Эффект бабочки

Июнь 2025 года Кобе

Я правда не верю, что все, что я сейчас увидел, это правда. Мне не верится, что у меня может быть дочь, которая является частичкой меня самого. Что она – это моя плоть и кровь. Я правда не хочу верить в то, что это обман. И я не хочу верить, что это так. Я не могу иметь детей, медицинская справка от врача, полученная несколько лет тому назад, подтверждение этого. Неужели это правда? Неужели врачи ошиблись, а моя любимая женщина скрывала от меня все эти годы факт наличия нашего общего ребёнка? Все мои родственники думали, что уже никогда не увидят мою маленькую копию, которая будет бегать по лужайке перед домом, мучая кота и задирая собак, как когда-то в детстве бегали мы с Сайей. Они боялись, что я окончательно загоню себя в этой бесконечной гонке за призрачным счастьем, не позволяя себе быть живым, быть настоящим, любить свою жизнь. Я медленно возвращаюсь к Жене, держа Ванессочку за маленькую ладошку, которая так идеально помещается в моей руке. Малышка что-то лопочет себе под нос, не заботясь о том, чтобы быть понятой и услышанной, а в моей голове громким стуком отдаются удары сердца, сметая на своём пути все сомнения и вопросы. Если я вижу у неё на ноге пятнышко… Ведь это правда, что я её отец? Ведь это всё так и есть на самом деле? Ведь я себя не обманываю? Женя не могла переспать тут же с кем-то другим, едва покинув мои объятия. Она не такая, я её знаю слишком хорошо. Она скорее принесёт себя в жертву обстоятельствам, чем бросилась бы в чужую постель. – Женя? – осторожно кладу свою руку ей на талию, заставляя обернуться. Она торопливо убирает телефон и дарит мне осторожную улыбку, которая заставляет сердце биться сильнее. Неужели это всё-таки правда? – Что такое? – она присаживает к Несси и цокает языком. – Всё-таки кто-то решил искупаться в воде. Юзу, тебя точно нельзя оставлять с детьми… – Кто её отец? – я решаю прервать наше молчание в этом вопросе, задав его в лоб, без предупреждения. – Эм… Может быть отложим этот разговор? – Женя закусывает губу и пожимает плечами. – Ты скоро сам всё узнаешь, но не сейчас… Пожалуйста… – Нет, Женя, я хочу всё узнать прямо сейчас! – присаживаюсь ниже и приподнимаю подол платья малышки, показывая на маленькое родимое пятно. – Что ты об этом мне скажешь? – Скажу, что это не твоё дело, – голос Хавьера раздается из-за спины. Я резко оборачиваюсь к нему и впиваюсь взглядом в своего друга, пытаясь успокоить разбушевавшиеся вмиг эмоции. Что он здесь делает? Зачем он приехал и откуда узнал, что мы находимся в этом месте, а не где-то ещё? – Что тебе надо, Хави? – продолжаю буравить его взглядом, краем глаза замечая, как Несси радостно подскочила и бросилась к нему в объятия. – Привет, кнопка моя, – он подхватывает её на руки и целует малышку в нос, получая от неё самую желанную ответную реакцию в виде детского смеха и широкой улыбки. Она доверчиво к нему жмётся и что-то сбивчиво шепчет на ушко, пока испанец с серьёзным выражением кивает. – Может быть вы мне наконец-то объясните, что тут правда происходит? – осознаю, что начинаю терять терпение и постепенно выходить из себя. Кусочки паззла не складываются в целостную картину в моём мозгу, заставляя судорожно искать недостающие части информации. – Хави… А почему бы тебе самому всё не рассказать? – Женя забирает у него малышку и отходит чуть в сторону, бросая на меня взгляд, полный боли и чего-то еще, что я не могу сразу осознать. Что она хочет всем этим показать? Неужели нельзя просто ответить на мой вопрос? – Хорошо, Женя, как пожелаешь, – Хавьер кивает ей в ответ. – Давай отойдём немного в сторону, чтобы не пугать малышку. Картинки проносятся в моей голове, пока мы отходим на пару метров от места, где я устроил для них пикник. Почему? Что за черт вообще происходит? Почему Женя высказала желание, чтобы Хави мне все рассказал, а не сама всю правду выложила? Что сейчас происходит вообще? – Понимаешь, когда ты бросил Женю, она практически впала в депрессию. Мы все не знали, что с ней делать. Брайан позвонил мне с Мишей, чтобы мы приехали и попытались как-то её взбодрить хоть немного, чтобы она перед новыми шоу смогла хоть чуть-чуть прийти в себя. Мы все за неё очень боялись, переживали… Миша с ней часто оставался ночевать, пока я мотался и улаживал некоторые свои проблемы из-за визы… Но однажды вечером, когда мы несколько перебрали с вином… Понимаешь, я правда не знаю, как так всё получилось и закружилось, но Миша ушёл спать раньше нас, а мы открыли ещё одну бутылку. Ну, просто хотелось обоим выговориться. Я рассказывал о своих проблемах, а Женя много говорила о тебе. О том, как она разбита, как она разочаровалась в жизни и в любви вообще. Что не хочет больше ни с кем встречаться, потому что ей это надоело. Ты разбил ей сердце, а я пытался восстановить её душу… И потом я только помню, что мы как-то оказались в её спальне, а что было дальше… Юдзуру, мы правда этого не хотели. То есть... ну, физически мы хотели друг друга, но скорее просто как человека противоположного пола, а не как Женю и Хавьера. Но я ни о чём не сожалею. Следующей проблемой, которая возникла, было утро. Нам было жутко неловко, но мы решили, что просто оставим всё, как есть. Да, пускай это сложно. Да, мы напились и переспали… Но наша жизнь и так сложна, зачем её делать ещё хуже? А потом, когда мы все были на шоу… Она пришла ко мне и молча показала тест на беременность. Положительный, как ты понимаешь… В этот момент я совершенно не могу сдержать эмоции и со всей силы ударяю его кулаком в челюсть, чувствуя, как кровь бежит по венам, наполняя меня настоящей силой. Он посмел прикоснуться к тому, что принадлежит мне, а не ему. Он поймал Женю в свои сети, чтобы воспользоваться ею и причинить ещё больше боли, чем мог бы сделать мне. Все эти годы он был частью моей жизни, притворяясь лучшим другом и рассказывая новости из её жизни… А на деле он был отцом ребенка, которого скрывал и не хотел публично признавать. Он так усиленно пихал меня в её объятия, пока сам, видимо, посмеивался в сторонке и думал, как сильнее выставить меня дураком. – Ты можешь делать всё, что хочешь, только вот Женя… Женя теперь только моя! – он довольно усмехается, вытирая выступившую кровь, и с вызовом смотрит на меня. Я не могу сдержать свою злость и бросаюсь на него, через несколько мгновений чувствуя, как он отвечает, нанося мне хаотичные удары в торс. От нашей былой дружбы не остается и следа, когда мы падаем на песок и наносим друг другу удар за ударом, пытаясь сделать как можно больнее, пока в один из моментов я не осознаю, что падаю затылком на что-то твердое. Темнота тут же накрывает меня. Но даже в ней нет спасения.