Кому нужен Питер Паркер?

Похоже, у Харли возникла дилемма. Он размышлял о довольно... уникальном положении, в котором он находится, пока разговор свободно тек за обеденным столом. Во-первых, Харли должен был решить, как получилось, что он в итоге ест китайскую еду с супергероем, генеральным директором одной из крупнейших компаний в мире и каким-то гениальным вундеркиндом-подростком. Харли также, вероятно, должен обратиться к вундеркинду подростку - съедающему уже вторую порцию. С одной стороны, Харли пришлось смириться с тем, что его посадили напротив того самого парня, которого он месяцами ненавидел издалека, а теперь ему пришлось смириться с тем, что Тони заботится о нем прямо у него на глазах. С таким же успехом Тони мог швырнуть ему в лицо бумаги об усыновлении. Что привело его к другому выводу, который заключается в том, что Харли также любит Питера. Конечно, Харли нравилось лицо парня и его тело, не забывайте о теле. Но, как ни досадно, ему просто нравился Питер. Он был забавным и очаровательным в своем роде. Но раздражало то, что Питер чертовски умен. Харли умен, он знал это о себе, черт возьми, это было практически все, что помогало ему закончить среднюю школу, потому что он знал, что после этого Харли сможет поступить в любой колледж, который захочет (даже без щедрого предложения Тони заплатить, Харли скоро получит стипендию), но Питер... ну, Питер просто источал интеллект, и он делал это так небрежно. Питер наполовину закончил разговор о том, что у него и его друга есть вполне разумная идея о том, как отправить Звезду Смерти в космос, а в следующую секунду он будет рисовать на салфетках, описывая необходимую физику с точки зрения веса и скорости и как они будут связаны с общей спецификой любых попыток "управлять" машиной такого размера. Харли был очарован тем, как Питер говорил о своих увлечениях, и даже такая глупость, как умение управлять ракетой с помощью руля, внезапно стала ему интересна. Харли с удовольствием часами сидел бы и слушал голос Питера, пока тот выдвигал гипотезы, и на одном дыхании решал те же самые задачи, которые предлагал. Как будто его мозг работал со скоростью мили в минуту, и это было, возможно, самое захватывающее зрелище, которое Харли когда-либо видел. Последний аспект дилеммы, в которой оказался Харли, заключался в том, что, несмотря на его уверенность в том, что он невнимательный неудачник, Тони, казалось, точно заметил, где внимание Харли было сосредоточено весь вечер. Как придурок, он ухмылялся Харли каждый раз, когда Питер отворачивался, чтобы поговорить с Пеппер. Когда это превратилось в хрюканье и закатывание глаз, Старк просто подмигнул Харли и склонил голову к Питеру. Да, потому что то, о чем он думал раньше, было очень тонким. – Итак, Харли, – сказала Пеппер, отрывая их обоих от битвы взглядов. – тебе понравился Нью-Йорк? Если бы Харли был из тех, кто молится, он поблагодарил бы любого бога за Пеппер Поттс. Вполне возможно, что она была единственной силой в мире, которая держала Тони под контролем. – Честно говоря, – сказал Харли с улыбкой, прекрасно понимая, что все смотрят на него, – я видел не так уж много. Был тут немного взаперти. – Харли наверняка одарит Тони самодовольной улыбкой, а Пеппер набросится на него за то, что Тони не вывел Харли на улицу. – Он, наверное, уже несколько дней не видел солнца, Тони. – фыркнула Пеппер, игнорируя извинения Тони. – Ладно, Пеп, ладно! – о нет, Тони улыбается. Это подозрительно. – У меня есть отличная идея, не волнуйся. Пит может прогуляться с ним. Неужели? Это свидание? Тони Старк только что устроил ему свидание с Питером? Это только что произошло?! – О да! Я бы с удовольствием потусовался. – прощебетал Питер, серьезно глядя на Харли. О... точно. Друзья это вещь. Харли улыбнулся в ответ, уверенный, что выражение его лица не выдало разочарования, которое он с удивлением обнаружил. – Звучит здорово. – О, чувак, я точно знаю, куда идти. – рассеянный взгляд Питера встретился с взглядом Харли, когда он вспоминал. – Ты любишь чурро? *** Голубые, розовые и пурпурные полосы пересекали небо туманными волнами, когда солнце