Broken Legend

Стопы касаются холодного пола, руки протирают глаза, а на голове — взрыв макаронной фабрики. Будильник на телефоне разрушает сонную атмосферу в комнате, нервирует барабанные перепонки. Сердце бешено стучит, но мозг явно радуется пробуждению — уж лучше так. Перед закрытыми глазами всплывают картинки из только что ушедшего сна. По спине пробегает табун мурашек, а короткие, темные волосы на бедрах и руках поднимаются дыбом. Арсений трясет головой, пытаясь хоть немного прийти в себя. И так каждую ночь. Ни один сон не приходит без сплошного кошмара из воспоминаний, эмоций, страха. Арсений молча поднимается с кровати, выключает будильник и медленным шагом, чуть сгорбившись, бредет в душ. Холодная вода бодрит и отрезвляет, встряхивает тело, избавляет от наваждения и успокаивает взбудоражившееся сознание. Через несколько минут под холодными струями мужчина вылезает и вытирает тело. Он выходит из ванной комнаты, снимая полотенцем влажность с волос, кидает его к вчерашнему смокингу и подходит к шкафу за нижним бельем и штанами. Лениво одевается, потягивается. Застегивает рубашку, полностью игнорируя существование галстуков в ящике. Даже не взглянув на себя в зеркало, мужчина берет с тумбочки телефон, а затем медленно двигается по квартире. Заглянув на кухню и захватив компьютер и папки с документами, выходит в коридор, смотрит на одеколон на стеллаже, но решает не пользоваться им сегодня и обувается. Почти на автопилоте выходит из квартиры, захлопнув дверь за собой. Раздается щелчок — дверь закрыта, но мужчина его не слышит, стоя уже у лифта. Руки приглаживают волосы, но ни настроения, ни желания делать что-то лишнее нет. Уже на парковке мужчина кидает взгляд на часы на руке. Время показывает почти восемь утра. Попов садится в машину и заводит ее, выезжая с парковки. Он (по сравнению с вечерними «гонками») едет медленно, не отрывая взгляда от дороги. На светофорах прилежно останавливается, барабанит по рулю знакомый только ему ритм. Доезжает до офиса, когда на часах половина девятого. Паркуется, забирает ноутбук и документы, поднимается на рабочее место. Офис постепенно наполняется работниками. Негромкие переговоры, стук каблуков о пол, открывание-закрывание дверей. Арсений молча проходит мимо всех, кто пытается поздороваться, сунуть ему в руки очередную папку или документы на подпись. Он заходит в свой кабинет, буквально кидает на стол все вещи. Садится на кресло, упираясь локтями в колени, и протирает лицо руками. — Это всего лишь очередное утро, — шепчет мужчина, тяжело вздыхая. Он выпрямляется, трясет головой и открывает ноутбук. Время заняться работой. Арсений отправляет документы, принимает новые, скачивая их и редактируя, снова и снова. Документооборот — это замкнутый круг, откуда постоянно вылетают «старые», уже выполненные бумаги и появляются новые. Он никогда не прерывается как внутри компании, так и внешне. Важные «листы» пересылают по почте, курьерами, факсами, получают их в ответ, исполняют и снова оформляют новые. А еще огромный плюс работы с документами — возможность полностью сконцентрироваться на тексте перед тобой, не думать о другом и не париться. Все внимание только буквам, оформлению и смыслу. Пара десятков подписей на документах, пара гневных «как вы, блять, оформляете документы?», еще несколько громких стонов отчаяния — вот так начинается рабочий день «большого босса». Стук в дверь отвлекает Арсения от очередного разгневанного e-mail'а, предназначенного специалистам Москвы, заставляет поднять голову и посмотреть на вошедшего. У двери мнется Анастасия. Сегодня она выглядит более уставшей, чем вчера, но ее лицо буквально светится. — Добрый день, Арсений Сергеевич, — тянет она, немного замявшись у двери. Она топчется на месте, но Арсений улыбается ей и кивает, разрешая пройти. Девушка садится за стол напротив мужчины и поправляет выбившийся локон, — я подготовила весь комплект документов и отправила Омску запрос на «мост». Мы можем начать в ближайшее время, — четко проговаривает она, смущенно улыбаясь, и теребит край жакета. — Хорошо, — еще раз кивает Арсений, переводя внимание на экран ноутбука. Он