет в ловушку.       - Так же в толпе будут вампиры Марселя, с которыми мы уже заключили союз. Непредвиденных ситуаций не должно произойти. Будь осторожна, - пожелал Катерине удачи Элайджа, немного приобняв за плечи, - сейчас ты должна будешь выйти первая, а мы за тобой через несколько минут.       Девушка кивнула и хотела было уже двинуться к широким воротам, но ее вовремя окликнул Никлаус, от которого она так ждала напутствий.       - Катерина, если ты будешь напугана, то я приду. У тебя все ещё есть возможность отказаться.       - От судьбы не убежишь, Никлаус. Если мне суждено сегодня погибнуть, то так тому и быть.       Катерина вышла на центральную улицу и быстро слилась с веселой толпой горожан, отмечающих фестиваль. Тогда ей было и страшно, и весело, и горько, и невероятно грустно, в такие моменты тебе приходит осознание. Внутри что-то щелкает, и ты смотришь другими глазами на жизнь. Замечаешь незаметное, думаешь о том, о чем никогда не думал. Ведь жизнь- это эксперимент наш личный и чей-то еще над нами. Вести себя громко, весело, задорно, намного легче, если не преследовать определенные цели. Катерине казалось, что ее движения очень скованные, а сама радость на лице настолько фальшивая, что пробегающая мимо собака это замечает. Танцуя с веселым незнакомцем, девушка заметила пару серых глаз, прожигающих в ней дыру. Попрощавшись с молодым человеком, она старалась держаться правой стороны улицы, немного отбиваясь от толпы в сторону неосвещенных переулков. Рыжая не успела даже оглянуться, как была прижата к стене заброшенного магазинчика, чья-то рука крепко сжимала ее горло и постепенно поднимала. В какой-то момент Катерина осознала, что ноги уже давно болтаются в воздухе, а в легких не хватает воздуха. «Красивая пташка попалась, даже убивать тебя жалко» - послышался низкий голос, с каждой секундой атмосфера накалялась, девушке все больше не хватало воздуха, губы начинали синеть, а шею пронзили два острых клыка.       - С дамами так нельзя обращаться, отец, - тишину сотрясал родной голос Элайджи. За считанные секунды Катерина отбросила Майкла с противоположной стене и начала шептать заклинания, которые являлись источником невыносимой боли в его голове. Но, видимо, он уже осушил несколько человек, став при этом практически неуязвимым. Неожиданно появился Никлаус, который яростно бросился на отца. Его глаза залились тьмой, а изо рта вылезли клыки, в новом обличии он был похож на самого дьявола. Романова ещё никогда преждене видела столько ярости в одном создании. Настолько быстро перевоплощение из человека в дикого зверя пугало ее. В глазах Никлауса пылал адский огонь, тогда он был готов уничтожить всех. Чувства Катерины смешивались при виде этого зрелища, она и боялась его, и восхищалась, но не дай Бог, чтобы такое снова повторилось.       - За тебя борются только идиоты и женщины, выродок, ты никогда не отличался смелостью настоящего воина, - сказал Майкл, который уже полностью принял вампирское обличие.       Катерина вновь принялась шептать сдерживающие заклятия, когда Майкл достал кол из белого дуба, чтобы вонзить его в грудь Клауса. Отец семейства упал на колени, хватаясь на голову, но все же нашел в себе силы чтобы швырнуть в неродного сына нож Папы Тумбы. В последний момент Элайджа закрыл своей грудью брата, и клинок полностью вошел в его грудную клетку. Лицо Элайджи исказилось от боли, а тело его упало на землю. Ник набросился на Майкла, вонзив клыки в его шею. Незаметно для обоих кол из белого дуба упал на землю, рыжеволосая успела подобрать оружие.       Катерина взялась рукой за изумрудный оберег, который достался ей от бабушки, и начала произносить заклинание воспламенения. Голос ее с каждым разом становился громче и звонче, а Майкла начали обхватывать горячие языки пламени. Огонь уже поглотил его ноги и запястья, но девушка не останавливалась и продолжала буквально выкрикивать слова заклятия на незнакомом языке. Адский огонь все больше и больше поглощал вампира, с каждой секундой он сгорал на глазах, превращаясь в пепел. Романова почувствовала, что стоит остановиться, когда от чудовища ничего не осталось, кроме пепла, а силы не начали покидать ее.       Очнувшись в своей комнате поместья Майклсонов глубокой ночью, Катерина почувствовала, что довольно слаба, но так же ей было необходимо проверить Элайджу, который самоотверженно защищал брата. Ступая по холодному мраморному полу, она начала бояться того, что друг уже мертв, и его будет невозможно спасти. Рыжая подошла к спальне вампира и осторожно приоткрыла дверь. Возле него сидела Ребекка и Ник, которые вполголоса обсуждали события этой ночи.       - Зачем ты встала? – Спросил Никлаус, как только увидел Романову в дверном проеме.       - Он в порядке? – Указав на Элайджу, и проигнорировав вопрос Никлауса, спросила девушка.       - Катрин, мы без понятия, что будет с нашим братом, но точно знаем, он испытывает муки. Кол пытается найти то, что могло бы спасти Элайджу, но мы чувствуем, как силы начинают покидать его, - Ребекка переживала за брата, ее голос был надломлен, руки дрожали, а глаза были красными и влажными.       Катерина подошла к кровати друга, присела на край и ласково провела по его лицу ладонью. « Не оставляй меня здесь одну, ладно?» - тихо прошептала она, уткнувшись в грудь друга лицом. К этому первородному вампиру она относилась с особым теплом и уважением, в этом доме он был ее первым защитником. То, что происходило в данный момент в комнате, не совсем нравилось Никлаусу. Он правда опасался, что брат может больше не очнуться, но так же ощущал некую связь между Элайджой и Катериной. Гибрид вышел на балкон. Его легкие постепенно наполнялись свежим воздухом, теплый летний ветер обдувал лицо, а звезды на небе приковывали взгляд своими танцами вокруг Луны.       - Это ты меня принес в дом? – Спросила Катерина, положив руку на предплечье Ника, - спасибо.       - Что между тобой и моим братом? – Задал встречный вопрос Никлаус, повернув голову в сторону девушки. Он внимательно разглядывал ее глаза и не прерывал зрительный контакт.       - Мы просто друзья. А ты ревнуешь? – Она немного усмехнулась и легко коснулась его щеки ладонью. Глаза Романовой загорелись хитрым кошачьим огоньком, который завораживал Никлауса и не давал себя забыть. Вместо ответа первородный вампир поцеловал девушку, попутно сжимая ее ягодицы.       - Не хочешь продолжить у меня? – Спросил Клаус у девушки, прерывая поцелуй.       - Не хочу, продолжим в другой раз, спокойной ночи, - сказала девушка, поцеловав гибрида в щеку.       Она полностью понимала, что сейчас может манипулировать Майклсоном и делала это. Подсадить на крючок великого и могучего Никлауса Майклсона не составило труда, правда? Не нужно было начинать игру с той, которая умеет играть лучше тебя. Любовь это или все же игра?