Зависть.

Владыка Уэко Мундо входил в Лас Ночес в сопровождении Бьякуи и его свиты. Он возвращался домой, и это возвращение не было для него радостным и приятным. Его терзали печальные мысли. Он не знал, как пощадить чувства своей Королевы и сделать разрыв как можно более легким для него. И вот они стоят друг перед другом в тронном зале. Соуске видит облегчение и радость в глазах любимого и краем глаза замечает, как Кучики собирается что-то сказать. "Надо решаться", - понимает он. Нельзя допустить, чтобы любимый узнал все от кого-то еще: того, кто не станет щадить его. Он сделал шаг вперед и сказал каким-то чужим голосом: - Вот я и вернулся. Но привез я плохие новости, Малыш, - он видел, как жадно и с несомненным любопытством слушают его постепенно подходившие к месту событий обитатели Лас Ночес. - Мне очень жаль, но нам придется расстаться. За время моего отсутствия я попал в очень сложные обстоятельства и Кучики-доно помог мне. Теперь я хочу расторгнуть наш брак и сделать новой Королевой его. Тебе придется уйти обратно в Каракуру, к отцу... В глазах Куросаки отразились пронзительная боль, недоверие и страх. Он непослушными губами едва успел произнести непонимающее: - Что? И Айзен увидел, как медленно, словно нехотя, оседает его тело на пол. Он успел подхватить любимого и усадить его на ступени, ведущие к трону, не позволив упасть. Владыка Уэко Мундо обернулся к Бьякуе и тихо попросил: - Пусть Гин принесет лекарство. Ичимару бросил вопросительный взгляд на Кучики и, уловив позволяющий жест, быстро вышел, оставив собравшихся в зале. Спустя несколько минут он появился, неся в руках пиалу с чаем. Соуске бросил быстрый, полный подозрения взгляд на Гина, но справедливо посчитав, что заговорщики не стали бы рисковать и провалить таким образом все дело, принял чай из его рук и поднес чашку к губам Куросаки, который начал понемногу приходить в себя. Увидев слезы в широко распахнувшихся любимых глазах, Айзен почувствовал, как сердце его сжалось от боли при мысли о том, как страдает Ичиго. Он ласково попросил: - Выпей этот чай, Малыш, он поможет тебе. Это очень особенный чай, он помогает от всяких недомоганий. Куросаки послушно выпил все до последней капли и почувствовал, как силы возвращаются к нему, как уходят боль в желудке и головокружение. А Владыка Уэко Мундо, печально глядя на него, продолжал: - Прости, но тебе придется уйти прямо сейчас. Я не хочу, чтобы ты присутствовал при всем том, что здесь начнется. Это лишнее. Я и так причинил тебе много боли и страданий. Поэтому, прошу тебя, иди к отцу. В память обо всем хорошем, что у нас с тобой было, я хочу сделать тебе подарок, - он краем глаза видел, как наливается гневом и яростью взор Кучики-доно. Но, справедливо посчитав, что с одной стороны устраивать разборки при всех он, безусловно, не станет, а с другой - что все равно Бьякуя не спустит ему просто так с рук все, что он сейчас творил, он продолжал: - Я хочу подарить тебе те три яйца Фаберже из моей коллекции, которые так нравились тебе, - он поднялся и отошел к стеллажу, где и стояла его коллекция, которую он так любовно собирал, путешествуя по Земле. Он взял в руки три яичка и отнес их Куросаки. Он видел, как удивленно посмотрел на него любимый. Он-то знал их общую маленькую тайну – в одном из этих яиц и хранился Хогиоку, о чем никто не из присутствующих даже не подозревал. Но тут вмешался Кучики-доно. Он не выдержал и, подойдя поближе, спросил: - Что это еще такое? Соуске спокойно ответил: - Это - ювелирные изделия. Яйца Фаберже. Коллекционная вещь. Я собирал их пока путешествовал по Земле. Эти три были любимыми у Куросаки и я хочу подарить их ему на память. * Яйца Фаберже — знаменитая серия ювелирных изделий фирмы Карла Фаберже. Серия создавалась между 1885 и 1917 гг. для российской императорской семьи и частных покупателей. Всего известно о создании 69 штук, из которых императорскими являются 54. - А что внутри? – подозрительно поинтересовался Бьякуя, словно чувствуя подвох. Владыка Уэко Мундо молча, открыл