Вперёд и с песней! Прорвёмся!

      — Дайме на месте, — облегченно поставил галочку Тобирама в списке дел, когда ему доложили, что его наконец разместили в заранее подготовленном доме. Вздохнув, Сенджу двинулся дальше. Свадьба уже завтра, а «правитель» страны Огня решил прийти всего лишь за день до неё. Ладно, он тут, и Ками с ним. Проехали. Ещё один гость прибыл.       На него была возложена обязанность последней проверки приготовлений для празднества, вот он и бегал по всей Конохе, как белка в колесе. Благо сил достаточно. Физических. Моральные он бы с удовольствием одолжил у кого-нибудь. Нет, приготовления были закончены заранее, всё было практически идеально, но всё же попадались моменты, которые приходилось переделывать. Меню на завтра, например. Некоторые важнейшие особы, не будем тыкать пальцем, заявили, что не будут некоторые блюда, и пришлось срочно переделывать всё. Хвала Ками, такой вариант был предусмотрен и это не заняло много времени.       Проходя по улицам уже в третий раз и перепроверяя всё, Тобирама заметил, что Мито опять куда-то мчалась по крышам. Она помогала с приготовлениями одежды и банкета после свадьбы. Мадара сегодня был вместо Хаширамы в башне: сидел и пыхтел надутым ёжиком. Таджима-сама и отец разбирались с патрулями и безопасностью. Рика — его спутница по жизни — помогала заместителю Изуны в госпитале. А сами жених и невеста… Они улаживали последние формальности, заполняли документы и просто пытались немного расслабиться перед завтрашним торжеством.       — О, приветик, пушистик, — донесся до него слишком высокий для мужчины голос, от которого Тобираму пробрало до костей.       — Приветствую вас, Шукаку-сама, — справившись с секундной слабостью, всё же ответил альбинос, повернувшись к гостю лицом.       — Чем занимаешься? — без каких бы то ни было формальностей поинтересовался Ичиби, что-то жуя между делом.       Вот тоже — сюрприз. И нет, не из-за того, что они вместе с Кьюби нагрянули внезапно на свадьбу, им тоже были высланы формальные приглашения, а тем, что они вообще решили ступить в деревню шиноби и не проявляли никаких признаков агрессии…       Об их первом визите брат рассказал ему вечером того же дня, после семейного ужина. Отзывался он об этом, мягко говоря, не лестно. Его легко понять: ещё бы не обеспокоиться, когда появляются такие гости. Теперь хвостатые звери могут приходить, когда им вздумается. И запоминать их внешность или метку чакры бесполезно. Они что-то сделали или улучшили и теперь могли принимать любой облик и менять свой чакрофон.       — Заканчиваю последнюю проверку для завтрашней свадьбы.       — Уууу… ну вы и напридумывали пунктов же, — присвистнул Хвостатый, кинув беглый взгляд на список.       — Если вам ничего не нужно, я бы хотел продолжить своё дело, — никак не прокомментировал это Тобирама. Его просто не поймут, и потекут рекой ненужные вопросы, которые только задержат его.       — Да не, можешь топать дальше, — пожал широкими плечами Однохвостый. — Я просто в той лавочке сидел и тебя заметил. Решил, так сказать, проявить тактичность и поприветствовать, — хихикнул тот.       И как бы доказывая свои слова, ходячая бомба пошла прочь в сторону другого прилавка. Сенджу не стал себя ждать и двинулся дальше, отдаляясь от этого места как можно дальше.

