«История одной шлюхи»

      — Джефф! — кричит Нана, больше не в силах отрицать свои чувства.       Пора уже себе признаться … и ему.       Эмоции блещут через край. Девушка бросается к капитану, неловко, обвивает его могучую шею руками, царапая, встает на цыпочки, почти висит, и целует. Нет, промахивается. Губы скользят по щетине.       — Я… я хочу…       Горячее дыхание одурманивает Джеффа, и он не дает договорить. Насильно прижимает Нану к стене и впивается в губы, уверенно и требовательно. Руки беспорядочно скользят по женскому телу, которое с удовольствием отвечает на его ласки.       Воздуха катастрофически мало. Кажется, взрослые, а так глупо поддаются эмоциям.       — Что ты делаешь, глупая?       «Я-то?» — смеется Нана в мыслях, но на словах… жадно глотает воздух…       — … с тобой…       — Что?       — …Я хочу быть с тобой! Я не могу перестать думать о тебе. Джино…       — Замолчи! Ни слова больше о нем. Никогда.       Нана виновато опускает взгляд и закусывает губу.       «Испугалась? Обиделась?.. Но как маняще!»       Джефф слабо прихватывает подбородок Наны, заставляя взглянуть на себя, и стукается своим лбом об ее.       — Хочешь…?       — Хочу!       Джефф срывается на смех, соприкасаясь с девушкой еще и носами, щекоча.       — Какая же ты все-таки… наивная. Нельзя так просто соглашаться на предложение мужчины.       Нана перемещает руки на торс Джеффа, для удобства, и с удовольствием зарывается лицом в его ключицу, вдыхая аромат.       — Какая разница? Это же ты! Я тебе верю.       Сердце капитана полиции больно колит. Сладкая боль.       — Могу я закончить свой вопрос?       Нана усмехается и удовлетворительно мычит: «Угу-м», после чего Джефф склоняется к самому уху и шепчет:       — Хочешь, я украду тебя?       Теперь уже на глазах Наны выступают слезы, просто она так долго ждала именно этого мужчину.       — Да… пожалуйста, да!

***

      — Джефф, дорогой!       В кабинет без стука и без предупреждения врывается Нана, резким порывом от открывшейся двери подняв в воздух и тем самым перепутав множество бумаг на столе, у которого собрались капитан полиции вместе с двумя подчиненными.       — Чего тебе? — недовольно отзывается Джефф.       — Я принесла тебе обед.       Нана, совершенно не обескураженная плохим настроением мужчины, уверенно подходит, не замечая «посторонних», и вручает ему пакет.       — Дура, ты же теперь опоздаешь на съемки.       — Но я волновалась за тебя!       Джефф снисходительно выдыхает с улыбкой на губах и, обхватив одной рукой девушку за голову, целует ее в висок и горячо шепчет: «Прости, я просто тоже волнуюсь», а затем громче произносит: «За тобой заехать?»       — Да, как всегда.       Нана ловко освобождается из тисков и быстро ретируется к выходу, даже не взглянув на своего любимого на прощание.       — Только не говори мне, что у вас все серьезно, — скептически щурится подчиненная капитана полиции, скрещивая руки на груди.       — А на что это по-твоему похоже?.. — сухо, больше грубо, отрезает Джефф, однако его перебивает другой сотрудник.       — Что ты нашел в этой заурядной актрисульке? Она наверняка крутит романы налево и направо.       — А ты мне докажи это.       — Да возьми любую газету, журнал или телепередачу. Там только об этом и говорят.       — Слова, слова, слова… теории и заговоры. А где факты, на которые мы всегда основываемся?       Оба подчиненных одновременно округляют глаза, явно пораженные истиной, но все же…       — Джефф, ты единственный, кто ей верит.       Капитан, любуясь принесенным обедом, специально украшенным соусом и овощами, и, с трудом сдерживая смех из-за этого, провозглашает:       — Да, я единственный, кто ей верит.