Самая длинная перемена

Четверг подкрался как-то незаметно. Я не совсем поняла, конечно, как это произошло, но пребывала в полном шоке все его утро. Неделя выдалась слишком нагруженной и местами до чертиков паршивой, поэтому, наверное, время пролетало мимо меня (лучше сказать, оно протаптывалось по мне как слон, судя по непомерной усталости и постоянной головной боли). Сначала Марго на выходных вытащила меня в какой-то паб с друзьями, пытаясь то ли поднять мне настроение, то ли им просто было скучно пить впятером. Я не очень помню, как вернулась домой, но мне повезло на выходной в понедельник, потому что проснулась не раньше семи часов вечера. Потом, во вторник, мой класс совместными усилиями сорвал урок ИЗО и после «задорного» насилования мозгов на директорском ковре и осуждения моей некомпетенции в работе с детьми, я, в расстроенных чувствах, провела вечер за обниманием постоянно вырывающегося кота и сопливыми мелодрамами в тысячу и одну серию с изменами, страстными ссорами и слезливыми извинениями. В среду было общешкольное мероприятие «Конкурс чтецов», на котором мне и Марго пришлось побывать в ряду судей. Из-за слишком долгого голосования, я выползла из душного зала буквально на плечах подруги, с которой мы ещё долго отпаивались чаем в столовой и обсуждали то, что больше ни на какие конкурсы мы не пойдем в судейском составе. Вернемся к четвергу. Этот день оказался не так плох, как остальные. Дети были отпущены после четвертого урока, и я до шести часов была предоставлена сама себе. Поэтому, накинув теплое длинное пальто цвета мокрого асфальта, я схватила пачку сигарет со стола, выцепила из кабинета Марго и уволокла за собой в курилку, под завидующий взгляд охранника. - Сегодня беседа с одним из родителей. Точнее сказать, с одной, - сипло выдавила я, выдыхая чуть прозрачный клуб дыма. - Боишься? – спросила Марго, потупляя взгляд на кусты дикой розы с осенне-ржавыми листьями. - Ещё бы. Она… как бы это сказать… судя по всему, достаточно аристократичный человек. - М? - Богатая она. Не ударить бы в грязь лицом перед ней. А то, всё-таки, ещё шесть лет с ней чуть ли не бок о бок существовать. - Не заморачивайся так. – Рита отмахнулась, выкидывая бычок в урну, и натянула рукава свитера, вытягивая те из-под куртки, по самые кончики пальцев. – Чем больше будешь прокручивать заученные фразы в голове, тем больше будешь волноваться и тупить в разговоре. Будь открытой. Это, знаешь, как с соба… - Ты уже говорила. - Оу, да, точно. – Она хмыкнула, почесывая висок. – Ну вот. Уже хорошо, что помнишь. Вцепившись в мои щеки кончиками пальцев, она растянула их в стороны и немного ими потрясла, больно тиская. - Главное у-лы-бай-ся. Так ты выглядишь куда менее агрессивной. - Да ну тебя. – Я смахнула её руки с лица, а она лишь визгливо хохотнула, закидывая голову. Оставшуюся часть времени я провела за заполнением документации и, изредка, просматриванием одних и тех же новостей, устало откинувшись на спинку мягкого кресла и укутавшись в теплый шарф. Когда время шагнуло прилично за пять часов, я начала неспешно копаться в тетрадях, выуживая из них все с именем Максима из своего класса. Потом я их зачем-то начала группировать: то по цветам, то по предметам, то по почерку, то по числам, бессчетное количество раз перелистывая одну за другой и морщась от рябящих в глазах двоек и троек с минусом на половину красного поля. Оторвалась я от этого занятия лишь тогда, когда будильник громко запищал, на часах было без пяти шесть, и отключив его чуть подрагивающими руками, подошла к зеркалу, поправляя слегка растрепавшиеся кудри и уголки губ с скатавшейся в них помадой. Ровно в этот момент в дверь тихо постучали. Я испуганно отпрянула от зеркала, а сердце туго забилось под горлом. - Да, да, входите. – Одернув края пиджака, я подошла к столу, чуть опершись кончиками пальцев на его поверхность. Дверь аккуратно приоткрылась и за порогом стояла Дарья, добродушно улыбаясь, хотя её глаза выражали неподдельную усталость. - Здравствуйте, Александра Олеговна. - Здравствуйте. – Я коротко кивнула и улыбнулась в ответ, жестом предлагая присесть на парту перед собой. – Очень рада, что вы пришли. Уголки её губ растянулись чуть шире, и она неспешно вошла, садясь на положенное место. - Что ж, вы не первая, кто жалуется на воспитание Максима. - В начальной школе тоже были проблемы? – я старалась говорить тихо и мягко, боясь спугнуть или разозлить. - И в начальной школе, и в секциях. Везде. – Она тоскливо выдохнула, пряча взгляд