Better Homes and Gardens

Миранда Пристли говорит на английском, французском, немного на итальянском, на полузабытом иврите и на языке цветов. Порой ей кажется, что на языке цветов она говорит лучше всего. Она любила цветы и с самого детства окружала себя ими, даже когда единственным сосредоточением красоты в доме был розовый куст матери на заднем дворе. Когда Миранде было пятнадцать, отец в пьяном угаре взялся за бензопилу. Иногда она всё ещё жалеет, что он не отпилил себе ногу. Будучи молодой пробивной ассистенткой в Нью-Йорке, она едва могла заплатить за аренду убогой квартирки, умудряясь при этом выглядеть стильно (в ту пору она лучше всех в городе выискивала винтажные и дисконтные магазины). Но ей всегда удавалось сберечь несколько долларов на цветы, которые она ставила на подоконник у кровати. Даже тогда она редко валялась в постели, но было приятно просыпаться по утрам и видеть, как сквозь лепестки светит солнце. Обычно она покупала цветы в магазине на углу: гвоздики, маргаритки, рододендроны, даже лилии, если ей везло, и на этой неделе они были у мистера Кима. Они всегда были чуть более увядшими, чем ей нравилось, порой даже коричневатыми по краям лепестков, но продавались по доступным ценам, и это лучше, чем ничего. Тогда она довольствовалась всем по этому принципу. Теперь уже нет. Теперь она может позволить себе все цветы, какие пожелает. И она желает их. Везде, на каждой поверхности: в её доме, наверное, только на двух столах нет букетов. Она меняет эти букеты каждые четыре дня, пока они не начали увядать. Всегда свежие композиции, всегда что-то новое, яркое и красивое, но со вкусом. Всегда со вкусом. Цветы всегда гармонируют с обстановкой. Но её маленький секрет в том, что она не подбирает цветы к обстановке. Всё совсем наоборот. Когда она занималась отделкой дома, то выбрала природные тона: синие и коричневые, перемежающиеся с зелёными. В результате выглядит всё так, словно цветы растут прямо в доме: из стен, из ковров. Так что цветы действительно всегда гармонируют с её домом, и на этот счёт ей можно не беспокоиться. По обонянию она способна составить конкуренцию парфюмерам. Она может учуять фрезии за милю. (Люди думают, что они ей не нравятся. Это не так. Она любит почти все цветы. Просто бывает очень сложно гармонично сочетать их ароматы и, честно говоря, затраченных усилий это стоит редко). Она может наслаждаться гардениями, османтусом, мимозами. И розы. Розы превыше всего. Может быть, это старомодно и простовато, но любимыми цветами Миранды всегда были и будут розы. Она сметает мужчин, как бульдозеры дома под снос, но розы остаются. Они постоянны. Истинны.

***

Миранда обнаруживает у себя эти бульдозерные наклонности во время первого брака. Джордж красивый и харизматичный мужчина. Красивый, харизматичный, и совершенно не в состоянии удержать своего друга в штанах: ходит налево уже во время медового месяца. Но врать он умеет, и она не сразу узнаёт о его неверности. Только через пять лет она улавливает запах — полный абсурд, прямо как в кино — парфюма другой женщины на его пиджаке. Он думал, она не заметит? Неужели он думал, что она не заметит этих дешёвых синтетических нот, этих ужасно понамешанных запахов, маскирующихся под цветочные? Неужели он думал, она не узнает, что он её дурачит? Это вроде как секрет, но Миранда ужасно вспыльчива. Скоро она возьмёт всё под контроль. Она научится выплёскивать свою ярость ледяным шёпотом и колкими оскорблениями, которые доводят людей, даже взрослых мужчин, до слёз. Но тем вечером Миранда выбрасывает вещи своего первого мужа из окна спальни на улицу, плюётся и ругается, кричит, что лучше бы ему никогда не возвращаться, что она схватит первого попавшегося адвоката и сожрёт его с потрохами, заставит расплачиваться остаток жизни. (Это срабатывает). И она бросает в его удаляющуюся спину свою любимую вазу, отчего букет камелий разлетается по улице с эффектным всплеском ароматной воды. Ваза разбивается вдребезги, за спиной Джорджа захлопывается дверь, и Миранда прячет лицо в руках, очень, очень жалея, что разбила свою любимую вещь. После этого она перестаёт повышать голос.

