Это не могло так закончиться

2019 год.

Холодный петербургский ветер проникал в настежь открытое окно без штор, наполняя просторную комнату морозным октябрьским воздухом, разгоняя и выветривая сигаретный дым, окутавший помещение. Пустые пачки сигарет и прозрачная почерневшая пепельница, которую наполняли окурки Rothmans с зелёной кнопкой и пепел, украшали небольшой стол, стоящий вдоль стены. Периодические злосчастные порывы ветра заставляли некоторое количество бычков оказываться на столе и задевать маленькие лужицы от светлого нефильтрованного, то перекатываясь от одного края к другому, то слетая со стола и скользить по белому кафельному полу. Темноволосый парниша сидел, поджав колени, опираясь голыми ступнями на края деревянного стула с красной обивкой. Глаза его были прикрыты, светлые ресницы дрожали, одну бледную кисть запустил он в запутанную шевелюру, немного сжимая темные пряди, дабы не ощущать легкого тремора, второй периодически потягивал курево с ярким зеленым кружком возле фильтра, область которого была помята, к дрожащим алым губам, что всякий раз жадно впивались в сигарету, тягуче вдыхая большую порцию долгожданного сладкого никотина. Взгляд его устремлен на серо-коричневые здания, видневшиеся через широкое окно, и деревья, ветки которых качает порывистый октябрьский ветер, безжалостно срывая пожелтевшие листья, бывало сухие. Стаи птиц кружились меж серых туч на тусклом небе. Из едва работающего старого радио играла "Чувствую душой". Парень покачивался в такт и периодически шевелил губами, как бы подпевая любимой композиции Алексеева. И над холодными крышами. Падает, как будто с небес вода. Ты ведь не поверишь, но я всегда Чувствую тебя, душой. Покрасневшие глаза цвета ледяного океана наполнялись влагой. "Только не разводи сопли, Егор", – мысленно приказал он себе, и тут же, хмыкнув, скривил улыбку, быстро поморгав, дабы освободить глаза от противной жидкости, и пару раз сглотнул несуществующую слюну, с целью убрать давящий горький ком в горле. Окончив трапезу с последней сигаретой из мятой черно-зеленой пачки, он медленно поднялся, подошёл к прибору, из которого его оповестили о скором ливне, и, дослушав прогноз погоды в Петербурге на сегодняшний день, нажал на кнопку с практически стертым знаком выключателя и направился прямиком в ванную комнату совершать утренние ритуалы. Остановившись возле раковины и опираясь на неё худыми ладонями, обхватывая длинными бледными пальцами белые края, он поднял взгляд на запылённое зеркало напротив, откуда на него глядели серо-голубые глаза с легким прищуром, всё ещё немного влажные, мешки от недостатка сна и стресса красовались под ними, алые губы были сухими, на них чувствовался металлический вкус из-за небольших ранок от укусов. Егор устало потёр глаза, после чего ещё раз разочарованно оглядел человека в зеркале. Что это за чудо..вище Рвано выдохнув, он принялся умываться холодной проточной водой, дабы взбодриться и почувствовать себя немного живее. Прозрачные капли с едва заметных ресниц сползали к худым щекам. Кончики смольных густых волос потемнели от скопившейся на них влаги. Голубой растрепанной щёткой он стал медленно водить по немного пожелтевшим зубам. Закончив с процедурой, глянул на своё отражение снова, невооруженным глазом было видно хаос, творящийся с волосами. Закатив глаза и выдохнув на слове «бля», он взял чёрную расческу и принялся распутывать образовавшееся "гнездо". В коридоре парень стоял в ступоре с минуту, осматривая вешалку с некоторым количеством верхней одежды, от лёгкой осенней до самой тёплой, предназначенной для зимнего времени года. Задумчиво разглядывая происходящее за окном, он нахмурился. — Люблю Питер, – произнес в тишину саркастичным тоном, заметив свинцовые тучи, покрывшие небо города. Вновь взглянув на содержание вешалки, он взял однотонную чёрную кофту с большим капюшоном и неторопливо натянул её на себя поверх белой футболки. Нацепив на ноги классические чёрные Vans с небольшими потертостями, и завязав сероватые шнурки, подтянул сползающие с узких бёдер схожего с верхом цвета спортивки, и осмотрев себя в зеркале, легко махнул рукой. Не замерзну На этом парень тронулся в круглосуточный магазин, находящийся недалеко от его дома, за новой порцией травящей заразы в красивой картонной пачке, и, возможно, некоторыми продуктами питания.