***

      Он честно старался. Чайник успокоительного настоя был полностью опустошен где-то минут двадцать назад. Обычно усыпляющие всё на свете документы не помогали совсем.       — Курама-сама, — наконец-то сдался Хокаге Деревни Скрытого Листа и обратился к мирно читающему в углу Биджу в новом облике, — почем…       — Я помогаю тебе, дуралей, — отрезал Девятихвостый, усмехнувшись. Хашираме только и оставалось, что хлопать глазами в недоумении, отбросив все маски. Биджу видели сквозь них так же легко, как через прозрачное стекло.       — Могу ли я узнать, в чём конкретно? — спросил он, отложив бумажки в сторону. Лис усмехнулся, тоже отложил в сторону свиток с техниками, точно тайными, и сел в ещё более расслабленную позу.       — Ну-у-у-у, как минимум тем, что пытаюсь приучить тебя к своему нахождению тут. Вы все такие пугливые, смех да и только. Кузнечики, а не шиноби. Но вот свадьбу Изуны портить этим вообще не хочется, — Девятихвостый ухмыльнулся и поднял отложенный свиток, — а ещё я смотрю, что тут вы напридумывали по техникам.       Хаширама внимательно слушал, забыв про свои документы, и дивился до чего же человечными могут быть Биджу. Он не мог ручаться за остальных семерых, ведь он никогда их не встречал, но Ичиби и Кьюби точно не такие, как их описывали…       «А кто их описывал?» — внезапно подумал Хаширама.       Он аккуратно поспрашивал у Биджу и выяснил, что до Изуны к Хвостатым уже лет 300-400 никто не лез, а записи точно были не старше двухсот лет. Но тогда кто их составил? Ответ был очевиден. Опять Зецу. И, судя по некоторым обмолвкам Учиха о её видении, у него что-то да и вышло из этой авантюры…       Кьюби лишь ухмыльнулся и продолжил разговор про техники, деланно не обращая внимания на неосознанно расслабившегося человека перед ним. Долго же потребовалось смазывать эти тугие шестерёнки, но они наконец заработали. Тьфу ты, черная клякса. Опорочить имя Хвостатых зверей, да ещё как! Ладно, не совсем незаслуженно, в прошлом было многое, но всё равно, как посмел?! Это даже немного восхищает, как сильно он всем мозги загадил.

***

      Гул на улице, яркие украшения и огромная толпа людей и не только поражала воображение. Хаширама смотрел на всех с платформы для церемонии и ждал свою невесту, которую уже везли на паланкине. Он знал, каких гостей приглашали, но не мог подавить некую нервозность. Он даже не мог представить, что прибудут практически все.       Змеи-призывы, которые приняли облик небольших, безобидных травянок, хотя среди них точно есть Манда; двое Биджу, мирно общавшихся с остальными и даже несколько кланов, прибывших из Кири, которые планировали присягнуть Конохе после главного торжества. На родной земле на них начались гонения, пока вялотекущие, но имелись все предпосылки, что они могут перерасти во что-то более ужасное, и многие решили пойти туда, где их приняли с распростёртыми объятиями. Документы были подготовлены, а остальное — формальность.       Изуна прибыла, сопровождаемая музыкой и своей семьёй. Народ быстро утихомирился: невеста здесь, а значит церемония вот-вот должна начаться.       Хаширама вдохнул, чтобы успокоить, но, увидев шедшую к нему девушку, забыл как дышать дальше. Белоснежное кимоно красиво контрастировало с уложенными в сложную прическу волосами. Множество украшений, церемониальных принадлежностей и макияж открыли его любимую с новой для него стороны. Она была прекрасна.       — Ты просто невероятно красива, Изуна, — всё же смог шепнуть жених, когда его невеста подошла к нему.       — Спасибо, — она отвела взгляд покрывшись румянцем, — я столько всего даже на миссии под прикрытием не носила.       — Тебе очень идёт, — Хаширама улыбнулся и повернулся встал лицом к приводящему церемонию.       — Буду иметь в виду и наряжаться дома, — Изуна кротко хихикнула и тоже сконцентрировалась на церемонии. Тут тоже много правил соблюдать надо и напортачить нельзя обоим.       Обеты, обещания, церемония и торжественно окружало их и их гостей, и близких. Ему и Изуне подали по чаше сакэ для завершения церемонии.       Им обоим ещё столько предстоит сделать и столько преодолеть, что голова кругом. Деревня, миссии, дети и многое другое…       Но это будет потом. Они выпили сакэ. Хаширама не мог не улыбнуться, глядя на беспристрастное лица своей супруги. Она не любит спиртное. Быстро зыркнув в его сторону, она пошла переодеваться в подготовленную одежду для банкета. Гостей повели к следующей части свадьбы. Хаширама вздохнул и тоже пошел переодеваться. Этот вечер будет долгий. Но…       Сейчас он счастлив.       И нет, даже быстрый, болезненный и скрытный удар Мадариным кулаком в рёбра не сможет убрать улыбки с его лица сегодня.

