Набирающий темп

Конец 1911 года. Российская империя. Томская губерния. Город Томск.       Томск, плечистый, крепкий, крупный и очень статный город. При виде его всех осеняет – перед вами не какой-то захудалый городишко, а самый настоящий купеческий, старинный сибирский город, умный, образованный, величественный и стойкий. А сколько здесь учебных заведений, сколько интеллигентной молодёжи! Неспроста сюда так и тянет учащуюся молодёжь. Архитектура, что впечатляет приезжих деревянным зодчеством, совершенно новые архитектурные изюминки от мастера – Андрея Дмитриевича Крячкова. Город притягивает взгляды самых ленивых зевак и самых сильных скептиков.       Сам Томск заседал во главе рабочего стола и читал важные бумаги. Среди всего этого ему попалось письмо губернатору томской губернии от городского главы Новониколаевска – Владимира Ипполитовича Жернакова, известного во всей Сибири купца и промышленника. Томск уже знает, что пишет тот, но всё же вновь открывает письмо и проходит по строчкам уже почти наизусть заученного текста. Тот писал ещё в 1910-ом году о Новониколаевске:

«Промышленность нашла в нашем городе действительно благоприятные условия и определила промышленность всех прочих городов и в данное время занимает первое место в Сибири. Что за причины, которые способствуют такому интенсивному росту города Новониколаевска? Этими причинами являются богатства непосредственно прилегающих сельско-хозяйственных районов и центральность его положения в отношении магистральных путей сообщения железнодорожных и водных. Общая картина города даёт основания полагать, что через несколько лет город Новониколаевск превзойдёт численностью населения и своим благоустройством все города Сибири».

      Отложив письмо и тяжко выдохнув, Томск достаёт из стопки писем другое. На нём стоит томская печать в форме томского герба. Конверт содержит письмо уже томского губернатора Асинкрита Асинкритовича Ломачевского кабинету министров. Томск с опаской выпрямляет его и зачитывает вслух, прислушиваясь к учащающемуся сердцебиению:

«Ныне число жителей Новониколаевска продолжает прогрессивно возрастать. Разнообразится торговая промышленность вследствие особенно выгодного его расположения на берегу Оби. Такое положение города даёт полную возможность капиталистам развивать здесь свои коммерческие предприятия и потому же теперь главные торговцы хлебом, колыванские купцы, перенесли свои операции в Новониколаевск, а томские промышленники открыли здесь свои конторы и оперируют на миллионы рублей».