начинает печатать сообщение партнерам снова, но Анастасия не уходит, — что-то еще? — Вы уверены, что я справлюсь? — тихо спрашивает девушка, прикусив нижнюю губу. Это очень не профессионально — показывать начальнику свою нервозность и волнение, но сейчас явно не до этого. Арсений мягко улыбается, поднимается со своего места и, обойдя стол, присаживается на стул напротив Анастасии. — Насть, ты пробилась с обычного штатного сотрудника почти до начальства отдела поставок буквально за полгода, — Арсений кладет свою руку поверх руки девушки, слегка сжимая ее, — я больше, чем уверен, что ты сделаешь это. — Спасибо, — тихо выдыхает она и поднимает глаза на Попова. Ее глаза блестят (и он надеется, что не из-за слез), губы растягиваются в улыбке, а напряженные плечи расслабляются, — спасибо за все. Девушка поднимается, следом встает и Попов. Он провожает взглядом девушку до двери, но та останавливается и снова поворачивается к начальнику. — Я вас не подведу, Арсений Сергеевич! — Восклицает она, — Мост через полчаса. Удобно? — Конечно, — спокойно отвечает Попов, и девушка выходит из кабинета. Арсений вздыхает и упирается бедрами в стол, сжимая пальцами переносицу. Он более чем уверен, что Анастасия его не подведет. Но, черт бы их побрал, если бы в его силах было сделать так, чтобы все девушки были счастливы и перестали заниматься тем, чем занимаются, он бы (не раздумывая) отдал все деньги, что имел. В дверь снова стучат, но на этот раз это ассистентка Ольга. Она заходит в кабинет спиной, потому что руки заняты подставкой с кофе и папкой, аккуратно прикрывает за собой дверь и, когда поворачивается, вздрагивает. — Добрый день, Арсений Сергеевич, — слегка краснеет Ольга. Ее волосы снова собраны в высокий хвост, а кофейного цвета костюм идеально сидит на теле, — ваш кофе и оставшийся комплект документов по Севастополю, — произносит она, подходя к мужчине и протягивая ему стакан. Попов с радостью принимает его и делает глоток, блаженно закатывая глаза. — Я безумно хотел кофе, спасибо, — произносит он, возвращаясь на свое место. Полчаса — достаточно, чтобы закончить гневное сообщение. — «Мост» с Омском в переговорной, — произносит Ольга и кладет папку на край стола, — не знаю, сколько времени займет у вас связь с ними, но вечером приезжают представители из Мурманска, которые хотят лично с вами обсудить все пункты в договоре. Оставить это на понедельник или справитесь сегодня? — спрашивает девушка, смотря на начальника. — Сегодня, — выдыхает Арсений и возвращает все внимание сообщению. Ольга разворачивается и выходит из кабинета, а Арсений делает очередной глоток и зажимает «delete». Он быстро печатает новый текст, не забыв оставить «Арсений Попов, разгневанный начальник», из-за чего хмыкает и отправляет. Он облокачивается на спинку кресла, откидывает голову и кладет руки на подлокотники, зевая. — Похоже, тебе и правда стоит больше спать, — раздается мужской голос, заставляя мужчину перевести взгляд на говорящего. Он осматривает мужчину у двери и усмехается. Его волосы завязаны в небольшой пучок на голове, костюм полностью проигнорирован — на нем черные джинсы и белая рубашка в вертикальную черную полоску. Сразу видно — человек серьезный. Арсений качает головой и думает: даже если отделу безопасности ввести официальный стиль одежды, Сережа быстрее придет к нему в кабинет и распишет на все его белоснежные стены баллончиком с красной краской красивое «Арсений Сергеевич, вы охуели». Попов улыбнулся своим мыслям и прокашлялся. — Сергей Борисович, какая неожиданная встреча, — Попов поднимается и подходит к мужчине, пожимает ему руку и притягивает к себе, чтобы обнять, — я рад тебя видеть. Какими судьбами сам начальник отдела безопасности посещает нас, простых смертных? — Я не с очень хорошими новостями, Арс, — серьезно говорит Сергей, засовывая руки в карманы брюк. Арсений смотрит на него и скрещивает руки на груди: если он приходит к Попову сам, а не отправляет кого-то из подчиненных или смс на телефон — значит стоит ждать реального пиздеца, — Но вообще новости две — плохая и плохая. С какой начать? — С менее плохой, — просит Арсений, слегка