"Петля"

Глава I

Опять мы здесь

      Проходя тёмными улицами и завернув за угол, девушка в кожаной куртке кофейного цвета и с ружьём за спиной толкнула кое-где грязную зелёную металлическую дверь. Та протяжно скрипнула, впустив шатенку.       Комната за зелёным металлом оказалась маленькой и тёмной. Не боясь ни темноты, ни то, что в ней находится, девушка шагнула снова. На пути – новая, уже деревянная дверь. Без колебаний шатенка открыла и её. Комната за этим проходом намного отличалась от первой, так сказать прихожей. Она была просторной, окна в ней были заколочены, да ещё и занавешены непрозрачными тёмными шторами, правда, некоторые были порваны или прогрызены всякими мелкими вредителями. Посреди комнаты стоял крепкий, поджарый дубовый стол овальной формы, на котором одиноко расположилась лампа, притворяющаяся керосиновой, но таковой не являющаяся. Несмотря на своё одиночество и возможную усталость, лампа оказалась не из робкого десятка и освещала не только пространство вокруг стола, но и некоторыми жёлто-зеленоватыми фотонами доходила аж до стен.       Поэтому были заметны все семь силуэтов людей, не считая только что вошедшую. Кто-то стоял, опершись спиной о стену, некоторые находились подальше от стола и света. Большинство, точнее 4 человека, сидели на стульях вокруг деревянного центра комнаты со сгустком энергии. — Опаздываешь, Кера! — донёсся неприятный, чуть даже визгливый голос мужчины, что подпирал собой стену слева. Вся его поза выражала недовольство нахождения здесь дольше положенного.       Сказать, что сей мужчина заметный, – это ничего не сказать! Весь его внешний вид буквально кричит о буйном, непокорном и, в силу своей нестабильной эмоциональности, жестоком характере. Короткий тёмный ирокез, а слева, справа и сзади полностью лысый, вечная трёхдневная щетина, светлая джинсовая безрукавка нараспашку, открывающая вид на нелицеприятный шрам на всю грудину и эти всячески навешенные где только можно и нельзя цепи. — У меня были дела, — спокойно и загадочно ответила Кера. Хотя в её голосе были слышны нотки равнодушия и превосходства перед ирокезом. Шатенка взяла ближний свободный деревянный стул и села на него, придвинувшись к столу. — Может, во имя Господа нашего, вы не будете хоть сейчас ссориться? — взмолился басом мужчина в длинной чёрной рясе, что сидел справа от Керы. — Ой, давай вот без Бога хоть тут, Отец, — сказал панк, оторвавшись от стены. — А давайте сравним, у кого больше на этот раз? – пролепетал детский голос девочки из глубины комнаты. — Арахна, это может подождать. А сейчас ты, - сказал приятным голосом мужчина, сидевший напротив Керы, со светлыми волосами в чёрных, прямоугольной формы, очках, — и ты, Иоанн, — повернул голову к взвинченному мужчине у стены, — садитесь.       Без лишних слов нарушители спокойствия в комнате быстро присели на свободные стулья, не смея ослушаться или что-либо сказать поперёк, даже ворчащего стона не было слышно. Теперь за столом было восемь человек. — Начинаем собрание карателей «Петли»! — воодушевлённо сказал парень в очках. — И раз уж ты так хочешь поделиться своими достижениями, то начинай Арахна, — направился голос к маленькой особе, которая сидела рядом с Отцом. — Как прикажете, Первый, — учтиво сказала девочка в розово-фиолетовом платье с короткой стрижкой – каре, состоящей из густых чёрных волос. — Задание я своё выполнила. Сначала уложила семьдесять восставших Игрушкой, — её ореховые глаза буквально горели азартом, пока она рассказывала. Было видно, как она прокручивает все эти моменты в своей памяти и прямо сейчас будто заново переживает их. — Затем ещё тридцать убегавших. Таким образом, группа, которая была поручена мне, полностью уничтожена.       Сказав это, девочка с красным бантом-ободком замолчала, у неё было более интересное занятие – это непроходимый уровень в аркадной игре, что вышла, признаться, давненько на все смартфоны нового поколения. — Хорошо, — похвалил её Первый. — Следующий ты, Отец, — обратился парень в очках к уже пожилому, с небольшой бородой монаху с крестом. — Что у тебя? — Должен сказать, — начал Отец, — что все грешники, стоявшие на моём пути праведном, пребывали в одном месте диавольском, поэтому встретили они правосудие все разом! — объяснился священнослужащий каратель. — Тоже хорошо, — похвалил его Первый. — Следующий – Феникс. Как у тебя дела прошли? — он повернул голову вправо. — Что и говорить-то, — послышался голос совсем юного, видимо, недавно закончившего