Семь Грехов, Хаос и Проблемные дети

      — Они отправились ещё на рассвете. — Тихо сказала Лили, её голос был полон беспокойства.       — ЧТО?! — Куро Усаги в панике выронила письмо, которое держала в руках. Она быстро подняла его и перечитала ещё раз, словно не веря своим глазам.       Письмо было коротким, но его содержание било по нервам:       «Мы отправляемся в Царство Ёми, чтобы встретиться с Идзанами. Она поможет нам узнать правду о Сё. Вернёмся, как только сможем.                                                                                                                                     Изаёй.»       Куро почувствовала, как её голова начинает кружиться от волнения.       — Упрямый, глупый, тупой идиот! — она громко вскрикнула, начиная биться головой о ближайшую каменную стену. — Они же там погибнут, их как оленину на ужин подадут местным демонам и чудовищам.       Джин, который всё это время молчал, подошёл ближе. Он знал, что Кролик склонна к преувеличениям, но в этот раз её страхи казались обоснованными.       — Может мы ещё успеем их перехватить? — предложил он, пытаясь звучать уверенно.       Куро остановилась, прижав руки к голове. Она закрыла глаза и глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки.       — Если мы знаем, куда они направляются, у нас есть шанс, — наконец сказала она, её голос стал твёрже. — Но это будет непросто. Царство Ёми — это не место, куда можно просто так прийти.       Йо, стоявшая рядом с Лили, подняла голову:       — Мы должны попытаться. Если они попадут в беду, их некому будет вытащить.              — Да, но даже если мы отправимся следом, кто гарантирует, что нас самих не разорвут на части? — скептически заметила Аска, прислонившись к стене. — Эти двое приняли решение сами. Они же не просили нас идти за ними.       Куро резко повернулась к ней:       — Это Изаёй и Сё! Ты серьёзно думаешь, что мы можем просто сидеть сложа руки?       Аска вздохнула, понимая, что её аргументы здесь не помогут. Она кивнула:       — Ладно, но ты должна признать: это самоубийство.       Джин слегка приподнял руку, чтобы привлечь внимание:       — Мы можем хотя бы попытаться связаться с Широяшей. Она может знать, как пройти в Ёми или хотя бы даст нам совет.       Куро задумалась на мгновение, а затем решительно кивнула:       — Хорошо. Лили, иди к Широяше и передай ей, что нам срочно нужна её помощь.       — А что будем делать мы? — спросила Йо.       — Готовимся к пути, — ответила Куро, её взгляд стал решительным. — Нам нужно всё, что может пригодиться в подземном мире. Вода, еда, оружие… всё, что защитит нас от того, что может нас там поджидать.       — Ты уверена, что это хорошая идея? — осторожно спросил Джин.       Куро посмотрела на него, и её глаза полыхнули странным огоньком.       — Нет. Но это лучше, чем сидеть здесь и ждать, пока они не вернутся.       Все в комнате переглянулись, понимая, что решение принято. В воздухе повисла тяжесть предстоящего путешествия. Куро начала раздавать приказы, а остальные принялись за подготовку.

Тем временем, в пути

      Изаёй и Хаос двигались по извилистым тропам, ведущим в Царство Ёми. Мрак сгущался с каждым шагом, и даже привычное дерзкое выражение лица блондина сменилось сосредоточенностью.       — Ты уверена, что это хорошая идея? — наконец спросил он, разрывая тишину. Хаос бросила на него короткий взгляд:       — Нет. Но правда стоит риска.       Он усмехнулся, хотя в его улыбке не было прежней самоуверенности.       — Ты ведь знаешь, что там нас ждёт?       — Да. Это то, чего ты боишься?       Иза посмотрел на неё, его взгляд был острым, но в нём читалось нечто большее — интерес, даже восхищение.       — Нет, меня больше волнует то, что может ждать тебя.       — О себе подумай, — бросила она, прибавив шаг.       Их фигуры растворились в густом тумане, окружавшем дорогу, ведущую в неизвестность.