***

Магазином это назвать было трудно, скорее небольшой ларёк, но с довольно свежим ремонтом. Егор зашёл внутрь. Белые тона помещения и яркий свет ослепляли, потому пришлось немного зажмуриться, зайдя внутрь. Не было ни одного покупателя, что не могло не радовать классического социофоба. В глаза сразу же бросился прилавок с лапшой быстрого приготовления. К этому сложно быть равнодушным. Желудок тоже среагировал быстро. Урчание нарушило тишину, среди которой были лишь звуки работающих холодильников, и продавец, женщина лет 60-ти с добрыми глазами и милым блондинистым каре, бросила на парня беглый взгляд, после чего снова приступила к своим делам за кассой. Егор медленно прикрыл глаза, выругавшись про себя, и зашагал к прилавку с желанной едой. Появилось много новой пищи быстрого приготовления, и парень стал рассматривать каждую упаковку, в целях найти что-то не слишком острое, и более менее приятное на вкус, но выбирал продукт лишь из знакомого ему, решив всё же не доверять описанию вкуса с упаковки. Ухватив пару пачек, он развернулся на пятках лицом к холодильнику с напитками, хватило одного взгляда на пиво, чтобы тошнота подступила к горлу. Сегодня без пивасика Егор скривился, и стал рассматривать стеклянные бутылки Pepsi. Тут же кто-то зашёл в помещение, что было понятно по звенящему звуку маленького колокольчика над дверью, но парня это сейчас волновало меньше всего, ведь ему предстоял сложный выбор – взять две 0,5 Pepsi, ведь обойдётся дешевле, или для удобства сразу литровую бутылку. Неизвестный вежливо произнёс «Здравствуйте». Егор замер с рукой у открытого холодильника, держа литровую Pepsi в руках, образовавшийся звон в ушах сбивал мысли, разговор едва было слышно, но он изо всех старался сосредоточиться. — Ротманс с зелёной кнопкой, пожалуйста, – послышался немного хриплый, высокий и нежный, молодой мужской голос. В виске стрельнуло, а рука, что держала холодную бутылку, дрогнула, тело дрожало, словно в судороге. Голубые глаза округлились, а уголки наполнились влагой. Несмотря на то, что парень стоял у холодильника, его бросало то в жар, то в холод. Колени непослушно поджимались. Ротманс с зелёной? Вопрос двоился в сознании множеством голосов. Голова разболелась, разум затуманился и наполнился вакуумом. В глазах стало темнеть, а картинка расплывалась. Что-то невыносимо пекло и болело в груди. Ком сдавил горло настолько, что дышать было практически невозможно. Парень делал рваные выдохи и вдохи, стараясь выполнить это неслышно. Этого не может быть — Спасибо, – добавил посетитель спустя четверть минуты, после звука терминала, информирующего об успешной оплате, и выданного из него чека. – А вы, случаем, не знаете где ближайшая кофейня? — При выходе пройдете налево, повернете ещё раз налево, там увидите яркую круглую вывеску «КофеМан», – подсказала женщина. — Хорошо, спасибо за помощь, – вежливо произнес молодой человек, и быстро удалился за дверь магазина. Егор продолжал стоять, не шевелясь. Сердце бешено колотилось в груди, правый глаз немного подрагивал, а глаза будто наполнились болью. "Очнись" – произнес внутренний голос. — Нужно собраться с мыслями и съебываться, иначе я откинусь прямо у холодильника с газировкой, хотелось бы умереть красивее, – мысленно дал он указание самому себе, — У меня проблемы, раз я так реагирую на посетителей и совпадения. Одной рукой он взъерошил волосы, легко тряхнул головой, и наконец вытащив литровую Pepsi, он направился к кассе, стараясь отгонять от себя никак не утихавшую тревогу. — И пачку