***

Грэг, её второй муж и отец её детей, другой. Не харизматичный, не очень красивый. Безобидный, думает она: хороший выбор. Она одна уже три года, и люди начинают сплетничать. Она должна выйти замуж. Просто невозможно подняться в модных кругах, если вы выглядите нежеланной и непривлекательной для мужчин. Ну, возможно, если вы потрясающе красивы, и у вас вереницы любовников — это возводит вас на другой уровень — но Миранда не потрясающе красива, и не из тех женщин, у кого уйма любовников, и, кроме того, порой ей одиноко, как и всем остальным. А Грэг добрый, успешный и, кажется, очень преданный, поэтому она принимает его предложение. Он обожает её. Но он её не понимает. Это видно сразу, поскольку у него аллергия на цветы. Действительно, оглядываясь назад, это должно было стать тревожным звоночком. Но она думает, что у неё получится. Не так уж трудно убедить его принимать лекарство от аллергии, и она беспечно продолжает наполнять свой дом цветами, снисходительно игнорируя редкий насморк и красные глаза. Временами он даже предпринимает попытки подарить ей цветы. Она пытается, в свою очередь, оценить этот жест. Но цветы всегда не те. Это что-то из разряда фантастики, а Миранда не склонна к фантазиям, но иногда она задумывается, быть может, цветы как-то чувствуют, что Грэг их ненавидит, и поэтому отказываются сотрудничать. Когда рождаются её девочки, она узнаёт, что специалисты не рекомендуют цветы в больничной палате. Медсёстры говорят, что это слишком для маленьких лёгких. Миранда не так уж и против. Девочки — её самые редкие, самые нежные цветы, и она знает, что ей придётся очень тщательно ухаживать за ними, чтобы они расцвели. Она уверена, что сможет это сделать. Разве это так сложно? Грэг тоже обожает детей и перестаёт обожать её, как будто только и ждал, пока в его жизни появится кто-то другой, заслуживающий его преданности. Ещё он рад поводу избавиться от цветов, но когда девочкам исполняется год, Миранда возвращает цветы обратно, настаивая, что теперь можно, теперь всё в порядке. Ничего не в порядке. Он тоже ей изменяет. Но он не такой, как Джордж. Он находит в себе мужество признаться, говорит ей правду: он нашёл другую женщину, которую обожает, и которая на этот раз действительно обожает его. Миранда, занятая карьерой и детьми, совершенно ошарашена. Она понятия не имела. Она никогда не задумывалась над его деловыми встречами за обедом и ужином. Она доверяла ему. И они должны разойтись полюбовно. Ради детей. Она ничего не выбрасывает из окна. Когда он съезжает, она заполняет опустевшее пространство. Цветами, чем же ещё? Цветы на прикроватной тумбочке, на кухне, в гостиной, на столе в холле, повсюду. Один из друзей бездумно говорит ей, что она как будто не разводится, а устраивает вечеринку. Но Миранда знает правду. Не на вечеринках так много цветов. Они на похоронах и на поминках.

***

Когда девочкам исполняется шесть лет, они спрашивают Миранду, можно ли завести кошку. Она бросает один лишь взгляд на свои букеты и говорит им твёрдое «нет». Она может себе представить, как какой-нибудь представитель семейства кошачьих самодовольно скачет по всем поверхностям, сбивая вазы, только чтобы проверить, работает ли гравитация. Вместо этого она предлагает щенка. Конечно, всё равно остаётся вероятность погрома, но это хотя бы не будет так… злонамеренно. Лица девочек загораются. Она понимает, что всё это время они хотели собаку, но решили, что их мать никогда не согласится на это, и поэтому снизошли до кошки, даже не попросив желаемого. Не лучшая стратегия ведения переговоров. Придётся научить их, когда подрастут.

***

Стивен — первый встреченный ею гетеросексуальный мужчина, прекрасно говорящий на языке цветов. У него безупречный вкус. Он преподносит ей небольшую, но изысканную композицию из орхидей, и она немедленно принимает его приглашение на ужин. После первой совместной ночи он посылает ей столь великолепный букет роз, что они встречаются снова и снова. И когда они женятся, Стивен продолжает изумлять её, дважды в неделю заказывая доставку цветов в её офис — обычно кремовых и белых, безмятежных и чистых, успокаивающих и смягчающих её, когда «Подиум» увлекает её в свой водоворот. На их первую годовщину он дарит ей ещё одну орхидею. Большую, в горшке, и она поливает её каждый день. Это задание она не поручает ассистентам. Она держит цветок на столе рядом с его фотографией. Вот он, думает она, мужчина, который будет постоянным. Истинным. Поймёт её. Но ничему этому не суждено сбыться, хотя он не изменяет. Он не предаёт её таким образом. Он не предпочитает ей другую женщину; он просто не может больше её выносить. Что намного хуже. Они были женаты всего три года. Орхидея на её столе процветает, чего нельзя сказать о них. Она избавляется от его фотографии. Растение оставляет.

