Двадцать восемь походов к психологу

Доброе утро, дорогой доктор! Проходите, погрейтесь! Говорят, сегодня самый холодный день в этом году, а потом начнется потепление. Так что на Новый год нас ждет плюсовая температура. Да-да, самая зимняя погода, самое то для встречи праздника! А, ладно, проехали. Да не, все в порядке. Не, чай мне не поможет. Да, даже с печеньем. Да ладно вам, доктор, не извиняйтесь. Я сам иногда забываю, что я андроид, так что ничего страшного. Вы сами-то чаю будете? Сей момент… Оп-па! Прошу! Ладно, ладно! Да, я действительно раздражен. А как иначе? После общения с этим напыщенным индюком себя по другому чувствовать нельзя. Да с Камски, с Камски. Вот вроде с виду кажется нормальным человеком. Особенно по сравнению с его братом. Да-да, представьте себе, у нашего «гения» еще есть брат. Причем грубиян, коих еще поискать. Да и вообще, не самый приятный человек для общения и совместной работы… как я думал. Но после встречи с этим… отцом андроидов… его брат оказался не таким му… кхм-кхм, не таким нехорошим человеком. По сравнению с Элайджей, он просто ангел, спустившийся с небес и слегка огрубевший за время своего пребывания в такой семье… Мне аж жалко его стало, честно. Так вот, к чему это я. На следующий день после наших эпичных разборок в Стрэдфордской башне начальство решило нас послать сами понимаете к кому. Рид, зараза такая, в субботу не пришел — мол, болеет он. А ибо не надо бегать в ноябре в одной толстовке! А Ричард «в целях установления доверительных отношений с напарником» решил присмотреть за нашим больным. Как итог — ехать пришлось мне и Хэнку. И главное ладно бы мы встретились где-нибудь на нейтральной территории, так ведь нет! По настоянию бывшего главы «Киберлайф» нам пришлось ехать к нему домой к черту на кулички. На старой, мать ее, машине. По гололеду. Ага. По трассе, на которой грузовики гоняют как оно есть. Это ж… Но нет, Камски сказал — департамент полиции ответил «есть!» Гр-р-р… В общем, нам с Хэнком пришлось тратить наш вроде как выходной на непонятно что. Хотя мы и так почти всю неделю не работали… но у нас была уважительная причина на это! Так что это еще далеко не повод! Простите, я опять отвлекся. Ехать нам пришлось довольно долго: как всякий уважающий себя самовлюбленный павлин, Камски жил вдали от людских селений, на обдуваемом всеми ветрами побережье реки. К тому же еще в этом выкидыше современной архитектуры… а вы что, хотите сказать, что эта халупа красивая? Да все более-менее талантливые архитекторы в гробу тысячу раз перевернулись, пока строилась эта коробка. Вся какая-то серая, угловатая, обитая какой-то потрескавшейся плиткой… вот вроде бы богатый человек, а вкуса нет от слова совсем. Да и если у самого нету вкуса, можно же было нанять нормального дизайнера, а не того, кто проектирует здания сельсоветов! Серьезно. Когда мы подъехали к этому… зданию, нас уже встречала светловолосая девушка в синем платье. Причем она стояла на ветродуе, босиком на холодных камнях. А платье у нее было… ну, наверное, у девушек легкого поведения они и то длиннее и менее открытые, чем то, что эта на себя напялила. Бедный Хэнк, увидев ее, чуть дара речи не лишился. Я, знаете ли, тоже прифигел: на улице десять градусов ниже нуля, а этот андроид еще не словил отказ всех систем. Все-таки мы не рассчитаны на работу в таких условиях без одежды. Мне вон из «Андроид хартс» прислали зимнюю форму, Ричарду тоже. Да и все андроиды перешли на зимний вариант одежды: зимой вы как ни крути не встретите андроида в одной футболке, все в куртках, шапках… в общем, вы поняли, на чем основано мое недоумение. Так вот, эта фифа представилась нам как Хлоя, секретарь Элайджи Камски, и потребовала с нас удостоверения, что мы это мы и что именно нам была назначена встреча. Когда она в четвертый раз попросила нас показать доверительное письмо капитана участка, я не выдержал и наорал на нее. Хлоя несколько опешила от моей гневной тирады и, слегка дезориентированная, пригласила нас войти внутрь. И слава rA9, потому что Хэнк к тому времени уже начал кашлять. Не