Rothmans, – сказал он, положив два Роллтона, и поставив холодную литровую бутылку Pepsi, — С зелёной, – добавил парень, когда женщина, пробив другие покупки, потянулась к шкафчику с табачной продукцией, вопросительно глядя на него. — Что-то всех сегодня на Rothmans с зелёной потянуло, – сказала женщина с лёгкой улыбкой, пробивая сигареты, на что парень робко улыбнулся и согласился легким кивком головой, – Двести тридцать один рубль. Парень положил в лоток три сотни, и, получив сдачу, покинул помещение. Он остановился возле небольшого круглого красного столика возле магазина, что немного покрыт пылью и мелкими царапинками, а по краям виднелись прожженные следы, судя по всему, от затушенных об него сигарет, и поставил туда свои покупки. Кругом было тихо, лишь еле слышны звуки листвы деревьев, находящихся неподалеку. С неба понемногу капало, но магазинная крыша спасала от попадания на лицо холодных капель. Ливень по прогнозу был обещан к шести часам вечера, через час с лишним. Егор кивнул своим размышлениям о погоде, и о том, что после трапезы стоит сразу возвращаться домой, и не стоять под несчастной крышей до девяти, пока не закончатся обильные осадки, и, срывая плёнку с новенькой пачки Rothmans, он взял одну в зубы и полез в карман, за зажигалкой. Вроде отпустило… В любом случае, это вряд ли то, о чем я подумал. Просто незнакомец. Незнакомец Он постучал по карманам спортивок и ветровки, но там не оказалось нужного предмета. Парень выругался про себя, положил курево в карман, не забыв обязательно закатить глаза, двинулся обратно в магазин. — Зажигалку, пожалуйста, – сказал он устало, подойдя к кассе. — Тридцать три рубля, – произнесла женщина за кассой, и пробив покупку, протянула ему кремниевую Cricket синего цвета, и, вместе с тем, весело ухмыльнулась, смотря на недовольное лицо парнишки. Достав уже на улице из кармана желанную сигарету и подкурив её, он прикрыл глаза, вдыхая дым. Выпустив облако, которое отдавало запахом лайма, он расплылся в лёгкой улыбке. О, это всё что мне было нужно. Но почему сердце так бешено колотится?… Свежий осенний ветер ласкал его растрепанные чёрные волосы, и обдувал оголенную зону изящной шеи, отчего тот немного поеживался. Сигаретный лаймовый дым обжигал горло и приятно щекотал лёгкие. Егор лениво повернул голову влево через плечо, и замер, оставив губы приоткрытыми. Блять, блять, блять, блять На этот раз сердце не колотилось бешено, не ударяло в грудь, напротив, оно словно остановилось. Время замедлилось. Картинка расплылась, а фокус зрения остановился на идущем парне, до боли знакомой внешности. Это ты. Блять Среднего роста, на голову-полторы ниже Егора, с темно русой приличной шевелюрой, зелёными глазами круглого разреза, едва видными на них ресницами, не сильно пухлыми губами, щеки его были розоватыми, то ли от погоды, то ли всегда такие. На нём легкий чёрный пуховик без капюшона, который он оставил расстегнутым, черный свитер и темно-синие джинсы. Парень шёл размеренным шагом, с бело-коричневым стаканчиком из «КофеМана» в правой руке, обходя мелкие лужицы, с целью не испачкать черные потертые конверсы. После того как в очередной раз защитил обувь от грязи, он поднял взгляд от дороги, и тут же остановился в паре метров чуть приоткрыв рот, в упор смотря на замершего парня напротив. Прошло с полминуты, сожжённый кончик сигареты упал под ноги Егору. Я не ошибся Наконец очухавшись, едва заметно тряхнул головой, он затянулся, не отрывая взгляда от застывшего парнишки, продолжавшего стоять в оцепенении, даже