***

      — Как ты? — одна важная красноволосая особа подсела к нему и подлила сакэ в его чарку.       — Рад, — честно ответил Мадара своей невесте, — но почему-то все равно взбешён.       Мито хихикнула, облокотилась на его плечо, щекоча алыми локонами, и вернулась созерцанию мероприятия. Учиха посмотрел в сторону своей сестры. Изуна прямо сияла, несмотря на надоедливых вельмож и официальную обстановку. Каштан тоже лучился так, что хотелось остудить, а то спалит всех тут. Катоном он не одарен, но…       — Знаешь, как насчёт того, чтобы немного поторопить нашу свадьбу и справить её осенью? — после нескольких минут тишины и заливания волнения саке спросил Мадара. Мито быстро села прямо и уставилась на него в изумлении.       — А что? — решил он закончить, — зачем тянуть? Да и, как по мне, осенний пейзаж тебе подойдёт больше, чем весна. Ты же вроде этого тоже хотела?       — …как? — пискнула Узумаки, пряча свое лицо за широкими рукавами кимоно. Мадара впервые видел, как его избранница смущалась настолько сильно. Иногда казалось, что она просто не знает такого слова.       — Изуна просветила, — бесстыдно сдал сестру брат. — Да и я тоже над этим думал. Уже… достаточно давно, — теперь и он отвернулся, прячась в высоком воротнике.       — Давай… — наконец донеслось нежное согласие от его невесты.       — Вот и порешили, — сгребая свою невесту в объятия, прошептал ей на ухо Мадара.       — А Изуне я это ещё припомню, — пообещала Мито, хищно глянув на ухмыляющеюся подругу.

