13.
15 августа 2020 г., 16:32
В лаборатории царил полумрак, чтобы глаза сильно не уставали от долгой и полной наблюдений работы. Лёгкий стук мела и шуршание этого кусочка по доске с лёгкостью могли уставшего человека ввести в состояние дремы. Кстати, этим и занимался Даичи, верный охранник нового воспитанника Ишиды-сан, к которому прикипел, как к родному сыну. А Изуку сосредоточенно разбавлял различные химикаты в колбочках, а затем на слабом огне кипятил, наблюдая за реакцией. Всего было пять образцов с разной долей экстракта белладонны. Ему поручено усовершенствовать формулу наркотика Ишиды. Данное задание Мидории казалось проявлением высшего доверия, ведь его подпускали к тайным совещаниям между крупными наркокартелями мира. Благодаря знаниям, полученным собственным трудом, он без труда мог выступать в качестве переводчика. Как диспетчеру Академии Героев, которая являлась одной из ведущих точек «штампования» топ-героев, ему было необходимо выучить языки ведущих держав. До ситуации с А.Н. ему на самом деле хотелось стать незаменимым работником для всего мира, хоть это и звучало в некотором смысле убого и наивно.
Сейчас же задачи заключались в другом: убрать смертельный риск из наркотиков в результате перенасыщенного употребления, повысить эффект галлюцинагена и добавить несколько веществ, которые бы искусственно вызывали безоговорочное доверие к тому, кто выдаёт «волшебную» таблетку. Это все звучит странно и очень похоже на сказку, но Изуку считал по-другому. Проблемы было две. Во-первых, сам экстракт белладонны смертелен — дашь чуть больше на миллиграмм, и «привет, тот свет!» Если попытаться как-то снизить смертность от неё, то теряются все свойства. Во-вторых, именно состояние «перенасыщенности», а не передозировки вызывает огромные опасения у всех наркоторговцев. Это связано именно в различиях между двумя этими состояниями. «Перенасыщенность» прежде всего связана с продуктом, который по своей природе не стабилен, как белладонна. В зависимости от организма и находящихся в нем активированных гормонов она становится агрессивной и «пожирает» своего потребителя, но этот эффект проявляется именно в накоплении веществ, которые легко с ней взаимодействуют. Часто это вызывает внезапную смерть и привлекает большое внимание к наркокартелям, ведь что-что, но следы от белладонны заметны. Вывести ферменты этого растения очень сложно. В-третьих, гормоны, отвечающие за доверие и счастье, очень сложно вызвать именно через этот наркотик, потому что само растение вызывает резкое спокойствие, желание заниматься тем, чем не хотелось никогда, жуткое нимфоманство. Причём при его ослабевании, которое наступает довольно быстро, человек превращается в фурию. Вещества, способные убрать этот эффект, не могут ужиться в одном препарате. При расщеплении в желудке данный коктейль буквально сжигает его слизистую и стремится съесть все, что содержит фермент. При внутривенном введении человек сходит с ума из-за мгновенного попадания в центр природы гормонов, что часто приводит к тяжёлой депрессии и мгновенном желании убиться.
Собственно говоря, Изуку над этими задачками ломает голову уже год. По крайней мере, он узнал это все, и теперь есть необходимый материал для дальнейших экспериментов. Ему, конечно, не нравится использовать людей для этой цели, но животных любил он больше. В оправдание себе Изуку всегда повторял, что его «жертвы» — это преступники, которые за своими плечами тянули по пять или восемь статей: от кражи до череды бесконтрольных убийств.
Тяжело вздохнув, он уронил голову на стол и пустым взглядом уставился на доску, исписанную химическим формулами. Может стоит искать решение в простом? Расщепить шоколад на составляющие и комбинировать до нужного результата?
— Я, конечно, не так хорош в этом, — раздался отдалённо знакомый голос за спиной, — но, может, тебе помочь?
Изуку, не реагируя на него, все продолжал сидеть в том же положении, думая, что от него отстану. Долгое молчание и еле слышный зевок только проснувшегося охранника заставили подумать Мидорию об исполнении желаемого.
— Возможно, даже формулы составлю, — по звуку он стал ближе.
Бешенство медленно окутывало сознание. Ещё этого не хватало. Не нужна ему помощь, ведь в голове у него много планов, которые нужно осуществить. Даже ещё один всплыл недавно. Тоши, чувствуя на себе все эмоции хозяина, приобнял его и, хрипло рассмеявшись, произнес: «Успокойся. Почему бы не использовать такую возможность?» Ну, конечно, ему легко говорить, ведь не его существо будет разгребать бардак от неожиданно взлетевшего ЧСВ гостя.