наверное пытался таким образом найти для себя доказательства нереальности происходящего. Так, Егор, только держи себя в руках Облако дыма вышло наружу, после чего он наконец отвёл свой пристальный взор, и стал наблюдать за тем, как ветер срывает сухие желто-зеленые листья деревьев, кружа их в воздухе несколько секунд, а после швыряя на мокрый темно-серый асфальт. Поток мыслей в голове не прекращался, потому за хотя бы одной из них уследить было сложно. А от адекватности дум разум отказывался вовсе. Несметное количество вопросов ломали голову. Это внешнее безразличие совсем не совпадало с внутренними ощущениями, ведь помимо бесконечного наплыва мыслей, чувства рвали изнутри, не оставляя живого места. Я сейчас отключусь Внутренние органы словно сдавило от напряжения, что даже создавало некий дискомфорт. Кровь в жилах прогоняла несметное количество адреналина. Но безразличный взгляд и расслабленная поза не выдавали его совсем. Русоволосый парень, тяжело выдохнув, медленно подошёл к столику, поставив на него полупустой стакан, встал у него с другой стороны, касаясь края рукавом пуховика, полубоком от Егора, и, достав пачку Rothmans из кармана джинс, закурил зажатую зубами сигарету. Затянувшись, он кинул взор на знакомые сигареты, лежащие рядом с его визави, реакции не последовало, хотя стоило удивиться, и отвёл глаза куда-то в сторону. — Какими судьбами? – задал вопрос парень, выдыхая дым, чуть нахмурив светлые брови, и бегло осмотрев озадаченное лицо Егора. В отличии от того, его внешний облик и проявления выдавали внутреннее состояние от и до. Испуганный взгляд, и дрожание в голосе – это то, на что Егор обратил внимание, но особенно его поразила смелость собеседника, которую он проявил, несмотря на тревогу, что так отчетливо была слышна в его фразе. А что отвечать то?… — Так получилось, – выдохнул тот спустя несколько секунд. Он поджег кончик ещё одной сигареты и задумчиво затянувшись, заглянул в глаза собеседника, что в упор смотрел в его, – А ты? Эти глаза… — Ну и у меня, – произнёс парень, опуская взгляд вниз, пожимая плечами. — Так получилось, – добавил он тише, нервно дёрнув уголком губ. — Не ожидал увидеть тебя здесь, – ровным тоном проговорил Егор, выделяя интонацией последнее слово. — Да я тоже не ожидал встречи, как ты мог заметить, – грустно ухмыльнулся парень, отводя взгляд. Повисло неловкое молчание. Парни периодически встречались взглядами. Это продолжалось с минуту. Пока один не решился заговорить. — Егор, – произнёс знакомый, возвращая собеседника в реальность, когда тот уставился в одну точку на земле. У парня дрогнуло сердце. До боли знакомый голос, что оставляет по телу мурашки, произнес его имя, — Кофе хочешь? Егор глянул на стакан, стоящий на столе и озадаченно слегка выгнул бровь. В смысле? Так, он предложил мне свой кофе, или что? — Кофейня недалеко. Пойдём, – раздумчиво произнес он, невольно улыбнувшись тому, как Егор скептично смотрел на стакан кофейного напитка, и кивнул в сторону идущей тропинки, не разрывая зрительный контакт. А, блять, какой же я тупой — Пойдём, – спокойно отозвался визави, легко пожав плечами. Он сделал небольшой шаг вперёд и тут же вспомнил о своих покупках. Осмотрев их недовольно, посмотрел в спину товарища, уже смело шагающего в нужном направлении, — Подожди, Ром, – неуверенно окликнул его. Внутренний мир пережил пару атомных бомб после того как он произнес имя, которое так давно не мелькало в разговоре, хотя миллиарды и триллионы раз в мыслях. И когда тот развернулся, озадаченно смотря