Мое слепое счастье

— И не проси, Дик…Почему я опять должен врать твоим родителям? Неужели нельзя перенести свидание на другой день? — Ну, Сеймур, ну пожалуйста. Может, это мой последний шанс? – Дик только на коленях передо мной не стоял, упрашивая прикрыть его перед родителями. Сам он собирался на свидание с очередным любовником, чего его консервативно настроенные отец и мать никак не могли одобрить, полагая, что в его возрасте Дик должен смотреть на девочек. Дик этого мнения не разделял, являясь убежденным геем и не скрывая этого. За те полгода, что я его знал, мой друг сменил около десятка любовников, не задерживаясь с каждым больше месяца. Сам он говорил, что ищет «своего единственного». И каждый раз Дик был уверен, что это ОН, человек, с которым стоит связать судьбу. Правда, вскоре приходил плакаться и говорил, что жестоко ошибся и впредь будет внимательнее. Но быстро забывал об этом, видя очередную смазливую физиономию. — У тебя каждый раз – последний шанс. Когда ты уже угомонишься? — Не знаю, – пожал плечами Дик, хлопая ресницами. – Но я должен понять. Вдруг и это не ОН? Ко мне Дик относился исключительно как к другу, чему я не был удивлен по двум причинам. Первая – Майерс предпочитал мужчин постарше, причем обязательно высоких зелено— или кареглазых брюнетов, типа так называемых «мачо». Я не подходил под это описание категорически. Светлые, почти белые волосы, глаза-хамелеоны (сестра говорила, что они голубые, в классе были уверены, что у меня серый цвет глаз, а некоторые знакомые вообще говорили, что мои глаза зеленые) глядят на мир сквозь стекла очков, дужки которых держатся на одном честном слове. Роста я небольшого, можно сказать маленького, нескладный как двенадцатилетний подросток. И это в семнадцать лет!!! Из-за этого меня никто не воспринимал всерьез. Вторая причина была более серьезной, хоть это и не мешало нам общаться. Не то, чтобы я был гомофобом, но не любил, когда парни пристают лично ко мне. На это были причины, но я предпочитал о них не распространяться, просто держась отстраненно от одноклассников. Учитывая, что в нашем классе (да и в школе) учились только парни, это было сложно. Моя детская внешность делала меня главным объектом домогательств не только одноклассников, но и ребят старших классов. И возможно, я бы уже стал чьей-нибудь игрушкой, если бы не Дик. Что он сказал им, я не знал, но после этого меня не трогали. — А почему бы тебе не попросить Майка прикрыть тебя? – спросил я, цепляясь за последнюю ниточку. Майк Кларенс был нашим одноклассником и другом детства Дика. Говорили даже, что они одно время встречались, но и тот, и другой об этом помалкивали. Лично я в это не очень верил, потому что Майкл не подходил под вкусовые предпочтения Дика: высокий, стройный, светло-русые волосы, глаза необычного цвета – синие со странным сиреневым оттенком. Да и «мачо» назвать его было сложно – скорее «идол». Парни с такой внешностью обычно пользуются успехом среди девчонок. — Майк сегодня уезжает на выходные за город и его не будет два дня…, – сказал Дик. – А кроме тебя мне больше не к кому обратиться… Пожалуйста… Это в последний раз… А потом…Я могу представить тебя Майклу. Мне кажется, вы подружитесь. Я лишь хмыкнул. Подружиться с Майклом Кларенсом просто нереально. Нет, он не ставил себя выше других, не был зазнайкой и нарциссом. Но он был слишком замкнутым и всегда держался особняком. Кроме Дика, никто не мог найти с ним общий язык. Но меня этот парень заинтересовал сразу же, как только я пришел в эту школу. Холодный и держащийся отстраненно от остальных, он не был похож на остальных школьников. К тому же он был единственным, кто никогда не пытался приставать ко мне. Хотя иногда, сидя на уроке, я чувствовал спиной его взгляд. — Хорошо, Дик… Я согласен… Дик запрыгал на месте и радостно захлопал в ладоши. — Спасибо, Сеймур… я знал, что ты согласишься… — Только учти… в последний раз. Энджи это не нравится… каждый раз врать твоим родителям, что ты у нас… Куда хоть на этот раз едете? — На море, – расплылся в счастливой улыбке Дик. – Чарли первый, с кем я еду на море… Он обещал мне такое же море любви… — Ой, Дик… Как бы ты опять не сел в лужу. Этот Чарли ведь просто Отелло доморощенный. Ты же сам говорил, что он ревнует тебя к каждому столбу. — Я обещал, что буду хорошим мальчиком, – захлопал ресницами Дик. Ясно, что я задел за живое. Новый любовник Дика действительно был патологически ревнив. Но все лучше, чем патологический жмот Сэм и неисправимый ловелас Ричард. Из-за последнего мы с Диком чуть не поссорились, потому что однажды он (Ричард) проявил повышенный интерес к моей персоне и стал приставать прямо у школьных ворот. И все это безобразие увидел Дик, почему-то решивший, что это я соблазнил «его Рика». Если бы не Майкл, то мы до сих пор дулись бы друг на друга. А так Майк сказал уже бывшему любовнику Дика что-то, и того как ветром сдуло. Больше Ричард в нашей с Диком жизни не появлялся. Чарли возник на горизонте жизни Дика две недели назад и с тех пор даже не думал исчезать. Иногда и мне казалось, что Чарли именно тот, кого искал Дик. И если бы не вышеуказанный недостаток, Чарли был бы идеален. — Удачи, – улыбнулся я, и мы пошли к выходу из школы, болтая о домашних заданиях и о том, возможен ли роман у старосты нашего класса Марка Митчелла и президента школьного совета закрытой женской школы Дороти Смолл, при том, что в школе Марк всегда вертелся возле старшеклассника Смита, порождая среди других определенные разговоры.