и ты..?

в помещении громко: все говорят и говорят; ильён вспоминает свои мысли и взглядом ищет джемина, которого находит в другом конце комнаты, болтающим с ренджуном. на сегодня особенно красив — аккуратные, идеально сложеные губы подведены оттеняющим розовым, белая рубашка спадает на пол плеча, обнажая ключицы, а волосы уложены так, что открытый лоб благословляет всех, кто может встретить парня. они виделись неделю назад (ильён стыдно, но она отмечает — тот раз был без поцелуя), и это так давно, что хочется взять за руку и уволочь за собой в тишину коридора или той ночи, что была месяц назад. ильён хочет поцелуев, когда ей плохо. как-то так получилось, беспричинно и не поддаваемо апелляциям; так просто легче или что. и джемина бы зацеловать — ей неловко здесь, в компании, где каждый болтает. она бы совершенно незаметно ушла — незаметно потому, что никто особо и не обращает на неё внимание. но в голове загорается безумное, такое, от чего приходится закусить губу и мять её, рассчитывая, насколько реально подобное. ильён хочет знать, как целуется джемин, когда на них смотрят. они не говорили никому — если подумать, себе не могли — ведь страшно не то, что кто-то не так поймёт, а что кто-то сможет это вымолвить. и тогда все рухнет, наверное. она представляет того же цзюня, смотрящего слишком дерзко и в упор, навряд ли его можно таким смутить, разбавить щеки красным, разве что. незаметно для ильён, на фоне началась игра в бутылочку, и, должно быть, происходит что-то безумное, судя по количеству шума. но все стихает раньше, чем она может понять, а потому лишь видит, как на следующем кругу горлышко указывает на неё. а напротив круглые, слегка подведенные глаза с напряжением внутри. джемин обходит весь образовавшийся круг, садится в позу лотоса рядом и губами шепчет: — ты правда хочешь? ильён теряется немного, бросает взгляд на ренджуна и кивает. как забавно, что он не знает, что — да, она хотела, думала эту чертовски странную мысль, вертела предполагаемые ощущения внутри себя и зашла, видимо, слишком далеко. джемин убирает прядь волос за ухо, скрывает улыбку за наигранной серьезностью и льнет резво, требовательно (как обычно). он просто захватывает верхнюю губу, мнёт её, придерживаясь ладонью за шею, оставляет отпечаток чего-то сладкого, что было в тинте, но факт того, что они сейчас в центре внимания, сносит крышу. все так резко замерло — и все для них, киношно и заезженно. нана немного углубляется, но облизав, быстро отстраняется под улюлюканье. ничем не хуже обычного. только ренджун странно смотрит.