садилось на горизонте Нью-Йорка. Когда он сидел на крыше где-то в Куинсе с чурро в руке и видом, за который можно умереть, Харли подумал, что в целом у него был довольно хороший день. После небольшой идеи Тони за ужином, Питер принялся планировать лучший день для Харли, что каким-то образом привело к тому, что его разбудили в девять утра и стали беспрестанно стучать в дверь. Харли открыл ее, ожидая увидеть Тони в каком-то маниакальном настроении из-за новой идеи, но вместо этого столкнулся лицом к лицу с очень возбужденным Питером, который буквально гудел от всей энергии, которую ему удалось сдержать в этом прекрасном теле. Говоря о телах, они оба, казалось, поняли, что Харли стоит там в одних трусах одновременно. Они оба покраснели, пока Питер бормотал что-то насчет того, чтобы дать Харли несколько минут на одевание. Харли вышел через несколько минут, почти не краснея. Честно говоря, было смешно, как он вел себя с Питером. Он просто парень! Ну, симпатичный парень. Типа, супер милый парень. Но все же... Питер взял его за руку и потащил по коридору к лифту, а Харли сосредоточился на том, как переплетаются их пальцы. Харли только начал приходить в себя, когда они вышли на улицу, Питер начал пробираться сквозь толпу, не выпуская руку Харли. Они провели день, проходя через обычное туристическое дерьмо, которое Харли в тайне любил. Не только потому, что он приехал из ниоткуда, штат Теннесси, но и потому, что Питер, казалось, пришел к выводу, что единственный способ по-настоящему узнать Нью-Йорк это заставить местного рассказать вам все самые глупые истории о туристах. Они обнаружили, что смотрят на Статую Свободы, когда Питер решил прокомментировать, насколько круто быть наверху, когда ветер, довольно громкий, но оттуда офигенный вид. Харли предпочитал просто смотреть, как Питер говорит, вместо того, чтобы думать о том, как он понял какой вид с вершины статуи. Питер настоял на том, чтобы отвезти его в лучшие места по всему городу, от Вашингтон-Хайтс до крошечного винного погребка в центре Куинса, что привело к тому, что они проводили много времени вместе слишком близко (или, возможно, они никогда не были достаточно близко) в метро, где Питер постоянно жаловался, как оно медленно. Они придумывали разные маленькие игры, чтобы провести время вместе. Сначала они просто показывали на незнакомца, и кто-то должен был рассказать всю предысторию того, кто они такие и что здесь делают. Но через некоторое время им это наскучило, и они купили пакетик винограда, который стали просто бросать друг другу в рот. Харли был особенно доволен тем, сколько неодобрительных взглядов они получили от пассажиров. Только после того, как Харли небрежно прокомментировал его усталые ноги, Питер, похоже, вспомнил, что нормальные люди действительно устают после многочасовой прогулки по городу. – О, черт, да. Мои ноги тоже убивают меня. Эй! Хочешь попробовать те чурро, о которых я говорил? Именно так Харли оказался на краю крыши какого-то многоквартирного дома, с чурро в руке и Питером, прижатым к нему, когда они вместе смотрели на закат. Блядь. Это было глупо, и, вранье, если он не наслаждается каждой секундой. – Эй, – сказал Харли после того, как они немного полежали вместе, просто наслаждаясь компанией. – спасибо за сегодня. Серьезно, я думаю, что мне нужно было выбраться из этой башни для разнообразия. К тому же я уверен, что ты лучший гид, чем Тони. Питер весело фыркнул, одной рукой лениво поигрывая локоном, который то и дело выбивался из беспорядка на его голове, привлекая внимание Харли. – Да, я знаю, на что это похоже. Иногда мне кажется, что я могу потеряться в этих лабораториях, оставаться там целыми днями. Так много можно сделать, понимаешь? – сказал Питер, понизив голос до шепота. Слова, сказанные на крыше, предназначались им и только им. – Мистер Старк великолепен, серьезно, он совершенно потрясающий, но я чувствую, что он иногда забывает, что я на самом деле подросток. Он все время говорит о том, чтобы отправить меня в Массачусетский технологический или о том, что меня ждет в будущем, и я думаю, что мне просто нужно немного пространства, чтобы