Мне семнадцать, придурок, тебя посадят

Влад поднялся, чтобы куда-то уйти, но я быстро вскочил с пола, схватив парня за руку. Влад приподнял бровь. Я потянул его на себя. Тот отшатнулся к стенке, прильнув к ней. - Ну, чего ты? - загадочно улыбнулся я. - Иди ко мне. И, просунув руку между Владом и стеной, прижался к пояснице, притянув к себе парня. Зайченко было хотел убрать мою руку, но его уставшее тело не поддавалось ему. А я был силен. Властен. Еще немного, и я вытащил небрежно заправленную в джинсы футболку, и моя рука легла на незащищенную, гладкую спину Влада. Парня передернуло. - У тебя руки холодные, - улыбнувшись, сказал Зайченко. - Осторожнее. - Ох, неженка, - расплылся в улыбке и я. Моя рука стала спускаться ниже, сильнее притягивая парня к моему телу. Второй рукой я прошелся по ширинке джинс, снизу вверх, и стал дергать застежку ремня, который Влад надевал уже неделю, потому что так похудел, что штаны спадали. Зайченко заметно расслабился, слегка согнул ноги в коленях, облокотившись на стенку, руками обняв меня за спину. - Я буду нежным, - склонившись к уху парня, прошептал я, обжигая своим горячим дыханием его ухо. Влад, оскалившись, согнув ногу сильнее, приподнял ее, уткнувшись коленом мне в пах. Зайченко прикусил мою нижнюю губу и, оттянув ее, снова улыбнулся, надавив коленкой еще сильнее. Похоже, ему понравилось смотреть, как я теряюсь от каждого его действия. - Ну, будь нежным, - ответил Влад и снова принялся за мою опухшую нижнюю губу. Сколько бы я не дергал его ремень, застежка никак не поддавалась. Заскулив от безнадежности (парень принял это за стон наслаждения), я стыл задирать его футболку до самых сосков, а потом она и вовсе полетела на пол. прочем, как и моя. Когда же Влад сам наконец снял ремень, я на скорости расстегнул его джинсы, ногой стянув их до самых пяток. Зайченко сжал мои "булочки" своими тоненькими, до длинными (ему бы в пианисты) пальцами, вызвав во мне волну возбуждения. На странность, трахаться мне совсем не хотелось. Я желал просто потрогать Влада, пошевелить его длинные, прямые, почти как у Снегга (не считая цвет) волосы. Пройтись языком по плоскому животику парня, подняться по шее и впиться в сладкие, как мне всегда казалось, губы гитариста. Мне хотелось простой, банальной ласки. Зайченко сполз по стенке на ковер, обладающий большим, мохнатым ворсом, посадив меня сверху. Только губы Влада коснулись моих, меня как током шибануло. Я вздрогнул. Расплылся в улыбке. - Ты чего? - я заметил во взгляде парня некий испуг. - Будто сумасшедший. - Да, я ебанутый. И не скрываю это. Ты же сам знаешь. - У-у-ух, солнце мое ебану-у-утое... - Я тебя тоже люблю.