Гадалка.

«Они боялись, тщеславились, радовались, негодовали, рассуждали, полагая, что они знают то, что они делают, и что делают для себя, а все были непроизвольными орудиями истории и производили скрытую от них, но понятную для нас работу. Такова неизменная судьба всех практических деятелей, и тем не свободнее, чем выше они стоят в людской иерархии». «Провидение заставляло всех этих людей, стремясь к достижению своих личных целей, содействовать исполнению одного огромного результата, о котором ни один человек… не имел ни малейшего чаяния». Л.Н. Толстой «Война и мир».

1.

- Туз пик, - мой тихий вздох. – Вот почему не люблю гадать на будущее. Ненавижу предрекать плохое. Но тут, к счастью, всё не так страшно. Видишь, здесь ещё трефы и бубны, это значит, что смерть твоему дедушке угрожает только в том случае, если он не будет беречься. Правда, заболеть он может, и серьёзно. Зато могу порадовать: у него совсем скоро будет материальное прибавление. Последние слова вырвались помимо воли. Так бывает каждый раз, когда я раскладываю карты. Я не умею гадать, о чём говорю прямо, честно и открыто. Но стоит мне взять в руки эти небольшие пластинки плотной бумаги, как пасьянс возникает в голове сам собой, а вскрывая карты и глядя на них, я говорю лишь то, что приходит мне в голову – и всегда угадываю. - То есть, всё будет хорошо? – почти не дыша, спрашивает моя лучшая подруга Лиля. - Да, насколько это возможно, - киваю и с улыбкой облегчения собираю карты. – Что-то ещё? - На самом деле…, - протягивает она. Хм, судя по её тону, речь пойдёт о чём-то личном. - Девочки, пойдёмте спать, - шипит сидящая рядом Алла, наша соседка по комнате. – Подъём в семь под ваш любимый «Юмор-фм». Переглядываюсь с подругой. За неделю в санатории мы так и не смогли привыкнуть к ежедневному пробуждению под попсу, льющуюся из колонки в коридоре, а не под наш любимый рок. - Ты иди, заодно положи рунескрипт под подушку, пусть заряжается твоей энергией, - да, видимо, вопрос Лили личный настолько, что она готова выпроводить Аллу с балкона, пользуясь своей репутацией знатока рун и только что сделанным для соседки рунескриптом на любовь. И тут под балконом замяукал котёнок. Так тонко и жалобно. Наверное, он потерялся и не может найти свою маму. Бедненький, надо как-то позвать его, утешить. Не могу слышать, когда кошки так мяукают. Сразу хочется прижать к себе и заласкать до мурлыканья. - Ну, тише, тише, маленький, - шепчу в ночь. – Не плачь, не мяукай так жалобно. Что это? Никогда раньше не чувствовала. Внутри, от гортани до желудка словно вырос ледяной столб. Пищевод заледенел? Не похоже. Нет. Я ни за что не позову этого котёнка. Лучше умру, чем скажу: «Кис-кис». - Девочки, - не узнаю свой осипший голос. – Вы слышите котёнка? - Ну, да, - на меня глядят четыре удивлённых глаза. - Не зовите его. Ни за что. - Нина, что случилось? - Лиля знает меня, как никто. И понимает, что я не шучу. Но Алла смотрит скептически. - Ничего. Просто не зовите. - Да что такое? – не выдерживают девочки. Сказать им, что я чувствую и прослыть сумасшедшей? Или обратить всё в шутку? Лучше второе. Но что, если кто-то из них решит ради прикола позвать котёнка? Нет! Пусть уж считают меня спятившей. - Это может быть нечисть. Резко выдыхаю. Ну, всё, можете смеяться. Но они молчат. Почему? - Мяу! Вздрагиваю. Громкое мяуканье слышится с ветки соседнего дерева. Оно довольно близко к балкону, а у нас ночи ясные. И никакого кота на ветках нет. У меня галлюцинации? - Мяу! Теперь с другого дерева и ближе к его верхушке. То есть, выше уровня второго этажа. Ни один кот не может за две секунды абсолютно бесшумно перемахнуть на соседнее дерево и вскарабкаться почти до вершины. - Мяу! Чуть не подпрыгиваю. Мяуканье раздаётся за моей спиной, как будто котёнок – на соседнем балконе и сейчас пролезет между перегородкой и решёткой к нам. Оборачиваюсь к девочкам. Не знаю, что на моём лице, но, видимо, оно напугало Лилю. - Мяу! Настал