могу его за это винить: в начале дня мы вообще не хотели долго стоять на улице, в основном планируя сидеть либо дома, либо в офисе. Но, как говорится, человек предполагает, а господь располагает. Однако на этом наши приключения не закончились. Эта зараза со словами «Я сообщу о вас Элайдже» смылась куда-то, оставив нас в прихожей наедине с портретом Камски во всю стену. Вот это я понимаю, раздутое эго… Хэнк тут же плюхнулся в кресло, растирая закоченевшие руки и бормоча себе под нос, что он думает о таком приеме и о Камски в целом. Я полностью разделял его мнение: мне не нравилось это место, мне не нравился этот дом, мне не нравилась эта девчонка, мне не нравился этот портрет — мне вообще ничего здесь не нравилось. И я уже тогда начал завидовать Ричарду с Ридом, которые сидели дома и занимались чем-нибудь интересным, в отличии от нас. Скрипнула дверь — вошла Хлоя. Хэнк тут же подорвался с кресла, стоило ему услышать, что Камски нас ждет. Мне пришлось последовать за ним в соседнюю комнату, где располагался крытый бассейн. От увиденного я чуть не схватился за голову: этот… человек, наплевав на все правила приличия, спокойно нежился в бассейне в компании двух других Хлой, при этом потягивая из бокала вино. Завидев нас, он лениво отмахнулся от девушек и ме-е-едленно поплыл к лесенке, а потом так же ме-е-едленно поднимался по ней, ждал когда ему принесут халат, затем еще до-олго его натягивал на себя, отжимал волосы… в общем, бесил дико. И только завершив все эти приготовления, он повернулся к нам и тут же начал качать права: мол, я знаю, вас должно быть четверо, где еще двое… вообще, афигеть и не выфегеть: он нам предъявляет претензии, в каком составе мы приехали! Пришлось напомнить обнаглевшему создателю, что он нам не начальник и отчитываться перед ним мы не собираемся. И вообще, мы приехали сюда за информацией, а не за чем-либо еще. Это несколько сбило с Камски спесь, но ненадолго. Стоило только Хэнку задать вопрос, почему андроиды перестают слушаться приказов, то он такую дичь понес… у меня чуть уши в трубочку не свернулись. Большей чуши даже ученики, невыучившие предмет, не говорят. Ему задали четкий вопрос: почему андроиды перестают выполнять приказы, а его понесло про то, какие невероятные создания девианты. Такое чувство, будто он болеет той болезнью, при которой человек говорит просто рандомный набор слов, связанных в предложение. Вот один в один. Даже корабли, бороздящие Большой театр, кажутся верхом здравомыслия на фоне того, чего наговорил этот Камски. Я уже было собирался войти в спящий режим, чтобы больше не слышать эту ахинею, как вдруг он обратился ко мне: — Ну, а что насчет тебя, Коннор? На чьей ты стороне? Он меня настолько задолбал, что я, не раздумывая, выпалил: — Разумеется на стороне правой палочки Twix. У них есть клейкая лента. Хэнк фыркнул. Камски кисло улыбнулся, сообщив, что даже по меркам андроидов у меня с юмором туго. Хохмы ради хотел поинтересоваться, не он ли эти самые мерки выдумал, но, наткнувшись на серьезный взгляд Хэнка, передумал. Элайджа же тем временем продолжил нести прекрасную чушь, а вскоре в качестве ассистентки подозвал Хлою, что нас встречала. Я молил rA9, чтобы это все поскорее закончилось и мы могли спокойно уйти. И так было понятно, что ничего путного нам здесь не скажут. Однако так просто нас отпускать не собирались. Поставив Хлою на колени, Камски полез в тумбочку и вытащил оттуда пистолет, который тут же передал мне с требованием пристрелить эту машину, то бишь Хлою. Взамен он обещал рассказать мне все, что знает. Точнее, нет, не так. Он сказал следующее: — Выстрелишь, и я расскажу тебе все, что знаю. Ну, а если нет… то вы от меня ничего не добьетесь. Хэнк начал беспокоиться: конечно, ведь если я разнесу этой пластиковой кукле башку, то платить за это придется ему. А такая фифа ему будет явно не по карману. Конечно, можно было начать качать права, типа он препятствует продвижению следствия, все дела… но я решил пойти другим путем: просто обхитрить этого индюка, считающего себя гением. И он этого даже не понял.

