Семь дней

Доён ненавидит вторники. Нет, правда, это для него какой-то совершенно адовый день, буквально с самого утра: сначала планёрка, потом в другой корпус для того, чтобы на регулярных собеседованиях присутствовать (и кто только сказал, что он хорошо с разными людьми ладит, это, блин, не повод скидывать на него новичков!), потом… Если честно, Доён под конец дня даже вспомнить точно не может, сколько всего успевает переделать, но факт в том, что на часах почти девять вечера, а он даже по дороге к метро ведёт деловые переговоры. По личному телефону, к слову, а ведь ему, разумеется, не доплачивают за трудоголичность. Наконец Доён устало прощается, до последнего выдерживая безупречно вежливый тон, и отключает звонок, не в силах сдержать усталый стон. Какая-то женщина средних лет, проходя мимо, бросает на него странный, полный подозрения взгляд, и Доён отводит глаза, досадливо прикусывая губу — только не хватало ещё начать привлекать внимание таким вот способом. Недаром Тэён вечно повторяет, что у него голос слишком соблазнительный. На телефоне, меж тем, всё ещё мигает красным оповещение, и Доён прямо на ходу смотрит уведомления, искренне надеясь, что это не что-то по работе (потому что тогда он пошлёт всё к чёрту, а потом его замучает совесть). Это не работа, нет. Всего лишь Тэён. У них есть что-то вроде маленькой традиции — если у кого-то трудный день, тот, кто приходит домой раньше, обеспечивает другому максимальный комфорт. Доён даже не помнит уже, кто именно это начал, но, наверное, и неважно, слишком уж быстро вошло в привычку. По вторникам Тэён хлопочет над ним, а по четвергам уже сам Доён с порога ловит в объятия полумёртвого от усталости бойфренда, делает ему массаж, укладывает головой себе на колени и долго гладит по волосам, рассказывая обо всём подряд, пока Тэён не засыпает. Их отношения, конечно же, далеко не идеальны, но в подобные моменты Доён каждый раз думает, что, возможно, они подходят друг другу куда больше, чем думают. Он открывает сообщения и пролистывает их одно за другим: «Я приготовил на ужин всё, что ты так любишь, и никаких огурцов, не бойся~ и ванну уже набрал, лепестков роз не обещаю, но те бомбочки, которые тебе тогда понравились, ещё есть. И я зажёг те свечки, которые нам Ёнхо подарил, если ты думал, что я не найду их там, где ты их спрятал, то ты сильно ошибался! И вообще, ты скоро, зайка?». К счастью, эмоджи Тэён почти не использует, потому что прямо сейчас уставшие глаза Доёна явно были бы не готовы к мигающим цветным значкам, но всё же его привычка растягивать одну фразу на кучу сообщений в очередной раз раздражает. Доён вздыхает, трёт лоб свободной ладонью, и вместо ответа на вопрос печатает совсем другое: «Тебе действительно не надоело писать сообщения по одному слову?». Не то чтобы Доён собирается ждать, пока ему ответят. Но он даже не успевает убрать телефон в карман, когда тот снова вибрирует. «Нет», — Тэён более чем краток и как всегда невыносимо упрям. И в этот раз превосходит самого себя, потому что пишет уже не по слову в строчке, а по одной букве. Доён закатывает глаза и почти готов написать «Напомни мне, как я вообще с тобой встречаться согласился?», но мессенджер обновляется вновь. «Я жду тебя. Пожалуйста, не засни в метро, ведь там меня нет рядом». Доён сам не знает, почему, но чувствует, как его щёки теплеют сами собой. Казалось бы, чего такого, они встречаются уже больше двух лет и целый год живут вместе, да и в чувствах признавались друг другу неоднократно (и всё смущение своё должны были изжить ещё тогда). Но всё же это по-прежнему так странно и непривычно — слышать в свой адрес нежности, да ещё и от Тэёна, который не очень-то многословен и не любит открывать то, что у него на сердце. Доён даже не знает, что ему ответить, хотя обычно он как раз не испытывает недостатка ни в словах, ни в искренности. Но улыбка сама собой растягивает губы, и даже усталость словно бы немного отступает. Перед мыслями о том, что ничего — ни вкусный ужин, ни расслабляющая ванна, ни что-то ещё — не может быть лучше и приятней простой возможности обнять Тэёна и увидеть его улыбку. Он не пишет больше ничего, но всё же прибавляет шаг, стоит ему только покинуть вагон. Он не хочет, чтобы Тэёну пришлось ждать его слишком долго.