— Что же от меня нужно главе Восьми заветов? — так и не проявив инициативу, холодно и приглушенно спросил Изуку.
— Просто хочу помочь, — рука в белой перчатке коснулась его плеча.
Волна отвращения пробежала импульсом по телу, заставив дёрнуться и зашипеть.
— Не трогай меня, — изумрудные, чуть потемневшие от злости, глаза буквально стреляли молниями от негодования.
Кай усмехнулся и медленно убрал её, а затем поднял ладони в примирительном жесте. В ядовито-янтарных глазах плескались любопытство и снисходительная усмешка. «Ещё чего не хватало… Смеётся надо мной», — хмуря брови, хмыкнул про себя Изуку и поднялся с места.
— Понимаю, — протянул Чисаки, снимая перчатки — зачем? — это на тебе такой отпечаток оставила А.Н.
— К чему ты решил это затронуть? — стаскивая с себя халат, спросил Мидория так, будто это его действительно интересовало.
— Я же должен знать, с кем работаю. Тем более мы коллеги, — с усмешкой произнёс он.
Изуку не сдержался и тихо рассмеялся. Даичи, разминая после сна затекшую шею, уголками губ улыбнулся, ведь он так давно не слышал, как его подопечный смеётся. Красивый переливчатый смех немного ввёл в ступор главу мафии и — что греха таить? — заворожил. Мидория повернулся к нему лицом и легко смахнул набежавшие слезы.
— Кай, нам с тобой до коллег, как от этой дрянной планеты до Марса и обратно, — улыбка не сходила с его бледного лица, на котором бледный румянец выглядел довольно мило. Да, он уже взрослый парень, но это не мешало выглядеть ему как старшекласснику. Несомненно Изуку это бесило, поэтому большая часть зеркал в его комнате отсутствует. — Ты лишь поставщик. Ишида-сан пользуется твоей услугой.
Раздалась трель мобильника, из-за которой Тоши напрягся где-то внутри нутра Изуку. Посмотрев на дисплей, он нахмурился и ответил на звонок.
— Слушаю, — почему-то у него плохое предчувствие.
— Мидория Изуку? — утвердительный ответ. — Приходите в главные апартаменты Ишиды-сан. Сегодня ему стало плохо, и он попросил Вас позвать.
— Скоро, — небольшая заминка, — буду…
Тяжёлый выдох и каменное выражение лица дали понять Даичи, что это что-то серьёзное, поэтому медленно подошёл к Изуку и на ухо прошептал: «Едем?» Тот лишь кивнул и посмотрел на Чисаки.
— Тебе придётся ехать со мной, — не терпящим возражений тоном произнёс парень и вышел из лаборатории.
Кай, идя следом, а затем сидя в машине, размышлял на тему: «Как мной, мафиози, может так легко управлять какой-то бывший диспетчер из U.A.?»
Он, если вспомнить, его ещё тогда зацепил. Лига Злодеев уломала тогда Восемь заветов нанести удар именно по информационному центру, который мало того был защищён так же, как Академия, так ещё и имел автоматическую систему безопасности. Вообще план был неплохой. Они даже почти победили, потому что большая часть сотрудников были с бесполезным причудами, пока не появилось «но» с темно-зелёными кудряшками и изумрудными глазами. Тогда у этого чуда даже просматривалось рельефное тело…
***
Изуку, запыхавшийся и весь в порезах, залетает на главный этаж и видит перед собой мужчину в маске в виде птичьего клюва, костюме, поверх которого была накинута парка. Тот усмехается, потому что уверен в своей победе, ведь он заметил дротик в его ноге. Причуды у этого парня теперь точно нет. Вокруг много бессознательных тел, а некоторые из них, потерявшие квирк, забились в угол и смотрели с пугающим отчаянием в никуда. — Надо же… Чисаки Кай. Вы же редко выходите на свет, — все ещё тяжело дыша, улыбнулся Мидория. — Какая честь, что за мной наблюдают, — издевательски вежливо протянул мужчина. Почему он не видит привычного отчаяния в лице того, кто потерял причуду? — Жаль, мы не сможем пообщаться подольше, чем десять минут, — все ещё улыбаясь, выдохнул диспетчер, а затем почти незаметным и быстрым движением дёрнул пальцем. Кай нахмурился, когда ощутил лёгкий дискомфорт, как от укола. Улыбка незнакомого ему человека стала ещё шире. Это стало его подбешивать. Он хотел двинуться, но тело отказывалось подчиняться. Квирк будто заморозили. Его будто нет. — Интересно, а Вам приходило в голову самому избавиться от причуды? А то это получается немного странно, что все должны быть без неё, а Вы нет, — он задумчиво отвёл взгляд в сторону. — Что ты сделал? — Чисаки стал наблюдать за ним внимательнее. Как все же не повезло, что