Квинтесенция

Со времён принца Фобоса тюрьма Меридиана отличалась умением нагонять на своих заключённых отчаяние и тоску. И даже когда трон заняла законная королева Элион, это место продолжало наводить непроизвольный страх, который сопровождает по сей день и мирных жителей, и подданных старшего Эсканора. Что уж говорить про бездну теней, которую, к слову, юная правительница никак не использует. Слишком добросердечна? — спросите вы. Нет, слаба, — ответит Фобос. И неизвестно прав он или нет. Вообще, понятие правды довольно относительное. С одной стороны Эсканор несправедлив к своей сестре, ведь она, в конце концов, смогла свергнуть его и восстановить прежний Меридиан, возвращая ему былое величие. Правда, ныряя поглубже, невольно мы соглашаемся с принцем. Королева очень слаба. Да, она обладает большими магическими способностями. Да, она положила конец властвованию узурпатора. Но стоит помнить, что Элион всё ещё подросток. Всего лишь четырнадцатилетняя девчонка со своими девчачьими проблемами и девчачьими комплексами. Ей тоже нужно общение со сверстниками, прогулки с мальчиками, учёба в школе, где никто не знает о её происхождении. Элион одиноко. Девочке всегда хотелось иметь старшего брата или сестру, друга, которому можно доверять. Корнелия хорошая подруга, но она не всегда может понять. И вот, друг, которому она всё-всё рассказывала, которому полностью доверяла, а также старший брат, который, как ей казалось, сильно её любил, хотели лишь забрать её силу. Седрик, верный слуга Фобоса, всё время ей лгал. Да больно, но гораздо больнее предательство самого близкого человека. Её брат. Элион не верила, что Фобос не рад был её найти. Нет, не в том смысле. Когда Седрик привёз девчонку в родное королевство, Эсканор весь светился. Он действительно ждал её, но не из-за братских чувств, как ей казалось. И даже несмотря на попытку Фобоса высосать из неё силу, а потом убить, Элион продолжала его любить. Это же её старший брат, о котором она всю жизнь мечтала. Юная Королева никогда ему об этом не скажет. Потому что он решит, что это — слабость и будет прав. А если бы сам Фобос тоже кого-то полюбил? Элион с улыбкой представила, как её брат смущается и спрашивает у неё совета. Девочка в своём небольшом возрасте намного больше разбирается в сердечных делах, нежели совершеннолетний, по меркам землян, Фобос, который интересуется лишь властью. И тут в голове Элион зародился план. Настолько невозможный, что она сначала испугалась, а потом задумалась. Собственно, почему бы и нет? Ей скучно, а братец, возможно, измениться. — Стража, — позвала она меридианца, что стоял у дверей вместе с другим стражником. Тот подошёл и почтительно поклонился. — Приведите мне Калеба, я собираюсь на Землю. * * * Магическая решётка на несколько секунд исчезла. Тюремщик бросил Вилл в камеру и вход в темницу вновь заволокло сетями магической энергии. Девушка, стремительно поднявшись, бросилась к выходу и ударила молнией по решётке настолько, насколько хватало сил без трансформации. Её тотчас ударило небольшим разрядом в ответ. Вилл непонимающе шагнула назад. — Я ни в чём не виновата! — кричала она на тюремщика. Бок нещадно болел. Во рту было, словно в Сахаре, Вилл жутко хотелось пить. — За что меня сюда посадили? Меридианец недобро посмотрел на неё. — Не делай вид, будто не понимаешь. Ты предала нашу королеву. Я не собираюсь дальше говорить с тобой. Сиди с этим неудачником. Может убьёте друг друга на радость Меридиану. Правда, не знаю, как ты будешь защищаться. Сердца Кондракара у тебя нет. Рассмеявшись и ещё раз презрительно посмотрев на бывшую стражницу, он ушёл. Вилл сжала кулаки. На симпатичном лице появилась растерянность и обида. Они