Нас объединил футбол

— С добрым утром, — сказала всем Василиса, усаживаясь за большой семейный стол, растирая глаза чуть ли не до дыр. Ответ ей послужил тихим кивком. Василиса уселась за стол и оглядела всех присутствующих. Елену видеть здесь утром, да и вообще видеть здесь, было непривычно, хоть она и живёт здесь неделю. Дейла под взглядом блондинки чуть не давилась, ибо не очень удобно, когда ты ешь, а тебя прожигают взглядом, но, с приходом Василисы, та переместила глаза на рыжеволосую. Норт уже давно ушёл в школу, поэтому все внимание было оставлено на его сестёр. Нортон, который до этого пялился в телефон, положил его на стол и сказал: — Девочки, сегодня вечером будет бал у наших помощников по бизнесу. Поэтому часов в шесть вы должны быть готовы и выглядеть сногсшибательно. Норта я уже предупредил. — Пап, но сегодня я договорилась встретится с… другом, — начала Василиса. — Встретитесь в другой раз. Василиса, ты же знаешь, это очень важная встреча, и от неё будет зависеть будущее нашей фирмы. Я очень надеюсь на твое благоразумие и понимание. — строго сказал Нортон-старший и сделал глоток своего любимого кофе. — Да, Василисочка, — кивнула Елена, а Василиса мысленно сморщилась от отвращения. Не любила, когда её так называют. — Нортон прав. Ты должна понимать, что можно оставить на потом, а что нужно сделать сейчас. А если не знаешь, то лучше вообще ничего не делай. — Спасибо, Елена Мортинова. Без вас я бы и не догадалась, — прошипела Василиса не выдержав. — И вообще, Нортон, — обратилась она к светловолосому, — тебе нужно заняться воспитанием дочери. Такая неблагодарная растёт.

***

— Прям так и сказала? — спросила Диана рыжеволосую, когда они стояли у кабинета биологии и ждали Захарру. — Угу, — сморщилась Василиса, вспоминая разговор. — Я вроде стараюсь, чтобы мы с ней сдружились, но с каждым разом она мне всё более и более противна. Бесит прям. Взять хотя бы тот случай…

***

Василиса спустилась вниз, чтобы попить воды, ибо в горле было очень сухо. Увидев на кухне Елену, та улыбнулась и подошла к женщине, попутно наливая воды. — Здравствуйте, Елена. Как провели день? — вообще Василиса встречаться с ней не очень хотела, ведь надоело слышать постоянные упрёки в свой адрес. Но что не сделаешь ради сближения с мачехой. — Да так, не очень, — сморщилась она. — Одна неблагодарная девушка с рыжими волосами не может даже спуститься и убраться на кухне. — Извините, но для этого есть домработница, — постаралась мило улыбнуться та, и сгладить разговор. — Да и плюс ко всему, здесь достаточно чисто, — оглядев помещение сказала рыжеволосая. И вдруг, как будто случайно, стакан Мортиновой под её рукой резко опрокинулся на пол, разливая жидкость и разбивая стакан на осколки. — Василисочка, милая, ты знаешь же, я случайно, — гадко улыбнулась светловолосая. — А теперь будь добра — убери. А то у меня очень сильно болит голова.