на него, Егор кивком головы указал на предметы, находящиеся на столике, и, поджав губы, рывком двинулся в магазин. Сохранять спокойствие с каждой минутой становилось всё сложнее и сложнее. На что я вообще подписался? О, боже, я сейчас пойду с ним пить чёртов кофе. Вообще ебнулся. Зачем надо было соглашаться на это. Мне пизда Пока множество мыслей крутилось в голове, он уже вышел из помещения с целлофановым пакетом с синей надписью «Спасибо за покупку», раскрыл его и сложил туда газировку и две упаковки лапши. — Хорошо ты питаешься, – произнес Рома, грустно улыбнувшись уголком губ. Он прихватил свой стаканчик и, допив остатки напитка, метко забросил его в урну, стоящую почти в двух метрах от него, — Ну, идём, – спокойно заявил он, получив в ответ одобрительную улыбку парня напротив. Меня сейчас разорвёт. Зачем ты улыбаешься

***

Кофейня действительно находилась недалеко. Само помещение внутри было в светло-коричневых тонах, а украшали его маленькие живые круглые деревца с яркими зелёными листочками, стоящие на широких подоконниках, а растения большего размера в горшках на полу красовались возле мягких диванов бежевого цвета, находящихся в дальних углах кофейни. Вдоль панорамных окон находились стоячие столы из белого дерева. За барной стойкой стоял приятный молодой человек, в светло-бежевом фартуке, на котором сверху поместился бейдж с именем Андрей, он с лёгкой улыбкой принимал заказы посетителей, а после возился с кофемашиной с таким же непринужденным выражением лица. Рядом стояли прозрачные мини-витрины с аппетитными десертами. Из колонок негромко доносилась приятная джазовая музыка. Посетителей было немного, но присутствующие уютно улыбались, попивая напитки, кто-то клацал кнопками по Macbook с серьезным сосредоточенным лицом, другой же расслабленно листал ленту в социальных сетях, потягиваясь за чашкой. Попадая сюда, лицезрея сию спокойную и комфортную обстановку, человек ловит себя на мысли, что амбьянс кофейни очень ярко контрастирует с тем, что есть на питерских серых улицах. Зайдя внутрь, парни оглянулись по сторонам в поисках свободного столика. Егор заметил понравившийся ему пустой столик в углу помещения. — Тот неплохой, – подметил парень, указывая ладонью на нужный стол с зелёным кустиком рядом. — Хорошо, займи его, я сделаю заказ, – дал указание Рома. Для начала парень снял пуховик и протянул его Егору, — Повесь, пожалуйста, – попросил он с непринужденной улыбкой, и указал легким кивком головы на вешалку для верхней одежды, расположившуюся в паре метров от них. Вручив вещь после согласия товарища, он, улыбнувшись чуть шире, уверенной походкой направился к кассе, чтобы сделать заказ. Егор выполнил просьбу, повесив чёрный пуховик на пустующую вешалку. Запах сладкого одеколона ударил в нос. Парень остановился, потому что чуть было не упал. Сердце дрогнуло. Перед глазами словно пролетела вся жизнь. Чёрт, тот самый Как сейчас помню… Прохлада, ледяная газировка, та самая лавочка, звуки скейтов, сигаретный дым. Я был счастлив… Шум помещения вернул его в реальность. От запаха одеколона к горлу подступила тошнота, потому он, простояв ещё несколько секунд в оцепенении у вешалки, наконец зашагал в сторону выбранного столика. Рома остановил его, легко придержав за предплечье, когда тот проходил мимо стойки. Сердце Егора пропустило удар. — Какой пьешь? – поинтересовался парень, заглянув в глаза товарища. — Американо, – ответил тот, возвращая взгляд от изумрудных глаз к руке, держащей его, и, осторожно освободившись легким движением