Двадцать восемь походов к психологу

И снова здравствуйте, доктор! Рад вас видеть в добром здравии. А то я все переживал, не заболели ли вы после прошлого визита… Что ж, прошу, присаживайтесь. Может, вам принести что-нибудь выпить или закусить? А то у меня недавно праздновали закрытие очередного дела, и у меня осталось еще кое-что из еды. Выбрасывать это жалко, а сам я доесть не могу сами знаете по каким причинам… Нет, не хотите? Ну как хотите… А то у меня ведь очень вкусные пирожные. Они расхватывались на корпоративе как горячие пирожки на вокзале… Все еще нет? Эх, жаль… Так на чем я остановился в прошлый раз? На своем первом деле? Да, точно. Где-то через неделю после того, как я нашел Иерихон, поступил первый вызов, который должен был полностью раскрыть мои возможности как андроида-детектива и андроида-переговорщика. В центре города, в богатом районе, на верхнем этаже одной из высоток слетевший с катушек отступник… прошу прощения, девиант взял в заложницы маленькую девочку девяти лет. Когда я добрался до туда, там уже был спецназ во главе с капитаном Алленом и небольшая группка полицейских, первыми оказавшимися на месте. Честно говоря, вся эта ситуация не вызывала у меня никакого доверия. Вы сами посудите: андроид застрелил человека (одного!), взял его дочь в заложницы, протащил ее от своей комнаты до выхода на крышу, где застрелил полицейского, каким-то макаром сумевшего подойти к нему на достаточно близкое расстояние… Судя по вашему аутичному взгляду, вы уже ничего не понимаете из того, что я вам говорю… Что ж, расскажу все по порядку. Стоило мне только прибыть на место преступления, как меня тут же окружили журналисты. Однако стоило им заметить у меня диод и яркую надпись RK800 на пиджаке, как они тут же потеряли ко мне интерес и накинулись на сопровождающего меня представителя Киберлайф за разъяснениями. Я же под шумок проник за заграждения и зашел в подъезд. Ну что я вам скажу… Неплохо они так устроились. Не то что наши хрущевки… Что? Хрущевки — жуткого вида многоэтажные дома с жуткими квартирами, в которых в начале нулевых жило большинство россиян… Ну, по крайней мере в нашем городе большинство людей жили именно в них. Но не об этом речь… По пути к лифту меня все-таки поймали спецназовцы и велели предоставить кучу документов, разрешающих мне находиться в зоне боевых действий. Я попытался было использовать свой любимый способ забалтывания, но увы, они не поддались на демагогию… И чуть не пристрелили меня! Хорошо тут мой сопровождающий подоспел, а то еще неизвестно, чем бы все это закончилось. В общем, меня посадили на лифт и отправили на самый верх. А это, знаете ли, не пятый этаж! И добираться до туда достаточно долго! Чтобы хоть как-то занять себя, я принялся играть с монеткой. Вы, наверное, заметили во время наших встреч, что я иногда верчу в пальцах монетку. Это, знаете ли, очень полезно: успокаивает нервы, выводит из себя собеседников и развивает мелкую моторику. Я этим занимался еще в прошлой жизни, ну и в этой жизни продолжаю традицию. Поэтому весь путь до пункта назначения я игрался с монеткой, выделывая просто невероятно фантастические трюки… Зачем я это вам рассказываю? Похвастаться! Вот вы, например, так можете? Нет? А я могу! Но да, вы правы, я немного отвлекся. Прибыв на место, я привычным движением поправил галстук и ступил на пол квартиры. И тут… на меня налетела женщина в полной боевой раскраске, воняющая на весь дом жуткими духами. Было видно, что дамочка только недавно вернулась из какого-то салона красоты. Так вот, эта мегера вцепилась в меня своими аккуратно накрашенными ногтями, чуть не порвав мне форму, и надрывно запричитала: «Умоляю, спасите мою девочку!» и чуть не начала рыдать мне в плечо. Знаете, я, конечно, не Станиславский, но такие переигрывания даже меня не впечатлили. Ну ясно же было видно, что этой дамочке вообще похер на свою дочь. Она просто выебывалась перед спецназовцами, чтобы все их внимание было сосредоточено исключительно на ней, чтобы ее успокаивали… Дешевая постановка. Однако я даже не успел брезгливо отстраниться от этой мамаши — она сама прекрасно это сделала. О, ее лицо отображало целую гамму эмоций: осознавание, разочарование, негодование, злость… Но в ней не было ни капли беспокойства за дочь, понимаете? Ни грамма. И тут эта тетка как завопит: «Что вы делаете?! Это же не живой человек!» И вот тут-то я не выдержал: — Дамочка, я вообще-то сюда прибыл спасать ребенка, а не выслушивать ваши истерики! Так что прекратите изображать тут из себе невесть что и дайте нормально поработать! Тетка аж задохнулась от возмущения, чем тут же воспользовался спецназовец, выпроводивший скандальную бабу из квартиры. Я же в это время занимался более важным делом. Я спасал рыбку! Не