просто... быть собой. Харли ничего не мог с собой поделать, когда его губы изогнулись в мягкой улыбке при намеке на то, что Питер чувствовал, что он может быть самим собой с Харли. – Нет, я тебя понимаю. Сегодня я чувствовал себя собой, больше чем когда-либо. – Харли не собирался говорить это вслух, но, конечно, Питер просто повернулся, приподнялся на локте и посмотрел на Харли, где он решительно продолжал лежать на спине, его ноги болтались над краем здания. Ну, он уже начал говорить, может и закончит. – Просто, Боже, Теннесси - отстой, понимаешь? – Харли мягко рассмеялся, нерешительным смешком, который не достиг его глаз. – Но здесь, в Нью-Йорке, такие возможности. Я имею в виду, сегодня ты просто увидел, что старику нужна помощь с продуктами, и ты пошёл, чтобы помочь. Для меня это просто удивительно. Как будто, наблюдая за тобой, я вижу, что весь мир может быть таким, каким ты его делаешь. И сегодня ты сделал его немного лучше. Питер лучезарно улыбнулся Харли. Золотые лучи солнца играли в его волосах, создавая впечатление, что он окружен сияющим золотым ореолом, который казался вполне подходящим для Харли. – Думаешь, это впечатляет? – спросил Питер недоверчиво. – Парень, я видел, как ты просто стоял перед мастерской механика и разбирал каждую деталь, которая удерживала двигатель Cadillac, в одиночку. Ты просто... знал это. – Питер вздохнул, проводя рукой по волосам, которые, как понял Харли, стали его настоящей навязчивой идеей. – Слушай, я не знаю, на что похож Теннесси, но если я чему-то и научился, увидев тебя сегодня, так это тому, что у тебя есть много свободы, чтобы просто делать вещи. Боже. Жаль, что я не могу просто взять какой-нибудь двигатель и забрать его домой, чтобы разобрать его на части, но моя тетя Мэй уже разозлилась на меня достаточно, чтобы выкинуть в мусорный бак все что я смогу найти. – с этими словами он плюхнулся обратно на крышу рядом с Харли, их пальцы слегка соприкоснулись. – Наверное, трава всегда кажется зеленее по ту сторону забора, да? – спросил Харли. Питер только глубокомысленно кивнул, как будто они только что открыли тайну вселенной и определенно не просто повторяли вековые сантименты. – Для двух довольно умных детей мы вроде как тупицы. Харли был удивлен тем, как Питер повернулся к нему с широко раскрытыми глазами и приоткрытым ртом. – Ты думаешь, что я умный? – застенчиво спросил Питер. Харли только нахмурился, сбитый с толку тем, что это стало для него неожиданностью. – Парень, ты действительно слишком умен. Я имею в виду, я слышал о тебе месяцами и все еще не был готов увидеть твои мысли в действии. – Месяцами? – О, ха-ха, да... – Харли замолчал. – Как ты узнал обо мне несколько месяцев назад? Ты знаешь, кто я?– легкий тон Питера был недостаточно убедителен, чтобы скрыть озабоченность, прозвучавшую в его словах. – Не волнуйся, я не преследователь, – успокоил его Харли, хотя, похоже, его беспокоило не это. – я просто хочу сказать, что Тони говорит о тебе. Типа, все время. – О, – Питер облегченно рассмеялся, – да, я слушал о "этот парень Харли, которого я знаю, ты полюбишь его, Пит" в основном с тех пор, как я встретил Мистера Старка. Харли знал, что не должен улыбаться при мысли о том, что они с Питером так хорошо подходят друг другу, что кто-то может догадаться, что Харли его любит, но это, похоже, не помешало Харли глупо улыбнуться. – Надеюсь, я не разочаровал. – пошутил Харли, совершенно не ожидая, что глаза Питера потемнеют, он окинул взглядом Харли, лежащего рядом. – Нет, – медленно произнес Питер. – я не думаю, что ты смог бы, даже если бы попытался. О. Напряжение повисло в воздухе, между ними. Единственное, что слышал Харли, шум крови в ушах и их смешанное дыхание. В какой-то момент они оба, должно быть, сели, их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга. Харли невольно перевел взгляд на губы Питера и обратно. Что ж, Харли никогда не был терпеливым человеком, поэтому ему потребовалась всего секунда на размышление, прежде чем Харли начал наклоняться, довольный тихим удивленным звуком, который издал Питер, прежде чем он тоже начал сокращать