Ненавижу розы

Я отступила на шаг, вырывая руку из его ладони. Шляпа, которую я секунду назад держала в руке, упала на землю. Это какой-то ужас. Ночной кошмар. Казалось, я забыла, как дышать. Хотелось закричать, но я не могла издать ни звука, так внезапно пересохло в горле. Так быстро, как в ту ночь, я еще никогда не бегала. Парк остался позади, а я уже миновала людные улицы. Я не видела ничего: ни несущихся мне навстречу людей, ни сигналящих машин. Я видела только это лицо и эту улыбку… Забежав в свою квартиру, я заперла дверь, придвинула к ней комод, стоящий в углу. Господи, хоть бы оно не преследовало меня, хоть бы не нашло… Я отступила назад, во тьму квартиры, затаив дыхание. Боже, я же касалась его ладони. Я обняла себя руками, стараясь успокоиться. — Быстро бегаешь, куколка. Я вскрикнула и обернулась. На моей кровати сидел он, больше не скрывая лицо шляпой. В этом просто не было никакого смысла. Я уже и так видела ужас, скрытый под ней. Внутри все похолодело от страха. Он встал и подошел ближе. Я вжалась в стену позади себя и закрыла глаза. Это конец. Моих волос коснулась его рука, заправляя прядь за ухо. — Ну что ты. Поздно бояться.— успокаивающе сказал он.—Сама же подошла ко мне. Уже дважды. Я боялась вздохнуть. — Все тебе неймется, малышка.— прозвучало у самого уха.— Увиваешься около меня, как собачонка. Я мотнула головой, избавляясь от его руки у меня на волосах. — Это случайность. Мне от вас ничего не нужно. Существо вздохнуло. — А мне казалось, что ты хотела научиться игре на скрипке. Я подняла на него глаза. Точно… Я же просила его о помощи. — Знаете что… Уговор отменяется.— выпалила я, еще сильнее вжимаясь в стену. — О нет,— шепнул он, качая головой.— Мы с тобой договорились. А если кто-то заключил со мной договор, то это, моя милая, навсегда. Я нахмурилась. Нужно быть сильной. Не дать ему понять, что я его боюсь. — Я вам не милая.— сказала я решительно. Он лишь усмехнулся, приблизился к самому моему уху, так что я почувствовала, как прядка на виске колышется от его теплого дыхания. Я напряглась. Задержала дыхание. Потом он отпрянул и отошел к окну. Я вздохнула облегченно и наконец позволила себе отойти от стены. — Что ты такое?— наконец спросила я. Он облокотился на подоконник, оглядывая меня с ног до головы. — Зови меня Оффендер. Даже в такой ситуации я не смогла сдержать смешка. Что за странное имя. — А ты, малышка? — Мэри. — Мэри…— повторил он, будто пробуя мое имя на вкус.— Не помню, чтобы у меня когда-то была Мэри. — Что вы имеете ввиду?— спросила я. Оффендер отмахнулся от моего вопроса, словно от надоедливой мухи. Он явно не хотел отвечать. — То-есть…— сказала я наконец.— Вы будете меня обучать? — До поры до времени. Да. — ответил он, поправляя ворот пальто.— Я многому тебя научу, солнце.— добавил он как-то странно. — И потом я выполняю свою часть договора. Беру эту вашу розу, и мы расходимся. — Именно так. Что ж, звучит не так уж страшно. Он хотя-бы не хочет меня убивать. Я молча подошла к комоду, которым забаррикадировала вход, отодвинула его в сторону. Щелкнула задвижкой и открыла дверь, смотря на Оффендера, стоящего у окна. — Думаю, вам пора. Он выпрямился, подошел ко мне. — Уясни одну простую вещь.— сказал он угрожающе тихо, закрывая дверь и запирая ее на замок.— Пока мы с тобой связаны, я буду появляться тут когда и где захочу. Поняла? Я неприязненно смотрела на него. Кажется, я его разозлила. — Поняла?— спросил он с нажимом. — Да. Он вышел на середину комнаты. — Мне не нужны двери. Вхожу я без стука. Почаще оглядывайся назад, малышка. Вдруг я рядом. В следующую секунду он исчез, будто его и не было вовсе. Я сползла по стене на пол и обняла руками колени. Что же это было? *** Лишь только утром я открыла глаза, голову тут же посетила пленительная, дающая надежду мысль: может то, что произошло со мной вчера- всего-лишь сон? Но лишь только я протерла заспанные глаза и вышла в коридор, то увидела комод, стоящий не на своем месте. Черт. Значит все-таки не сон. Теперь к моим проблемам добавилась еще одна. Кроме отсутствия денег и ощущения полной бездарности во мне поселилось четкое осознание того, что меня стало преследовать это существо… Оффендер. Я стала собираться в колледж. Интересно, когда он появится снова? Он сам хотел, чтобы каждый исполнил свою часть договора, а это значит, что скоро он явится, чтобы научить меня игре на скрипке. При этих мыслях я поежилась, будто от холода. Перед глазами снова стояло его лицо… — Мисс Филипс, соберитесь! Снова вы витаете в облаках.