      Томск в тихой ярости едва не рвёт письмо, сжав в своей мощной ладони. Ну надо же! Его губернатор смеет возлагать на этого выскочку надежды! Так ещё и перед министрами защищает, хвалит! Томск вскакивает с места и бьёт стол ладонью. Он, губернская столица, старинный сибирский город, культурный и торговый центр в Приобье, не позволит какому-то вновь явленному городишко обойти его! Новониколаевск не добьётся своего, Томск сделает всё, чтобы не допустить подобного. Томск и никак иначе – центр Сибири! Томск и никак иначе – главный город в Приобье и столица губернии! Необходимо ликвидировать утечку кадров! Необходимо вернуть всех в родные стены, на родные улицы. Но как? Что ему сделать, чтобы поставить на место этого мальца?! Тот довольно дерзкий и смекалистый, ну прям как прыщ на самом видном месте. Сначала Транссибирская магистраль, теперь все речные пути по Оби. В столице империи, министры – все начинают поговаривать про этот проклятый городишко! Томска берёт ярость и гнев, он тяжко и глубоко дышит, сжав в кровь кулаки. Короткие ногти впиваются в самую кожу, но город не придаёт ощущениям значение. Начинает хрипеть от глубины дыхания, но его выводит из этого тяжёлого состояния стук в дверь. Вскинув взор, Томск усаживается за стол, не расцепляя кулаки.       - Войдите!       В кабинет проходит уже издревле знакомое лицо. Гость кланяется и проходит к столу, заняв место напротив. Лицо, всё тело Томска обмякает, а на лице проявляется лёгкая улыбка. Давно же его не посещал старый товарищ и друг.       - Какие ветра тебя надули ко мне, Омск?       - Чего, изволь знать, ты столь напряжён был, Томск? Да и порядка нет в твоих владениях.       - Позже всё объясню. Сначала твоя правда.       - Как бывать, как тебе хочется, друг. Я…       Томск подметил перемены в лице Омска. Тот, кажись, напрягся изрядно, но пытался скрыть того. Это заинтересовало губернскую столицу, он внимательней присмотрелся к лицу соседа. Глубоко вдохнув, шумно выдохнув, гость заговорил более твёрдо и уверенно, чем обычно глаголил:       - Я прибываю уже второй год в шоке, друг. Ты знаешь, мы с Тюменью и Курганом на западе – сильнейшие в продаже алтайских продуктов сибирские города, и нет никого сильнее нас в торговле на запад, в европейскую Россию.       - Знаю, ведь я отчасти конкурирую с вами, добрые соседи. Так что тебя напрягло?       - О нём говорят уже по всей Сибири, и это тревожит нас, сибирских старинных городов.       Томску даже не потребовалось объяснять, сразу словил суть. Откинувшись в кресле, он приподнял подбородок и кивнул Омску.       - Знаю я, о ком ты говоришь, Омск.       Омск тут же глянул на то, как Томск застучал пальцами, которые, наконец, разжал. Кровь закапала на столешницу, и Омск взял ближайшую руку, осмотрел её.       - Что случилось, Томск?       - Со злости, ничего страшного. Этот выскочка занял по торговле в Сибири первое место, ещё в прошлом году. Ныне же его торговый оборот вырос до 10 миллионов пудов. Он обогнал уже не только ближайших соседей село Бердское и город Колывань, но и меня с тобой!       - Ты должен знать, как ему это далось. Не так ли?       Томск кивнул и злорадно ухмыльнулся, уведя взгляд в сторону. Конечно, он знает. А как же ещё? Он же губернская столица, мимо него такие трюки не пройдут. Только вот никто не ожидал, что Новониколаевск выдаст столь невероятное. Это дерзко по отношению к старинным городам, так он считает, но при этом очень, очень смышлено. Чем-чем, а умом природа этот городишко обделила тем ещё!       - Как он этого добился? Почему ты молчишь, Томск?       - Хочешь знать? Хорошо, расскажу. Вы втроём продаёте товары в европейскую часть империи, там есть спрос на качественную продукцию, там высокая конкуренция. Он бы не смог пробить себе место среди вас, истинных гигантов в этом деле, опытных и умелых. Вместо этого он… В это самое время в Новониколаевске       - Поверить не могу в это, честно. Ты обошёл не только меня и Колывань, но и все сибирские города в торговле хлебом и мукой.       Николай не прекращал радостно улыбаться и лишь легонечко кивал гостю. Прямо напротив его рабочего стола стоял недоумевающий Бердское. Гость совсем недавно заглянул, чтобы напрямую поинтересоваться причиной столь блестящего успеха в торговле городка ниже по течению Оби. На берегах Берди все уже знают, что с этим городком стоит считаться, что там выгодно строить промышленность и магазинчики, ателье и продавать. Да что уж таить, если знаменитости приезжают по железной дороге дать концерты и представления в маленьком бурно растущем городишко вопреки цветущей преступности.       - Меня не стоит недооценивать, и теперь старшие сибирские города ощутят это на себе. Рано или поздно новое сменяет старое, если только это старое не будет отчаянно противостоять новому.       - Ты опасаешься противостояния со стороны?       - Не сказал бы, - Честно сказал Николай и шире улыбнулся. – Томск меня недолюбливает, но чем сильнее его презрение, тем сильнее я. Так что мне это идёт на пользу.       Бердское несколько обеспокоенно взглянул в лицо Новониколаевску. Тот говорил о серьёзных вещах как о нечто забавном и совершенно обыденном. Не потому ли, что здесь процветает криминал, он не воспринимает всерьёз заявления Томска? Здесь же с самого основания городка не правит закон. Да какой закон, если здесь даже полицмейстеры бессильны, идут на угоду местной мафии! Чем вам не Сибирский Чикаго?       - Так как ты добился успеха в столь короткий срок, я так и не понял. Твой оборот вырос до 10 миллионов пудов. На западе очень сильные конкуренты в лице Омска, Кургана, других старых сибирских городов. Как ты их обошёл?       - Думаешь, я продаю товары на запад?       - А куда как не… - Бердское замолк. – Так ты не на запад торгуешь?!       - Нет, - Николай сохранял теперь удивительное спокойствие. – В том то и заключается мой успех, что я развернул торговлю на восток и севернее Транссибирской магистрали. Там нет конкурентов, а спрос очень высок. Это принесло плоды, и вот я первый в Сибири по торговле!       Бердское пошатнулся и едва не упал, ибо ноги подогнулись. Его поразило заявление. Развернуть торговлю в другую сторону? Вот чего уж никто не ожидал. Удивительный ход! Теперь всё встало на свои места, пришла ясность мысли и понимание феноменального успеха.       - Я добьюсь, чтобы алтайская ветка железной дороги прошла по маршруту «Новониколаевск-Семипалатинск», и тогда мука, зерно, молоко, хлеб, все алтайские продукты морями польются сюда, а уж отсюда по железной дороге вглубь Сибири, на Восток. К тому же, мои производства оснащены более современными технологиями, чем в Томске, Омске или у тебя, Бердское. Качество моей продукции выше, товар доступен и востребован на рынке. Сибирь кишит богатствами!       - Я уже понял секрет твоего успеха. Рецепт очень прост: настойчивость и смекалка.       - Только такую я вижу возможность обеспечить своих горожан всем необходимым. Они нуждаются в образовании, культуре, досуге, безопасности и прочем. На всё это требуются деньги и кадры в лице артистов, архитекторов, чиновников и коммерсантов. Помимо того я борюсь за свою идентичность. Стоит только капельку дать слабины, и всё пойдёт прахом.       - Другими словами, старшим городам придётся-таки с тобой считаться.       - Поздно думать о том, чтобы отступать, точка невозврата пройдена, дальше только двигаться вперёд и бороться за каждую возможность окрепнуть.       - Такими темпами, ты можешь добиться собственной губернии.       - Я добьюсь, тут не может быть сомнений. Сначала добьюсь новониколаевского варианта ветки алтайской железной дороги, а там и статуса губернской столицы. Всё к этому и идёт, Бердское.       - Не стану комментировать, да и дела ждут меня на берегу Берди.       - Был рад тебя повидать, заходи почаще.       Бердское лишь кивнул ему на прощание, да и покинул кабинет. Николай откинулся на спинку стула и глубоко задумался, глядя в дверь. Бердское уже не станет с ним конкурировать, да и самому отвязному хулигану ясно – бессмысленно. Теперь на Оби Новониколаевск – главный торговый узел. Бердское не сможет с ним конкурировать в таких условиях. Все товары с Алтая вскоре будут сосредоточены здесь, в устье речки Каменки. Предприимчивость, которой наделила природа городок, укрепляет его позицию среди сибирских городов. Однако проблема с преступностью остаётся самой острой в Сибири, и тут надо коренным образом ситуацию переломить. Каким же образом? Помогут ли двенадцать школ, введение образования решить эту проблему?