Старик-затейник

Гермиона Грейнджер не находила себе места. - А вам не кажется, мистер Малфой, что вы не совсем справились с поставленной задачей? – Минерва МакГонагалл поправила очки и выжидающе взглянула на студента. - Почему же, профессор? – охотно отозвался блондин. – Директор попросил написать фантастическую историю, ничего не имеющую общего с реальностью. По-моему, я справился с задачей. - Но в вашей карточке указан жанр, в котором вы должны были выполнить свою работу – романтика. - Простите, но ничего более романтичного я не смог придумать. На эти слова заместитель директора не нашлась, что ответить, и эстафету быстро перехватил профессор Снейп: - Недурно, мистер Малфой. Вашу работу отличает от множества других наличие идеи и смысла, - мужчина недвусмысленно взглянул в сторону гриффиндорцев, многие из которых уже выступили и не совсем удачно. – Мои пятьдесят баллов вам. Зал тут же зашумел. Конечно, чтобы декан Слизерина (хоть и бывший) не поставил максимальное количество баллов своему студенту! - Тихо! – голос директора, хоть и был спокойным, прогремел так, что все тут же затихли. – Давайте послушаем, что скажут остальные судьи. Филиус Флитвик поерзал в своем кресле и, прокашлявшись, пропищал: - Я, по-видимому, занимаю некую среднюю позицию между моими многоуважаемыми коллегами. Вы, действительно, ушли от положенного жанра, однако и слова профессора Снейпа нельзя опровергнуть. Моя оценка – тридцать баллов. Слизеринцы дружно поаплодировали. Уже три достаточно высоких оценки: профессор Трелони что-то усмотрела в написанной Драко истории, за что дала сорок пять баллов. Зал затих в ожидании еще трех оценок – от МакГонагалл, Слизнорта и Стебль. Последняя, покачав головой, подняла табличку с надписью: «25». Гораций Слизнорт же сидел с довольным видом, вальяжно развалившись в кресле. Было видно, что этот конкурс доставляет ему определенное удовольствие: - Мистер Малфой, я, честно признаюсь, поражен! Не ожидал услышать что-то подобное сегодня. Название неоднозначное. Как я понимаю, оно непосредственно связано с человеком, про которого написан фанфик? - Гермиона покраснела еще больше, когда десятки пар глаз посмотрели в ее сторону. Большинство слизеринцев тыкали в нее пальцем со злобными ухмылками. – Но не буду вас мучить, просто поставлю вам сорок девять баллов. - А можете объяснить свою оценку, профессор? – с самодовольной улыбкой спросил Малфой-младший. – Почему не пятьдесят? Зельевар рассмеялся: - Наглости вам не занимать однако! За объяснением можете прийти ко мне в кабинет. Драко кивнул и посмотрел на последнего судью, не поставившего оценку. Заместитель директора все еще сидела молча, упорно смотря в оригинал только что прозвучавшей истории, пытаясь понять, как пятнадцатилетний мальчик мог такое написать: ___________________ Для усиления эффекта: читайте работу Драко "Ведьма" под музыку Sephiroth – "Wolftribes". Не поленитесь) ___________________ «Ведьма. Черное солнце стояло высоко над белоснежным горизонтом. Казалось, вокруг не было ни души, однако где-то вдалеке, пробираясь сквозь зеленую дымку, шел человек. Человек необычайно высокого роста – ни одно дерево в округе не могло сравниться с ним. Светлые волосы тянулись за его спиной на многие мили. Он шел, раздвигая длинными руками густой туман, пробираясь все ближе к цели. Но какая была у него цель в этом пустом пространстве, без единой души? Человек продолжал идти. Каждый следующий шаг давался все труднее. Туман сгущался, превращаясь в кисель и не позволяя продвигаться вперед. Но Человек не сдавался. Он уже чувствовал, что приближается – запах наполнил пространство вокруг. Запах прелой осенней листвы. Странно было ощущать подобное здесь. Аромат тянул к себе, звал, наигрывая вдыхаемую мелодию. Неожиданные порывы сильного ветра нарушили идеальный порядок в этой вселенной – белые пряди, словно змеи, развивались вокруг Человека, старясь опутать его и свалить на землю. Страшно, ведь слишком высоко было падать. Твердь под ногами содрогнулась, будто кто-то сильно ударил по ней молотом. Человек уже едва держался на ногах, пытался ухватиться за густой туман, но землетрясение не утихало, а лишь нарастало. Он падает. Долгий полет вниз заканчивается глухим ударом и потемнением в глазах. Сознание еще воспринимает посторонние звуки, тело еще чувствует и слышит. Слышит треск отсыревших дров костра, чувствует дуновения вокруг себя, словно кто-то кружится в танце. Легкие, но резкие шаги волнуют землю. Полы длинной широкой юбки рассекают воздух. Поворот головы, и сквозь багровую дымку он видит ее – странное маленькое существо в красном платье и черном плаще с капюшоном. Человек мог бы дотянуться рукой и сжать ее маленькое тело в ладони, но конечности будто обездвижены. Она кружится вокруг огня, размахивая руками. Копна густых каштановых волос обвивает шею и закрывает половину лица, но он видит абсолютно черные дьявольские глаза, в которых отражаются языки пламени. Она улыбается. Вокруг становится все темнее. Черное солнце практически слилось с потемневшим небом. Вибрация вокруг стала привычной, она убаюкивает, заставляет закрыть глаза. Странная музыка, будто исходящая из самой земли, становится все глуше, а ее танец все быстрее. Туман сгущается. Нельзя было падать. Нельзя было так быстро сдаваться. Д. Малфой». Наконец, в воздух взлетела табличка с оценкой в пятнадцать баллов. А у кого-то в зале наворачивались от обиды слезы.