Шервуд

Гермиона сидела на подоконнике в одном из коридоров Хогвартса. От окна веяло прохладой, и она слегка вздрогнула. Чтобы не заболеть, Грейнджер решила дочитать главу и пойти в Большой зал. Мимо пробежала стайка шумных первокурсников. Гриффиндорка нервно захлопнула книгу, понимая, что закончить не получится, и повернулась к окну. Осень уже взяла свое. Листья давно опали, ещё несколько дней назад выпал первый снег, а сегодня уже лежали сугробы. Через пару дней начнется последний месяц осени. Раньше она с нетерпением ждала приближения Рождества, сейчас она не чувствовала ничего. Ощущения были странными. Прошло два месяца с начала года, а уже столько всего произошло: Рон, нападения Пожирателей, Теодор и… Малфой. Её взгляд привлек темный силуэт среди белоснежного покрывала. Кто-то шёл к озеру, сверкнули платиновые волосы. Обладателем такого необычного цвета был лишь один студент в школе, и Гермиона, не сдержав любопытства, отправилась к выходу из замка. Промозглый ветер пробирал до костей, и Грейнджер поплотнее запахнула мантию. Следить за Малфоем в такую погоду было несложно — завывания ветра заглушали хруст снега под ногами. Когда Малфой остановился у берега озера, она поначалу скрылась за огромным валуном, боясь, что он заметит. Через пару минут Гермиона осмелилась выглянуть и посмотреть на Драко. Он стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на гладь Черного озера. Парень размышлял о чём-то, и Гермиона, собравшись с духом, вышла из укрытия. Медленно подошла и встала рядом с ним. Драко не взглянул на неё, словно ждал, что она придет. Гермиона тоже засмотрелась вдаль, в ожидании того, что её сейчас прогонят, но он молчал. Ей хотелось задать вопрос, который давно мучил, но девушка не решалась. Стоять вот так рядом с Малфоем в тишине умиротворяло, не хотелось рушить этот момент. Но такого нельзя было сказать в этот момент о Драко, внутри него происходила яростная борьба. Часть слизеринца накрыло волной раздражения. Ему очень хотелось сказать что-то оскорбительное и обидное, чтобы задеть девушку побольнее, в самое сердце. Но другая его часть сопротивлялась, напоминая о плане. Он должен был влюбить её в себя, а не оттолкнуть. «Давай, заинтересуй её». Студенты стояли, не говоря ничего, довольно долго. Гермиона успела продрогнуть и уже решала, уйти или нет, но раздался голос. — Спасибо тебе. Гермиона сначала не поняла, кто это сказал. Его голос прозвучал странно, наверное, от долгого молчания. Быть может ветер изменил его до неузнаваемости, или же сами слова благодарности от слизеринца были настолько неуместными, что она не могла представить, что это сказал Драко. — За что? — озвучила свои мысли Грейнджер и, прочистив горло, повторила: — За что ты меня благодаришь? — За то, что ты заступилась за меня на зельях. Малфой, наконец, повернул голову в её сторону и уставился так, будто только заметил. Он взглянул на неё лишь на пару секунд, а затем развернулся и пошёл в замок. Гермиона смотрела ему вслед и пыталась понять, что только что произошло. Он сказал ей спасибо. Драко Малфой сказал спасибо Грейнджер за то, что она заступилась за него месяц назад! Немыслимо. Он бы ещё сказал, что простил ее за тот удар на третьем курсе. Малфой вёл себя несвойственно ему самому. Тайные записки, длительные взгляды, теперь благодарность. Гермиона не могла понять мотивов его поступков, ей было любопытно, что им двигало. И ей хотелось разгадать и понять его. Очень хотелось. * * * Гермиона Грейнджер, староста школы, изо всех сил старалась избегать второго старосту, Теодора Нотта. И делала она это довольно профессионально. С утра встала на час раньше. Успела принять душ, собраться, не пересечься с ним в гостиной и на завтраке. Большой зал она покинула, пока Тео ещё не было, да и на завтраке из всей школы была ещё только пара человек с каждого факультета, не больше. Она поспешила в библиотеку и, наконец, там смогла свободно вздохнуть. Сегодня не было сдвоенных занятий со Слизерином, а вчера на патрулировании она старательно избегала его взглядов, рассматривая картины на стенах, словно видит их впервые. Гермиона засиделась в библиотеке и почти опоздала на урок. Уже два дня мысли о Малфое не давали ей покоя. После