О буднях двух отморозков

Кунг Джин сидит как на иголках. Не помогает даже беспечно-развязный вид, привычно нацепленный на себя. Иногда он скашивает взгляд – и тут же отводит его назад, не желая сталкиваться с серыми глазами, буравящими его последние минут семь. Эррон Блэк смотрит на него почти не мигая, откинувшись на тот же пыльный камень неподалеку. Где-то минут десять назад они сделали привал, утомившись продираться через агрессивно настроенные дебри Живого Леса, и теперь Джин почесывает жгучие полосы, оставленные лианами. Стрелок отделался легче: костяной меч, покачивающийся за спиной, держал плотоядные растения на расстоянии. "Надо было взять чакрам" - тоскливо думает Джин, отнимая руку от покрасневшего следа. Раздраженно дергает пряди, еще недавно бывшие аккуратным хвостом. Проклятая трава; и ленту для волос разодрала, а обруч не капюшон, от челки в глаза плохо спасает... Снова покоситься на Блэка. Так же резко отвести взгляд, старательно делая вид, что ничего такого не происходит. С каждым разом выходит все хуже. Если бы наемник смотрел на него с обычной смесью раздражения и отстраненности, вору было бы куда легче игнорировать чужое внимание. Но Блэк смотрит иначе. Пристально, но не оценивающе. Со странной расслабленностью, щекочущей что-то внутри; прищур немного похож на тот, с которым он целится из револьверов, только без отдающего металлом желания убить. Оттененный сурьмой взгляд можно было бы назвать заинтересованным, будь Джин чуть более легковерным идиотом, но ему не верится в столь нелепую эмоцию в исполнении стрелка. Может, просто задумался о чем-то своем?.. Странно, но скрывающая почти все лицо маска и надвинутая на лоб шляпа, оставившие лишь глаза, оттенили их выразительность - обычно парень может с легкостью распознать эмоции Эррона. Темнеющая радужка выдает сдерживаемую ярость. Пляшущие искры означают насмешливое веселье. Сужающиеся зрачки - задумчивость или оценка расстояния для выстрела. Но вот сейчас все выстроенные координаты рушатся, пряча эмоции в невскрываемый замок. Блэк смотрит. Смотрит, смотрит, смотрит... - Чего ты так пялишься? - не выдержав, раздраженно рявкает Джин, в ответ исподлобья уставляясь на невозмутимого убийцу. Бывшие прической лохмы мстительно падают на лицо, щекоча губы и нос. Темные веки стрелка вздрагивают, делая прищур еще более цепким. - Твои волосы, - говорит Блэк. Джин хмурится, инстинктивно ощериваясь и ожидая хлесткой насмешки, но ее не следует. Вместо этого наемник отрывается от камня и наклоняется вперед. Рука в кожаной перчатке касается спутанных прядей. - ...очень тебе идут. Пальцы с необычной для них осторожностью отводят волосы в сторону, открывая лицо. Касания почти неощутимы, жесткая кожа не дает ощутить тепло чужой ладони, но даже так они вгоняют в лихорадочный жар. Джин сидит неподвижно, глядя на стрелка широко раскрытыми от удивления глазами: неожиданное вторжение Блэка в его личное пространство пробирает до костей. Все что он может - замереть под касаниями огрубевших от ласки револьверных рукоятей пальцев и... - Да что с тобой?! - возмущенно рычит вор, отшатываясь назад и перехватывая чужую руку. Наемник глухо хмыкает в маску, без особого труда вырываясь из захвата, и откидывается назад, насмешливо разглядывая встрепанного парня. - Да ладно тебе, - говорит он, скрещивая руки на перетянутой ремнями груди. - Можешь свести все в шутку - как обычно ты делаешь. Кунг Джин рычит и отворачивается, чувствуя, как румянец расползается по его острым скулам. Новый взгляд Блэка - насмешливо-довольный - раздражает его не меньше.