***

— Может она и вправду случайно, — сказала Диана. — Может. Но ты бы видела как её глаза пропитывались наслаждением, словно ей нравится меня злить. Чем же я ей не угодила в прошлой жизни? В тот момент я впервые в жизни хотела так сильно вырвать кому-то патлы, кроме Маришки, — вздохнула голубоглазка и почесала затылок. А ведь ей правда казалось, что Елена её ненавидит. Даже с Дейлой и Нортом она общается более-менее. — Привет, девчонки, — крикнула Захарра, обнимая Диану и Василису. От таких крепких объятий девочки поморщились. — Что делаете? — спросила она. — Тебя ждём, — фыркнула Диана и еле как отстранилась от Захарры. Подошёл Фэш и обнял рыжеволосую за талию. — Привет, солнышко, — прошептал он и поцеловал её. Василиса ответила на его объятия и улыбнулась. Но улыбка тут же спала, когда Василиса вспомнила о бале. — Фэш, — сказала она, виновато отведя глаза в сторону. Сейчас она очень напоминала нашкодившего котёнка, и поэтому Драгоций напрягся, — мы не сможем сегодня пойти в кафе, у нас сегодня бал проводится и наша семья приглашёна. А это очень важно. На удивление, тот не расстроился, а наоборот, заулыбался. На её немой вопрос ответила Захарра. — Мы тоже приглашены, — сказала она. — Ведь наш дядя очень влиятельный и имеет даже несколько фирм. Поэтому он тоже конечно же приглашён. А нас решил взять с собой как своих племянников. Вздох облегчения сорвался с Василисиных губ. — Вот и славно, — сказала она и улыбнулась своему парню. — Пойдёмте в класс, урок скоро начнётся.