не правы. Вилл никого не предавала, это ошибка. Остальные стражницы разъехались по странам и сейчас весело проводят с семьёй время. Они не знают, что их лидера посадили в тюрьму. Не знают, что их подругу обвиняют в измене королевства Меридиан. Не знают, что Вилл оставили в этой тюрьме без сил, отобрав сердце Кондракара. Элион ей не поверила, иначе не посадила бы в туда. Спокойно, Вилл. Вдох. И выдох. Но даже делая дыхательные упражнения, девушка чувствовала нарастающую панику. Спокойно. Вдох. Это ошибка. Элион разберётся и освободит её. Девочки скоро вернутся. Всё будет хорошо. Выдох. Спокойно. Успокаивая себя, Вандом вспомнила о словах тюремщика. Здесь кто-то ещё? Если это кто-то из пойманных стражницами, то девушку безусловно ждёт расплата. Половину камеры скрывала тьма и увидеть там что-либо не представлялось возможным. Но стражница слышала тихое дыхание, чувствовала на себе прожигающий взгляд. — Кто здесь? — приготовившись к возможной атаке, а именно, встав в стойку (недаром ходила на борьбу), спросила Вилл. — Надо же, в самой охраняемой темнице Меридиана одна из стражниц Завесы, да ещё и в качестве заключённой, — из темноты ответил надменный голос, подозрительно знакомо растягивая гласные. — Поаплодируйте, господа. Заключённые в камерах действительно начали нескладно аплодировать. Откуда-то раздались смешки. Вилл немного поёжилась. Слишком знакомый голос. — Ты не ответил на мой вопрос. Покажись, — потребовала она, стараясь, чтобы её голос не дрожал. Невидимый собеседник замолчал. Но потом, будто решив, протянул: — Что ж, раз стражница меня не узнала, почему бы и не напомнить? Вилл выпрямилась. Если этот тип на неё нападёт, она будет готова. Пусть и без магии. Раздались едва слышные шаги и взору стражницы предстал… — Ты? — ошеломлённо воскликнула она, глядя на меридианского принца. — Именно, — высокомерно кивнул головой Фобос. Принц стоял, как всегда, совершенно невозмутимо. Длинные светлые волосы свободно свисали. Две небольшие пряди, ещё более длинные, заплетённые в замысловатый узор, висели спереди. Меридианское одеяние тёмных оттенков только придавало ему величия. Да, Фобос совсем не изменился. Разве что, сильно похудел, от чего стройное тело принца превратилось в что-то наподобие скелета. Лицо стало ещё бледнее. Вилл невольно задалась вопросом: как Фобос в тюрьме так безукоризненно выглядит? Его одежда совсем не износилась, да и платиновые волосы всё ещё красиво блестят, при том, что их хозяином можно детей, а то и взрослых, пугать. О чём это она? Фобос всегда воплощал собой ходячий кошмар. Вилл, заметив, что Фобос так и стоит в двух шагах от неё, отошла, всё ещё сжимая кулаки. По рукам стали играть молнии. Выставив руку в предупреждающем жесте, девушка приготовилась нанести первый удар. Только руки предательски дрожали. Бывший правитель Меридиана даже не шелохнулся. Он смотрел Вилл в глаза, а она в свою очередь делала то же самое. Холодные, неразличаемого цвета, они излучали едва заметное любопытство. Девушка всегда, глядя в глаза принцу, не могла разобрать их оттенок. Зелёные? Голубые? Или серые? Опять мысли не туда. Заметив её смятение, бывший князь усмехнулся. Затем сделал шаг вперёд. Вилл синхронно отступила. Всё ещё не опуская руку, девушка внимательно наблюдала за движениями принца. Тот поднял руки в примирительном жесте с абсолютным спокойствием. — Не бойся, стражница, — лениво произнёс Фобос, — мне нет нужды убивать тебя. Вилл с недоверием посмотрела на него исподлобья, а потом вскинула голову. — Я не боюсь. Князь потёр подбородок, издав смешок. — Тогда прекрати напрасно тратить силы. Без трансформации твоя жизненная энергия быстро иссякнет, — сказал он. Затем предостерёг, — Не пытайся выбраться отсюда. Здесь магия обращается против тебя же, если захочешь сбежать.  — И не собиралась, — воскликнула Вандом. — Но предупреждаю. Только попробуй на меня напасть и ты пожалеешь об этом. Фобос скептически закатил глаза. — Охотно верю. Но при всей нашей любезной беседе возникает вопрос: Что ты здесь делаешь? — он медленно начал обходить Вилл. Девушка же, не поворачиваясь, старалась не спускать с него глаз. — Стражница Завесы, спасшая Меридиан, а потом предавшая его королеву, мою любимую сестрёнку Элион, — принц сделал паузу, — Неужели она поверила, что лидер стражниц способен на предательство? Я разочарован. Девчонка всё же глупее, чем я думал. — Элион освободит меня, когда во всём разберётся, — Вандом старалась говорить спокойно, но нотки отчаяния явно ощущались в её голосе. — Нужно только подождать, — уже с надеждой продолжила девушка. Фобос помолчал минуту, словно задумался. — Что ж, не буду мешать, — он вернулся во тьму (звучит символично) и сел, облокотившись к стене. Видимо Вилл привыкла к темноте, потому что разглядела каменную стену и севшего принца, который протирал рукой глаза. Девушка села к правой, от Фобоса, стене. Старые камни в некоторых местах покрылись плесенью. В углах образовалась паутина. Маленький паучок беззастенчиво полз по ней, расширяя её всё больше и больше для охоты за своей добычей. Он не виноват в том, что убивает невинных насекомых. В конце концов, ему нужно добыть себе пропитание. Сколько она так просидела — неизвестно, но спустя некоторое время, Вандом сползла по стене на пол и уснула, до последнего не желая отправляться в царство Морфея Снилась Земля и какие-то люди в чёрных плащах. Потом мама. Вилл кричала ей, срывая голос, но миссис Вандом будто не слышала дочь. Стояла и смотрела неё. Девушку увели от матери и под улюлюканье толпы бросили в портал. Затем стало темно. Раздался голос меридианского принца, он зло смеялся. Откуда-то появился Седрик в своей змеиной форме. — С-с-стражниц-ц-ца-а, ты з-з-за вс-с-сё ответиш-ш-шь, — пронёсся в голове у девушки шипящий голос оборотня и девушка, открыв глаза, часто задышала. Бездумно глядя в грязный потолок, Вандом попыталась сфокусировать взгляд. Её сознание никак не хотело успокоиться и чтобы избавиться от чувства паники девушка встала. Тело болело от неудобной позы, Вилл похрустела пальцами и только потом вспомнила про одного злого и очень недовольного принца, что сейчас недоумённо смотрел на неё. Девушка про себя хихикнула: выражение лица Фобоса она запомнит на всю жизнь. Оказывается и у него есть другие эмоции помимо вечной злобы и высокомерия. — Что ты только что сделала? — недоумение вновь сменилось холодностью. Стражница снова стала ломать пальцы. На этот раз Фобос и бровью не повёл и смотрел на неё в ожидании ответа. — Похрустела пальцами. Это запрещено? — с вызовом спросила чародейка. — Выглядит так, будто ты решила переломать себе кости. Чего только люди не придумают, лишь бы развлечь себя, — проигнорировал её вопрос Эсканор, — В этом вся ваша проблема. Делаете всё ради вашего же удовольствия или выгоды. Вы безнадёжны и эгоистичны. — Зато ты не эгоистичный! — громко сказала Вилл, нахмурив брови и подняв голову, глядя прямо в ледяные глаза принца, который сейчас лениво рассматривал свои руки, изредка бросая на неё взгляды, а затем отложил это занятие и уже твёрдо смотрел на бывшую стражницу. Она, не выдержав его взгляд, опустила глаза. Всё таки Фобос такой противный. После небольшой передряги наступила звенящая тишина. Она давила на голову, проникая в сознание и мешая думать. А думать Вилл было необходимо. Нужно понять, почему её обвинили в измене Меридиану. То, что это подстава