Константы и переменные

Земной волшебник Огрон.

      Окружающие и знакомые считали его странным — весь из себя такой загадочный, таинственный. Вечно хитрое выражение лица создавало впечатление, что он что-то задумал. Что-то такое знал, о чём лучше молчать, либо же в самый неподходящий момент воспользоваться и сказать, подстроив ситуацию под свой безоговорочный выигрыш.       На первый взгляд этот парень был из той категории, что ставят себя чуть выше остальных — да и на второй, и на третий тоже. Однако у Огрона имелась на то причина: рано проснувшаяся в нём магия побудила начать активно развиваться, как физически, так и интеллектуально. Ну и его окружение, по мере его развития, стало резко скатываться с умственной горки, отчего он остался практически один.       На родине Огрона не было специализированных колледжей и школ, поэтому он отправился сначала в Магикс, а потом и на Залтору.       А знакомство с Флорой произошло до абсурдного банально и просто — в автобусе. Фея природы как раз ехала подавать документы в Алфею. Невинное существо в легком плиссированном платье, с искусственным цветком в волосах. Смуглая кожа, легкая улыбка и яркие глаза. Огрону казалось, что она будто вся светилась изнутри. Взгляд было уже не отвести и он решил с ней познакомиться.       Впервые серьёзное лицо парня преобразилось. Казалось бы, что такого в простой фее с пацифистскими принципами и душевной простотой? Но для него она стала всем; точнее, она занимала второе место в его жизни — после усовершенствования своих магических способностей. Но так часто бывает: для мужчины его дело всегда будет на первом месте — так уж они устроены.       Они сразу же завели дружбу. Флору было довольно легко заинтересовать, ведь девочка оказалась дружелюбной и любознательной, а Огрон легко читал настроение человека и мог угадать, что тому нужно. Флоре, как оказалось, ничего и не надо было, кроме приятной компании, которая к тому же могла её научить заклинаниям вне учебного плана.       День за днем фея и маг гуляли в компании друг друга. Флора настаивала на прогулках на природе, Огрон не сопротивлялся и в результате они нашли укромное место у озера Рокалучче и решили отныне встречаться и проводить время там.       Маг поступил в Залтору, школу экстрасенсорных искусств, которая находилась на одноименной планете. Это учебное заведение было известно своими кристаллами, к которым привязывалась магия учеников и таким образом они превращались в источник энергии. Возможно, причина была в том, что Залтора располагалась на территории, подобной Диким Землям; однако ходили слухи, что в этой школе сдерживали потенциально опасных магов и с помощью кристаллов их магию направляли «нужное» русло. Огрон заметил с первым прибытием, что его сила будто бы иссушается.       — Это нарушает все права. Нашу магию практически блокируют, не давая развивать её. — Парень расхаживал из стороны в сторону, путаясь в длинной траве и изредка почесывая нос от назойливой пыльцы полевых трав.       — Страшно представить, что в этом мире магия может от чего-то зависеть. — Искренне удивилась Флора. Она же сидела на песчаном берегу озера, заплетая венок из ромашек и одуванчиков.       Девушка не знала, но она его спасала — одним своим присутствием и их тайным обменом заклинаний в лесу Магикса. Парень позволял ей всё: от глупых венков, на которые у него неизменно появлялась аллергия, до часовых лекций о травах, которые в жизни ему не пригодятся. Непринужденные беседы в кафе, прогулки по парку, легкие шутки. И Огрон сбился с толку: внезапная идея-фикс, привязанность к маленькой фее с Линфеи ударила его под самый дых. У него фактически отняли его суть, не позволили превзойти других. Но единственное, что осталось с ним — она. Он верил в то, что она его никогда не бросит, что все её время, внимание она отдаст ему и, быть может, в скором времени и себя саму.       Он желал находиться с ней рядом, пьянеть от запаха травяного шампуня, который она использует. Касаться её нежной кожи, грубо брать за талию, в конце концов нависнуть над ней и сделать то, чего она бы ни за что не позволила.       Ох если бы только маленькая фея знала секундные порывы своего друга, мгновенно переходящие от нежности до желания доминирования.