расстояние. Их губы были всего в сантиметре друг от друга, когда раздался пронзительный вой полицейской сирены. Блядь. Харли был полностью готов вернуться к тому, что только что должно было произойти, но внимание Питера было потеряно, он заерзал на месте, прежде чем в отчаянии повернуться к Харли. – Мне так жаль, Харли, но я должен идти. – черт возьми. Харли не мог даже разозлиться, потому что большие карие глаза Питера были слишком искренними, чтобы сомневаться в том, что он скажет дальше. – Я просто вспомнил, что кое-кому нужна моя помощь, и я обещал, что буду там. Мне очень жаль. А потом он исчез. Харли нерешительно выглянул из-за края крыши, когда Питер сбежал по пожарной лестнице, прежде чем выбежать на улицу. Харли застонал, провел руками по лицу и лег на жесткую крышу. Мысли о Питере кружились в его голове: волосы, лицо, губы. Блядь. Харли был так близко. Наконец, оплакав смерть своего шанса, Харли снова сел, готовый вернуться в башню, пока не понял, что понятия не имеет, где она находится. Дерьмо. *** – Что с тобой? – спросил Тони, когда Харли вошел на кухню. – Откуда ты знаешь, что что-то не так? – спросил Харли с искренним любопытством. – Ты все... – Тони неопределенно махнул рукой в сторону Харли. – это. – Ну, спасибо, – сказал Харли как можно более сухо, плюхаясь на соседний стул. – в любом случае, я в порядке. Тони задумчиво жевал холодную пиццу, которую держал в руке, глядя на Харли, как на загадку, которую можно разгадать. – Питер тебя бросил, да? – спросил Тони, самодовольно ухмыляясь, когда увидел, как Харли остановился от удивления. Харли уставился на Тони, пытаясь понять, откуда тот мог это узнать, но все, что Харли получил в ответ, было самодовольное выражение, поскольку Тони так горд, что оказался прав. – Извини, что так вышло с этим парнем, у него были важные дела, – сказал Тони, не уточняя. – я уверен, что завтра он придет жаловаться на то, как он зол, не волнуйся об этом. – Я не волновался, – усмехнулся Харли, протягивая руку, чтобы украсть кусок пиццы, который Тони явно собирался схватить. – Это было просто... неожиданно, вот и все. Он может делать все, что хочет, мне плевать. Тони, как придурок, недоверчиво рассмеялся. – Да, конечно, Харл, а завтра я собираюсь продать Старк Индастриз Hammer Tech, верно? Харли даже не успел придумать остроумный ответ, потому что Тони уже схватил со стола остатки еды и, все еще посмеиваясь, вышел за дверь. На самом деле он должен был догадаться, что сочувствие не будет тем, что он получит от Тони Старка. *** После долгих раздумий и долгого лежания в постели с надутыми губами, о которых не стоит упоминать, Харли решил, что не станет гоняться за Питером. Конечно, парень был симпатичным, и умным, и забавным, и... нет. Больше никакой тоски. Больше не смотреть на него краем глаза. Ничего подобного. У него был шанс, и, возможно, в какой-то момент Питеру действительно было не все равно, но он явно сделал свой выбор на крыше. И это здорово. Серьезно, все хорошо. Заткнись, Тони... Так что Харли перестанет тосковать по Питеру с того момента, как впервые столкнулся с парнем с великолепными карими глазами и непослушными волосами, а вместо этого Харли придется научиться дружить с парнем, который работает с Тони. Вот какими они будут, просто... ровесниками. Знакомыми. Может быть, даже друзья, но не более того. И хотя Харли сам пришел к такому решению, он все равно чувствовал себя несчастным. Харли хандрил в башне, радуясь, только когда был занят в лаборатории, хотя Тони, похоже, уловил его настроение. К счастью, в эти моменты Тони давал Харли некоторую дистанцию. Все это, скорее всего, было связано с желанием Тони избежать подростковой тоски, а не с интуитивным пониманием эмоциональных потребностей. И все же... Харли оценил это по достоинству. Харли снова был в таком настроении, занят мрачными мыслями о Питере и о том, как безумно, что он все еще так зациклен на этом парне, когда они встретились всего неделю назад. Возможно, часть его мгновенного увлечения была связана с теми месяцами, когда он слышал от Тони о том, каким чертовски идеальным был Питер, только для