одно и показал присутствующим букетик цветов, сделанных из золота и драгоценных камней, внутри, - Остальные сделаны примерно в том же духе, - примирительно сказал он. - Надеюсь, остатки твоей коллекции получу я, - проронил его хозяин. - Несомненно. Я прикажу, чтобы все, что осталось от моей коллекции, доставили тебе, - согласился Айзен. Он вложил в руки своей Королевы три яйца и тихо сказал: - Береги их. Это тебе память обо мне, - и в эти мгновения в глазах его было столько любви и нежности, что сердце Ичиго стиснула тоска. Он не понимал, как можно испытывать ТАКИЕ чувства, которые он ясно читал в глазах Соуске и прогонять его прочь. Внезапно взгляд его зацепился за ошейник на шее Владыки Уэко Мундо. Он взглянул на любимого и недоуменно спросил: - Что это у тебя на шее? На губах Айзена проскользнула улыбка полная горечи: - Это украшение, которое подарила мне будущая Королева Уэко Мундо к свадьбе. Горькая ирония сказанного отозвалась исполненным бессилия вздохом и угасла в душе Соуске. Он поднял Ичиго на ноги и отвел к предусмотрительно открытой кем-то гарганте. - Иди, Малыш, и будь счастлив. Не горюй. Возможно, ты найдешь кого-то, кто будет любить, и заботиться о тебе так, как всегда хотел этого я... – он ласково погладил любимого по щеке и слегка подтолкнул. - Иди. Тебе уже пора... Прощай и не держи на меня зла... *** Иссин и Ренджи сидели в гостиной, пили чай и смотрели телевизор, когда кто-то позвонил в дверь. - Ты кого-то ждешь? – напряженно спросил Абараи. - Нет. Никого, - встревожено ответил Куросаки-старший, вынимая сигарету изо рта, - Ты пока посиди здесь, а я пойду, посмотрю, кто это к нам пришел. Он отправился к входной двери и распахнул ее. Увидев на пороге убитого горем сына, он сперва не поверил своим глазам и оторопел, а потом спросил: - Сынок, что случилось? Почему ты здесь, и где твой муж? Но потом спохватился, что в таком состоянии держать Ичиго на пороге, по меньшей мере, глупо, и быстро втащил его в дом. Сообразив, кто к ним пришел, из комнаты вышел растерянный Ренджи. Он тоже как-то не ожидал увидеть приятеля, но увидев слезы на его глазах, они быстро утянули его в комнату и, всучив в руки чашку с чаем, усадили на диван. Вдвоем они сумели вытащить из опустошенного горем Рыжика полный отчет о случившихся событиях и надолго задумались. - Что-то не нравится мне все это, - первым мрачно заявил Абараи, - Чтобы Айзен ни с того ни с сего помчался куда-то непонятно с какого перепуга, пропадал неизвестно где, а потом явился в сопровождении Бьякуи - это вообще какая-то фантастика. Да еще и собрался разводиться и жениться на нем... Нет. Что-то здесь не то, - он повернулся к приятелю и уточнил: - Так ты говоришь, что уверен в том, что его чувства к тебе совершенно не изменились? Ичиго молча, кивнул в ответ. - Но тогда почему он так спешил отослать тебя в Каракуру? – не унимался Ренджи. - Да еще и отдал тебе Хогиоку так, чтобы никто об этом не узнал. Однозначно. Все здесь шито белыми нитками. Если хочешь, я могу прямо сейчас отправиться в Лас Ночес и узнать, что там происходит. Бьякуя знает, что я с тобой дружу. Прикинусь дурачком, скажу, что пришел к тебе в гости. Ну и, по ходу дела, узнаю, что там на самом деле случилось. Думаю, он ничего не заподозрит. Рыжик поднял на приятеля глаза полные боли и попросил: - Сходи. Мне нужно узнать, что же там произошло на самом деле. Я, конечно же, не заставляю тебя. Но буду очень благодарен, если ты постараешься это сделать... Иссин поддержал сына: - И правда. Ты там особо не высовывайся, чтобы не влипнуть в историю. Просто посмотри, что к чему, и обратно в Каракуру. Не думаю, что Кучики тебя в чем-то заподозрит. Тем более, что он тебя искал... На том и порешили. Абараи быстро собрался и отправился к Урахаре, чтобы тот мог отправить его в Уэко Мундо. Но все получилось еще проще – по пути он увидел, как открылась Гарганта, и кто-то из пустых выбрался в Каракуру. Не теряя времени понапрасну, Ренджи быстро прошмыгнул во все еще открытый проход и поспешил в Лас Ночес.