***

      Ландшафт представлял собой безграничную пустыню из серых горных цепей, пыли и камней. Рутина поглощала его день за днем, не давая и шанса вылезти из череды апатии и гнева. Огрон знал свой потенциал. Он знал, что способен на большее, что нельзя просто брать и ограничиваться скучной псионикой. Он хотел большего. Он хотел стать лучшей версией себя.       — Я знаю как получить то, чего ты так жаждешь. — вкрадчивый мужской голос застал парня врасплох в отдаленной части библиотеки своего колледжа. Он действовал усыпляюще, красноволосый даже не сразу уловил подвоха. Как студент Огрон знал, что телепатия доступна только опытным псионикам — а значит маг, что проник в его голову, не местный обитатель общежития, да и среди преподавательского состава не было никого с подобным баритоном.       Он невольно хмыкнул — это чертово захолустье даже обезопасить нормально не сумели.       — У задних ворот Адквистикса, завтра ровно в полдень. — Ощущения присутствия «лишнего» в голове парня исчезло.       Что же, назначенным днем была суббота, а в выходной день на улицах торгового города Магикса было несчетное количество волшебных существ, совершающих свои покупки. Умно было прятаться на виду. От этих мыслей уголки губ волшебника дрогнули вверх. Значит, он имеет дело не с глупцами.       В Адквистиксе Огрон часто гулял с Флорой, что противоречило натуре парня, так как тот дико не выносил толпы людей, да и шоппинг как таковой. Не по своей воле он запомнил расположения всех лавок с экзотическими цветами и редкими семенами, которые изредка покупала Флора и водила свою подругу Блум, чтобы та выбрала диковинный цветок своей матери в честь возвращения рыжеволосой домой. Очевидно, что его бесило само присутствие кого-либо помимо него самого рядом с феей природы, но он терпел, так как не хотел беспокоить Флору.       В назначенный же день Огрона встретили три знакомых лица: Анаган, Думан и Гантлос — его одногруппники. Парни эти были его земляками — маги с третьей планеты системы Солнца часто перебирались в Магикс, и сам он, разумеется, исключением не был. Перед ними же стоял совершенно незнакомый высокий человек с каштановыми волосами. Заметив подошедшего Огрона, в глазах незнакомца блеснуло нечто похожее на воодушевление.        — Обойдемся без траты времени на удивления и расспросы. Мое имя Иллидис и я предлагаю тебе сделку: вы с твоими товарищами будете делать то, что я скажу, а в обмен на это я освобожу вас от кристальной зависимости и дам огромную силу, с которой вы вправе будете распоряжаться, как вам только вздумается.       Мужчина предлагал сильно больше, чем они все реально смогли бы ему дать, но он был нетерпелив и ему явно была нужна их помощь. Но как парень мог согласиться на столь скользкое предложение? Без гарантий, да еще и выступать буквально рабом — а вдруг все окажется не так просто? Однако Иллидис знал о чем думает Огрон и стал серьёзней:       — На Репенте, в самой глубине жерла потухшего вулкана покоится артефакт. Он называется Черный круг. Вы молоды и явно не слышали ни разу о нем, но я был свидетелем его уничтожения феями. Как известно, в мире существует баланс — а значит, ни «доброе», ни «злое» не могут быть окончательно уничтожены.       — Постой, — перебил Огрон. — То есть этот круг — артефакт темной магии?       — Именно. Тебя это беспокоит? — Иллидис хитро улыбнулся. Огрон знал, что темная магия более раскрепощенная и не следует никаким правилам, в отличии от светлой. Это значило, что если Черный круг существует и ему удастся его подчинить и завладеть силой, то магу даже не придется учиться в захолустном колледже. Он станет всемогущим. Он станет независимым.       — Я согласен. А вы, ребята?

***

      Земной маг начал пропадать. Флора поначалу не беспокоилась — его отлучки и нелюдимость часто списывались девушкой на темперамент волшебников с Земли, хотя пример компанейской Блум опровергал эту ее теорию — но когда Огрон стал проводить с ней гораздо меньше времени, так еще и появлялся изможденным, то её интуиция от шепота до крика в голове твердила ей: «Что-то не так! Неправильно!»       Допытывать его расспросами было бесполезно, поскольку фея его достаточно изучила — этот парень упрям до кончиков ногтей, ничего не выйдет, пока сам не захочет рассказать. Хотя, по правде сказать, без его компании ей не было одиноко. Появилось даже больше свободного времени, чтобы провести его с Палладумом. Но, как-никак, это был ее друг и она ни за что себе не простила бы, если бы с ним что-то случилось.       — Ну, не стоит так волноваться, он же студент-старшекурсник — вдруг у него экзамены? — Рассуждал сидя в кресле эльф.       — Не знаю, он бы мне точно сказал. Наверное… Все равно чувствую что-то неладное. — Она сидела на полу и смотрела глубоко, в самую душу своими взволнованными глазами. Неприятное давящее ощущение в животе действовало на нервы, и ко всему прочему еще и голова разболелась. Палладиум тоже спустился к своей любимой на пол и нежно-нежно обнял ее за плечи. Он здесь. Это всё, что ей нужно. Они справятся, если что-то произойдет.