***

      Рассвет. Солнце только начинало пробиваться сквозь редкие облака, озаряя комнату мягким светом. На часах было около пяти утра. В коридоре было тихо, лишь редкий скрип половиц напоминал о присутствии Изаёя, который бесшумно пробирался к комнате Сё.       Он подошёл к массивной деревянной двери и осторожно взялся за ручку, пытаясь открыть её беззвучно. Но дверь выдала его скрипом, который эхом разнёсся по всему коридору. Парень замер, оглядываясь по сторонам, словно преступник, застигнутый врасплох. Никто не появился, и он тихо вошёл внутрь.       Комната была просторной, наполненной едва уловимым ароматом свежих цветов. Сё мирно спала на широкой кровати, укрывшись лёгким шёлковым одеялом. Её дыхание было ровным, а шелковое ночное одеяние слегка переливалось в лучах рассветного солнца.       Иза замер, оценивая её расслабленное лицо.       — Она что, специально? — прошептал он себе под нос, слегка нахмурившись. Ему вдруг показалось, что она забыла о их походе в царство Ёми.       Наклонившись к её уху, он прошептал с характерной ноткой насмешки:       — Эй, золотко, просыпайся.       Не успел он договорить, как ощутил сильный толчок. Его тело резко отбросило к стене, словно невидимые руки схватили его и прижали к холодным камням. Хаос открыла глаза, не спеша поднялась и одарила его леденящим взглядом.       — И тебе доброе утро, озабоченный девственник. — произнесла она с язвительной усмешкой, даже не утруждая себя смотреть на него.       Иза попытался пошевелиться, но его тело было намертво приковано к стене. Он ухмыльнулся, несмотря на неудобство:       — О, это уже какой-то новый уровень отношений. Тебе так не кажется?       Хаос вытащила из комода своё любимое кимоно, не спеша осматривая каждую деталь.       — Да, ты в роли жертвы демону — это новый уровень отношений. — Бросила она через плечо.       — Ну, если ты будешь моим персональным демоном, то я готов отдать тебе душу, моя милая, — продолжил он, изо всех сил стараясь освободиться.       На его слова она лишь усмехнулась. Хаос наконец решила отпустить его, но он сам сумел вырваться раньше.       — Я давно так не потел, — прокомментировал он, стряхивая с себя невидимые оковы.       — Сочту за комплимент, — ответила она равнодушно, доставая пояс из ящика.       Она развернулась к нему спиной, явно ожидая, что он покинет комнату, но он остался на месте, усевшись на край кровати.       — Может, ты выйдешь? — бросила она через плечо, не оборачиваясь.       — А стоит? — его голос звучал дерзко, и она почувствовала на себе его взгляд.       — Я сказала — выйди.       — А я сказал: если меня увидят в коридоре, то будет куча вопросов, а нам они не нужны.       Её терпение иссякло. Она цокнула и начала снимать свою ночную рубашку, демонстративно развернувшись к нему спиной. На её коже, вдоль позвоночника, проступали странные иероглифы, тёмные линии которых словно светились в полумраке комнаты.       Иза быстро отвернулся, его щёки вспыхнули алым румянцем. Но любопытство не отпускало его.       «Что за бред? Обезьяна, тюрьма, огонь… Чёрт, это какие-то бессвязные символы.»       — Я готова, — её голос вывел его из транса.       Он повернулся, наблюдая за тем, как она пытается завязать пояс. Её движения были быстрыми, но неуклюжими. Он подошёл к ней, его пальцы мягко коснулись ткани, перехватывая пояс.       — Ну и в каком месте ты готова? — его голос стал ниже, слегка хриплым.       Она посмотрела на него через зеркало, её взгляд был холодным и предупреждающим. Он встретил её глаза, словно вызывая её на спор.       «Слишком близко.»       — Дышать трудно… — её голос дрогнул, но она тут же взяла себя в руки.       — Оу, это из-за меня? — он наклонился ближе, его дыхание коснулось её шеи.       — Нет, пояс… ослабь его.       