школу парня с пшеничного цвета волосами и шоколадными глазами. — Я справился. Эти восставшие такие глупые. Сколько бы в меня ни стреляли, сколько бы меня ни резали, я всё равно вставал и убивал их, — его голос был пронизан тонной гордости. — Мне это нравится. Много, наверное, работы ты оставил чистильщикам? — похвалил его Первый, на что Феникс горделиво улыбнулся. — Дальше ты, Гораций. — Да я! — ударил кулаком по столу мужчина с тонкими усами, сидящий рядом с бессмертным. — Я этих ублюдков всех поразъёбывал. Кого-то я просто нахуй одним ударом убил, а некоторых помучил, ломая им руки, пальцы, ноги… Кому-то даже яйца отбил! — крикнул мужчина лет тридцати. — Ну, а так скучные мне попались: мало кричали, мало сражались, – махнул он рукой, случайно задевая белую розу, что находилась на левой груди его тёмно-синей в крапинку рубашки. Удивительно, но ни один лепесток не помялся, будто цветок искусственный, но все каратели точно знают – он настоящий, живой. — Ты молодец, но я уже говорил тебе об этом: избавься от привычки материться за этим столом. Здесь всё же ребёнок, тем более девочка, — выдохнул Первый. — Итак, настало твоё время, Иоанн, ты только не опозорься… — Да о чём базар, Первый! — крикнул недопанк. — Или ты меня не уважаешь?! — встал со стула Иоанн, ударив ладонями о поверхность стола. — Ладно, забей, — не услышав ответа, он сел обратно, скрестив руки на груди. — У меня всё как обычно, — его громкие ноты превратились в тихий, однотонный звук. — Я всех убил. — Замолчал Иоанн. Прошло секунд пятнадцать. Все молчали и пристально смотрели на Иоанна. Он осмотрел всех своим бегающим взглядом, затем не выдержал, опять начал взрываться. — Что?! Это всё, блять! — Замечательно! Кера, давай ты, — обратился Первый к девушке напротив. — Свою группу я, естественно, уложила, — подала голос шатенка. — Сложностей не возникло. Кера осмотрела всех сидящих своим загадочным взглядом чарующих травянистых глаз. — Спасибо, — лаконично ответил мужчина в тёмных очках. — Теперь ты, Кармента, пожалуйста. — Конечно, — ответила блондинка, сидящая между первым и третьим карателем. — Мои оказались какими-то крикливыми, аж ушам больно стало! — она показала на свои уши указательными пальцами. — В общем, задание выполнено. — Замечательно! — восторгался Первый.       Затем нависло стальное молчание. Все за столом уставились на мужчину в очках, ожидая от него чего-то. Он, осмотрев их всех, поднял указательный палец в потолок, согнув руку в локте и разместив её на столе. — Спокойно, я тоже справился со своим заданием, — улыбнулся он. Его улыбка оказалась заразительной, и остальных губ она тоже невольно коснулась. — Раз сложностей ни у кого не возникло, могу сказать только, чтобы вы не расслаблялись и были готовы к любому удару, — серьёзно сказал Первый. — А пока я сообщу начальнику о наших успехах. На этом объявляю собрание закрытым!       Первый встал, остальные заседатели последовали его примеру. Все они разошлись, кто куда, по своим делам.       Молодой человек в тёмных очках и чёрной кожанке подошёл к заколоченному снаружи окну. В нём была одна единственная щель, но даже лунный и звёздный свет сквозь неё не проникал. Первый достал серебристый телефон из кармана, набрал нужную комбинацию цифр. Недолгие минуты звучания гудков нарушились коротким «Да?». — Наша недавняя карательная миссия окончилась. В результате было уничтожено более 800 восставших. Из трубки послышался мужской, механический, понятно сразу, что изменённый программой, голос: — Ясно. Но этого мало. Вы, каратели, убивали только мужчин из отрядов, да женщин-бойцов в них. В общем, большое количество наших врагов находится в тылу. Туда вам и следует нанести и визит, и удар. Не жалейте даже беременных женщин, ведь в их утробе пребывают будущие наши противники. Голос начальника собирался уже прощаться, но вспомнил про важную информацию: — И чуть не забыл. Вам также следует привести к нам лидера второго передового отряда – Майка Энгерса, позже мы вышлем вам всю необходимую информацию по этому объекту. Всё понял, Первый? На всё у вас, как обычно, две недели.       После этой фразы пошли столь знакомые гудки. Парень отключил гаджет и положил его обратно в правый карман куртки. — В тылу, значит, — задумался Первый. — Наш министр, да и всё правительство принимает чересчур серьёзные меры. Чего же они так бояться? Может, перейти на сторону мятежников? Да не, меня и других карателей на месте изрубят! — засмеялся парень над своими догадками.