***

      — Целых двадцать четыре года…       — Что? — устало оторвал голову от подушки Хаширама.       — Прошло двадцать четыре года с нашей свадьбы и около тридцати лет мира между странами, — пояснила я, смотря в потолок.       — А-а-а… да… — муж снова плюхнулся на подушку и уснул. Нам ещё предстоит очень много дел…       Самой не верится, как долго мы смогли наседать на Дайме стран. Но вот Кумо решил показать свои клыки, и к ним примкнули и другие. Стране Огня не оставляют выбора. Вчера был отдан приказ о мобилизации всех дееспособных шиноби.       Кто останется тут, обучать и наставлять молодняк, кто охранять деревню и её границы, а кто пойдет на фронт — станет известно через пару дней. Отдел аналитики работает не покладая рук.       Тревожные звоночки трындели уже как два года, мы и готовились. Госпиталь был увеличен, персонал проходил интенсивную подготовку к полевым действиям в больших масштабах, большинство лекарств было закуплено и сложено, а те ингредиенты, которые было сложно добыть во время войны, были посажены и культивировались в теплицах на охраняемой нами территории. Прямо возле баз Корня и АНБУ, и были чуть ли важнейшим объектом деревни.       Провизия, необходимые вещи и сырьё, ремесленники… очень тихо и медленно, мы накопили много всего, не потревожив наших буйных соседей. То же самое происходило во всех наших гарнизонах, постах и точках коммуникации.       Узумаки, согласно с нашим договором, помогали с их укреплением, а мы помогали незаметно доставить и снабдить их всем необходимым для осады. Они не собирались встревать в войну больше необходимого, но все знали, что они — наши союзники, и не оставят это просто так.       Одно хорошо, Биджу в войне не будут участвовать, и это точно. Шукаку навестил нас пару месяцев назад и сказал, что он и остальные Хвостатые звери уходят в другие земли на время «выяснения отношений людишек». Быть пойманным и запечатанным никому не хотелось. Особенно после моего рассказа о «видениях».       Аккуратно встав, стараясь не разбудить Хаши, я вышла в коридор и наткнулась на два горящих Шарингана младшей дочери — Хомы. Ей исполнилось десять в этом году и она была самой младшей из трёх детей.       — Тока сказал, что ему отдали приказ о мобилизации, — не расшаркиваясь, перешла она к делу, — и Риджу тоже. Почему у меня нету?!       Злые глазенки уставились на меня в ожидании.       — Согласно закону Конохи, дети, не закончившие академию, не могут быть призваны, — пожала плечами и повела её в сторону кухни. Там мы не перебудим весь дом. Она позволила, но только мы дошли, сразу высказала всё, что думает по этому поводу.       — Хорошо, давай договоримся так, — выслушав её тираду и налив нам обеим чаю, сказала я. — Ты можешь поступить на досрочное обучение на боевого Ирьенина и помогать в госпитале.       — Но!..       — Подожди, не кипятить. Это на самом деле очень важно. Смотри, ты ещё учишься, твоя чакро-система формируется быстрее, чем у многих, но она пока ещё не закончила свою стабилизацию. На войне любое проваленное дзюцу или сломанная ловушка могут быть фатальны, Хома.       Она всё равно продолжала буравить меня взглядом, но Шаринганы погасила и теперь часто моргала. Перенапрягла свои новые глазки. Подав ей капли на такой случай, продолжила свою мысль.       — Поверь, я очень тобой горжусь и верю в тебя, но я видела, что такое война. Ты же нет, и я не хочу терять тебя. Однако держать тебя от всего этого нет смысла.       — И поэтому ты хочешь держать меня в тылу?! И просто учиться?! — снова вспылила дочка. Точно Учиха.       — Нет. Тогда бы я отправила тебя в отдел аналитиков или вообще в академии оставила бы. А так ты станешь одним из опаснейших шиноби и сможешь помочь выжить другим.       Дочь дослушала, ещё немного посидела и утопала на верх, в свою комнату. Ладно хоть дверью не хлопнула.        Я облокотилась на спинку стула и допила чай. Ничего, это ей на пользу. Пусть учится субординации. В строю нужны умные, расчётливые люди, а не те, кто потеряет голову от слова поперек его собственного. Госпиталь ей это быстро привьёт.       Убрав после себя, не смогла не наведаться в оружейную нашего дома. Мои мечи. Мои сюрикены. Моя кусаригама. Моё оружие. Мои техники и сила… наконец-то я смогу разгуляться.       Годы тренировок и наращивания силы были практически не применимы в полной мере во время мира. Они были нужны, но не в полном объеме, а я хотела большего. Я чувствовала себя еле горящей свечкой, но новости разожгли её в пожар предвкушения.       Когда впервые поняла, что во мне будит грядущая война, я даже немного испугалась. Но, понаблюдав за собой и другими соклановцами, я поняла, почему Учиха звали демонами. Мы знали, что война представляет. Мы знали, какие задания у нас будут. Мы всё прекрасно помнили и…       Предвкушали.       Сейчас, моя прошлая жизнь не ощущается чем-то важным. Многое забылось, а многое я в принципе не помнила. Прошлая, гражданская Машка уже давно не существует.       — Хех, прошлая я бы сейчас истерику подняла, — не могла не прокомментировать я, пока укладывала свое оружие на место.       Скоро снова в бой.       Наконец-то.