того, чтобы появиться и узнать, что Пит был даже лучше, чем Харли ожидал. Может быть, потому, что Харли все еще очень хотел почувствовать, насколько мягкими, на самом деле были эти волосы, проведя по ним пальцами, пока их рты были заняты друг другом. Эти мысли крутились в его голове, пока он продолжал работу над прототипом робота-поводыря для одного из своих слепых друзей, когда услышал мягкий звук открывающихся дверей лифта. Харли даже не нужно было поднимать голову, чтобы понять, что Тони занят тем, что сидит через несколько столов от него, сваривая и определенно не проходя через лифты. Пеппер была у них час назад, так что в это время дня входил только один человек. – А, Харли? – тихо сказал Питер, словно стараясь не спугнуть раненого зверька. Окей. Вот оно. Это был шанс Харли возобновить их отношения, расставить все по своим местам на приятной, спокойной, платонической дороге. Он как раз решил начать с какой-то безвкусной шутки о заброшенности и крышах, когда Питер появился в поле зрения, и внезапно все его побуждения держать другого мальчика на расстоянии рухнули. Питер погрустнел. Его руки были засунуты в огромный свитер, который умудрялся делать худое тело Питера таким мягким и маленьким, что Харли хотелось протянуть руку, обнять его и защитить от всего мира. Но что было еще более душераздирающим, так это то, что Питер не смотрел ему в глаза. Каждый раз, когда Питер смотрел прямо на Харли, стыд заполнял его взгляд, и Питер снова отводил взгляд. – Харли, – сказал Питер осторожно, – я должен извиниться. Я знаю, что с моей стороны было дерьмово уйти, когда мы были... – Питер, казалось, запнулся на мгновение, не совсем готовый выразить словами то, что почти произошло между ними, – когда мы были близки, и я ушел без объяснений, а потом я не знал, как сказать тебе, как плохо я себя чувствовал, поэтому я просто оставил все, и уже прошло четыре дня, и кажется слишком поздно, но я должен был сказать, что мне жаль, и я надеюсь, что ты не ненавидишь меня. – Питер глубоко вздохнул и стал ждать реакции Харли. Тот самый Харли, которого внезапно охватила мысль, что Питер искренне заботится о нем, что он уже несколько дней мучает себя, потому что ему так плохо из-за того, что Питер его оставил. Тот самый Харли, который был на полпути к отказу от своего глупого, мелочного плана просто быть друзьями, потому что перед ним стоит человек, который ему нужен: добрый, вдумчивый и готов признать свои ошибки. Тот же Харли, у которого возник совершенно новый план, доробатывающийся в глубине его сознания, даже когда он говорит. – Я понимаю, Питер, – и ух ты, он практически почувствовал облегчение от внезапного падения плеч Питера, которые, должно быть, держались только из-за стресса и напряжения. – ты занятой парень, и у тебя есть своя жизнь. Я понимаю. – Харли встал со стула, обошел вокруг стола, и подошёл к Питеру, пока они не оказались в нескольких дюймах друг от друга, их глаза встретились. – Так что не беспокойся об этом. Питер широко улыбнулся ему. Он явно доволен, что все так чудесно сложилось. – О, чувак, это здорово, я чувствовал себя так паршиво... Харли медленно двинулся вперед, сокращая короткое расстояние между ними, когда Харли приблизил губы к щеке Питера, чтобы прошептать ему на ухо, довольный тем, как Питер вздрогнул от их близости. Голос Харли был низким и хриплым, когда он говорил. – Хотя, я бы не прочь снова сблизиться с тобой. – Харли дал Питеру секунду, чтобы обдумать его слова, услышав, как Питер судорожно сглотнул из-за внезапно пересохшего горла, затем отстранился и слегка прижался губами к щеке Питера. Слишком сладкий, слишком целомудренный поцелуй, который закончился, едва начавшись. Харли немедленно развернулся на каблуках и уверенно зашагал к лифту, полностью удовлетворенный тем, что Питер не может оторвать глаз от удаляющейся фигуры Харли. Когда двери за ним закрылись, Харли бросил последний взгляд на мальчика, застывшего на том самом месте, где он и стоял. Единственное движение, которое можно было заметить, была его рука, поднятая, и нежно прикасающаяся к его щеке. Прямо там, где Харли поцеловал его.