Сделка

ты же знаешь: я всегда исчезаю внезапно. так и не привыкла?

В душе разливается такое приятное тепло от осознания того, что тот, кому столько всего ещё не сказано, стоит рядом. Приятная мелодия ласкает слух, и куча пар кружатся в медленном танце. Мегатрон либо не хочет, либо не умеет (что маловероятно) танцевать, слегка раскачиваясь в такт. — Закрой глаза. — эта просьба звучит тихо, еле долетая до Мико. На небе давно россыпь из нескольких миллиардов звёздочек таких же далёких, как и сам маг. Его не понять: волшебник внезапно исчезает, появляясь в самый неожиданный момент и ничего не объясняя. Что творится в голове этого мужчины? Музыка растворяется в тишине так внезапно, что девушка от удивления распахивает глаза. Они дома. На кухне. — Как так вышло? Магия? — она недоверчиво щурится, отстраняется и оглядывается, пытаясь понять, взаправду ли это. И Мегатрон никогда не расскажет ей, что смеялся не потому, что ему было очень весело от вида ее восторженного личика, а потому что чувствовал себя бесконечно счастливым в этом прогнившем мире. Маг совершал много ошибок, и, пожалуй, Мико — его самая фатальная ошибка. — Ты на меня злишься? — Мегатрон научился читать людей. Это просто, если знаешь куда смотреть. Она распрямила свои худенькие плечи, и, черт возьми, этот жест сказал ему больше, чем любые пылкие слова. Ну как так можно? — Не смей меня бросать, слышишь! — Мико хмурится, топает ножкой, показывая все свое негодование, и ждёт от него реакции. А Мегатрон бы с радостью сказал ей всю правду, но это последний раз, когда он врёт. — Конечно. На кухне становится невыносимо жарко, и маг открывает форточку, пропуская холодный осенний воздух в дом. За окном совсем темно, даже старый фонарь не горит, утопая в белесом тумане, что стелется по мягкой траве. Мико делает потрясающий черный чай с запахом мяты и лесных ягод. Если честно, Мегатрон не помнит, как выглядит земляника. Такие мелочи со временем перестают иметь значение, утопая в воспоминаниях, теряясь. — Тебе говорили, что у тебя потрясающие глаза? — Накадаи долго всматривается в его лицо, прежде чем сказать это. — Мне говорили, что я монстр, вышедший из глубин ада, но это не мешает тебе любоваться моими глазами, верно? — Мегатрон замечает все: и как на щеках ее выступил розовый румянец, и как пыталась она скрыть счастливую улыбку, и как быстро отвела глаза. Телефон, сиротливо лежавший на подоконнике, сейчас трезвонил на весь дом. На часах уже давно около двух. — Кто там? — задаёт вопрос девочка, когда короткий разговор мага и неизвестного закончился. — Магнус, просит прийти. — волшебник виновато улыбается, накидывает куртку и выходит на улицу. Лицо обдувает северный холодный ветер, разнося по дороге пыль и бычки. Это будет самый долгий день в жизни Мегатрона.

