Все тайное...

За окном переливались огни ночного города. Автобус утробно рычал и вздрагивал то и дело останавливаясь на светофорах. Их свет окрашивал салон то в красные, то в зеленые цвета. А Ник сидел, прислонившись головой к холодному покрытому конденсатом стеклу, пытаясь остановить неподконтрольный поток мыслей. Да. Он маскировал запах. Использовал нейтральные подавители. Кому какое дело кем он был на самом деле? Никому. Ну так уж получилось, что все, что интересовало омег совершенно не интересовало его. Все эти омежьи мечты о любящем альфе, щенках и остальной ерунде ему были не интересны. А чего уж говорить про течку. Что в компании, что в одиночестве, Ник считал ее совершенно кошмарной. Природа омег во время течки пыталась брать свое. Они теряли разум, переставали быть собой, готовые отдаться своему альфе или даже любому другому альфе. И всех омег, это, кажется, полностью устраивало. Но не Николаса. Даже изнывая от желания во время эструса, он отчетливо осознавал себя, и чувствовал себя запертым в этом, не принадлежащем ему, теле. Каждый раз мечтая только о том, чтобы наконец, это закончилось. Поэтому не удивительно, что в конечном счете он начал прием подавителей. Ему на самом деле повезло. Родители не отмахивались от проблем сына: в подростковом возрасте у него появился врач-омеголог, потом врач психо-омеголог который после долгих и выматывающих бесед выписал ему препараты. И жизнь более менее наладилась. По-правде говоря препараты были скорее временной заменой. Для себя Николас давно решил, что их прием надо прекращать. Потому что, хоть способ приема блокаторов и был прост, не давал возможности перестать быть омегой. Лекарства были ненадежны, они вызывали множество побочных эффектов. Плюс всего лишь перерыв в приеме длиной в сутки был способен спровоцировать течку. Помимо подавителей существовал и другой способ. Куда более радикальный. Правда и требовал он больших финансовых затрат. Нет, скорее даже не так. Очень больших финансовых затрат. И, по правде говоря, даже у работавшего на хорошем месте Мэнсона таких денег не было. А теперь, когда более денежное место занял этот… О повышении, тем более после сегодняшнего можно было и не мечтать. И кто его только за язык тянул… Ник прикрыл глаза. Был еще вариант с квотой от государства, и он совсем скоро собирался податься на нее. Но… Он знал, что шансы на это уверенно стремились к красной печати «отклонено» на больничном бланке. Официально это было разрешено и закреплено законодательно. Но само государство, которое, хоть и приняло закон позволяющий делать переход для омег еще десять лет назад, все равно жило в каком-то архаичном мире. Квоты выдавались очень неохотно, всего две сотни в год на население в несколько десятков миллионов. Притом обычно это надо было обосновать чем-то более весомым: мне надо, мне это осточертело. Все сидевшие у власти альфы и беты, а порой и омеги всеми силами сопротивлялись и не хотели ломать устои. В обществе до сих пор было негласно принято: омега не имеет своего мнения. За него все решения принимает альфа. Ну конечно. Омега и его желание это ничто. А что если альфа будет против? Хотя, казалось бы, какое отношение альфа имел тут, если это тело омеги? На дебатах традиционалисты только поджимали губы и говорили, что место омеги рядом с детьми дома. А если она чего-то там хочет - это сугубо избалованность и "перебесится" и станет примерным членом общества. Нет, конечно, омеги были во всех сферах. Но они были… Омеги. Поэтому появление этого Перри в их команде было просто дико. Чужеродно. Не потому, что того взяли на место, на которое так хотел попасть Ник. И не потому, что теперь о попытках насобирать на операцию можно было снова забыть на несколько лет, а то, как обычно новый омега вел себя. Так, словно никак не обращал внимания на эту чужеродную сущность внутри себя. Одно слово иностранец. Ник знал, на самом деле, только по слухам, что на континенте дела с омегами обстояли совершенно по-другому. У них же было более закрытое консервативное общество. И это несоответствие, эта чуждость поведения… Это пугало, раздражало и злило. До такого предела, что это сегодня вылилось в настоящий конфликт, способный разрушить все то, к чему Ник так стремился. Если будет разбирательство… Скорее из-за того, что он омега это дело спустят на тормозах. Но могут и "попросить". Хотя из той информации, что всплыла сегодня на корпоративе о нем, того, что сболтнул этот Перри… Сказать, что тот ошибся было нельзя. Но вот тема, касающаяся блокаторов и принимающих их омег все еще была табуирована. И хоть он работал в международной компании, которая чтила права каждого человека, но того какая реакция будет на его, так называемый не добровольный каминг-аут, он по правде говоря не знал. Автобус остановился, скрипя тормозами, и мужчина резко поднялся. Ладно. Как бы то ни было, сделанного не воротишь. У него до конца контракта оставалось около полугода. Работу предстояло делать. Если его уволят то с хорошим отступным пособием. А с проблемами он будет разбираться по мере их поступления. А сейчас, пожалуй, стоит заглянуть в магазин на углу и купить еще бутылку чего покрепче: думать о произошедшем сегодня вечером не хотелось. И не хотелось вспоминать глумливую улыбку на почти идеальном лице.