прищурившись. — Ну, я уволил трех менеджеров, потому что нужно было перевести кого-то в Москву, а они были не против, — неловко заминается Матвиенко, но Попов лишь пожимает плечами. — Считай, это перевод, а не увольнение, — спокойно отвечает Арсений, — что со второй? — Ты уже смотрел екатеринбургский проект? — Нет, — хмурится Попов, пытаясь вспомнить, кто из подчиненных занимается этим районом и самим проектом, — что с ним? — Там пролетела большая сумма, — как можно спокойнее говорит Сергей. Арсений непонимающе смотрит на друга, — почти три миллиона, точнее. Мои ребята нашли информацию, куда именно, но без твоей отмашки мы ничего не можем сделать. — Что вы хотите сделать? — спрашивает Попов, возвращаясь к своему столу. Он берет с него папку, телефон и блокнот, а после подходит к двери и открывает ее, — пойдем, по пути расскажешь, — мужчины быстрым шагом идут по коридору, обсуждая появившуюся проблему. Внутри Арсения горит: три миллиона — не сто блядских рублей. Они могли уйти на что-то более полезное. Он пытается вспомнить, кто занимается этим проектом, но в голову не приходит вообще ничего, — Кто занимается Екатеринбургом? — Оксана Фролова, — быстро отвечает Сережа, — но проеб не с нашей стороны, — мужчины идут плечо к плечу, — Екатеринбургские коллеги решили что-то устроить. Мы попытались выяснить, куда ушли деньги. — Выяснили? — спрашивает Арсений, смотря на друга. Тот усмехается и кивает. — Ясен пень, выяснили, — явно довольный собой и своим отделом, произносит Матвиенко, — Глава Екатеринбурга по вопросам жилищного хозяйства отмыл их через пару компаний, которые сразу предоставили нашим людям всю информацию. — Сколько времени нужно, чтобы вернуть деньги? — спрашивает Попов, поправляя свой пиджак. Он напряжен, зол и готов выстрелить своей агрессией в каждого, кто дотронется до него. — Неделя, максимум, — снова довольное лицо начальника отдела безопасности, — а чтобы его сюда привезти — два дня. Займусь? — Займись, — отвечает Попов, хлопает по плечу Сережу и сворачивает к переговорной. Матвиенко поворачивает в другую сторону, возвращаясь в свой отдел. Арсений быстро идет по коридору, сжимая в руке ежедневную книжку, в которой делал записи по встречам с партнерами и сотрудниками. Он смотрит на часы и вздыхает, заходит в переговорную и сразу же садится на кресло во главе стола, здороваясь с сотрудниками. Анастасия сидит по правую руку от него, по левую — Ольга. Они кивают начальнику, но Арсений подзывает к себе своего ассистента и ей приходится подняться с места. — Мне нужно личное дело Оксаны Фроловой, — тихо произносит он, на что Ольга кивает и выходит из переговорной, аккуратно прикрывая за собой дверь. Арсений откидывается на спинку стула и хмурится. Как они не заметили тот факт, что ведут дела с тем, кто отмывает деньги? Да, в рамках организации, возможно, деньги и небольшие, в рамках самого Попова три миллиона — пустяки, но они точно не предназначались для какого-то толстосума. Арсений кашляет и протирает глаза. Помимо него и Анастасии здесь еще пять человек, имена которых он не помнит. Да, он хороший начальник, но запоминать имена всех штатных сотрудников — это перебор. Ему бы просто не хватило памяти на это. — Арсений Сергеевич, — зовет его Анастасия. Он убирает руки от лица и вопросительно смотрит на нее. Девушка неловко улыбается и зачем-то кивает, — все хорошо будет, да? — Да, Насть, — тихо выдыхает мужчина. Он улыбается девушке и корит себя за то, что позволяет показывать свое напряжение и усталость при работниках. Он должен показывать хороший пример, а не неразбериху и нервозность на своем лице. Да ни черта он не должен, на самом деле, но статус — дело страшное. Экран перед ними загорается, и на нем появляется такая же комната, что и здесь, только если по размеру меньше. Арсений молча смотрит на лица на экранах и хмыкает. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич, — раздается из колонок. Попов кивает, переводя взгляд на Анастасию, — о чем-то хотели поговорить? — Здравствуйте. Анастасия Денисовна сейчас вам все расскажет, — притворно улыбается мужчина, откидывается на спинку стула и разминает шею, — приступим.