***

Старскрим вваливается в дом к Магнусу где-то во втором часу ночи — по приглашению разумеется! Триона в радиусе квартиры не видно. У директора в комнате некомфортно: окна задернутые занавесками, но даже так наглый свет от фонаря пробивается, освещая пол; на столе нет ни пылинки, а на полках стоят исторические книги. Если бы не мятый плед на диване и кружка кофе на подлокотнике, то Старскрим с уверенностью заявил бы, что здесь никто не живёт. — Каков план? — архангел вымотан насыщенным событиями днем, оттого не спешит говорить, поднося к обветренным губам горячий напиток. — Заманить Праймуса в рай, где никто не пострадает. — слова даются тяжело, когда в голове столько мыслей и ни одной нужной. — А мы? — Старскрим всегда осторожен. — Магнус, ты уверен, что с тобой все будет нормально… и я не про битву. — Старскрим, в этой битве мы априори проигравшие, но шанс есть у Мег. Я собираюсь ждать помощь от него. — Ждать помощь от того, кто вырвал тебе крылья?! — ангел понимает, что это было слишком громко, и добавляет чуть тише. — Сумасшедший. — Не осуждай меня, — Магнус качает головой, делает глоток и замирает. Ему бы час выходных, чтобы выдохнуть и снова в бой. — Твое дело простое. — Я помню. — ангел недовольно бурчит, отлипая от стены и подходя к двери. Сегодня все решится. Сегодня его последний шанс оправдать себя, доказать, что он тоже сын Бога. Ангел выходит на улицу, когда в соседних домах погасли окна и когда соседская кошка, грозно шипит на собственную тень. Мужчина идёт на встречу с Праймусом, который ждёт его у врат с воскрешенным (какой ужас!) Оптимусом Праймом. В переулке, где его встречает Гримм, темно и сыро, а ещё крысы ползают. Мерзость. Праймус крепко удерживает за локоть брыкающуюся девочку, в которой Старскрим без труда узнает Мико. — Зачем она здесь? — ангел старается не выдать всего волнения. Ноги подкашиваются, а в горле ком из паники, страха и ненависти. Играть надо до конца. Какого конца — непонятно. — Для ее же безопасности. Честно признаюсь, Мегатрон плохо следит за своей игрушкой. — пожимает плечами этот «святой» гад. — Ты лучше глянь на мое творение! И правда. Оптимус Прайм представлял собой жуткое зрелище: скелет, обтянутый гниющей кожей, пустые глазницы, из которых свисали ошмётки паутины, и в костлявой руке огромный меч, искрившийся голубым светом. Лишь подобие светлых волос на почти лысом черепе напоминали Старскриму о том, кто перед ним. — Я сделал все, что ты просил, — он скривился, ещё раз глянув на усопшего. — Путь в рай открыт, нас ждут.

