Неразделимые души

Холодно-холодно, но зиму нельзя винить, Ведь холод лишь повод нам прошлое изменить. С. Андрийович «Давай устроим лето» В Центральном регионе под конец февраля обещали потепление. Однако вместо оттепели накануне календарной весны в Москве и Московской области ударили морозы, и не успевший растаять снег быстро покрылся коркой льда. Киркоров, поёживаясь от холода, топтался возле машины. Пора было ехать на сборный концерт, а он всё тянул время, виновато поглядывая на верхний этаж дома в Филипповском переулке. Разумеется, снизу ничего не было видно, но певец не сомневался, что Алла наблюдает за ним по ту сторону окна. «Вот упрямая! Ведь назло мне не выйдет. А потом ругаться будет, что я сам опоздал на концерт и она из-за меня тоже опоздала». Филипп уныло вздохнул, ещё раз бросил печальный взгляд на заветное окно и сел в машину. «Уехал наконец-таки! – вслух проворчала Пугачёва. – Ну, до чего несносный человек!». Алла злилась. После её официального развода с Максимом прошло чуть больше двух месяцев. И вот уже полтора месяца, как они с Филиппом пытаются наладить взаимоотношения. Это сложно. Алла категорически не хочет, чтобы кто-либо знал о переменах в её жизни. Своё тесное общение с Киркоровым она скрывает даже от Кристины, хотя та, наверняка, догадывается, но старается не подавать виду. Сейчас их отношения подобны хрупкому льду на поверхности глубокого водоёма. Один неосторожный шаг – и лёд ломается, а под ним холодная пучина. Что-то похожее Алле снилось сегодня ночью, и этот сон не давал ей покоя. Широкое замёрзшее озеро, в центре которого небольшой зелёный островок. Женщине нужно добраться до него, но лёд слишком тонкий. Она продвигается маленькими шажками, неуверенно ступая по скользкой поверхности, которая моментально покрывается узором из трещин. Алле холодно и страшно. Ей кажется, что ещё немного – и она провалится в глубокий студёный омут. Филипп двигается ей навстречу. Он торопится, делает широкие шаги, и лёд начинает разламываться у него под ногами. До островка остаётся по одному шагу с её и с его стороны. Ледяные глыбы приходят в движение. Алла видит, что Филипп готов ступить на твёрдую землю, и ей тоже нужно решаться. Но она не может. Её охватывает панический ужас. Она уверена: стоит им вместе взойти на островок – и он сразу уйдёт под воду. И вот Алла собирается бежать прочь сломя голову, забывая, что таким образом точно погубит себя. В этот момент словно какая-то сила толкает её вперёд, помогая переступить со льда на землю. Филипп тут же оказывается рядом и заключает Аллу в объятия. Она крепко прижимается к нему, и на душе становится легко и спокойно. Тает лёд, исчезает озеро. Больше нет ни страха, ни холода, ни сомнений, только тепло солнечных лучей и его родных объятий. Алла проснулась с улыбкой на губах и решила, что сегодня нужно быть менее суровой с Филиппом. Вчера он вернулся из очередного гастрольного тура и весь день провёл в загородном доме с детьми, а сегодня должен был приехать к ней. Она не стала ругать его за огромный букет белых роз, который мог привлечь внимание досужих журналистов, с недавнего времени повадившихся дежурить возле дома. Женщина благодарно приняла цветы, подарив Филиппу взамен полный любви и нежности поцелуй, от которого певец растаял, словно мороженое в жаркий день. До вечера они довольно мило общались, беседуя то о детях, то о работе, то о разных мелочах. Когда же подошло время ехать на сборный концерт, а они оба были приглашены в качестве участников, скандал вспыхнул на ровном месте. – Аллусь, давай поедем вместе, – упрашивал Филипп. – Зачем? Чтобы