проведенного у озера времени они виделись пару раз лишь в Большом зале и на занятии по Истории Магии. Грейнджер продолжала следить за ним и стала замечать, что тот с каждым днём всё бледнее, меньше ест и не проводит времени с друзьями. Он даже прилюдно оскорбляет Асторию Гринграсс, когда та вешается на него, но слизеринка не обращает на это внимания, снова и снова пытаясь завоевать внимание своего жениха. Наконец, сконцентрировавшись на занятии, она ненадолго отвлеклась от мыслей о Малфое. Ровно до того момента, как до Гермионы долетели обрывки фраз. Она не могла понять, кто это говорит, но ей было важнее содержание диалога. — Да, я слышал, как Забини говорил Нотту, что сходит к нему в лазарет после уроков. А когтевранцы шептались, что его отравили. — Кто? Кто мог его отравить и как? — Не знаю, видимо, Пожиратели теперь хотят убивать ещё и своих. — Почему ты уверен, что Малфоя пытались отравить Пожиратели? Видел, сколько у него поклонниц? Может, кто-то считает его своим соперником за сердце очередной шалавы? Раздалось хихиканье, и Гермиона перестала слушать дальше. Она бросила попытки вчитаться в текст и, еле дождавшись окончания урока, сорвалась с места. «Это тебя не касается» Но ноги будто сами вели её в Больничное крыло. Дойдя до двери, она на секунду помедлила. «Развернись и уходи!» Последняя попытка. «Я просто проверю, в порядке ли он, и сразу уйду» — оправдывалась она сама перед собой. Гермиона сделала глубокий вздох и открыла дверь. Она осмотрела помещение: в лазарете было пусто, и только самая дальняя кровать была загорожена ширмой. Гермиона медленно направилась туда и, дойдя, неуверенно заглянула за неё. Он лежал без движения. Дыхание было ровным, а ресницы периодически подрагивали. Похоже, что Малфой спал. «С ним все хорошо, можешь уходить» Но Гермиона не спешила, разглядывая спящего Драко. Она не могла не заметить, что без его презрительной ухмылки и ледяного взгляда он необычайно красив. Выразительные глаза, прямой аккуратный нос, гладкая кожа, немного пухлые красные губы… Рука Драко безжизненно свисала с кровати. Гермиона робко взглянула на неё, а затем осторожно коснулась его ладони и вернула её на кровать. Когда она провела кончиками пальцев по его запястью, он вздрогнул, но глаз не открыл, а только смешно сморщил носик. Гермиона не сдержав улыбки, отступила назад. В коридоре послышались шаги, и она спешно отошла от кровати Малфоя. Дверь открылась, на пороге показался Блейз Забини. Он удивленно посмотрел на Грейнджер, оглядел помещение и, убедившись, что, кроме них и бессознательного Драко, никого нет, заговорил: — Что ты здесь делаешь, Грейнджер? — Жду мадам Помфри, — не моргнув и глазом, соврала она. — Как видишь, её здесь нет, можешь дождаться её и в коридоре, — проходя мимо, он толкнул её плечом и подошел к Малфою. Гермиона не стала продолжать спор. Она бросила вслед Блейзу чуть слышное «Ублюдок» и покинула лазарет. Драко она увидела уже на следующий день во время завтрака. Щёки его немного порозовели, только круги под глазами стали темнее. Он всё также лениво ковырял вилкой еду и ни с кем не разговаривал. Только теперь его взгляд был прикован к Майерсу. Тот, в свою очередь, даже не замечал этого, разговаривая с друзьями. Смотря на Арчи, трудно было сдержать улыбку. Этот парень просто излучал позитивную энергию. Он старательно жестикулировал с широкой улыбкой на лице, похоже, рассказывал что-то смешное. На него смотрела почти половина Слизерина. Кто-то с интересом слушал историю, кто-то смотрел влюблённым взглядом, кто-то косился с ненавистью. Арчибальд никого не оставлял равнодушным. Закончив завтрак, Арчи пошёл к выходу. Гермиона заметила, как Драко, резко поднявшись, пошёл за шестикурсником. Он осторожно осматривался по сторонам. «Сиди и не лезь!» Её взгляд резко начал метаться от выхода к столу, решая, что же делать. Но любопытство пересилило, и она быстрым шагом пошла к выходу из Большого зала. Выйдя за дверь, она заметила Драко, сворачивавшего за угол, и, уже перейдя на бег, девушка двинулась следом. Подойдя ближе к повороту, она сбавила скорость и начала двигаться как можно тише. Сделав решительный шаг, она вышла из-за угла, и увидела, как Драко жёстко прижимал к стене Арчи и