Полная пепельница

Каждый день после работы Сокджин выпивает пару рюмок соджу в шатре у знакомой аджумы, а потом смотрит трогательную дораму и готовит очередной свой шедевр кулинарного искусства. Жаль только, что наслаждается он им в одиночестве. Сокджин с отличием закончил магистратуру по направлению «менеджмент и управление персоналом», а сейчас уже шесть месяцев работает в крупной развивающейся компании и невероятно собой гордится. Мама тоже гордится, сокурсники завидуют, вот только половина из них уже воспитывают детей, вышли замуж или женились, ну или хотя бы встречаются по несколько лет и медленно, но верно идут к этому. Каждый божий день после работы Сокджин думает об этом в своем новеньком хёндае, сегодня он думает в метро, так как ключи какого-то чёрта остались в его рабочем столе, а возвращаться было ужасно лень. Эта рутина не напрягает, не загоняет в депрессию, она устраивает Сокджина полностью. Такой размеренный темп жизни — для него, вот только. Иметь бы ночью под боком не мягкую подушку, а настоящего живого человека. Пусть она будет не моделью с обложки, пусть не разделит всех до одного его интересов, пусть будет неважной хозяйкой, Сокджин возьмёт это на себя, пусть только будет рядом. Рядом с Сокджином едет его коллега Пак Минджу — красивая, стройная девушка, секретарша босса, кофе готовит просто отменный, всегда мила и приветлива, вот такую Сокджину надо. Минджу кокетливо улыбается, щебечет о том о сём, а Сокджину хочется отсесть подальше и уткнуться в окно, чтобы снова упиваться одиночеством и иллюзиями какого это, когда ты не одинок. А потом в метро вваливается толпа шумных подростков, они кричат, бурно обсуждают прожитый школьный день, гудят о горах домашки, которую они конечно же делать не станут, спишут у ботанов с первых парт, зачем замарачиваться. Громкие, юные, такие ещё беззаботные, свободные ото всех этих мыслей и страхов, — думает Сокджин, — им просто весело, у них есть друзья и большего им и не нужно. Сокджин оглядывает детей — лет по пятнадцать, не больше. Смешные мальчишки с огромными рюкзаками и улыбками до ушей. Он тоже таким был когда-то. Настроение как-то улучшается, все благоволит чудесной ностальгии по школьным временам и юности в целом, вот только. Мальчики тоже не сидят без дела, оглядывают всех присутствующих, в том числе его, Сокджина, безо всякого стеснения обсуждают его, хихикают ехидно и подначивают друг друга на глупые выходки. Сокджину становится неуютно, неловко, он чувствует себя главным героем в сказке «Новое платье короля». Его осматривают, оценивают, обсуждают и осуждают, его облизывают, облапывают взглядами, Сокджин готов сейчас же выбежать из вагона метро, вот только рейс последний. Сокджин и рад бы сейчас стать глухим, но слышит, слышит всё до единого слова. — Да он не из этих, ты бредишь, Тэхён, — морщится один из школьников, с забавной стрижкой под горшок. — Откуда тебе знать, Хосок? У меня вообще-то прекрасно работает гей-радар, в отличии от тебя, — отвечает мальчик с выбеленными волосами, остальные ребята поддерживают его смешками, выходит, он у них за клоуна. — Хён, он реально в этом профи, не стоит недооценивать талант, — бубнит самый мелкий мальчонка. — Вот ты и спроси тогда, Чонгуки, раз так уверен в его способностях, — ехидничает Хосок. — Сам спроси, — бросает мальчик, краснея. — Это ж не мне надо, — усмехается школьник, подстриженный под горшок. — Да как-то стрёмно, — он мельком оглядывает Сокджина. — Так будешь, нет? — бесится горшок, — Быстрее, нам скоро выходить. Мальчик молчит. Сокджин сидит как на иголках в глупом ожидании то ли того, что все-таки вытворят эти дети, то ли наконец своей станции. — Ну ты и ссыкло, — подытоживает Хосок, толкая Чонгука в плечо. — Эх, ну только ради того, чтобы вы узнали, что мой радар никогда не врёт, — вдруг светловолосый паренёк отрывается от экрана своего телефона и поворачивается прямо в сторону Сокджина: — Э, парень, мой друг хочет с тобой э… Познакомиться, — ржёт Тэхён и тычет пальцем в Чонгука, который вроде и теряется на минуту, а через мгновение уже вот он я, да, хочу, и что ты мне сделаешь? — Эээ… — Сокджин таращится совсем непонимающе, проходит шепоток среди подростков «говорил же, он не из этих». Сокджин собирается с силами, чтобы не сорваться, — Очень забавно, вы молодцы, что весело проводите время, но давайте дальше мы поедем молча, — это не вопрос, он отворачивается и намерен