***

Через год после того, как она бросила Миранду в Париже, эта неблагодарная девчонка по имени Андреа Сакс в темпе вальса возвращается в её жизнь, как будто это её богом данное право. Год независимости придал ей нахальства, и Миранда поверить не может, когда Андреа говорит: «Мы тогда были такими глупыми, да?», и целует её. И совсем не может поверить, когда целует в ответ. Они торопятся, они не тратят времени на разговоры, они даже не снимают одежду, и руки Миранды оказываются у Андреа в штанах, а рот Андреа на груди Миранды, даже когда она говорит, какая Миранда красивая и нежная, и как вкусно она пахнет. Тело Андреа такое же тонкое и твёрдое, как стебель. Кожа на веках более хрупкая, чем любой лепесток. Рот её — бутон розы, а Миранда всегда любила розы больше всего. Никогда у неё не было более нежного любовника, никогда она не знала никого, с кем было бы так уютно по ночам, никогда не встречала никого с таким безграничным, просто возмутительным оптимизмом. Даже после всего, что она видела, Андреа решила полюбить Миранду, попытаться сделать её счастливой. Миранда понимает, что она даст им шанс, и надеется на лучшее. Как всегда, ничто не идеально. Подобно Грэгу, Андреа старается, но с цветами у неё не ладится. У неё нет аллергии, но вкус ещё хуже, чем у него. Она приносит дешёвые увядающие цветы из соседнего магазина, которые Миранда переросла десятки лет назад. Миранде они не нравятся, они ей не нужны, и когда Андреа понимает это, начинает увядать сама. Что ж, она должна научиться. Это важно. Андреа продолжает пытаться, и не только цветами. Продолжает так стараться, словно пытается исправить свою предыдущую ошибку (хотя она всегда настаивает, что это не было ошибкой, что если бы она не уехала из Парижа, то их бы здесь не было, и разве это не значит, что это того стоило?). Но этого недостаточно. Миранда задаётся вопросом, будет ли когда-нибудь достаточно. Может ли чего-нибудь или кого-нибудь быть достаточно, чтобы компенсировать целую жизнь бесплотных ожиданий, разочарований и предательства. Если форма тела Андреа идеально соответствует её собственной, если один запах девушки опьяняет её? Этого действительно достаточно? Она знает, что несправедливо обременять Андреа такой ответственностью, заставлять её искупить грехи бывших мужей. В конце концов, девушка лишь хочет любить её. А Миранда хочет быть любимой. Всё должно быть так просто. Но нет. Андреа протестует: «Мне не по карману цветы, которые ты любишь… Я делаю всё возможное, ведь главное не подарок, а внимание». Миранду удивляет, что после почти года работы в «Подиуме» Андреа ещё способна так думать. Цветы важны. Многие вещи важны. В некоторых Миранда не сильна, и кроме того, её беспокоит, как всё это повлияет на девочек, вступающих на скользкую тропу подросткового возраста и нуждающихся в максимальной стабильности. А ещё есть её журнал. Её карьера. Её имидж. Так что вполне вероятно, что Миранда не делает всё возможное в случае с Андреа. Что она не старается изо всех сил. Что она с самого начала готова её потерять, что она никогда не надеется на лучшее, не в этот раз. По этой и по другим причинам Андреа тоже уходит. Снова.

***

— Мама, а Энди вернётся? — спрашивает Кэролайн. Затем она добавляет: — Что случилось с вазой? — Не трогай, — говорит Миранда. — Горничная уберёт это утром. Она очень устала.

***

Жизнь — это ад. Работа — ад. Даже Найджел чуть не увольняется, а Миранда окончательно перестаёт узнавать себя в зеркале. Она не может быть этим человеком, этим существом со впалыми глазами. Орхидея Стивена бесповоротно увядает, и Миранда заставляет ассистентку выбросить её в мусорку.