— за плечо меня потряс преподаватель: седой мужчина в стареньком костюме. Группа студентов сидела в большом зале и, изучая ноты, старалась сыграть симфонию профессору. Кажется, склонясь над листом с моей партией, я задремала. — Простите. Просто сегодня плохо спала…— пробормотала я, протирая глаза. Мужчина покачал головой. — Не разочаровывайте меня, Мэри. Вы не так уж плохи в игре, какой хотите казаться. Я усмехнулась. Что ж, своеобразный комплимент, мистер Браун. За это мне и нравился этот старик: никогда не скажет напрямик, что он оценил труд студента, но поддержит, если посчитает это нужным. — Боюсь, мистер Браун, Мэри старается изо всех сил.— протянула брюнетка в очках, сидящая на соседнем ряду. Кэти… — Просто заткнись.— зло прошипела я, протирая заспанные глаза.— Не до тебя сейчас, и так проблем по горло. — Какие проблемы, Мэри? Ты про конкурс?— она села ко мне в пол оборота.— Ну знаешь, нет конкурса - нет проблем. Ведь тебя же не приняли… Тут я запустила в нее карандаш. Как же она меня раздражает. Кэти вскрикнула. — Так, а ну успокойтесь! — крикнул учитель, подходя ближе. Еще бы, наверняка он не хотел раздирать двух девиц, которые вцепились друг в друга, как кошки. Я глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, и посмотрела в окна на маленький садик возле колледжа. Луч солнца мягко скользнул по лицу, так что я прикрыла глаза, рассматривая деревья и ветки у самого окна. Природа меня успокаивала. Еще вдох, и я уже поднесла смычок к струнам. Нужно продолжать занятия. *** Дома я рухнула на кровать, даже не раздеваясь. Просто лежала, уткнувшись лицом в подушку. Руки мои болели ужасно: никогда еще я так долго не держала в руках смычок. Тут моей спины что-то коснулось, прошлось по плечам, поползло ниже… Я вскрикнула от неожиданности и, развернувшись, забилась в угол кровати. Это был Оффендер. Стоял прямо надо мной. — Зачем так кричать?— поморщился он. — Зачем появляться так внезапно? Я чуть не умерла от страха. Оффендер придвинул к себе стул, поставил его перед моей постелью и, усевшись на него, стал пристально меня разглядывать. — Расскажи мне, как ты сегодня играла. Я опешила. Даже не сразу поняла, о чем он говорит. Потом, когда подсознание перестало шептать мне, что меня сейчас убьют, я взяла себя в руки. — Неплохо.— ответила я коротко.— Иногда, правда, сбивалась… Но я тут не причем!— попыталась я оправдаться.— Это все Кэти. Отвлекала меня. Я просто ей не нравлюсь, вот она и строит мне козни… — Но она и правда играет лучше тебя.— перебил меня Оффендер. — Ну, может быть, но… Подождите, откуда вы знаете? Оффендер усмехнулся. — Вы что, следили за мной? Я была возмущена. Отлично, он еще и лезет в мою личную жизнь. — Но как? Он засмеялся, смотря на мое негодование. — У вас за колледжем прекрасный сад, ты знала?— сказал он своим бархатным голосом.— Ты так внимательно разглядывала его из окна сегодня, что мне даже показалось, что ты меня видишь. Я закусила губу. Поверить не могу, этот монстр подошел так близко, но никто его даже не заметил. Тут Оффендер потянул ко мне руки и, взяв за плечи, приподнял над кроватью. — Что вы делаете? Отпустите!— вскричала я. Все что угодно, пусть только ко мне не прикасается это чудовище. Оффендер стащил меня с постели и поставил перед собой. Потом потянулся к подоконнику и вручил мне скрипку. — Играй. Не просьба. Приказ. Но и я не была так проста, как он мог подумать. — Не буду. Я сегодня весь день тренировалась, уже все руки себе стерла. — Играй, я сказал.— его голос стал ниже, я буквально всем телом почувствовала угрозу, нависшую в воздухе и исходящую от него. Я взяла из его рук скрипку. Оффендер снова опустился на стул, закинул ногу на ногу. Приготовился слушать. Что ж, хорошо… Я играла уже часа два. Руки затекли. Голова раскалывалась. На улице давно стемнело, часы показывали полночь, а я, наконец, заканчивала играть симфонию. Последний аккорд и… — Ужасно.