его подопечные где-то на нижних этажах. — Когда нет способностей, приходится ухищряться. Действие вещества будет длиться двое суток, — он говорил об этом, как о своём детище. — Ах, и да, даже если сбежите, не советую его пытаться нейтрализовать. Кай внутри оцепенел, но жуткий интерес буквально грозился вырваться наружу. Ему потребовалось больше усилий, чем обычно, чтобы ответить былым сарказмом без вежливых формальностей. — Герои разве могут пользоваться смертельно опасной химией? — ну, давай же, покажи бешенство. — А я не Герой, а обычный диспетчер, — несколько удивлённо ответил Изуку, ведь эта истина проста, как то, почему небо голубое. Раздался оглушительный взрыв. Мидория чуть просветлел и улыбнулся: «А вот и Всемогущий».***
Чисаки мысленно улыбнулся, ведь если бы не Курогири с его порталами, то ему давно бы отрезали руки и оставили гнить в камере. Из-за какого-то беспричудного самоуверенного пацана из конторы его чуть не поймали. Да и отходил он долго после этого случая, потому что вещество представляло из себя большое количество нанобомб в смеси из мощного параллетика и частиц «заморозки» причуды. Откуда у U.A. такие… негеройские реагенты, Чисаки даже не мог представить. Да и оказалось, что Изуку хотел просто оттянуть время до прихода Героев, но Кай больше думал о том, как забрать себе такое умное дарование. Сейчас же, смотря на бледное лицо, усыпанное веснушками, хотелось отчего-то закрыть этого вполне взрослого парня под купол и никому не показывать. Радость и злость смешивались внутри него от того, что ощутил на себе Мидория и что это привело это чудо к нему — в его мир. Автомобиль остановился возле большого особняка, и Мидория пулей полетел к Ишиде-сан. Волнение играло на нервах, а силы от резкой физической нагрузки приносили боль. Тоши поддерживал тенями тело своего хозяина. Открывая дверь спальни, Изуку все сильнее нервничал, а затем и вовсе прилип к краю кровати мужчины, лежащего в окружении трубок, капельниц и приборов, поддерживающих жизнь. — Мой мальчик, — улыбнувшись краем губ, прохрипел Ишида, — как ты? — Всё хорошо, — нервозность и страх за того, кто буквально поднял тебя на ноги после навалившегося ущерба. — Не ври мне, — Мидория виновато усмехнулся. — Но позвал я тебя не за этим. Я умираю. Изуку хотел было начать возмущаться, но суровый взгляд стальных глаз остановил его. — Я смирился, и ты смирись. Хочу, чтобы у тебя все было. Не забывай о том, зачем вообще затеял эту игру. Доведи все до того, пока не поймёшь, что готов отпустить, жить счастливо и не возвращаться в прошлое. Помни — я и на том свете буду в тебя верить… Темно-изумрудные глаза печально наблюдали за мужчиной, который скоро исчезнет из его жизни, не сможет улыбнуться, поддержать и обнять. Единственная опора ломалась под натиском непреодолимых обстоятельств. Слезы обиды и несправедливости обжигали бледные щеки. — Я понял, — сжав покрытую мозолями и морщинами ладонь, Изуку ощущал, как все снова рушится, как карточный домик.***
Мидория грустно вздохнул. Давно он не чувствовал такого огромного веса ответственности на своих плечах за свои решения. Теперь стоит развернуть целую диверсию в мире, встряхнуть. Как же давно он мечтал об этом. Искоренить то, что приводит его жизнь в диссонанс — это эгоизм. Да, Изуку это признает, но он очень давно не испытывал это предвкушение от того, что твои эгоистичные желания скоро станут реальностью. Для кого-то перемены станут отвратительными, но он своего рода тоже Герой. Только с более узкой направленностью, которую не могут решить даже они, ведь это политика и преступление против народа. Кому нужна такая плохая репутация? Вот, например, Изуку нечего терять. Совершенно. Мидория чуть наклонился в вежливом поклоне перед могилой Ишиды Чисаки и солнечно улыбнулся первый раз за долгие три года. Даже казалось дождь потеплел от переполнявшего его волнения. Его молчаливый разговор с могильной плитой наполнен какой-то нежностью. Нет ни отчаяния, ни горя, ни потерянности. Раньше он всегда приходил сюда именно за этим, но теперь все чуть-чуть изменилось. — Совсем скоро я окажусь с Вами или наконец-то заживу спокойно, Ишида-сан… Даичи, верный его охранник, не показывал тревогу, которая вспыхнула от этих слов, произнесенных первый раз с момента их прибытия на кладбище.
