Мне семнадцать, придурок, тебя посадят

POV Владик Возвращаясь с хождения по магазинам в поисках нужных струн для гитары, я думал только об одном: о Тошиних словах о натуралах. Ох, блять, не обо мне уже они. Я шагнул на ступеньку эскалатора в метро и устало зевнул. Тут было ужасно много народу, и все эти люди куда-то спешили. Я еле протолкнулся к вагону подошедшего поезда и, зайдя одним из первых, занял свободное место, положив голову на холодное, запотевшее стекло. Проведя рукой по влажным волосам, я прищурил глаза от яркого света, который только что резким толчком врубили в вагоне. На улице недавно прошел дождь, что было видно по окружавшим меня пассажирам: некоторые держали зонты, с которых стекала оставшаяся вода, некоторые, как и я, стояли с мокрыми волосами, некоторые просто проклинали непогоду. Стоявшая неподалеку женщина разъяренно возмущалась, говоря, что молодежь совсем обнаглела: не уступают таким, как она, место. Ухмыльнувшись, я натянул на голову капюшон от толстовки, чтобы тот закрывал глаза и, расслабившись, постарался заснуть. До моей остановки еще целых сорок минут. Я так бы и проспал спокойно, пока не объявили бы мою остановку, если бы рядом со мной не уселся какой-то парень. Я не смотрел на него, потому что на моих глазах все еще был заслон из капюшона. Парень потряс головой. Я даже не открыл глаз. От него веяло холодом и сыростью. Эх, еще один пострадавший от непогоды. В наушниках парня громко играла музыка. Я прислушался. Я был уверен, что уже где-то слышал эту песню. Кажется, Тоша слушает подобное. - О боже, блять, мой! - я приоткрыл глаз, чтобы разглядеть моего соседа. - Влад? Я думал, что ты уже вернулся, - это был Ниженко. Все бы ничего, но вместо привычных кудряшек его и без того глупую голову украшал зеленый ирокез небольших размеров. Я было открыл рот, чтобы что-то сказать, но, пошевелив губами как рыбка, замолк. Мое сердце бешено колотилось от увиденного. - Эй, чувак, ну ты чего, а? Не надо так на меня смотреть! Нет, ну Зайченко, отвернись. Антон опустил капюшон мне на глаза, снова вернув меня в прежнюю идиллию. Я прикрыл глаза, тяжело выдохнув через рот, снова их открыл и, резко сдернув капюшон, посмотрел на сидящего рядом Антона. Фак! Это не сон. Ну замечательно просто. А я уже думал, что просто привиделось. - Ниженко, блять, - я все еще тяжело дышал, схватившись за сердце, которое вдруг стало колоть. - Ты чего вытворяешь? - Что? Я просто решил измениться... - парень перешел на шепот, чтобы, не дай бог, его кто услышал. Тогда ведь нарушится наш договор о секретности. - ... кхм... для тебя. - Незачем все это, - отмахнулся я, изображая доброту. А самого так и колотило. Ух, ебать, Антон, что ты делаешь. - Мать тебя убъет. - Эта милая женщина никогда не поднимала на меня руку, - помотал головой Тоша. Его улыбка стала шире. - Тем более, она сама давно хотела, чтобы ее сын наконец сменил прическу, а не ходил растрепкой. - Да лучше бы растрепкой, - ответил я тихо, чтобы меня слышал только Антон. - Дома тебе пиздец, ясно?