***

Трион, честно признаться, не знает, что он делает в Раю в столь поздний час, когда грешники уже повылезали. Ангел смеётся, перелистывая книгу. Кажется, Библия. Люди такие простые, такие наивные и глупые! — У них все просто: грешники в аду горят, а святые — на небесах. — обращается ангел к очередной гниющей душе, и воздух, как солнце, сгорает у него на глазах. До тла, искрясь и шипя. В Раю всегда как в печи. В легких остается пепел, заставляя задыхаться в немыслимом кашле. Если бы всё было так, как пишут, то всем была бы заказана дорога к дьяволу, но почему-то они здесь. У Альфа Триона и язык не повернется ангелов святыми обозвать, потому что у них даже бога больше нет. А как можно верить тем, кто утратил главный моральный ориентир? Ангел очень хорошо ощущает присутствие ещё одной души, более чем живой и рвущейся вниз, к людям, а также — ангелов и ещё что-то темное. «Воскрес!» — догадка поражает его, заставляя отбросить священную книгу подальше и встретить новоприбывших. У Старскрима взгляд неживой, стеклянный. Ангел подходит чуть ближе к профессору, хитро щурясь и материализуя белоснежные крылья. — Доброго утра! — командующий весел, впрочем, как и всегда, когда надо. Рядом идёт сумасшедший, осквернивший весь род ангельский, Праймус, в руках у которого теперь нет четок. Гримм семенит следом, волоча за собой сопротивляющуюся Мико. «Как здесь оказался человек? Очередные фокусы Праймуса.» — делает неутешительный вывод профессор. Девушка со страхом смотрит на голую сухую землю и не может понять, как так все обернулось. Лицо Праймуса меняется, когда из тумана, окутавшего горизонт, выходит Магнус и Мегатрон. Не сказать, что у них был план, но маг точно знал, что делать. Ультра Магнус вздрагивает, когда взгляд его, доселе блуждающий по безжизненной земле, натыкается на восставшего главнокомандующего. Осквернил святого. Праймуса не понять никогда. Неожиданно Гримм, стоящий рядом с ангелом и держащий Накадаи, болезненно вскрикивает, отпуская девочку и падая замертво. У Старскрима на счету больше тысячи душ, он думает, что эту смерть Бог ему простит. — Обмануть того, кто так тщеславен и уверен в себе, оказалось слишком просто. Праймус, я разочарован. — Старскрим смотрит на него сверху вниз, стараясь придать себе максимально скучающий вид, и вонзает в живот нож. Мико со всех ног несётся к директору и магу. — Черт! — рычит сквозь стиснутые от боли зубы бывший командир, отдавая команду мертвецу. Мегатрон не думал, что судьба вновь сведёт их в Раю, заставив усомниться в правильности всех поступков. Сражаться со скелетом, который, на удивление, атаковал быстро и сильно, было муторно. — Боюсь, и здесь ты не угадал. — тяжело вздыхает ангел, расправляя крылья. Белые перья падают под ноги и на лицо Праймусу, заставляя того морщиться и чихать. Старскрим рождён на небесах, у него два белоснежных крыла… два сломанных у основания тяжёлых груза, испачканных в саже и крови. Он ангел, который пришел за всепрощением к богу. Магнус блокирует очередной удар, кривится, но стойко держится. Старые травмы дают о себе знать. Мико прижалась к Триону, который наблюдал за открывшейся картиной слишком отстраненно. — Он собрался читать запретное заклинание? — Старскрим с каким-то еле уловимым азартом наблюдает, как маг читает заклинание, присев рядом со смертельно раненным врагом. — Да, — Мико все это слышит и сразу понимает, к чему это может привести, но профессор держит крепко. — Мы тут бессильны. — рука мага загорается зелёным. — Я заберу тебя с собой в могилу! — откашливается ангел, хватаясь за рубашку мага и пачкая ее в своей черной крови. — Не сомневаюсь. — один щелчок, и Праймус растворяется в воздухе белой пылью, а за ним и скелет давнего врага. В Раю больше не будет солнца, и Магнус это знает. С ними чуда не произойдет. Здесь все погибло ещё пятьсот лет тому назад. Мегатрон с благодарностью смотрит на директора, во взгляде которого читается прощение. Мико подлетает, обеспокоенно хватая мужчину за рукав. — Прошу, леди, не печалься обо мне. — он целует ее в лоб, едва касаясь губами кожи — Я — сгнившее от собственных чувств прошлое, которому не суждено выжить в этом мире. — стирает с щек горячие слезы и целует ее так нежно и аккуратно, вкладывая в это касание губ всю любовь, на какую только был способен. — Прошу не надо. — Мико почти задыхается, хватаясь за мага, как за спасательный круг, всхлипывает и не может больше сказать ничего. Его длинные пальцы переплетаются с ее холодными, согревая в последний раз. Вы когда-нибудь видели, как люди превращаются в пепел, и как их разносит небесный ветер, смешивая с другим пеплом? Нет? А Мико видит это, оседая на сухую землю, хватая руками все то, что осталось от мага. Магнус, Трион и Старскрим отходят в сторону (им же все равно). У Накадаи самая настоящая истерика с дрожащими руками, горячими слезами и разбитой душой. — Мико, мне жаль, — Трион от досады закусывает губу, касаясь лба девочки своей холодной рукой, — ты больше не вспомнишь ничего. — Про подружку ее не забудь. — тактично упоминает об Арси Старскрим, чтобы потом пропасть из виду. Он отправится снова путешествовать, пока в Симфуре вновь не произойдет событие.

***

— Арси, это все сказки! — девушка с крашенными волосами сидит на лавочке в парке, слушая россказни подруги о магах и ангелах. — Опять ты мне не веришь! Мико, с тобой невозможно разговаривать. — Арси смеётся, по-дружески толкая ее в плечо. — Пошли, а то Магнус нас убьет за опоздание. Сегодня день солнечный, пестрые листья слетают с деревьев, обнажая уродливые голые ветки. В Симфуре жарко для конца октября. Для месяца, когда прошлое осталось в прошлом и когда два ангела академии продолжают писать свою собственную историю.