***

— Таким образом, посоветовавшись, мы решили прекратить с вами работу, потому что увеличивать сумму одной поставки до полутора миллионов с вашим качеством — идея провальная, — заканчивает свой монолог Анастасия, присаживаясь обратно на стул. — Арсений Сергеевич, то есть, вы позволите какой-то шлюхе решать, заканчивается ли наше партнерство? — грубо заявляет начальник Омского завода, не заботясь, что его слышат еще как минимум четверо. Арсений Сергеевич переводит на экран злой взгляд и хмыкает, — Это ненормально. — После такого обращения с моими сотрудниками, — начинает мужчина, поднимаясь со своего места, — мы не только прекращаем любое партнерство с вашим заводом, но и отзываем все транзакции (пр. автора — любые сделки, связанные с использованием банковского счета), — мужчина смотрит на высказывавшегося мужчину и поливает его еще одним «ведром» холодного голоса, — а теперь — можете спокойно идти нахуй. Арсений кивает сотруднику, который следил за качеством «моста». Он вырубает связь, и Попов переводит взгляд на поникшую Анастасию. — Пойдем, — старается сделать свой голос как можно спокойнее Арсений, придерживая Настю за локоть. Та медленно встает и позволяет увести себя из кабинета, — Ты в порядке? В ответ молчание. По глазам Анастасии видно — она не понимает. Арсений быстро ведет ее по коридору в свой кабинет, бросает Ольге «принеси чашку горячего шоколада» и усаживает девушку на свое кресло. Он присаживается перед ней на корточках и смотрит прямо в глаза. — Вы правда считаете, что я… шлюха? — тихо спрашивает девушка, немного подрагивая. Ее глаза наполняются слезами, она пытается обнять себя руками. Арсений качает головой и вздыхает. Арсений все помнит. Все понимает. — То, что говорят тупые люди — слушать не стоит, — произносит Арсений, — ты не такая, и я знаю, что ты пошла работать туда не из-за лучшей жизни. — Арсений Сергеевич, зачем вы вообще меня оттуда вытащили? — тихо спрашивает девушка. По щекам катятся слезы, а глаза такие по-детски наивные, что хочется достать свое сердце наружу. Попов хмурится и вздыхает, — Вы могли выбрать кого угодно, — шмыгает носом Настя, — а выбрали меня, дали возможность нормально жить и даже пальцем не тронули, — девушка начинает плакать еще громче, из-за чего Арсений шепчет «тише» и поднимается. Ноги уже затекли. Где эта чертова Ольга? Что, блин, ответить? Стоит ли раскрывать все свои карты? — Ты помнишь, что я тебе сказал, когда привез в отель? — тихо спрашивает он, смотря в глаза девушке. Та кивает головой и всхлипывает снова. — Чтобы я не распространялась и, если хочу нормальную работу, подумала о месте у вас в компании, — тихо говорит она, опуская глаза в пол, — но вы все равно дали мне денег, позволили остаться в отеле на пару дней и ничего не просили взамен. — Только подпись о нераспространении, — хмыкнула Ольга, заходя в кабинет. Арсений вздохнул и отошел от сотрудницы, пропуская к ней своего ассистента, — не волнуйся, Насть, меня тоже… вытащили, так сказать, — пожимает плечами девушка, протягивая ей кружку с горячим шоколадом. Девушка обхватывает ее руками, делает глоток и переводит взгляд на начальника. Арсений сидит на диване напротив и смотрит на девушек. — Зачем вы это делаете? — тихо спрашивает она, снова хлюпая носиком. Арсений переводит взгляд на Ольгу и взвешивает все «за» и «против». Девушки ждут ответа, но минусы побеждают. Попов качает головой и переводит взгляд на часы. — У меня встреча с представителями Мурманска, — холодно отвечает Попов, чувствуя, как «ограждения» его сознания и сердца падают. Он поднимается с дивана и, прихватив свой ежедневник, выходит из кабинета. Арсений сбегает. Он не готов общаться про почему, что, как, зачем. Он не готов объяснять, не готов вспоминать, не готов говорить об этом. Поэтому почти бежит по коридору, сворачивая в очередной кабинет со стеклянными стенами. Он проходит внутрь, садится за стол и притворно улыбается приехавшим представителям, пожимая им руки. За окном темно, в груди горит, а душа покрывается трещинами. Очередное совещание длится почти три часа. Арсений разозлен, потерян и совершенно не хочет находиться здесь — ему бы виски залить себе в глотку, но нужно делать вид, что ты заинтересован. Внутри разгорается очередной пожар, уведомляющий, что пора сваливать или затыкать тупых сотрудников и показывать, как правильно надо. К концу третьего часа Арсений снимает пиджак, закатывает рукава и наклоняется над столом, чтобы показать очередной чертеж: где что будет, где неправильно построен и где нереально сделать так, как нарисовано. Попов долго объясняет это, потому что три часа молчания и выслушивания всех объяснений дали ему понять: сделка — говно. Оказалось, даже часа разъяснений коллегам не хватило, чтобы понять, насколько херовая у них идея. Арсений тяжело вздыхает и возвращается на кресло, протирая глаза. Внутри закипает, и даже счет до двадцати и обратно не помогает. Он достает телефон из кармана и впервые за день обращает внимание на экран. Мужчина так погружается в работу, что не смотрит на даты. Внутри все ухает, сердце бешено стучит, и он протягивает тихое «блять». Прикрыв ладонью глаза, мужчина снова старается посчитать про себя, но. Блять. На него поворачиваются все присутствующие. Он тяжело вздыхает и выпрямляется на стуле, откладывая телефон в сторону. — Я вынужден напомнить вам, что мое время не резиновое, — громко произносит Арсений, — на часах почти одиннадцать вечера. Я думаю, нам следует закругляться. — Может, продолжим за ужином? — спрашивает один из присутствующих. Арсений тяжело вздыхает и кивает, осознав, что за день так и не поел. Мужчина поднимается, раскатывает рукава рубашки и надевает пиджак. Арсений выходит последним, смотря на экран телефона. Он снимает блокировку с телефона и заходит в мессенджер, отправляя сообщение Сереже. Вы, 22:43 Какое сегодня число? Ответ приходит почти сразу. Арсений медленно идет за толпой, не отрываясь от телефона.