***

Сейчас Василиса рылась в гардеробе. Разных цветов и видов платья летели на кровать или на пол рыжеволосой, зля её ещё больше. Но вскоре, отыскав нужную вещицу, она быстро в неё переоделась. Платье было очень красивым. Темно-фиолетовое в пол. Корсет платья украшают стразы, которые переливаются в лучах солнца. На талии прикреплена чёрная лента, обвивающую её, а на ленте прицеплен значок бутика её мамы. Василиса забылась в воспоминаниях и грустно вздохнула. Тогда был конец учебного года. Мама, увидев, что дочери нечего надеть на вечеринку, выбрала у себя в бутике самое красивое платье. Помнится, тогда все ей тайно завидовали, хоть и не показывали. А её подруги очень им восхищались. Эх, ей так не хватает её мамы. Не хватает её доброй улыбки, сапфировых глаз, тёплых рук, которые всегда сжимались в объятиях, когда Василисе было плохо. Ей жутко не хватает её. Но ничего не сделать. Надо жить дальше. Отец, кажется, уже давно забыл Лиссу, раз уже встречается с этой мымрой. Василиса сморщилась от вспоминания о ней. Очнувшись, она посмотрела на время. Полшестого. Василиса чертыхнулась и стала быстрее краситься. То стрелка криво выходила, то руки дрожали, красив губы. В общем, времени оставалось у неё немного. Поскольку волосы у неё и так кудрявые, рыжеволосая решила обойтись без локонов, которые и так у неё были. Поправила причёску, еле как сделанную под время, взяла клатч и вышла из комнаты. В коридоре её ждала уже вся семейка. Елена презрительно сжала губы и не удержалась от комментария: — Нортон, твоя дочь совсем не образованная. — Елена, я опоздала всего на три минуты. Я не сделала ничего, что могло бы вам показать, какая я, как вы сказали, необразованная. — разозлилась Василиса. К слову, Елена была одета довольно красиво. Ярко-красное, чуть ли не алое обтягивающее платье до пол бедра еле скрывало её ноги. Половина верха платья было чёрным, что выгодно подчёркивал её блондинистые волосы. На гусиной шее висело дорогое на вид ожерелье, переливающееся разными цветами, от ярко-синего до жёлтого. Высоченные туфли на шпильках, красная помада и голубые, пронизывающие душу глаза. Сейчас она выглядела идеальной, но, как только взглянула на Василису, та вздрогнула. — Так она ещё и огрызается, — выдохнула возмущенно она и, повернувшись на своих туфлях, бросила: — Жду в машине. И хлопнула дверью. Несмотря на то, что вид её был крайне обидчивый, Василиса не испытывала ни капли сожаления. И это было очень заметно. Нортон-старший промолчал и пошёл вслед за своей девушкой. Видно, тому тоже не понравился ответ дочери, но он свалил всё это на усталость. — Здорово ты её, — весело хмыкнула Дейла и, взяв под руку своих брата и сестру, потащила к машине. Рядом с дорогим чёрным лимузином стоял Эрн, как всегда молча. Вся семья Огневых и Елена уселись в лимузин и всю дорогу проехали тихо. Лишь однажды Василиса спросила Норта: — К кому мы едем на бал? — Эмили и Алекс Коринс. Владеют некоторыми фабриками по производству тканей, а также дорогостоящими магазинами, таких как Olevin's Hash, Torimiq siti* и ещё несколько. Точно не помню. Папа хотел бы подписать договор с ними, поэтому нас пригласили туда, чтобы всё хорошо обсудить. — Оу, вот как, — задумчиво ответила Василиса и больше не произнесла ни слова. Ехали они недолго. Через десять минут они остановились и Василиса вышла из машины. Они стояли у большого трехэтажного дома. Рядом находился бассейн, вокруг которого ходили гости, большие ворота, кусты, ровно подрезанные, и напоминающие животных скульптуры. В общем, было заметно, что у хозяина немало денег, чтобы отвалить все на красоту дома. И это ещё она не была внутри. Отец пошёл под руку с Еленой, а его дети пошли за ними. Василиса очень заметно отличалась от них своим рыжим окрасом, в то время как остальные были блондинами, привлекая к себе внимание. Когда они вошли внутрь, Василиса не сдержала восхищенного вздоха. Было такое ощущение, что они попали в тот век, когда были короли и королевы. Всё было выполнено золотыми, белыми и серебряными и темно-коричневыми оттенками. Камин, небольшие столики, большой мраморный пол, высокий потолок и золотая большая люстра, привлекающая больше всего внимания. Также другие дорогие статуи, украшения, и остальное. Долго Василиса рассматривать не смогла, так как их повели куда-то вглубь зала. Куча людей мило беседовали, перешептывались, танцевали. У девушек были красивые платья, а мужчины вырядились в чёрные костюмы. Это всё реально напоминало бал 19 века. — Здравствуйте, — Василиса вздрогнула, и повернулась. Перед её отцом стоял высокий статный мужчина его возраста. Тёмные, достаточно длинные, доходившие до плеч волосы были собраны в хвост и прилизаны. Зелёные глаза, смуглая кожа, и острые черты лица человека. — Я очень рад, что вы пришли. Рядом с ним стояла женщина, наряженная в темно-синее платье. Оно было пышным, в отличии от того же платья Елены и доходил до пола. Разные кружева и стразы его украшали. Волосы она собрала в достаточно стильную причёску из своих каштановых волос. — Мы тоже, — кивнул Нортон. Брат и сестра разглядывали будущих компаньонов отца. Те смотрелись вместе хорошо и выглядели уважаемыми людьми. Хотя, поглядев их дом, об этом можно было сразу догадаться. — Дети, — обратилась елейным голосом Мортинова, — не могли вы оставить взрослых наедине? Кивнув, младшие Огневы отошли. Брат и сестра Василисы сразу затерялись в толпе, поэтому рыжеволосой пришлось ходить по залу, ища знакомых. Вдруг она ударилась кому-то в спину. Прошептав невнятные извинения, Василиса поспешила затеряться в толпе, но её схватили за руку. — Куда ты спешишь, Василиса? Она вздрогнула от знакомого голоса и, молясь что это был не тот, о ком она думает, повернулась. На неё своими тёмными глазищами из-под своей светлой чёлки глядел Марк. Голубоглазка попыталась вырвать руку из его стальной хватки и спрятаться где-нибудь, но ничего не получилось. Внезапно зазвучала мелодия вальса и её, не спрашивая, схватили за талию и приблизили к себе. — Ты что творишь?! — она еле выдержала, чтобы не прокричать это, но вовремя прикусила себе язык, и прошипела отнюдь не добрым голоском, даже слегка сморщившись. Он только ухмыльнулся. — А тебе что, не нравится? — спросил он, ведя её в танце. Если Марк здесь, это означает, что она знатно влипла, а бал точно испорчен. Хотя, чего это я? Он только начался…