Каждый день

— Доброе утро, — сказала вошедшая в палату Ирина Алексеевна. — Ну, как у Вас дела? — Отлично, — с улыбкой ответил Иван. — Надеюсь, будет еще лучше. Вы же меня выписывать пришли? — С надеждой спросил Хромов. Сидящая рядом Мария лишь усмехнулась и покачала головой. — Иван Николаевич, мы Вам надоели, так хочется сбежать отсюда? — добродушно посмеялась над коллегой Павлова. — Так хочется домой, — признался мужчина. — Да и, находиться тут мне в качестве врача привычнее. Я плохой пациент. — Последняя фраза вызвала у обеих женщину улыбку. Да, врачи, действительно, не самые лучшие пациенты. Во-первых, они не умеют болеть. Особенно такие, как Хромов. Во-вторых, пациенты они, в основном, несносные. Ирина Алексеевна отметила, что за все время Хромов ни разу не возмутился и ни разу не советовал что-либо, и в процесс лечения не вмешивался, но она прекрасно понимала, почему мужчина так рвется домой. Никому не хочется быть пациентом в своей же больнице. — Выпишу, конечно. Я ведь обещала, — она просмотрела записи в больничном листе. — Осмотрю Вас только, и выпишу. Я Вам обезболивающее выпишу, будете внутривенно колоть. Ну, это Мария Валерьевна сделает, я думаю. И в таблетках обезболивающее выпишу — оно вам точно пригодится. Волнения и стрессы Вам сейчас противопоказаны. Физические нагрузки следует исключить, на ближайший месяц. Лежим, отдыхаем, и… — Женщина хотела продолжить, но, посмотрев на Хромова, остановилась. — А зачем я Вам это рассказываю, стою? Вы сами все лучше меня знаете. — Привычка, наверное, — мужчина улыбнулся и пожал плечами. — Спасибо, Ирина Алексеевна, я понял все. — Я не сомневаюсь. И, его не забудьте, — Павлова указала на костыль, стоящий в углу, и перевела взгляд на мужчину. Хромов несколько враждебно посмотрел на предмет, и обреченно вздохнул. Костыль его, конечно, раздражал, но ходить с ним сейчас, действительно, проще. — Давайте, я Вас осмотрю, и поедете домой. — Поедем, но не домой, — после ответа мужчины, Хромова удивленно посмотрела на супруга. То же самое сделала и Павлова. — А куда мы поедем? — спросила Мария. — В СИЗО. — Ваня… — женщина забеспокоилась. — Маш, ну, что он там сидеть будет, а? Давай съездим в СИЗО, я подпишу все, что нужно, и забудем про это. Хорошо? — Забудем… — вздохнула Хромова. Нет, она точно не забудет, как чуть не выронила кружку из рук, когда Костя с Сашей рассказали ей, что произошло и сколько страшных мыслей пронеслось у неё в голове, пока они ехали в больницу. Но спорить с мужем Мария не хотела. — Хорошо. — Сдалась женщина. Мужчина благодарно кивнул. Одно из многих качеств, которое Иван ценил в супруге — понимание. — Осторожно только, — Павлова снова вступила в беседу. — И, Иван Николаевич, позвоните мне потом, пожалуйста. Позвоните? — Конечно. — Олег, мне Тамара вчера звонила. — И? Что говорила? — взволнованно спросил мужчина. — Ну, как что? Спрашивала, как у нас дела, приехать хочет, — Брагин грустно улыбнулся и посмотрел на потолок. С одной стороны, он очень хотел увидеть Томку, а с другой — он не хотел, чтобы она видела его нездоровым. — Скажи, что мы сами приедем. Когда-нибудь… — обреченно сказал Брагин. Нарочинская вздохнула. Она первый раз в жизни видит Олега таким потухшим. От прежнего Брагина не осталось и следа — ни издевок, ни улыбок, ни шуток, к которым она так привыкла. Марина понимала, что это может быть послеоперационная депрессия. А если это она, то его нужно срочно вытаскивать. — Слышишь, Брагин, — она заговорила так, как разговаривала с ним в самом начале их отношений — резко. — Хватит тоску нагонять. Мы поедем в Израиль, тебя там прооперируют, ты пройдешь курс реабилитации. — Если пройду… — А куда ты денешься? — в той же манере продолжила женщина. — Где мы деньги на это брать будем? — Господи, Брагин! — Марина сама начинала выходить из себя. — Машину продадим, кредит возьмем. Наши все скинулись! — Нарочинская осеклась, когда поймала на себе недовольный взгляд мужчины. Зря она это сказала. — Ты хочешь сказать, что все уже знают? — Брагин начинал злиться. — А что ты хотел? — она развела руками. — Ты с работы уволился. От тебя ни слуху, ни духу. — Ну да… — уже более спокойно сказал Олег. Он посмотрел на Марину, которая нервно крутила в руках телефон и ему стало стыдно, что он срывается на ней. На самом деле, он был благодарен коллегам, но больше всего он был благодарен самой Марине. За все: за то, что живет с ним, хотя она не один раз грозилась развестись, что всегда его поддерживает и даже не думает бросать. — Прости. — Тихо сказал Олег и виновато посмотрел на женщину. — Да ладно, — она махнула рукой. — Учти, Брагин, никуда ты от меня не денешься. Понял? — Она угрожающе на него посмотрела. — Будем жить долго и счастливо, и умрем в один день? — мужчина даже, казалось, заговорил в своей привычной манере. — Если будешь меня бесить — я убью тебя раньше! Понял? — Понял, ты убьешь меня раньше, — с усмешкой сказал он. Павлова вошла в свой кабинет и сразу же направилась в сторону дивана. Она легла на мягкий кожаный диван и прикрыла глаза. В последнее время Ирина все реже появлялась в своем кабинете. Из-за нехватки хирургов, она стала бывать в операционной гораздо чаще, чем обычно. А помимо операций нужно было еще успевать заниматься административной работой. Радовало женщину только то, что через полтора месяца у нее появятся два заведующих, каждый из которых будет заниматься своим отделением. Её размышления прервал телефонный звонок. Павлова достала телефон из кармана халата и, увидев, что звонит ей Иван Николаевич, быстро приняла вызов. — Да? — Ирина Алексеевна, — послышался спокойный голос мужчины. — Мы у следователя были, я все бумаги подписал. Васнецова сказала, что Толика завтра уже выпустят. Так что, все хорошо. — Дослушав коллегу до конца, Ирина облегченно выдохнула. — Я поняла, Иван Николаевич. Вы как? — Нормально, — ответил Хромов. — Ну, хорошо… Спасибо, что позвонили. Выздоравливайте, Иван Николаевич. Жду Вас на работе. — Спасибо, Ирина Алексеевна. До свидания. — До свидания, — она сбросила вызов и посмотрела на стол. Женщина удивилась — на столе стояла ваза, в которой находился букет красивых белых роз. Её любимых роз. Павлова протерла глаза и подошла к столу. Внимательно рассмотрев букет, она обнаружила в цветах записку. Ирина принялась читать содержимое. — Егорова, жду тебя сегодня у тебя дома, — она вслух прочитала текст и сразу же проверила наличие ключей в сумке. Как и предполагала женщина, ключей там не оказалось. Она еще раз внимательно посмотрела на записку. Подписи не было, но Ирина и так прекрасно знала автора сего послания. — Ну, Кривицкий, — она засунула записку обратно в цветы. — Ты напросился…