Зависть.

Свадьба получилась пышная. Гин и Тоусэн и в этот раз не ударили в грязь лицом. Залы были убраны в шелка и бархат, украшены живыми цветами и диковинными растениями. Редчайшие гобелены и картины украшали стены, вазы, и скульптуры древних мастеров услаждали взор. Дворец сиял варварским великолепием и богатством. Сразу было понятно, что здесь происходит свадьба аристократа. Молодожены были облачены в наряды ручной работы баснословной цены и смотрелись рядом как изысканные произведения неведомого мастера, созданные в порыве вдохновения. Шампанское и вина били из небольших фонтанов, установленных в зале, и любой желающий мог подойти и наполнить свой бокал, провозгласив тост за новобрачных. Вот только Владыка Уэко Мундо был слишком спокоен, не чувствовалось в нем радости и счастья от происходящего. Он вежливо улыбался гостям (всем, кроме Ямамото, который тоже прибыл), учтиво отвечал на тосты и вел себя как примерный муж. Вот только души во всем этом не чувствовалось да и тепла тоже. На первый взгляд Кучики-доно это совершенно не задевало. Казалось он все такая же глыба льда, неподвластная эмоциям, как и обычно. Вот только взор его становился все более мрачным, и таилось в нем обещание, не сулившее ничего хорошего мужу. Под конец праздника к молодоженам подошел Гин. Улыбаясь своею непонятной улыбочкой, он спросил у новой Королевы: - Надеюсь, вы с генералом остались довольны? Тайчо кивнул в ответ: - Несомненно. Ты можешь рассчитывать на мое покровительство Ичимару. Ты на удивление честно сделал все, что пообещал. Гин осторожно спросил: - Тогда я могу попросить о бонусе за свои старания? Бровь Бьякуи удивленно приподнялась: - И чего же ты хочешь? Собеседник указал глазами на Соуске: - Ты позволишь мне немного расслабиться с ним? Лицо Кучики-доно внезапно окаменело, и взгляд налился холодом, по температуре близким к жидкому азоту. Но когда он заговорил, слова его были безэмоциональны и падали словно камни – тяжело и глухо: - Ичимару, запомни раз и навсегда. То, что стало МОИМ таким и останется на веки вечные. Никто не смеет и пальцем прикоснуться к тому, что принадлежит лично мне. А твой Повелитель, как ты и сам знаешь, стал моей собственностью, а значит, никто не смеет тронуть мою вещь. Надеюсь, мне больше не придется объяснять тебе очевидные истины. Гин пожал плечами, пытаясь выкрутиться из неловкой ситуации: - Ну... спросить-то я должен был. Мало ли что, - он с плутоватой улыбкой подмигнул и поспешил отойти подальше от столь опасного союзника. А новая Королева бросила на новоиспеченного мужа властный взгляд и велела: - Скажи, что мы уходим. Пусть веселятся, а нам пора идти. Айзен поднялся и с учтивой улыбкой провозгласил: - Дорогие друзья и гости! Мы были рады увидеть всех вас на нашей свадьбе, и благодарим за добрые пожелания и поздравления! Мы просим вас: продолжайте веселиться и развлекаться, а мы покинем вас. Нам уже пора... Они поднялись и, раздаривая улыбки на ходу, вышли из тронного зала. У покоев Королевы Соуске без особого удивления услышал: - Дорогой супруг, зайдем ко мне. Нам нужно поговорить и не только...- тайчо послал искушающую улыбку новобрачному, чтобы сопровождающие ничего не заподозрили, и ему ничего не оставалось, как войти в апартаменты следом за Королевой. Наконец двери были заперты (Кучики-доно учел прежние ошибки) на ключ и они остались вдвоем. - И чего же ты хочешь в этот раз? – безразлично спросил Айзен. Коротко размахнувшись, новая Королева влепила ему увесистую пощечину, а потом проронила: - Ты сегодня вел себя совершенно по-хамски. Всем и каждому было понятно, что женишься ты точно не по собственной воле! Владыка Уэко Мундо тяжело вздохнул: - Да кому какая разница? Главное, что я женился. Да