— изрек Оффендер. — Не многословно.— съязвила я. Он показывал мне, как правильно играть, мне даже показалось, стало получаться лучше. Но одним этим словом Оффендер не оправдал моих надежд. — Ну, если желаешь, я могу сказать, что ты самая безнадежная ученица на свете. — он потянулся, сидя на стуле, встал и подошел ко мне вплотную.— Еще могу сказать, что скрипка - совершенно не твое. Может, ты хороша в других вещах, малышка? Я отступила чуть назад, уж слишком близко он подошел. Я нервно сглотнула. Мне все еще было некомфортно рядом с ним. — В каких-таких вещах?— пробубнила я себе под нос. Оффендер не ответил. Отвернулся от меня, вышел на середину комнаты. — На сегодня урок окончен. Он исчез. Еще минуту я стояла и смотрела туда, где только что стоял Оффендер, потом бережно положила скрипку обратно в чехол. *** Всю неделю я не сомкнула глаз. Днем были занятия в колледже, а вечером ко мне приходил Оффендер. Мы играли до поздней ночи, так что я буквально засыпала со смычком в руке. Однажды он даже дал мне затрещину. В ночь перед моим выступлением. Не сильно, но на щеке остался красный след от его руки. Я ели сдержала слезы, уже готова была ударить его в ответ, но тут он коснулся моей щеки. Я опешила. Как-то странно он посмотрел на меня, проводя кончиками пальцев по покрасневшей коже, чуть остановился на губах… — Играй.— тихо сказал он. И я послушно продолжала. Мне правда была нужна его помощь. Наконец наступил судный день. Последний день прослушивания. Я проснулась и тут же почувствовала, как все внутри меня сжимается от страха. Я готовилась к этому выступлению так долго, такое пережила, что сейчас, если я не пойду, буду корить себя до конца своих дней. Путь в колледж прошел как в тумане. Даже зайдя в актовый зал, я плохо понимала происходящее. Сегодня я надела свое любимое платье. Нежно-голубое, до колен. Если уж умирать, то красивой. И вот снова лица жюри, снова свет, направленный на меня. Ладони вспотели. Поднося смычок к струнам, я подумала, что Оффендер даже не пожелал мне удачи. От этого стало даже как-то обидно. И вот, первый звук… Я вспоминала все чему учил меня мой учитель. Вспоминала, как я завороженно следила за его пальцами во время игры, пыталась повторить. Вспоминала то, как он направлял мою руку, стоя сзади меня, пытаясь показать, как нужно извлекать нужный звук. Я растворялась в музыке. Я закончила играть. Подняла глаза на жюри. Молчание. Я готова была умереть. И на что я надеялась? Но тут тот самый мужчина, который дал мне в прошлый раз отсрочку, сказал: — Это было… нечто. Казалось, я превратилась в один сплошной клубок страха. Ему что, не понравилось? — Откровенно говоря, я не думала, что вы сможете за неделю сделать что-то стоящее.— подала голос женщина, которой я не понравилась в прошлый раз. — Вы хотите сказать, что я прошла? — Ну…— протянула женщина недовольно.— Ваш уровень игры стал лучше, но все равно недостаточно хорош. — Но то, что вам удалось сделать за неделю не может не удивить.— закончил за нее седой мужчина.— Вы прошли отборочный тур, мисс Филипс. Поздравляем. Я вышла из актового зала, все еще не веря своему счастью. Выступала я последней, но участники отборочного тура не спешили расходиться. Кажется, у них намечалась вечеринка в честь того, что этот этап их профессиональной жизни успешно пройден. Ребята смеялись, звали друг-друга на вечеринку, но я обходила шумные компании, направляясь к выходу. Мне, счастливой, но ужасно уставшей, хотелось только одного- прийти домой и хорошенько отдохнуть. У меня все получилось. Я смогла. Никто не верил, что у меня получится, но я смогла. Я шла по пустому коридору колледжа. Шумные компании остались позади, и тут в тени у лестницы я увидела его. Оффендер стоял и смотрел на меня. На голове снова была фетровая шляпа. — Что вы тут делаете?— прошептала я, подходя ближе. Нас все еще могли слышать.— А если вас увидят? Оффендер не ответил. Он молча открыл дверь пустого класса слева от нас, приглашая меня войти. Я помедлила у порога, но все же сделала шаг в темноту. Дверь за нами закрылась. Оффендер подошел близко. Пожалуй, даже слишком близко. Я облокотилась на парту позади меня, стараясь отстраниться. — Спасибо вам. За все.