закончить на этом. Подростки снова шепчутся слишком громко, обсуждая реакцию Сокджина. Он закатывает глаза, когда чувствует как его прожигают взглядом, а шепот не утихает. Минджу, став свидетелем ситуации только хихикнула и на серьёзный взгляд Джина мягко улыбнулась, мол «расслабься, это всего лишь дети». — Это его девушка, смотри, я ж тебе говорил, — школьники теперь дружно оглядывают Минджу. — Ну такая себе, на пятёрку, — выдаёт крашеный. — Хён, да кого там, тройка с натяжкой, ну и облом, — Чонгук показательно кривится, разглядывая Минджу, а потом снова переводит взгляд на Сокджина и довольно громко проговаривает: — Блин, ну и отстой. Сокджин поднимает голову, но вместо взгляда Чонгука, видит Минджу, которая отряхивает юбку и прощается с ним, проходя к дверям вагона. — До завтра, сонбэ. — До свидания, Минджу, — Сокджин слегка опускает голову и тут же слышит: — О нет, они не встречаются, — удивлённо заявляет Хосок. — А я говорил! — Радостно восклицает белокурый мальчик. У Сокджина уже болят уши и сдают нервы. Он ловит взгляд мальчишки и говорит ему едкое: — Да, я может сейчас для кого-то большой секрет открою, но я не глухой если что, а говорить обо мне в третьем лице, когда я в полуметре от вас ужасно неприлично! — Сокджин сжимает челюсть и довольствуется реакцией. Мальчики замолкают, у белобрысого даже рот непроизвольно открывается, младший испуганно таращится, а горшок отводит взгляд, будто вообще не при делах. Вот только через секунду резко у всех троих в глазах появляется восторг, а Сокджин понимает свою ошибку, он ответил, а значит дал понять, что они для него не пустой звук. И поехало. — У тебя же есть какао? Есть же? — Спрашивает самый маленький мальчик, который вроде как и хотел познакомиться. Сокджин молчит, только челюсти сжимает, бесится. Мальчик тянет свой телефончик с наклейками супергероев, а Сокджин уже еле держится, смотрит на него, как на идиота последнего и тихо про себя считает: один, два, три, четыре, пять и заново. — Как тебя зовут? — Щенячий взгляд и ещё не сломавшийся голос, он все ещё тянет телефон, сквозь тела своих одноклассников, — хён, подвинься. Сокджину на мгновение становится даже смешно от всей этой ситуации, он как-то через чур тепло улыбается и в тот же миг отворачивается от назойливого ребёнка. — Ну это явно полный провал, Чонгуки, — дружок стучит его по плечу и забирает телефон из рук, смахивая с экрана какао и открывает игру, которая громко кричит на весь автобус забавным саундтреком. Сокджин краем глаза улавливает грустное выражение на лице мальчика, тот опускает руки, садится к окну и тихо бубнит про себя какое же дерьмо весь этот сраный мир. Сокджин узнает в этом себя в эту же секунду, сомневается пару минут, а потом поворачивается и скрепя сердце говорит: — Давай, — смотрит серьёзно, а в ответ блестящие глаза и улыбка до ушей. Чонгук выхватывает телефон у друга, закрывая одним движением все лишние окна. — Эй, я, блин, почти побил твой рекорд! — психует белобрысый. — Ну зато я теперь реально верю в твои суперспособности, Тэхён, — шепчет горшок. Сокджин длинными пальцами вбивает свой номер в поле и чувствует себя конченым педофилом. «Надеюсь, ему есть хотя бы шестнадцать» — думает он про себя, отдавая телефон хозяину, — «И он не будет строчить мне с утра до ночи». Мальчик считает цифры, не верит, смотрит с сомнением, но ничего не говорит — очень забавно. — Как тебя записать, хён? — Лыбится от предвкушения. — Сокджин… Хён. — Он уже жалеет, невероятно сильно жалеет. — Сокджин-хён, — проговаривает мальчик, радуясь каждой букве этого имени. — Мне пора, — мальчик уставился в недоумении, — моя станция, говорю, — Сокджин встаёт с места, все трое машут ему до тех пор, пока он не выходит на платформу. Сокджин устало трёт переносицу, думает, что может этот пацан и не напишет никогда, и это всё он забудет как страшный сон, а впредь больше ни шагу в метро. Но Чонгук отчаянно продолжает махать из-за стекла поезда, Сокджин обреченно поднимает ладонь вверх, и поезд трогается. Наконец можно вздохнуть с облегчением, телефон вибрирует в кармане, и первая мысль капслоком: «Неужели босс нашёл ошибки в расчетах?» Вторая остаётся крошечным кеглем написана позади, но увидев одно уведомление в какао, Сокджин понимает, что она верная. «Привет, хён, это Чонгук, ну из метро, проверка связи :)» Блять. Надеюсь, ему есть хотя бы шестнадцать, — снова думает Сокджин, набирая ответ.