черёд моей подруги подпрыгнуть и оглянуться. Теперь котёнок мяукал из-за её спины, с другого соседнего балкона. Как по команде мы обе смотрим на побледневшую Аллу. Да уж, судя по её виду, больше смеяться над магией и теми, кто в неё верит, она не будет. - Мяу! Сердце подпрыгнуло и заколотилось так, что я почувствовала его удары всеми жилами на шее. И мне сейчас очень захотелось взлететь за две секунды на соседнее дерево. Потому что мяуканье донеслось из нашей комнаты. Казалось, что котёнок стоит перед дверью на балкон и сейчас выйдет к нам. И почему-то он не был сейчас для меня котёнком. Он представлялся чем-то высоким, грузным и лишь отдалённо напоминающим человека. Девочки стали медленно отползать от двери в комнату. Значит, я не одна это слышу. Уже радует. Следующее «мяу» донеслось снова снизу. Мы, не сговариваясь, выдохнули. И слова не нужны. Да и какие слова! Я боялась даже двинуться. Они тоже. Котёночек совершил ещё два «круга почёта», а мы так и сидели, стараясь даже не дышать. Двигалось лишь пламя трёх свечей-«таблеток», которые я зажгла перед гаданием и созданием рунескрипта, а Лиля ещё и подвинула одну, да так, что возникло ощущение, что получившийся треугольник правильный, хотя его можно было назвать только произвольным. - Ну, так и что ты хотела узнать? – интересуюсь, наконец, я, поигрывая картами, зажатыми в руках. Гадать не хочется, страшно даже шевелиться, но я же гадалка! Я верю в магию, я столько раз с ней сталкивалась, даже прогнозировала её с помощью карт. Мы с моей московской подругой даже спиритический сеанс проводили! Разве я могу показать, что мне страшно? Да, окна сами по себе вылетали не в моей комнате. Да, призраки не пытались поглотить мою душу. И да, после гадания на зеркале моё отражение не пыталось меня убить, но всё равно, это была магия! И я – опытна. Я – бесстрашна. Я – маг. Конечно, будь на мне мой крестик, я чувствовала бы себя увереннее. Но он слетел с цепочки за день до санатория, и теперь у ювелира, который должен спаять разорванное колечко. А я ещё и пентаграмму свою не надела…. Ну, да ладно. Я же маг, я прорвусь. И поэтому я невесело усмехаюсь, глядя на удивлённых моим предложением девчонок. - Давай завтра? – опасливо предлагает Лиля и уточняет. – Днём. Алла реагирует менее дипломатично. - К чёрту! Я сваливаю. - Тиш-ш-ш-ше! – моё шипение тонет в оре котёнка. Котёнка? Нет. Теперь существо орёт, как огромный мартовский котяра. И с каждым «мяу» - с нового места. Орёт почти беспрерывно, отчего кажется, что он со скоростью звука перемещается по маршруту «земля – дерево – второе дерево – один соседский балкон – другой соседский балкон – наша комната». - При нечисти нельзя материться! Тем более, чертыхаться! Придумала я этот закон ещё в позапрошлом году, тоже в санатории, на экскурсии по кладбищу, когда мне не понравилось, что ребята во весь голос матерятся от восхищения. И, по всей видимости, как обычно, угадала. Абсолютно белая Алла скрывается в комнате. - Пойдём? - Лиля уже собрала руны и находилась почти что в положении низкого старта. Я пожала плечами и, задув свечи, зашла в комнату. Всем нам, мягко говоря, было не по себе. - Спокойно, у меня есть святая вода, - как же хорошо, что я беру с собой в любую поездку эту маленькую зелёную бутылочку. Девчонки кинулись к бутылке, будто к источнику спасения. И «источник» не подвёл. Как только последняя из нас глотнула воды и умыла лицо, вопли кота как отрезало. Корпус купался в восхитительной ночной тишине. Впрочем, выйти на балкон и посмотреть, действительно ли наш гость ушёл, никто не решился. «А что, если это – не конец? – думала я, засыпая. – Сегодня я столкнулась с настоящей магией! А вдруг это только первый этап? Как бы мне этого хотелось…». Да, сколько себя помню, я мечтала обрести магическую силу и поучаствовать в удивительных приключениях. И спасти мир – никак не меньше. И если долго-долго чего-то отчаянно желать, оно сбудется. На это и была вся моя надежда.