руки от слабой хватки, отведя её в сторону, двинулся к столу, так и не посмотрев на собеседника. — Понял, – улыбнулся Рома, медленно убирая руку обратно. Улыбаешься как и прежде широко и будто бы искренне, но тебя выдают глаза Приблизительно через две минуты Рома вернулся, и, плюхнувшись на бежевый угловой диванчик напротив Егора, сообщил тому, что напитки скоро принесут. Убедившись в том, что его услышали, он загадочно глянул в панорамное окно, наблюдая за погодой, мерзкой грязью от мелкого дождя и за отражением парня напротив, смотрящего в пол, поджав алые искусанные пухлые губы. Но ты ту улыбку ни за что никогда больше не спародируешь Егора накрыли эмоции. Он изо всех сил по прежнему старался держать себя в руках, но воспоминания заставляли сердце разрываться, а слёзы жечь глаза. Он смотрел на то, как юноша напротив непринуждённо улыбался, но не замечал в глазах блеска. Лишь пустоту, бесконечную пустоту и множество боли. Нужно поговорить, раз есть возможность Он рассматривал его розоватые худые щёки, аккуратный нос, и очаровательные губы. Всё осталось прежним. Но потускнело со временем. И это невозможно спрятать. Он должен знать Улыбчивый официант, с красовавшимся на бежевом фартуке бейджем с именем "Константин", отвлек от роя мыслей, подойдя к столику в углу, занятому молодыми людьми, и поставил перед каждым по белой чашке объемом в двести миллилитров. — Приятного вечера, – пожелал молодой человек, посмотрев на посетителей по очереди. — Спасибо большое, – ответил Рома, легко улыбнувшись в ответ. Егор же ограничился сдержанной улыбкой и лёгким кивком головы. После того как официант удалился, парни быстро переглянулись, и принялись пить свои напитки. — Здесь делают очень вкусный латте. Вторая порция за сегодня не будет лишней, – произнес Рома негромко, и хмыкнул, слизав кончиком языка сладкую белую пенку от латте поверх верхней губы. Собеседник одобрительно улыбнулся уголком губ. Они снова замолчали. Парень не отрывал от Егора взгляда, ожидая от того реплики. Поверь, я знаю сколько у тебя накопилось, и твой латте идет нахуй — Нам лучше сейчас не о кофе разговаривать, – нарушил ненадолго затянувшуюся тишину Егор, и, отпив американо, поднял взгляд на собеседника, в упор смотревшего на него с лёгкой ухмылкой на лице, — Да? – добавил он, приподняв темные прямые брови в вопросе. — Да? – усмехнулся парень напротив, — О чем же людям разговаривать спустя несколько лет? – спросил он, отпивая латте и покачивая головой. — Только о кофе, – добавил с небольшим выдохом и с лёгкой и грустной улыбкой посмотрел на визави. — Например о том, что было эти самые несколько лет назад, – ответил парень с тенью грусти и пожал плечами. Перед глазами одно за другим являлись воспоминания из прошлого в ярких красках, и становилось тошно. Он отодвинул в сторону полупустую чашку и наблюдал за пейзажем в окне, стараясь игнорировать этот настороженный обиженный взгляд зелёных глаз напротив. Всё это время я думал, что забыл всё. Но это всегда жило и гнило во мне. Больнее будет рассказывать об этом ему — Я не против, – произнес Рома, легко пожав плечами, — Но я думал ты мне давно уже всё сказал, – отметил он, встретившись взглядом с собеседником, — Хочешь ещё что-то сказать? – добавил он, рывком потянувшись к чашке, и, опустошив её, громко поставил на место, чуть склонившись над столом, в упор смотря на виноватое лицо. В тебе столько обиды… Хотя чему тут удивляться Егор не сводил глаз с собеседника и не двигался до того момента, пока Рома громко не выдохнул и не