и чего ты от меня ожидал? Что я брошусь к тебе на шею с радостным визгом? Чему мне было радоваться? ЧЕМУ? С жестокой и понимающей улыбкой Бьякуя ответил: - Ну что же, оставим этот вопрос пока открытым. А теперь раздевайся. - Зачем? – снедаемый неприятными подозрениями, спросил Соуске. - Ну как же! Сегодня ведь наша первая брачная ночь. Вот и займемся тем, чем полагается заниматься молодоженам – выполнением супружеского долга. Я собираюсь сегодня насладиться тобой по полной программе. Что тут непонятного? – с садистской улыбкой заявил тайчо. Владыка Уэко Мундо устало провел рукой по лицу: - Ты все никак не успокоишься, - признал он очевидное. - Ты уже и так издевался надо мною, как только сам хотел. Зачем тебе еще и ЭТО? Я ведь и так делаю все, что ты прикажешь. Почему тогда ты собираешься со мною поступить подобным образом? Кучики в мгновение ока оказался рядом и, глядя ему прямо в глаза, спросил: - А ты так и не понял ПОЧЕМУ? Да ведь все так очевидно! Ты продался мне, стал моей вещью, но все это только ВНЕШНЕ. Внутри ты остался таким же, как и был – гордым и не сломленным. Только сломав, уничтожив твою сущность, я смогу сделать из тебя то, что нужно мне. Старая любовь не умирает, Айзен. Вот поэтому мне нужно растоптать и разбить твое я вдребезги, и на его осколках создать нового Айзена, который будет целиком и полностью принадлежать мне. Мне ОДНОМУ! Сегодня наша первая брачная ночь и мне совершенно все равно: будешь ты сопротивляться или нет. Я все равно получу тебя так или иначе и сделаю все, что пожелаю! А потом уже холодно и спокойно добавил: - Все. Разговоры закончены. Иди, раздевайся. Но Соуске по-прежнему стоял, не двигаясь, и внимательно смотрел на свою Королеву. А потом спросил: - Как же так? Ты говоришь, что любишь меня и в то же время собираешься изнасиловать. Я не понимаю. Любовь это светлое и доброе чувство, а то, что ты собираешься сделать – это что-то совсем иное. Бьякуя только усмехнулся в ответ: - Именно. Ты НЕ ПОНИМАЕШЬ. И никогда не поймешь. Любовь бывает разной и не только такой, как ты думаешь. Ко всему прочему в аристократических кругах не принято выставлять свои чувства на показ. Все эти годы я любил тебя. Я надеялся, что ты заметишь мое отношение к тебе и ответишь на мою любовь. Но даже когда я напился и предложил тебе встречаться, ты так ничего и не сообразил. Ты решил, что это пьяная блажь, а это было то, что я всегда хотел тебе сказать и не мог. Когда все отвернулись от тебя, я один пытался наладить с тобой отношения. Но ты и здесь отверг мои попытки. И все равно я терпеливо ждал и надеялся. Пока ты не связался с Ичиго и не женился на нем. Вот тогда мое терпение и лопнуло. Я ждал лишь подходящего случая, чтобы действовать наверняка. Так что когда появился Ичимару со своим предложением, я принял его с распростертыми объятиями и уговорил Ямамото даровать ему прощение всех грехов за возможность заполучить тебя. Мне были совершенно безразличны все поползновения генерала подмять Уэко Мундо под себя. Для меня не представляет ценности мой новый статус, и даже возвышение моего клана. Я сделал все это, чтобы завладеть ТОБОЙ, Айзен. И только ЭТО имело для меня значение и смысл. Я слишком долго ждал, и теперь пришло время получить все сполна. Ты прав – насиловать тебя глупо. Потому что когда ты станешь моим целиком и полностью, до последней клеточки твоего тела и самой затаенной мысли, я не хочу, чтобы ты помнил нашу первую брачную ночь, как момент изнасилования. Ты сам отдашься мне. С превеликим удовольствием. И получишь наслаждение от того, что я буду делать с тобой. Он повернулся к столику у окна и взял в руки стакан с жидкостью. - Вот. Выпей это и займемся чем-то более приятным, нежели эта