— сказала я, пытаясь чем-то заполнить неловкое молчание.— Благодаря вам я прошла отборочный тур. — Я же обещал тебе, что смогу помочь,— сказал он тихо. Бархатный, тягучий голос… Завораживает. Он глубоко вздохнул, снова придвигаясь ко мне. — Ты тоже кое-что обещала мне. Я посмотрела вниз, туда, где в руке он держал розу. Точно… Какие странные у него желания. Я уже протянула руку за цветком, почти коснулась пальцами нежных лепестков. Но тут что-то меня остановило. Оффендер помог мне сейчас. С горем пополам я одержала свою маленькую победу. Но что будет потом? Мой уровень еще недостаточно высок, вдруг я не смогу продолжить борьбу? Я отдернула руку, так и не взяв цветок. — Мы договаривались, что вы будите мне помогать, но как долго- не обговаривали. Рука его дрогнула. Он произнес тихо и угрожающе. — Что? Я сглотнула, собирая всю волю в кулак. — Мы не уточняли с вами сроки нашего сотрудничества. Помогите мне выиграть конкурс и получить грант. Тогда я возьму вашу розу. Он отступил на шаг, потом сделал пару быстрых шагов по классу. Я буквально чувствовала его злость. Мне стало страшно. Что он может сделать в таком состоянии? Тут он подошел ко мне, поднял мое лицо за подбородок, так что мне стало больно. — Малышка, ты играешь с огнем. Секунду я смотрела на него, потом отбросила его руки и бросилась вон из класса. Пусть думает, что хочет. Мне он еще нужен, и его злость меня не остановит. Я вышла из дверей колледжа и направилась домой через парк. Холодно… Тут впереди замаячила знакомая фигура. Если бы я заметила ее раньше, то, может, и прошла бы мимо, но тут Кэти сама меня окликнула: — Мэри? — Кэти. Мы поравнялись. Она окинула меня взглядом. — Ну что, взяли тебя все-таки? И что ты сделала? Каталась в истерике по сцене? — А ты почему одна идешь? Не взяли на вечеринку? Она нахмурилась, услышав с моей стороны такой контрудар. — Я как раз на нее и направляюсь. А тебя, кажется, не позвали. Мы еще шли молча некоторое время. Я слушала тишину парка, стараясь не думать о своей спутнице. Сегодня же был один из самых счастливых дней моей жизни… — Кто это? Я вскинула голову. Кэти кивнула куда-то в сторону. Приглядевшись, я увидела до боли знакомый силуэт среди деревьев. Да что ему нужно… — Никто.— быстро ответила я.— Пойдем, Кэти. Но девушка не двигалась с места, неотрывно следя за фигурой в конце аллеи. — Кэти? — Мне в другую сторону…— как-то рассеянно ответила она. Я постояла с ней еще немного, потом развернулась на каблуках и направилась домой. Да к черту все. Что я за нее волнуюсь? Хочу домой. Домой, и чтобы никаких больше переживаний. Но путь до моей квартиры занял больше обычного. Я так устала, что уснула в автобусе, а проснулась лишь тогда, когда моя остановка была далеко позади. И вот наконец, после моих долгих ночных приключений, я наконец открывала дверь квартиры. Наконец-то… На пороге мне открылась картина, которую я уж точно не ожидала увидеть. В прихожей стоял Оффендер. На тумбочке, которой я совсем недавно баррикадировала дверь, сидела Кэти. Ее ноги обвились вокруг монстра, а взгляд как-то отсутствующе блуждал по потолку. — Какого черта?!— вскричала я. Оффендер повернул голову. — А, это ты. Не против, если мы тут с твоей подружкой развлечемся?— промурлыкал он.— Или хочешь присоединиться? — Что… Что ты делаешь в моем доме? И почему она здесь? Она что, пьяна? — Кажется…— протянул он, не слишком аккуратно поворачивая ее лицо к себе. Я не могла вздохнуть, не могла здраво соображать. — Вон отсюда. — Прости? — Вон, я сказала.— прошипела я зло, но почувствовала, как к глазам подступили слезы. Да что же это такое? Почему хочется плакать? — Солнце, я никуда не уйду. Ты сама сказала, что мы с тобой все еще связаны договором. А это значит, что я появляюсь где хочу и когда хочу. Ясно? Я вышла на лестничную площадку, с грохотом захлопнув за собой дверь. Потом бросилась вниз, на улицу. Ни секунды не хочу оставаться с ним под одной крышей. Как же я его ненавижу. Я почувствовала, как по щекам катятся слезы.