знаю, каким макаром, но из аквариума, стоявшего в коридоре, выскочил крупный лялиус и приземлился на пол. А я же не живодер, мне рыбку жалко! В общем, после операции по спасению рыбки я направился на поиски руководителя операции по спасению девочки, капитана Аллена. Он обнаружился у стола с компьютером, внимательно всматривавшийся в темно-синий экран. На мое появление он никак не отреагировал, словно меня тут и нет, хотя я вежливо кашлянул, постучал по столу и тронул его за плечо. Тогда я не выдержал и на полной громкости рявкнул: — Здравия желаю, товарищ капитан! Коннор RK800, модель андроида-детектива для ведения переговоров с особо буйными девиантами прибыл! Тот аж подпрыгнул от неожиданности! Это выглядело так мило… парочка спецназовцев даже как-то подозрительно закашлялась, ибо пируэту, совершенному капитаном Алленом, позавидовал бы иной монах Шаолиньского монастыря. Коротко, но цветисто выругавшись, он послал меня разбираться с андроидом. На вопрос о том, что могло бы вывести андроида из себя, и попытки хоть как-то прояснить ситуацию меня послали на три веселых буквы, при этом не сообщив ничего, что могло бы мне помочь. Пришлось действовать самому. Прежде всего я осмотрел комнату жертвы, выполненную в темных фиолетовых тонах… самое, знаете, то для маленького ребенка: темнота же друг молодежи! Ну да не мое это дело. В комнате девочки я нашел небольшой видеофрагмент, из которого узнал имя девианта: Даниэль… Модель PL600. Андроид-няня… Да-да, ровно той же модели, что и Саймон из Иерихона, но если Мать Тереза и мухи не обидит, то этот Даниэль… И знаете, состояние аффекта не оправдывает его действия! Потом я переместился в гостиную, где и произошло все это. Судя по всему, отец сидел на диване с планшетом и искал новую домработницу-андроида. Андроид в это время готовил суп. Отец семейства сделал заказ, на что ему по громкой связи сообщили, что новый андроид будет доставлен через пару дней. Даниэль услышал это, и у него переклинило систему. В мгновение ока он рванул к тайнику, в котором мужчина хранил оружие: MS853 BLACKHAWK на семнадцать патронов, и, развернувшись, выстрелил в начавшего подниматься со своего места Джона Филлипса. Что было потом по разбросанным уликам понять трудно, ясно было лишь то, что андроид вытащил девочку из ее комнаты, а около выхода на крышу произошла стычка с полицейскими, как-то неожиданно быстро прибывшими на место происшествия, в результате которой девочка была ранена, а один полицейский, Декарт, упокой Господь его душу, погиб, выронив свое табельное, которое я нашел под столом. Да и кстати о том, что этого полоумного Даниэля хотели утилизировать: этот уникум даже не выключил плиту под супом! Какое наплевательское отношение к своим обязанностям… неудивительно, что его хотели заменить на кого-то более ответственного и менее расхлябанного! Даже когда я был человеком, я никогда так наплевательски не относился к своим обязанностям, ибо знал, что мне за это может хорошо так прилететь от родителей, учителей или клиентов! И никакой стресс или еще какая-нибудь фигня не являлись отговорками. Но я опять отвлекся на пространственные рассуждения… Несмотря на закон об андроидах, запрещающем нам брать и использовать огнестрел, я взял табельное покойного полицейского: ему оно все равно не нужно, а мне может жизнь спасти, если все пойдет совсем плохо. Вооружившись и дождавшись от системы обнадеживающего «Вероятность успешного завершения задания: 90%», я мысленно перекрестясь, вышел на крышу. — Назад! Или я убью тебя, я клянусь! — и мимо меня пронеслась пуля, чуть не задев мое плечо. — А тебе есть чем клясться, а, Даниэль? — усмехнулся я, делая шаг вперед, — Или ты, как всякий террорист, просто блефуешь, чтобы люди не пристрелили тебя раньше времени, м? — Откуда… откуда ты знаешь мое имя?! — От верблюда. Отпусти девочку и тогда, быть может, удастся все решить более-менее мирно… Но обещать ничего не могу, — честно сказал я, стремительно приближаясь. Если бы не вертолет, это можно было бы сделать еще быстрее, но идти против мощных потоков воздуха, создаваемых этой шайтан-машиной было трудно. Странно, что Даниэль еще не свалился при таком ветродуе… — Они… Что они со мной сделают? — всхлипнув, спросил андроид. Я пожал плечами и вдруг заметил то, от чего тут же остановился как вкопанный: неподалеку от меня лежал раненый полицейский, истекающий кровью. Я тут же сменил траекторию и направился к нему. Даниэль тут же отреагировал: мимо меня пролетела еще одна пуля, благо я успел вовремя отдернуть руку: — Не приближайся к нему! Или… или я убью тебя! — Да что ты заладил: убью, убью… дешевых сериалов пересмотрел? Придумай что-нибудь новенькое! А то это уже не просто баян, а очень бородатый баян! — и я вновь склонился к