болтовня. Соуске отступил на шаг и покачал головой: - Я не хочу. Я не могу стать твоим так, как этого хочешь ты, потому, что у меня есть Ичиго... Кучики как-то не хорошо усмехнулся: - Так ведь я и не спрашиваю тебя, чего ты хочешь. Я ПРИКАЗЫВАЮ тебе. Пей! Ты дал слово - вот и держи его. Пытаясь как-то оттянуть неизбежное, Айзен сказал: - Ты прав. Я дал слово и обязан сдержать его. Но хочу задать тебе последний вопрос. Ты сказал, что все это время любил меня. Но там, в Мукене ты пытал меня и издевался так, словно я твой злейший враг. Что это было? Бьякуя пожал плечами: - Это тоже просто. Я хотел увидеть тебя настоящего. Слишком часто мы все прячемся под всякими масками и притворяемся теми, кем не являемся на самом деле. Вот я и хотел увидеть тебя таким, какой ты есть без масок и притворства. Ты порадовал меня – мне понравилось то, что я увидел... А теперь пей. Твое время окончательно истекло. И Владыка Уэко Мундо понял, что больше отступать некуда. Он печально посмотрел на стакан в руке и, решившись, выпил содержимое одним махом. *** Иссин и Абараи вернулись домой очень вовремя. Ичиго, раздираемый на части болью, надеждой и страхом уже собирался наплевать на все и идти к Урахаре, чтобы потребовать открыть Врата и отправиться в Уэко Мундо. Увидев сына у дверей, Куросаки старший нахмурился и рыкнул: - Ты мне что обещал? А? И как это все называется? Рыжик опустил голову и пристыжено буркнул: - Я хочу сам узнать, что там творится. Может Айзен болен и ему нужна помощь... Иссин тяжело вздохнул: - Сын, неужели ты так и не понял, ПОЧЕМУ он отправил тебя ко мне? Ичиго с недоумением взглянул на отца: - Нет. Куросаки старший мрачно проронил: - Да он же СПАСАЛ тебя, сынок. Он отправил тебя подальше, чтобы уберечь от беды. Вот скажи: накануне тебе ведь стало плохо? Что-то наверняка болело, да? Бывшая Королева растерянно кивнула: - Да. Живот болел, голова кружилась так, что я не мог никуда идти. Едва до кровати добрался. Я еще хотел пойти к лекарю, да потом передумал. Но уже все прошло... Со мною уже все в полном порядке! Отец с сочувствием взглянул на сына: - Тебя отравили. Теперь понимаешь? А твой муж дал тебе противоядие и отправил сюда, чтобы уже никто не смог навредить тебе. Он понадеялся на меня, на то, что я сумею защитить тебя. Ичиго с ужасом смотрел на отца: - О Боже... Получается, меня хотели убить? А он меня спас? Иссин прижал Рыжика к груди: - Сынок, я тоже не хочу, чтобы с тобой что-то произошло. Поэтому мы сходили к Урахаре и посоветовались, что лучше всего предпринять в создавшейся ситуации. Мы хотим помочь Айзену выпутаться из этого кошмара. Кискэ сказал, что у нас есть шанс. Но для этого нам понадобится Хогиоку, который на прощание отдал тебе твой муж. И еще одно. Если ты будешь вмешиваться или каким-то необдуманным поступком помешаешь нам, то все может закончиться очень плачевно для всех нас. А уж для Соуске так точно, я даже не сомневаюсь. Поэтому прошу тебя, прояви благоразумие в этот раз и не вмешивайся ни во что. Если не ради моего спокойствия, то, по крайней мере, ради спасения жизни твоего мужа. Дай мне слово, сын! Ичиго поднял полные боли и горя глаза и спросил в ответ: - Папа, но как же я буду сидеть и ничего не делать, чтобы спасти его? Я ведь люблю своего мужа! Но Куросаки старший был непоколебим: - Если любишь, то ты дашь мне слово и тогда, я обещаю тебе, что мы поможем ему. Непременно поможем! Ты уже взрослый и должен понимать, что иногда для того, чтобы как ты выразился «сидеть и ничего не делать» тоже необходимо мужество и сильная воля. И Рыжик кивнул: - Хорошо. Я клянусь, что не стану вмешиваться и мешать вам. Но... я надеюсь, что ты позволишь мне помогать вам здесь, всем, чем я смогу... На том они и порешили.