Сережа, 22:45 Ты головой ударился? С утра было 18.

Надежды на то, что на телефоне просто сбиты настройки, пропадают. Он почти начинает печатать ответ, но к нему подходит ассистент одного из представителей. Он что-то спрашивает, но Попов не слушает, лишь смотрит пустым взглядом. — Что? — Арсений Сергеевич, какой ресторан посоветуете? — начинает снова помощник, но Попов отмахивается. — Мне все равно. Как, блять, он мог забыть? Внутри все сворачивается, переворачивается, разрывается. Он почти готов бросить все, чтобы его никто не трогал. Он догоняет толпу, садится в свою машину и едет в ресторан, о котором договорились заранее. Но даже в нем не чувствует себя уверено, не чувствует себя так, как должен. Чувство того, что он не смог уследить за датой вызывают рвотные позывы. Он кое-как запихивает в себя стейк и сразу же прощается с коллегами, договариваясь встретиться с утра и продолжить разговор. Он просто не в состоянии оставаться здесь прямо сейчас, ему нужны глоток свежего воздуха, одиночество и кое-что очень важное. Арсений садится в машину и захлопывает за собой дверь. Он слишком резко двигается, быстро выезжает с парковки и крепко сжимает челюсть. Его лицо напряженное, а глаза пустые. Он выезжает на шоссе уже на огромной скорости, совершенно забывая про правила дорожного движения. Он крепко сжимает руль и сильно вдавливает педаль газа. Еще пара штрафов? Да плевать, деньги решат проблему. Он, больше по привычке, останавливает машину недалеко стайки легко одетых девушек на обочине. Между ними метров пятьдесят, не меньше, но этого хватает, чтобы разглядеть черный автомобиль. Девушки прихорашиваются, выгибают спинки и выставляют ножки в лакированных туфлях вперед — все, чтобы показать себя с лучшей стороны. Но не подходят, ждут, пока выйдет или хотя бы отпустит стекло хозяин авто. А Арсений сидит, откинув голову наверх. Его глаза прикрыты, руки крепко сжимают руль. Очередная девушка, чью жизнь он сможет исправить. Попов тяжело вздыхает, протирает лицо руками и благодарит бога за то, что окна полностью скрывают его. Он чувствует, как внутри все горит, как дырка в груди снова появляется и засасывает туда все, что только можно: сердце, легкие, что там еще есть поблизости? Арсений слышит звук пришедшего сообщения и берет в руку телефон. Он смотрит на экран и хмыкает.

Сережа, 23:51 Блять, Арс. Не говори, что ты снова там.

А потом приходит вторая, заставляя мужчину вздохнуть и откинуться назад снова.

Сережа, 23:52 Когда-нибудь все будет хорошо, и ты туда больше не поедешь. Едь быстрее домой. Добрых снов, дружище.

Арсений убирает телефон, решив не отвечать на сообщения, смотрит через стекло на стайку девушек и выбирает. Одну, ту, которая будет больше похожа на нее. Длинноногая, амбициозная. Та, от которой станет тяжело дышать, потому что ее на самом деле стоит забрать отсюда. Он расстегивает верхние пуговицы рубашки, стаскивает с себя пиджак и закидывает его на заднее сидение машины. Он вот-вот собирается сделать выбор, но стук по стеклу заставляет мужчину вздрогнуть и нахмурится. Обычно, бабочки так не делают. Он опускает окно и разглядывает заглядывающего в салон… парня. Необычно, да, Арсений? Попов немного хмурится, но после улыбается. Его глаза хищно блестят, а мышцы живота неприятно колет. — А ты наглый. Садись.