заговорил. — Я тебя понял, – он отодвинул пустую чашку к краю, положил рядом пять сотен, и хотел было выйти из-за стола, но его остановили. Егор поднялся, и, продолжая смотреть на него, крепко держал парня за плечо, не давая двинуться дальше. Руки тряслись, сердце уже разрывало грудь, хотелось убежать сразу после этого прикосновения. Ты такой же мягкий, тёплый, нежный и... Так, стоп, я слишком долго продолжаю стоять Убедившись что тот не уйдет, брюнет опустился обратно на диван и, сложив руки в замок, облокотился на стол, заглянул в глаза стоявшего в недоумении парня. Рома, выдохнув, присел, и, сложив руки на груди, вопросительно глянул на собеседника. А если это мой шанс всё исправить? — Почему? – в голосе звучала обида, — Просто ответь, сука, почему, – произнёс Рома членораздельно. — Что "почему"? – последовало тихо. Егор хотел растянуть время, несмотря на то, что ответ на это готовил долгие годы. Хотелось сбежать, но назад пути уже не было. Он медленно прикрыл глаза, выругавшись про себя, понимая, какую хуйню сморозил. Любил он сначала говорить, потом думать. Конечно, оба прекрасно понимали что за "почему", и что этот, казалось бы, простой вопрос несёт в себе, и сколько несёт. Блять, Егор, в смысле «почему?! Какой же я всё-таки идиот. Слышал бы ты мои мысли, Ром, брежу уже, сам себе вопросы задаю — Да ты издеваешься, – выдал он с психом, и дернувшись с места, тут же остановился, заметив ладонь, направленную в его сторону, указывающую на то, чтобы тот успокоился, он послушался, и удобно устроился на диване, ожидая что скажет парень. Да блять, Егор, что ты творишь то. Тебе тринадцать что ли? Ты итак давно уже всё проебал, терять нечего — Ты не знаешь правды, – выдохнул Егор, устало глядя в зелёные глаза напротив, что медленно наполнялись влагой. — Я знаю. Ты её уже как-то высказал, – произнес, устремив взор в окно. Ох, Ром, если бы ты знал... — То, что я тебе сказал тогда — не было правдой, – выдал он, наблюдая за сменой эмоций собеседника, — Я прекрасно понимаю, к чему относится твое многозначное "почему". Но, поверь, ты не знаешь всей истории, – проговорил он, продолжая следить за эмоциями парня. Рома сидел почти неподвижно и с некой опаской смотрел в глаза напротив. Эмоции менялись одна за другой. Гнев сменялся разочарованием, разочарование болью, но последнее, что было – удивление, скорее шок. — Тогда расскажи мне правдивую историю, – произнес он быстро, с целью скрыть дрожащий голос и не сорваться на слёзы. Его уголки рта были опущены, глаза раскрыты немного шире обычного, а светлые брови сведены и подняты. — Я, честно, не думал, что ты захочешь поговорить об этом, – произнес Рома чуть тише и спокойнее, — Я решил провести с тобой время сегодня, ибо неизвестно когда ещё нам удастся встретиться. Я почти забыл тебя, твои слова, поступки, отпустил прошлое. И точно пришёл не с мыслью ворошить всё это. Но сейчас я узнаю́, что есть «другая правда», о которой мне неизвестно, и хотел бы получить от тебя информацию, – его голос подрагивал, но он старался выглядеть как можно более уверенно. Он почти забыл меня. Забыл. А я до сих пор живу с этим как долбоеб. Разрываюсь на части как только хоть что-то всплывает в памяти. А он… забыл. И, действительно, стал бы человек который не отпустил так легко и непринуждённо приглашать на кофе? Думаю, нет… — Хорошо, Ром, – спокойно ответил Егор, заглядывая в зелёные влажные глаза, которые изо всех сил изображали безразличие и уверенность, — С самого начала. Самое время рассказать Егор погрузился в воспоминания