что-то говорил сквозь зубы. — Малфой, отпусти его, — строго сказала Гермиона. — Уходи отсюда, — зло ответил Драко. Он даже не повернулся к ней, продолжая смотреть на Арчи. Гермиона заметила, что он держит того за шею и, кажется, хватка его усилилась, потому как Майерс начал хрипеть от нехватки кислорода. Грейнджер подошла ближе к парням и направила палочку на Драко, отчего та уткнулась ему в плечо: — Повторяю в последний раз, отпусти. Теперь он повернулся к ней. — Ты не знаешь, что делаешь, — голос Малфоя был твёрд, а интонация отдавала нотками угрозы. — Протего. Мощный щит Гермионы отбросил парней в разные стороны: Арчи будто камнем припечатало к стене, а Драко отскочил на несколько шагов. Малфой молниеносно выхватил свою палочку и направил на Гермиону. Но спустя секунду, глубоко вздохнув, опустил её и пошёл в сторону Большого зала. Она подбежала к Майерсу и помогла встать. — Арчи, прости, тебе не больно? — Всё хорошо, Гермиона. Мне нужно идти, увидимся, — он быстро отряхнулся и двинулся в противоположную сторону от Драко. «Что это было, черт возьми?» Она поняла, что стоит одна посреди коридора, глупо смотря по сторонам. Гермиона решила пойти в башню. Теодор уже должен был уйти на завтрак. Девушка неторопливо шла в свою спальню, и у неё возникало ощущение, что тучи вокруг неё сгущаются. Она привыкла быть в самом эпицентре взрыва, поэтому её напрягала неизвестность. В её голове и так накопилось слишком много вопросов. Что делать с Малфоем? Их отношения, как бы то ни было, изменились. После записок она начала смотреть на него под другим углом. Как объяснить Теодору, что они не могут быть вместе? Ведь последняя попытка закончилась недвусмысленным поцелуем. Что сказать Гарри и Джинни о поцелуе с Тео? Она повела себя очень глупо, и друзья явно не так поняли ее поступок. Переживать ли из-за Пожирателей Смерти? И что предпринять? Газеты все чаще пестрят исчезновениями и убийствами людей. И, наконец, что это за стычка была только что? Слизеринцы ведут себя странно, возможно это связано с Пожирателями. Драко или Арчи должны знать больше, чем кажется. — Гермиона, есть минутка? — Джинни тяжело дышала. — Я ищу тебя по всему замку. — Да я была… — та замешкалась. — Ну, впрочем, неважно. Идём ко мне, — вместе с Джинни они продолжили путь. — Спрошу прямо, что у тебя с Ноттом? Зайдя в башню старост, Джинни по-хозяйски устроилась на диване и в ожидании уставилась на Гермиону. Она медленно прошла к креслу, что стояло напротив, и села в него. Грейнджер положила ногу на ногу и сцепила руки на колене. — Ничего, — наконец решила она. — Тогда что это был за поцелуй? Я понимаю, тебя предал Рон и все такое, но не кидаться же в объятья слизеринцев? — недовольно проговорила Джинни; она несколько секунд смотрела на огонь в камине, а затем снова повернулась к Гермионе. — Ты же это только назло моему брату? — а затем добавила неуверенным голосом, мотнув головой в сторону спальни Тео: — Между вами же правда ничего нет? — Джинни, мы с ним друзья, ну или хорошие знакомые, не более. Романтических отношений между нами точно нет. — Гермиона, просто мы с Гарри за тебя волнуемся. Никто не собирается решать за тебя, с кем тебе встречаться, а с кем нет. Но Нотт. Я ему не доверяю. Понимай как хочешь, интуиция или шестое чувство, но он не так прост, как хочет показаться. Ответить Гермионе не дала открывшаяся дверь, на пороге стояли Теодор и Малфой. Джинни, никогда не отличавшаяся тактом, встала, осмотрела Нотта с ног до головы оценивающим взглядом и сказала: — Тем более, в нем нет ничего особенного, — Уизли повернулась к ней и подмигнула, а затем, не обратив внимания на красную от стыда Гермиону, вернула своему лицу строгое выражение и повернулась к парням. — Наихудшего вечера вам, ребятки, — сказала Джинни и, махнув рукой Гермионе на прощание, покинула башню старост. — Грейнджер, твоя подруга просто сумасшедшая, — хмыкнул Драко и плюхнулся на диван, где несколькими минутами ранее сидела Уизли. — Прошу меня простить, но я пойду к себе, — решила проигнорировать реплику Малфоя Гермиона и пошла в свою спальню. — Спокойной ночи, Грейнджер. — Спокойной ночи, Гермиона. Парни одновременно попрощались с ней, и она уже не увидела, как они переглянулись.