в своих бледных ладонях с сетью выступающих сосудов на запястьях. - Не думаете, от чего это могло возникнуть? - Вариант безусловно есть… это наиболее… вероятный вариант, в общем-то. Но такими громкими словами не стоит разбрасываться заранее. – Раздражаясь из-за своих собственных пауз, она мялась и бросала взгляд от пальца к пальцу, принявшись перебирать теми по тыльной стороне ладони. - Конечно, это весьма непедагогично с моей стороны лезть в проблемы родителей без их позволения, но позвольте сказать, что сейчас на кону успеваемость вашего ребенка и позвольте… - Понимаю, не продолжайте. – Отсекая половину моей реплики, она потерла переносицу. – Думаю, это из-за грозящего развода с супруго… супругом. – Продолжила, одернув себя на полуслове. - Весьма вероятно, - неохотно подметила я, незаметно вильнув головой. – Дети в этом возрасте все принимают на свой счет. Дарья лишь усмехнулась. - Он, похоже, исключение. Потому что принимает не на свой, а на мой счет. - То есть? - С ним не справляются не только педагоги, но и, к сожалению, я. Потому что, по его мнению, я виной всему, что происходит вокруг него. Я тактично промолчала. Не найдя, что ответить. Комментарии тут явно излишни. - Как думаете, есть шанс с ним поработать? – это был первый и последний раз, когда я за этот вечер встретилась с ней взглядом. Тяжелый взгляд золотисто-карих глаз с холодным медным отблеском в зрачках. Я смутилась и глянула на тетради. – Или всё совсем безнадежно? - Безусловно нет. Просто к каждому ребенку должен быть… свой индивидуальный подход. – Кажется, её эта фраза не только не обнадежила, но ещё больше загнала в угол. – Но… но ваш мальчик, несмотря на все предубеждения, очень способен. Он активно стремится проявлять себя в конкурсных программах и внеклассных мероприятиях. С другими он ладит куда больше остальных. - А драки? Я помню, не так давно он пришел побитый. – Недоверчиво ответила она. - Уверяю вас, на следующий день я их видела за одной партой списывающих друг у друга и заботливо делящихся яблоками на перемене, - я мягко улыбнулась, скидывая волосы на плечи. – У меня есть к вам предложение. Дарья заинтересованно вскинула бровями. - Я понимаю, каждый из нас весьма и весьма занятой человек, но постарайтесь находить для него каждый вечер по десять-двадцать минут непринужденного общения. - Но… - Подождите, - осторожно поправила я, продолжая. – Я же, со своей стороны, вместе с психологом, проведу с ним ряд бесед, а также, с вашего позволения, могу помогать ему с уроками, чтобы домашнее задание было сделано хотя бы наполовину. Она расплылась в благодарной улыбке, слегка наклонив корпус вперед. - Большое спасибо за вашу ответственность перед детьми. Особенно, такими проблемными. Я была смущена. Или польщена. Или всё вместе. Во всяком случае, даже не разобравшись со своими чувствами, я искренне улыбнулась в ответ, протягивая ей стопку разношерстных тетрадей в тонких обложках. - Я буду на телефоне 24/7, в любое удобное для вас время. Если возникнут какие-то вопросы, обращайтесь. Мой номер у вас сохранен? - Да, конечно, - она едва заметно кивнула, аккуратно кладя тетради поверх молнии на сумке. – Ещё раз большое вам спасибо. - Пока о благодарностях рано заговаривать, - я поспешно отмахнулась, отодвигая стул и неспешно вставая. – Буду рада видеть вас снова с хорошими вестями. Дарья поднялась вместе со мной, поправив манжеты рукавов и дернув за пуговицы на воротнике. - До свидания. И хорошего вам вечера. – Блеск надежды в её глазах чуть затмил усталость, растворяясь в их медно-медовом оттенке. Она накинула пальто, подняв его ворот, забрала сумку, попрощалась ещё и как-то незаметно исчезла из кабинета. Едва дверь захлопнулась, как я сладко потянулась, смахнула с ног туфли, которые, звонко звякнув каблуками по батарее, откатились к стене, и закружилась в каком-то сногсшибательном дерганном танце, выражающем победу над самой собой вперемешку с гордостью. - О! Ты в отличном настроении! Уррааааа! – визгливый тон, послышавшийся за спиной, знатно меня испугал, из-за чего я, вскрикнув, отставила ногу вне «круга равновесия» и со стоном раненого кита завалилась на пол, оглядываясь на дверь. – Марго!!! Она засмеялась так, что долгих две минуты не могла толком набрать в легкие воздух, от чего сидела прямо на пороге, согнувшись в пенек и обхватив колени вместе с грудной клеткой. Я уже и не помню, в какой момент начала задорно хохотать вместе с ней, нещадно колотя ладонью по паркету между усиленными попытками успокоиться.