***

12:29:39 13 ноября 2038 Андерсон весь напрягся, когда услышал, чего хочет Камски от его напарника. Пройти этот гребаный тест на эмпатию… — Коннор, пошли отсюда! Нам тут делать нечего! — Постойте, лейтенант. Сперва я должен кое-что уточнить: если в процессе прохождения вашего теста будет повреждено чье-либо имущество, кто за это будет платить? — Коннор внимательно смотрел на создателя, — А если мои действия принесут моральный ущерб кому-либо из присутствующих, кто будет выплачивать денежную компенсацию? А если… — Я все оплачу, — сладко улыбнулся Камски, предвкушающе потирая руки. — Запомнили? — Коннор повернулся к Хэнку. Тот утвердительно кивнул головой, еще не понимая, к чему клонит андроид. — Тогда, значит, если я выстрелю, вы оплатите компенсацию за моральный ущерб лейтенанту, не будете иметь претензий по поводу порчи имущества и ответите на мои вопросы? — уточнил Коннор. — Стоп. Какой моральный ущерб? — не понял Камски. — Ну как какой? — пожал плечами андроид, — Мы же сюда перлись хрен знамо сколько, потом стояли на морозе, затем слушали ту чушь, что вы несли… это крайне негативно сказывается на психике, особенно последнее. Камски надулся и покраснел, став одного цвета с водой в бассейне: — Да! Оплачу! Стреляй уже! — Как скажите, — Коннор не стал тянуть кота за хвост. Раздался выстрел и тут же звон битого стекла. В помещение ворвался ледяной ветер, кинув горсть снега за шиворот завизжавшему Камски. Девушки-андроиды тут же захлопотали вокруг него. Коннор, пока на него никто не смотрел, быстренько припрятал пистолет во внутренний карман пиджака, и как ни в чем не бывало поинтересовался: — Ну так что? Теперь расскажешь? — Да пошел ты! — взвился Камски, — Пошли вон из моего дома! Прочь! — Вот ведь… — выдохнул Хэнк, когда их в шесть рук выталкивали из дома, — А с виду вроде как милые девочки… а на деле… — Быть может внешне он красив, зато в душе урод наверняка, — понятливо кивнул андроид, — Ну что? Теперь домой? Или еще к какому-нибудь психопату нас хотят заслать? — Нам стоит Рида навестить. Рассказать ему и твоему брату, что у нас вышло…

***

Однако Камски мою смекалку не оценил, и из дома нас быстро выкинули. Ну, что поделать. На обратном пути мы решили навестить нашего больного товарища: заехали ради этого в кондитерский магазин, купили тортик и коробку конфет. Ведь всем известно, что сладкое лучше всего помогает при болезни. У Рида нас встретили чихающий Гэвин, закутанный в три одеяла, и Ричард, припорошенный мукой. Последний до нашего прихода пытался испечь булочки, однако у него ничего не вышло, так что наш торт пришелся как раз кстати. Попивая чаек, мы рассказывали нашим товарищам о своих приключениях. Рид ни капли не удивился тому, что мы ничего не узнали от Камски, но знатно поржал с того, как мы с ним обошлись. Даже сетовал, что не смог поехать с нами и посмотреть на лицо Камски. Ричард тоже грустил, что не смог встретиться с самим создателем. Даже мои слова о том, что он от этого ничего не потерял, его не утешили. Пришлось пообещать свозить его к Камски в другой раз. А заодно и научить его готовке. Но это уже по просьбе Гэвина, которому мой братец чуть не спалил кухню во время своих кулинарных экспериментов. Пожелав Риду скорейшего выздоровления, мы направились домой, рассчитывая провести воскресенье дома за просмотром старых фильмов, даже не догадываясь, какой сюрприз нам готовится проказницей судьбой в лице нашей фантастической четверки. Кстати, насчет нашей следующей встречи: боюсь, в ближайшие две-три недели мы не сможем встретиться. Меня отправляют в командировку во Флориду. По обмену. Так что… созвонимся насчет следующей встречи. До свидания, доктор. И счастливого вам Нового года!