so far (jimin)
9 июня 2019 г., 20:21
Примечания:
Olafur Arnalds - So Far
Иногда я смотрю в зеркало и не узнаю себя. Кто-то чужой смотрит на меня с недоверием, со страхом и злобой в глазах, словно щенок, оказавшийся в полном одиночестве и предоставленный самому себе. Мне хочется прищуриться, чтобы разглядеть его получше – этого чужака, незнакомца. Он, вроде бы, таким счастливым выглядит со стороны, и губы его растягиваются в улыбке, когда кто-то другой подходит со спины. И кажется таким довольным и гордым тем, чего добился на своем пути. Благодарным выглядит – тем, кто ему помог. Он кажется хорошим все вокруг, все вокруг любят его или испытывают к нему теплые душевные чувства, коими он наслаждается и принимает с еще большей благодарность.
Да, он кажется абсолютно счастливым.
Пока маска на лице не расходится трещиной поперек, не обнажает все то, что вижу я – чернота бескрайняя. Страх. Отречение.
Мне бы хотелось побыть одному. Слиться с толпой, чтобы меня не существовало. Чтобы я наслаждался чувством покинутости, чувством полнейшего одиночества. Я бы это чувство лелеял в себе целыми днями. И ощущал бы его всем своим телом, всей своей душой. Чтобы, наконец, осознать это время, что течет так быстро и безостановочно. Что осознать все то, что произошло вокруг – потери близких, близость чужих. Осознать, что все вокруг превратилось, на самом деле, в пепел, в осколки некогда пышущей жизни, наполненной цветом и светом, а сейчас – тяжелой и свинцовой, падающей на плечи неподъемным пластом и прессом давящей к земле.
Этот незнакомец в зеркале – он так нравится мне. В нем нет ни единого сожаления, ни капли неуверенности, нет. Он так решителен – и в гневе своем, и в радости своей. И он так чудесен с этой улыбкой кокетливой, похожей на усмешку проститутки, пытающейся соблазнить. И он так прекрасен в этих лучах софитов, похожих на сотни маленьких лун, сверкающих для него одного.
Этот незнакомец в зеркале – совершенство.
Как жаль, что от меня в нем теперь – лишь проблеск тоски во взгляде, что тухнет моментально, едва комната пустеет и только стены – молчаливые свидетели обнажения.