было понятно сразу. Кто-то специально донёс до Элион ложные сведения, чтобы посадить Вандом в темницу. И из сотни других камер, с более опасными тварями, девушку посадили именно с этим напыщенным павлином! Если это не случайность, то нужно отдать должное королеве: у неё определённо есть чувство юмора. А может Элион и не знает о том, что Вилл сидит в одной камере с её братом? А если знает? Стоп. Она запуталась. Девушка краем глаза посмотрела на Фобоса. Тот задумчиво хмурился. Стражница вернулась к своему занятию — изучению потолка. Раз её бросили в тюрьму без суда и следствия, значит, кто-то привёл железные доказательства её причастности к измене. Но что она, якобы, сделала? Как изменила Меридиану? Это предстоит выяснить. И в голове Вандом уже созрел план. Безумный план, который, несомненно, приведёт к революции, чёрт возьми. Если она пойдёт на это, тогда её точно посчитают изменщицей и будут правы. Вилл вздумала найти того, кто её подставил и заставить оправдать стражницу. Но одной ей не справиться. Нужен сильный союзник и кажется, девушка знает кто именно ей нужен. Сильный, знающий эту тюрьму и Меридиан как свои пять пальцев, владеющий магией и более менее надёжный. У девушки есть такой на примете, но на последнем пункте он пролетает полностью. Вероятно, Фобос поможет, если Вилл пообещает не сдавать его в тюрьму и отпустить. Но это весьма сомнительно, учитывая гордыню этого типа. А ведь он и предать может. Бросит где-нибудь в канаве умирать и прощай. Сейчас Вандом можно и спичкой убить, а если она использует магию, то жизненная энергия быстро закончится и Вилл всё равно умрёт. Многообещающая перспектива. Фобос точно её предаст.   Почему-то Вилл снова клонило в сон. Веки будто налились свинцом, тело стало ватным, а сознание заполнили различные воспоминания. Затем появились голоса. Они звали её, кричали, проклинали, чем вызывали головную боль. Боль была настолько сильна, что из закрывающихся глаз брызнули слёзы и сама она невольно вскрикнула, сползая по стене. Фобос, услышав девушку, повернулся к ней и тут же подошёл. Вандом хотела бы сказать, чтобы он оставил её в покое и вообще не подходил, но язык не поворачивался и вместо слов из горла тихо вырвалось невнятное бормотание. Весь разум девушки наполнил страх. Она хотела закричать: не получилось. Внезапно стало не хватать воздуха и Вилл начала задыхаться. Судорожно пытаясь сделать вдох, стражница поскребла горло непослушными пальцами. Глаза закатились. Девушка словно находилась между сном и реальностью.  Принц равнодушно смотрел на неё, словно делал выбор. Затем, кивнув самому себе, он наклонился и поднёс ладони к вискам Вилл. Холодные, длинные пальцы, какие обычно бывают у аристократов, ненадолго отрезвили девушку. Она попыталась открыть глаза и встать, чтобы не уснуть, но веки не хотели подниматься. В ту же секунду по телу пронеслись волны чужого колдовства, окрыляя каждую клетку её тела и убирая тяжесть. Стражница осторожно приоткрыла глаза. Фобос сосредоточенно что-то шептал. Лицо его было сосредоточенным, на висках вздулись вены. Внезапно сонливость прошла и вялость тоже. Бывший правитель Меридиана удовлетворительно убрал руки и скрестил их на груди, дожидаясь пока девушка придёт в себя. Вандом несколько секунд вертела головой, игнорируя боль. Затем села. Перед глазами прыгали разноцветные точки; тюремная камера размывалась, превращаясь в одно большое пятно неприятного цвета. Моргнув, девушка бессмысленно уставилась на противоположную сторону. Стена. Она повернула голову вправо — опять стена. Повернула влево — снова чёртова стена. Надоело это всё. Раздался всхлип, потом ещё один и вот уже по щекам покатились слёзы. Расплакалась всё-таки.