журналюги весь вечер ходили за нами по пятам и задавали пошлые вопросы? – протестовала Пугачёва. – Им для шумихи хватит и твоего букета. – Возле подъезда я не заметил ни одного папарацци. – А то ты не знаешь, как они умеют маскироваться и снимать исподтишка. – Плевать я на них хотел! Кому какое дело?! Вообще-то у меня тоже есть квартира в этом доме и подъезде. Может, это мне фанаты букет подарили! – Филиппа понесло. Он уже не сдерживал эмоций. Алла нахмурилась. – Прекрати истерику! – строго оборвала она. Умом певец понимал, что лучше всего промолчать, ведь каждая следующая фраза будет подливать масла в огонь, но ничего не мог с собой поделать и продолжал возмущаться. – Зачем мы прячемся?! Что за глупость?! Мы свободные люди! О твоём разводе с Галкиным знают даже на Марсе, как бы ты ни скрывала. Мы не делаем ничего дурного! – Киркоров, что ты хочешь от меня?! – всё больше раздражалась Алла. – Я хочу, чтобы мы снова стали семьёй! – выпалил Филипп. – Ни за что! – в сердцах воскликнула Пугачёва. – Ты ещё предложи заново пожениться! – Почему бы и нет?! – Нет!!! Мы с тобой это уже проходили, и ничего хорошего из той авантюры не вышло! – Зачем ты так? – Филипп сразу сник. – Или ты хочешь вернуться к Максиму? – с вызовом в голосе прибавил он. Упоминание Галкина в таком контексте окончательно вывело Аллу из себя, и она без лишних слов вытолкала Киркорова за дверь. По дороге к концертному залу, пока машина застревала в бесконечных пробках, Филипп всё перебирал в уме детали недавней ссоры с Аллой. «Да, Филипп Бедросович, вы форменный идиот. Это вам не девяносто четвёртый год, ваше сиятельство, когда она даже в недостатках ваших видела достоинства. Теперь шаг вправо, шаг влево – расстрел. Опять не сдержался, поторопил события. Да, не идеал. Я не Рафаэль». Певец закрыл глаза, вспоминая одноимённую концертную программу девяносто четвёртого года. Алла следила за его выступлением из специальной ложи на балконе. Он посылал ей воздушные поцелуи. Она смущенно улыбалась. Потом выходила к нему на сцену. Он обнимал и целовал её на глазах у тысяч зрителей, и зал взрывался аплодисментами. Волна безумного счастья накрывала с головой, и он кричал на весь ГЦКЗ о своей любви к этой женщине. «Алла-Аллочка-Аллуся, я и сейчас готов закричать на целый свет о том, что я люблю тебя. Да только ты не позволяешь. А я так хочу, чтобы мы вновь жили вместе, не скрываясь и не прячась, ты, я и наши дети». *** Алла едва успела к своему выходу. Она открывала второе отделение. Филипп закрывал первое и к её приезду уже освободился и позировал для фотокамер. После выступления Пугачёва хотела быстро проскользнуть в гримёрку, но её внимание было привлечено появлением за кулисами очередной участницы концерта. – Кого я вижу! – воскликнула Алла, подходя к элегантной женщине, с солнечной улыбкой и тёплым огоньком в каре-зелёных глазах. – Соня Ротару! Какими судьбами? – Привет, Аллочка, – поздоровалась София, продолжая лучезарно улыбаться. Женщины обнялись. – Сама не предполагала, что буду сегодня здесь выступать. Меня неожиданно пригласили буквально накануне. Мы с сыном и невесткой даже не успели забронировать номера в гостинице ни для себя, ни для ребят из моего коллектива. Сейчас Руслан и Света этим занимаются. Закончив фотографироваться, Филипп обратил внимание на беседовавших в другом конце коридора Аллу и Софию и направился к ним. Алла тоже заметила его. Спонтанная идея промелькнула в её голове. – Сонечка, я думаю, Руслан и Света благополучно разместятся в гостинице и расселят всех твоих ребят, а тебя я приглашаю к себе, – внезапно предложила