Иза подчинился, сдвинув ткань ровно настолько, чтобы она могла свободно дышать. Он сделал шаг назад, удовлетворённо оглядывая её.       — Теперь точно готовы, — бросил он с широкой ухмылкой.       Хаос глубоко вдохнула, стараясь успокоить сердце, которое отчаянно било тревогу. Этот поход обещал быть не менее сложным, чем отношения с этим дерзким блондином.       Они выбрались через окно спальни Эри, стараясь не шуметь и не привлекать внимание. Лунный свет освещал их путь, создавая причудливые тени на стенах здания. Изаёй ловко спустился первым, затем помог девушке, которая, не оборачиваясь, последовала за ним в сторону леса.       Дорога была усеяна камнями, густыми кустами и ветвями, цепляющимися за одежду. Порой им приходилось перепрыгивать через коряги или пробираться сквозь заросли, пока они не добрались до величественного водопада. Шум воды заполнил пространство, заглушая их дыхание и шаги.       — И зачем мы здесь? — Хаос недовольно огляделась. Водопад казался обычным, но в этой обычности скрывалась странная тайна.       — Сейчас увидишь, золотце. — С ухмылкой ответил Иза.       Он указал на водную гладь. Внимательно приглядевшись, Хаос заметила в водопаде силуэт, который, казалось, двигался сквозь потоки воды. Фигура напоминала женскую, но угадать что-то конкретное было сложно.       — Что это? — Хаос сделала шаг ближе, но Иза остановил её.       — Подожди.       Силуэт двигался всё ближе, пока вода не начала расходиться в стороны, открывая подобие ворот. Перед ними возникла женщина в длинном кимоно, её лицо было скрыто полупрозрачной вуалью, а голос звучал мягко, но властно:       — Добро пожаловать в царство Ёми. — Она поклонилась, жестом приглашая пройти.       — Это что, врата? — Хаос всё ещё не верила, что всё может быть так просто.       — Нет, это телепорт, — с лёгкой усмешкой пояснил блондин.       — Откуда ты вообще узнал об этом месте? — недоверчиво спросила она.       — Давняя история. Как-то здесь я сражался со змеем. Ну, «сражался» громко сказано. Я победил его раз, потом второй, а потом третий. Кажется, ему просто нечем заняться, раз он возвращается на те же грабли. — Его тон был лёгким, почти насмешливым, но Хаос видела, что за этим скрывается нечто большее.       Женщина жестом пригласила их следовать за ней. Они двинулись по длинному коридору, освещённому тусклыми факелами. Стены были покрыты древними барельефами, изображающими битвы и сцены из легенд. Воздух был прохладным и сыроватым, а эхо их шагов растворялось в глубине пещеры.       Вскоре они подошли к массивным деревянным вратам, украшенным железными головами демонов низшего ранга. Эти головы, казалось, наблюдали за каждым их движением.       — Мы на месте. — сказала женщина и, взявшись за тяжёлую рукоять, распахнула двери.       За ними раскинулась странная деревня, освещённая кроваво-красным светом солнца, едва видимого за густыми облаками. Небольшие дома были окружены лесом, тишина давила на уши, и только редкие крики птиц нарушали этот гнетущий покой.       — И где нам найти Идзанами? — спросила Хаос, её голос был напряжённым.       — Спросим у того мужика, — с лёгкостью ответил Иза, указывая на высокую фигуру в кимоно, стоящую неподалёку.       — Ты что, с ума сошёл?! — Хаос схватила его за локоть, оттаскивая в сторону. — Нельзя просто так подходить к демонам и спрашивать, как будто ты у соседки соль взаймы просишь!       — А что ты предлагаешь, тут все такие? Пригласит поиграть — поиграем.       — Ты точно идиот, — прошептала она, прикрыв лицо рукой.       Но Иза уже направился к мужчине. Он похлопал его по плечу, заставив того обернуться. Лицо существа оказалось звериным: огромные глаза, мощные клыки и длинная обезьянья шерсть. Это был демон-обезьяна.       — Чего тебе надо, малец? — прорычал демон, его голос звучал, словно раскаты грома.       Иза слегка растерялся, но быстро взял себя в руки:       — Не подскажешь где Идзанами? Надо кое-что с ней обговорить. — Он быстро пришёл в себя, думая о том, что если игра и будет, а в этом месте это неизбежно, то нужно придумать такие правила, чтобы их сторона осталась в выигрыше.       Демон оскалился, его злобная ухмылка открыла длинные клыки.       — Идзанами?! А ты не слишком ли много на себя берёшь, смертный? — обезьяна нависла над ним, её взгляд искрился гневом.       Прежде чем ситуация обострилась, Хаос шагнула вперёд.       — Простите его. Он идиот, который не знает, как вести себя в обществе демонов, — её голос был холодным, но в нём слышалась скрытая угроза. — Я — Хаос, наследница Акумы.       Демон застыл, внимательно разглядывая её. Её имя, как она и ожидала, было ему известно. Он осмотрел её с головы до ног, задержав взгляд на её глазах, которые казались ему знакомыми.       — Ты и вправду та самая Хаос? — спросил он, его голос стал менее угрожающим, но всё ещё настороженным.       Она кивнула, стараясь не выдать напряжение.       Обезьяна помедлил, затем махнул рукой:       — Следуйте за мной. Но если что-то пойдёт не так, вините только себя.       Иза повернулся к Хаос, его лицо светилось удовлетворением:       — Ну что, кто тут всё делает неправильно?       — Замолчи, Иза, — бросила она, её голос был тихим, но угрожающим.       Мужчина вздохнул и, лениво почесав затылок, направился к одному из старых домов, будто не торопясь выполнять поручение. Подойдя к деревянной двери, покрытой трещинами и плесенью, он резко постучал, не жалея сил. Удары раздавались так громко, что казалось, будто дом вот-вот развалится от этого напора.       — Эй, старуха, просыпайся! К тебе тут гости, — его грубый голос перекрывал ночную тишину.       Откуда-то изнутри послышался скрип, словно кто-то нехотя двигался по старым половицам. Наконец, дверь медленно приоткрылась, скрипнув так, будто это последний раз в её жизни. В проёме появилась низкая, сгорбленная фигура женщины. Её кожа была серо-жёлтой, местами отслаивающейся, а глаза, слепые и пустые, казалось, смотрели прямо сквозь них.       — Запашок тот ещё… — тихо прокомментировал блондин, не удержавшись от ухмылки.       — Чего тебе, макака? — сипло пробормотала женщина, сначала обращаясь к мужчине-обезьяне, а затем её лицо медленно повернулось к Хаос и Изаёю. Губы растянулись в болезненную усмешку, обнажая несколько гнилых зубов. — А, вы тут. Заходите. Я знаю, зачем вы пришли.       — Знаете? — Сё удивлённо приподняла бровь. Слова старухи вызвали у неё ощущение лёгкой тревоги.       — А вы что думали, что я здесь сижу и гнию во сне? — её хриплый смех заполнил комнату, от чего стало не по себе. — Мне интересно, что происходит на несколько этажей выше, поэтому у меня есть свои ведьмы, что служат мне, и которые рассказывают мне всё. Про всех.       Изаёй присвистнул, разглядывая странную обстановку комнаты. Грубо сколоченный стол, покрытый царапинами, свечи, горящие зловещим красным пламенем, и ржавые цепи, прикреплённые к стенам. Всё это выглядело как сцена из страшной сказки.       — И что же ты знаешь? — его голос прозвучал с насмешливым оттенком.       — Знаю, что она, — старуха подняла узловатый палец, указывая на Хаос, — не знает кто она, а ты, мальчишка, тот, кто хочет сломать систему.       Сё и Изаёй обменялись взглядами. Слова старухи словно проникли в их сознание, оставив там неприятный осадок.       — Давайте выпьем и всё станет ясно. — вдруг предложила Идзанами, небрежно садясь за круглый деревянный стол. Её движения были неожиданно плавными для её дряхлого тела.       — Выпьем? — переспросила Сё, недоумевая. Она прищурилась, осматривая стол, но Изаёй уже с улыбкой присел напротив старухи.       — С каждой выпитой рюмкой — ты будешь говорить всю правду, — произнес блондин, указывая на старуху, а затем перевел взгляд на мужчину-обезьяну, что всё это время стоял у дверного косяка, хмуро наблюдая за ними. — И ты тоже. А если мы поймём, что вы лжёте, то будем пить вдвое больше. Идёт?       Иза потянулся за рюмкой с азартным блеском в глазах, словно предвкушая победу.       Идзанами засмеялась, её голос звучал пронзительно и жутко, словно скрежет когтей по стеклу. В воздухе появился слабый запах серы, а перед ними, словно по волшебству, возник список Гиааса. На столе материализовались керамические рюмки и бутылка саке, источающая тонкий, но явно дурманящий аромат.       — Идёт.       Сё колебалась, её пальцы нервно дрожали, когда она села за стол рядом с блондином. Каждый её инстинкт говорил, что это ловушка, что здесь всё неправильно. Но Изаёй выглядел совершенно спокойным, даже довольным.       — Начнём же! — воскликнул он, поднимая рюмку. — Игра начинается.       Эри вздрогнула от его слов.       Богиня неторопливо откинулась на спинку своего стула, её пустые, слепые глаза будто прожигали Сё насквозь, несмотря на их кажущуюся невидимость.       — Начну я, ты, макака, продолжишь. — её голос звучал хрипло, но в то же время властно, как у существа, которое веками наблюдало за смертными играми. Она лениво указала на мужчину-обезьяну, сидящего рядом. — Ты, моя милая, пешка в большой игре. — Её слова заставили Хаос напрячься.       — Аргументируйте, пожалуйста, — её голос звучал ровно, но внутри всё клокотало. Она слышала это прежде. И теперь ей действительно было интересно: что скажет богиня, которой верят почти все?       Идзанами чуть склонила голову, будто собираясь с мыслями, прежде чем задать вопрос:       — Ты помнишь своё детство?       — Да, меня растила Акума. — Голос Хаос звучал твёрдо, но в глазах мелькнуло сомнение.       — И как она тебя растила? Что говорила?       Хаос на секунду замялась. Эти вопросы напомнили ей о том, что она всегда старалась игнорировать, запирая воспоминания в дальних уголках своего сознания.       — Она всегда говорила, что я должна быть в игре… — её голос стал тише, почти шёпотом, — именно поэтому в игры всегда вступала только я, а не другие члены сообщества…       С этими словами Хаос потянулась к рюмке, опрокинула содержимое внутрь себя, затем тут же схватила вторую. Горечь саке обожгла её горло, но она даже не поморщилась.       — Хорошо. Давай продолжим, моя дорогая пешка. — Идзанами улыбнулась, её губы скривились в почти демоническом выражении.       Она перевела взгляд на Изаёя.       — Ты, самовлюблённый малец, который думает, что сможет победить Акуму, знаешь, что я думаю? Тебе просто скучно.       Блондин хмыкнул, ухмылка заиграла на его лице.       — Я выпью две рюмки, раз ты так близка к истине. Дам тебе фору, мартышка. — С этими словами он поднял рюмку, а затем ещё одну, жадно выпивая содержимое. Его лицо стало чуть краснее, но он остался спокойным.       — Ты, не человек, а всего лишь явление созданное богами и демонами для баланса, — с хитрым блеском в глазах продолжила богиня, указывая пальцем на мужчину-обезьяну.       — Что вы несёте? — Хаос не выдержала. Она прищурила глаза, в её взгляде был не только гнев, но и тревога. Слова Идзанами не просто тревожили её — они разжигали бурю внутри.       — Подтверди, мартышка. Если я не права, выпей в три раза больше, — с вызовом бросила Идзанами.       Обезьяна замер. Он медленно перевёл взгляд на Хаос. В её глазах горела слабая надежда, но он не мог её поддержать. Он отвёл взгляд вниз, молча признавая истину. Хаос почувствовала, как в груди разливается боль. Глаза наполнились слезами, которые она старалась сдержать.       — Это ложь, — прошептала она себе под нос, поднялась из-за стола и направилась к выходу.       Когда она оказалась на улице, свежий воздух, смешанный с резким, гнилым запахом царства Ёми, хлестнул её по лицу. Она облокотилась на стену дома, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Наконец, её вырвало.       Изаёй смотрел на это из-за приоткрытой двери. Его кулаки сжались, а в глазах горел яростный огонь.       — Ну что, старуха, довольна спектаклем? — резко бросил он, оборачиваясь к Идзанами.       — О, это только начало, мальчишка. Истина редко бывает сладкой, не так ли? — ответила богиня, легко помахивая своей рюмкой.       Изаёй молчал, переваривая каждое слово. Ладони сжались в кулаки, а зубы стиснулись так, что казалось, они вот-вот треснут. Его глаза пылали гневом, а губы кривились в непроизвольной усмешке, больше похожей на гримасу ярости.       — Так ты, тот кто начал всё это дерьмо и теперь просто прячешься здесь? — Изаёй сверлил взглядом Обезьяну, в его голосе звучал вызов и презрение.       — Я ничего не начинал. — Твёрдо ответил Укун, его голос резал воздух, как сталь.       — Из-за тебя началась война, в которой пострадала Хаос?       — Нет! Я один из тех, кто предотвратил её! — Глаза Укуна вспыхнули гневом, как угли в костре.       — Отдав взамен девчонку?! — Его голос звенел яростью.       — Она не человек! Она и есть суть всего живого! — Обезьяна прищурил глаза и резко указал пальцем на Иза. — Ты, мелкая тупица, так сильно следишь за ней, так внимательно к ней относишься, но до сих пор не понял, что она такое? Я — Укун, Король Демонов. Я, как и другие демоны и боги, отдал свои жизненные силы за этот убогий рай. Хаос существует потому, что должна существовать. Без неё мир утонул бы в бесконечной петле без цели. Этот мир без неё пуст! Она не человек, она явление, которое обязано быть!       — Она не явление! Её создали живым человеком! — Парень сжал кулаки, его голос дрожал от смеси гнева и недоумения.       — Никто её не создавал! — Укун поднялся, и его тень легла на блондина. Его глаза, налитые кровью, сверкнули опасным блеском. — Во время войны многие демоны не приняли сторону Акумы, потому что даже демоны понимают, что такое естественный баланс. Мы — хранители этого баланса. Акума нарушила его. Я и другие не поддержали её, и нас объявили её врагами. Я не присоединился к богам, потому что их правила были такими же уродливыми. Я жил в одиночестве, пока мне не осточертело смотреть, как Цветущий сад погружается в безумие.       — И поэтому ты создал Хаос? Решил, что другой человек исправит твои ошибки? — Язвительность Изаёя звучала как хлыст.       — Почти, объединив силы с другими богами и демонами, решили, что создадим чистую энергию бытия, но существовать просто так она не могла. Я нашёл девочку в уничтоженном городе. Она умирала. Это был символ — умирающий мир, нуждающийся в новом начале. Почувствовав, что она та, которая обязана стать обязательным, чистым хаосом в мире, решил подарить ей вторую жизнь, при условии, что первую она не вспомнит никогда. — Он протянул лапу, из которой возник свиток с иероглифами. Эти символы были странно знакомы Изаёю — он уже видел их раньше, на теле девушки.       — Эти знаки… — Изаёй нахмурился. — Они точно есть у неё.       — Верно. Это инкантация, — спокойно произнёс демон. — Она воплощает суть её существования и одновременно суть мира. Остальные демоны и боги могли лишь нарушать баланс и пытаться восстанавливать его, но она… Она создана для большего. Она не управляет реальностью напрямую, как тебе могло показаться. Её природа заключена в инкантации. Её предназначение — создать новый мир, даже если этот будет уничтожен. Ритуал, который мы провели, чтобы разрушить всё и очистить путь, не смог сокрушить Акуму. Многие боги и демоны пали или исчезли, но Акума уцелела.       