раненому. Что вы так на меня смотрите? Спросите, почему я не побоялся угроз этого отступника, обещавшего пристрелить меня? Тогда я вам напомню первый закон робототехники, который я очень уважаю и который гласит, что жизнь человека — высший приоретет для робота. Выше нее лишь помощь человечеству в целом, подо что вполне попадает уничтожение террористов и поимка преступников, да и вообще… Тогда как защита самого себя и себе подобных — всего лишь третий закон той же робототехники. Но я опять отклонился от темы. К сожалению, полноценной аптечки у меня не было, да что там — у меня вообще ничего не было. А кровь остановить чем-то надо было, иначе он бы умер от кровопотери. Тогда я, недолго думая, стащил свой галстук, попутно засекая время наложения жгута. Все строго по инструкции. — Даниэль, нет! Не надо! Прошу… — послышался робкий детский голосок. — Вот-вот, Даня. Устами младенца глаголет истина. Прекрати весь этот балаган, — поднимаясь, сказал я, глядя в упор на девианта. Он продолжал держать одной рукой хрупкую фигурку маленькой девочки, другой буквально вдавливая ей в висок дуло пистолета. А на лице — ни капли раскаяния или осознания собственных ошибок. Он верил, что делает все правильно, он ни о чем содеянном не сожалел, несмотря на все его бормотания о том, что он вообще-то не хотел. Это была холодная машина, взбесившаяся на почве ревности: как, его, такого незаменимого и вдруг — заменили! Да как они вообще так могли! — Если мои требования не будут выполнены, я скинусь с крыши! Вместе с ней! — неожиданно закричал он, становясь на самый край бордюра, — Мне нужны деньги! И автомобиль! — Я что, блин, похож на Якубовича? Откуда у меня автомобиль?! — разозлился я, осознавая, что по-хорошему договориться с этим… индивидуумом у меня не получится. А это значит, у меня есть лишь два выхода: пристрелить либо столкнуть его с крыши. У первого варианта был один такой большой минус, из-за которого, собственно, его еще не сняли стрелки, засевшие на крышах соседних зданий: он стоял на самом краю и девочка могла упасть, а шансы выжить при падении с такой высоты ниже, чем нулевые. Второй вариант опасен для меня: я мог выхватить из его рук девчонку, но тогда бы я сам последовал за Даниэлем… да я, собственно, за ним и последовал, ибо, как вы, должно быть, догадались, я выбрал именно второй вариант. — Тогда… тогда… убери этот вертолет! — придумал тем временем новое условие Даниэль. А вот это была здравая мысль: меня тоже эта штукенция раздражала. Я связался с людьми в вертолете, потребовав от них убраться куда подальше, дабы не продолжали дестабилизировать девианта и не мешали мне работать. Я был убедителен, так что уже через минуту их не было. А я продолжал наступление, подойдя практически вплотную: как раз для того, чтобы столкнуть его с крыши. Я ухватил девочку за руку и отпихнул в сторону, чтобы ее не зацепило, а сам полетел вниз вместе с Даниэлем. Так эта скотина еще и мне в спину стрельнуть успела! Но я выжил! Вы спросите меня, как? А все просто! На том здании, с которого я падал, висел замечательный рекламный баннер, слегка выступающий перед стеной, и за который легко можно было ухватиться. Что я, собственно, и проделал. К счастью, у меня достаточно прочный корпус, так что при падении с ускорением в 9.8 мне ничего не оторвало, но вот баннер после моей выходки держался лишь на честном слове. Как он не свалился вместе со мной — не поддается объяснению. А знаете ли, что было обидным? То, что никто даже не поинтересовался, что со мной и вообще, жив ли я. А на мои сигналы SOS вообще никто внимания не обращал. Хорошо еще я завис перед окном каких-то очень нервных людей, решивших, что я злоумышленник, под шумок решивший ограбить их квартиру, и тут же вызвавших полицию. К ним спустилась пара человек, увидели меня, почесали свои тыковки и куда-то смылись. В итоге меня спасли только через час, разбив окно сердобольным людям. Ну да ничего, они вставят это гребаное окно, не обеднеют. Не слушая ничего, я спустился вниз, миновал журналюг, вернулся в Киберлайфскую служебную машину, на которой был привезен и отключился. Так я и пролежал на переднем сидении, пока меня не отвезли на техосмотр. И ни одна падла меня даже не пожалела! Только удивились, что я умудрился не разбиться в лепешку, выдержал огромные перегрузки, на которые вообще-то рассчитан не был и вообще додумался ухватиться за баннер. Меня вновь отправили к знакомому мне инженеру, у которого я отлеживался еще с неделю, пытаясь прийти в себя. Тем временем департамент полиции времени даром не терял и капитально так достал руководство Киберлайф, все-таки уломав его… Но вот об этом я расскажу вам в следующий раз, дорогой доктор! К тому же наше время уже вышло. До свидания, доктор! До новых встреч!