Пугачёва, краем глаза наблюдая за приближающейся фигурой. – В замок? – В квартиру на Филипповском. – Не знаю, Аллочка. А это удобно? Я не хочу тебя стеснять, – немного растерялась София. – Ты меня не стеснишь. Я сейчас в основном в Москве живу, а дети уже несколько дней за городом с Максимом. И у меня в квартире звенящая тишина, – грустно улыбнулась певица. Ротару была слегка озадачена предложением Пугачёвой, но, чтобы не обижать Аллу, решила согласиться. – Понимаю. Когда мои внуки, погостив у меня, снова уезжают, первое время мой дом кажется мне безмолвной пустыней. – София Михайловна, богиня, какая неожиданная встреча! Прекрасно выглядите! – подошедший Филипп рассыпался в комплиментах и галантно поцеловал артистке ручку. – Спасибо! – поблагодарила София, привычным движением откидывая прядь тёмных волос. Алла метнула в сторону Филиппа огненный взгляд. «Специально рисуется, паразит!» – с раздражением подумала она. – Алла Борисовна, вы не менее прекрасны, но с вами мы уже здоровались сегодня, – проговорил певец, наклоняясь к ручке и незаметно опуская в карман её концертного наряда сложенный в несколько раз листок бумаги. – Если вы, Филипп Бедросович, поздороваетесь ещё разок, ваш царский язык не отвалится, – парировала Алла, резко вынимая свою руку из его руки. – Ваша правда, – согласился Киркоров, загадочно поблёскивая агатовыми глазами. – А у нас с Соней девичник намечается, – беря Софию под руку, весело заявила Алла. – Милые дамы, в таком случае вам просто необходимо разбавить вашу девичью компанию обществом умного, воспитанного, талантливого, шикарного мужчины в самом расцвете сил. – Только не помри от скромности, мужчина! – засмеялась Алла. София наблюдала за странной перепалкой молча, предпочитая не вмешиваться. – Нет уж, Филипп Бедросович! У нас девичник, а не бразильский карнавал с перьями и блёстками. Даже не вздумайте заглядывать на огонёк: всё равно не пустим! – Алла показала ему кулак, который трансформировался в комбинацию из трёх пальцев. – Где вы увидели перья, Алла Борисовна? – обиженно пробурчал Филипп, машинально осматривая свой блестящий во всех смыслах костюм. – Соня, когда твой выход? – пропуская мимо ушей реплику Киркорова, обратилась Алла к Ротару. – После Валерии. Она как раз завершает выступление, так что мне пора готовиться. – Я подожду тебя в гримёрке. Всего хорошего, Филипп Бедросович! – с этими словами Пугачёва скрылась за дверью своей грим уборной. – И вам того же, Алла Борисовна! – вслед ей проговорил певец. – София Михайловна, я рассчитываю на ваше благоразумие. Вы уж проследите, чтобы никакие посторонние карлсоны к вам не залетели. – Ты доболтаешься и по шее получишь, – мягко усмехнулась София, слегка наклонив голову набок и погрозив Филиппу пальцем. Ведущие хором объявили её имя, и артистка поспешила на сцену. «И чего вы все мне угрожаете, девочки?» – пожал плечами Филипп. Предупредив сына о том, что приглашена в гости, раздав всем желающим автографы и сфотографировавшись для нескольких изданий, Ротару присоединилась к Пугачёвой, и они вместе покинули концертный зал. Киркоров догнал их у выхода. – Вы на банкет не останетесь, красавицы? – окликнул он женщин. – Нет. У нас своя программа, – отозвалась Алла. – Слушай, шикарный мужчина, отвяжись от нас! Сам сходи на банкет, поешь и повеселись за троих. Ты это умеешь. – София Михайловна, мне очень понравилась ваша песня. Солнечная такая, наперекор погоде, – игнорируя слова Пугачёвой, обратился Филипп к Ротару. – Если бы можно было при помощи песен растопить лёд и снег и не только на улице, – многозначительно прибавил он, глядя на Аллу.