Изаёй медленно выдохнул, пытаясь осмыслить услышанное.       Так значит… Акума нашла её и подчинила своей воле, а она даже не осознала этого? — Его голос был полон гнева и разочарования. Он сжал голову руками, запустив пальцы в волосы, и тяжело опустился на стол. — Чёрт, это всё складывается в один кошмарный пазл.       Демон молча наблюдал за ним, его выражение лица оставалось каменным. Лишь глаза выдавали скрытую боль. Это было нечто большее, чем просто рассказ — для него это был груз ошибок, который он нес веками.       Изаёй наконец поднял голову. В его взгляде зажглась решимость.       — Ладно, пора выдвигаться. Она не вернётся, а нам пора вернуться. — Он уже было направился к выходу, но остановился у порога и обернулся. — А, кстати… Каково её настоящее имя?       Демон долго молчал, словно борясь с чем-то внутри себя. Затем, чуть хрипловатым голосом, он всё же ответил:       — Кимико.       Имя повисло в воздухе, словно замедленное эхо. Изаёй нахмурился, будто хотел что-то ещё спросить, но передумал. Он лишь усмехнулся, глядя на демона.       — Интересно. — Его тон был саркастичным, но в глазах читалось понимание. — Спасибо за рассказ, мартышка.       Глядя на кроваво-красное небо, он не мог не думать об услышанном. Имя Кимико теперь звучало в его голове, как мантра.       Выйдя наружу, он сделал глубокий вдох, наполняя лёгкие прохладным воздухом. Внезапно что-то влажное приземлилось ему на голову. Он замер, медленно поднял голову вверх.       — Дождь в аду? — Изаёй удивлённо поднял взгляд к тёмному, затянутому облаками небу, откуда лил холодный дождь. Обернувшись, он заметил Хаос, сидящую на ветке дерева неподалёку от дома. — Ну и чего тут расселась? Нам пора возвращаться. Я всё узнал.       Девушка лишь коротко взглянула на него, ничего не сказав, и бесшумно спустилась с дерева. Её движения были плавными, но казались лишёнными энергии, словно она двигалась по инерции. Она молча пошла за ним, не задавая вопросов.       Дождь не прекращался весь путь назад. Тяжёлые капли барабанили по земле, скрывая шорохи леса. Мокрые ветви цеплялись за одежду, а холод пробирался до самых костей.       — Чёрт, выпадение тысячелетних осадков в прогнозе не было! — ворчал Изаёй, стряхивая воду с мокрых волос, когда они наконец добрались до границы сообщества.       Перешагнув порог, они тут же попали под атаку разъярённой Куро Усаги, которая налетела на них с веером в руке:       — Мы везде вас обыскались! Как вы могли удрать в Царство Ёми без нашего ведома, а если бы что-то случилось?! — голос кролика дрожал от смеси гнева и облегчения.       — Не боись, кроля, с нами же был я. — С самодовольной улыбкой ответил блондин, лёгким движением придавив ладонью её макушку, словно успокаивая ребёнка.       — Ты бы знал как я переживала за вас! — вскрикнула Куро и вдруг обняла Изаёя, издав полувздох-полурывок.       В этот момент небо разорвал гром, заставив остальных вздрогнуть. Хаос, стоявшая позади, никак не отреагировала. Её взгляд оставался пустым, а лицо — безэмоциональным, словно кукольным.       Не говоря ни слова, она развернулась и направилась в свою комнату.       Зайдя внутрь, девушка без сил упала на кровать, будто больше не могла держать себя в руках. Глаза щипало от подступающих слёз, а мысли метались в голове, создавая хаос. Она чувствовала, что полностью потеряна. Кто она? Для чего она существует? Её разум не мог найти ответы, а сердце ныло от бессилия.       Пока она тихо плакала, уткнувшись в подушку, звуки за пределами комнаты стали приглушёнными. Лишь когда чужая рука легко легла ей на талию, она осознала чьё-то присутствие. Резко дёрнувшись, она оглянулась.       — Я-то думаю, из-за чего полил такой дождь, — прозвучал мягкий, но дразнящий голос Изаёя. — А оказывается, что у моей принцессы совсем упало настроение.       — Прекрати, Изаёй… — прошипела она, поворачиваясь обратно, не желая смотреть на него.       — Ой-ой, что за тон, золотце? — Он попытался заглянуть ей в лицо, но Хаос спряталась глубже в подушку, упираясь ладонями в кровать. — Перестань слёзы лить. Ты ведь сильнее этого.       — Прекрати себя так вести, — голос девушки был слабым, но в нём звучала нотка раздражения.       — И как же я себя веду? — спросил он, усмехаясь.       — Как напыщенный индюк.       — Ой, как больно стало, — саркастически ответил Изаёй, усмехнувшись ещё шире.       Он сел рядом и, склонив голову, прошептал:       — Что не так, звезда моя?       Тишина повисла между ними, но Иза не торопил её, давая время выговориться, а Хаос чувствовала, что впервые за долгое время её молчание услышат.       — Зачем я тебе? Ты просто развлекаешься? Играешь? — Голос Хаос дрожал, но она не опускала взгляд. — Может, Обезьяна прав, говоря, что ты делаешь всё ради себя. Сегодня я поняла одно — мне надоело быть игрушкой. Если ты и дальше собираешься донимать меня и использовать, остановись. Я больше не могу… мне это опротивело.       Изаёй нахмурился, его обычно насмешливый взгляд потускнел.       — Не неси ерунды. — Его голос прозвучал тише, чем обычно, но твёрдо. — Я никогда не использовал тебя. Вначале ты показалась мне сильным, интересным соперником. И да, ты таковой и являешься. Но потом я стал узнавать больше. Твоя история — загадка, которую и ты сама не могла разгадать. И чем глубже я погружался, тем больше понимал тебя.       Он сделал шаг ближе, встал напротив неё. Её плечи дрогнули, но она не отступила.       — Ты думаешь, что всё вокруг — это игра? А для меня это стало чем-то большим. Ты интересна мне не как соперник, не как какое-то явление, не как перерождение демона, а как человек. Здесь, в этом месте, ты обрела человечность. Ты чувствуешь больше, чем за всю свою прежнюю жизнь. У тебя есть эмоции, свои мысли. Ты можешь быть личностью. Настоящей. Такой, какой захочешь сама.       — А что если я не хочу быть личностью? Если мне не нужна эта свобода? — её голос звучал тихо, но глухо.       — Тогда это тоже твой выбор, — ответил Изаёй, улыбаясь едва заметно. — Я не стану тебе мешать. Моё дело — лишь подтолкнуть тебя к действиям. А какой путь ты выберешь — злодея или героя — решать только тебе. И я приму любое твоё решение.       Дождь за окном стал утихать, оставив только тонкий шёпот капель, стекавших по стеклу. Комната наполнилась странной, почти осязаемой тишиной. Изаёй подошёл ближе и, взяв девушку за плечи, мягко развернул её к себе. Её лицо, обычно скрытое под маской безразличия, теперь напоминало маленького беспомощного котёнка, потерявшего дорогу.       — Правда примешь меня любой? — её голос дрогнул. — И всё, что ты сказал, это правда? Без игр, без твоих шуток?       Он смотрел ей прямо в глаза, без своей обычной ухмылки, без маски.       — Да. Всё правда, моя тучка среди ясного неба, — тихо ответил он и, наклонившись, едва коснулся губами её лба.       Хаос вздрогнула, её пальцы машинально сцепились.       — Прекрати, — прошептала она, но её голос не звучал угрожающе. Скорее, умоляюще.       — Что прекратить? — его взгляд не отрывался от её глаз.       Девушка отвела взгляд, перебирая пальцы.       — Прекрати называть меня… так… по-разному.       Изаёй улыбнулся шире. Он наклонился ближе, его голос стал почти шёпотом, но в нём звучала тёплая, задорная насмешка:       — Ой, ты что, смущаешься? Какая милая…       Он прошептал это у самого её уха, прежде чем крепче прижать её к себе. Хаос закрыла глаза, чувствуя, как в ней смешиваются раздражение, тепло и что-то ещё, неведомое, но пугающе-приятное.