***

Наконец, она уступает. Она сдаётся. Идёт на попятную. После месяца, что она пыталась прожить без Андреа, осознав, что это невозможно, Миранда посылает ей букет. Она мучается над ним целых три дня, хотя знает, что Андреа не оценит усилий — ей всё равно, что Миранда выбрала камелии вместо гардений, отказалась от качима, решила добавить фиалки, а затем передумала, а потом передумала снова и вернула их. Миранда надеется, что она заметит единственную идеальную розу, примостившуюся немного левее от центра. И поскольку Андреа едва ли не безграмотна, когда дело касается любимого языка Миранды, она прикрепляет коротенькую записку. Что ж. Делай то, что должна. Это лучше, чем ничего. Она, конечно, не извиняется, но говорит: «Вернись». Она не добавляет, что сделает всё, что угодно, чтобы Андреа вернулась; она не скажет этого до тех пор, пока это не будет строго необходимо. Она не будет торговаться. Ей и не приходится. Андреа возвращается. Миранда чувствует, знает: что-то важное стало на свои места, и она решает, что всё остальное может идти к чёрту. У них всё получится, потому что другого пути нет. Андреа говорит: «Я тоже по тебе скучала», говорит, что скучала по вкусу и запаху Миранды, говорит, что скучала по Миранде так сильно, что ей от этого было тошно, и она больше не уйдёт, она очень сожалеет об этом, она сожалеет об этом больше всего на свете. И они проводят целый день в постели. Восхитительно. Теперь Миранда старается. На этот раз Андреа вернулась, но в будущем Миранде может больше так не повезти, так что лучше бы ей не напортачить снова. О чём она думала в прошлый раз, с самого начала настроившись на поражение? Что это было за отношение? Она сама себе отвратительна. Теперь всё изменится. Она идёт с Андреа в её любимый ресторан ближневосточной кухни, жуткую дыру, куда Миранда отказывалась идти раньше. Она отдаёт Полу распоряжение написать статью о символике разных цветов для февральского выпуска, о цветах со всего мира: как другие культуры говорят на этом языке, действительно ли роза это роза это роза*. И она целует Андреа так часто, как только может. Ну, они, конечно, снова ссорятся. Но Миранда приходит к выводу, что ссора — это не конец, она не означает, что отношения мертвы, и, кроме того, Андреа всегда приносит цветы в качестве извинения. Вкус её значительно улучшился. Миранда довольна и этим, и другими вещами. Однажды Андреа даже появляется в постели с розой в зубах, отчего Миранда так сильно смеётся, что у них чуть не срывается секс. На их первую годовщину Андреа принюхивается к шее Миранды, радостно вздыхает и говорит: — Корица. Миранда моргает. — Прошу прощения? — Сегодня ты пахнешь корицей. Иногда так бывает. — Неправда, — возмущённо произносит Миранда. Сама мысль… — На мне Amarige Mariage. В котором есть ноты нероли, магнолии и… корицы, внезапно вспоминает Миранда. — Ох… — Да, — говорит Андреа, зная, что она права. — Прошлой ночью, клянусь, был мускатный орех. И немного гвоздики, может быть. И знаешь что? Всегда есть немного перца. — Что? — глядит на неё Миранда. — Я тебе что, набор специй? — Я люблю специи, — почти оборонительно отвечает Андреа. Миранда напрягается и понимает, что если хочет спокойно спать, ей лучше быстро подобреть. — Мама всегда готовила со свежими специями, когда я была маленькой. Они уже не такие в засушенном и измельчённом виде. Наша кухня всегда пахла специями. Я любила их. — Что ж, — говорит Миранда. — Это… — она не знает, что и сказать. — Думаю, именно поэтому я встречалась с Нейтом, — добавляет Андреа. — Он был шеф-поваром. То есть, я не умею готовить, но… он в этом разбирался. Миранда пристально смотрит на неё, и Андреа смущённо отводит взгляд. Они не должны говорить о бывших мужьях, любовниках или парнях, потому что Миранда обнаружила в себе ревность, которая может привести к очень неприятным моментам. К сведению, Андреа в этом плане ещё хуже. — Прости, — говорит она. — Я просто хотела сказать, что всегда любила специи, и я люблю тебя… — Миранда краснеет, — так что, не знаю, наверное нос просто говорит мне, что ты, ну, — Андреа улыбается. — Острая. — Что ж, — снова говорит Миранда, теперь ещё более ошарашенная. Андреа поникла, как цветок, который нужно было полить несколько часов назад. — Я знаю, что это звучит странно. Ты, наверное, не понимаешь. — О, — говорит Миранда и тянет Андреа вниз для поцелуя. — Нет. Я понимаю, — поцелуй. — Я понимаю. На день рождения она дарит Андреа впечатляющий блестящий набор специй, наполненный лучшими и редчайшими образцами. Они хранят его на кухне, чтобы запах не распространился на весь дом. Андреа обожает его. И Миранду тоже обожает. Обожает Миранду достаточно, чтобы долгие годы продолжать бороться с языком цветов, и, никогда не сдаваясь, возиться с основами его грамматики всю оставшуюся жизнь. А пока Андреа учит язык цветов, учит язык Миранды, сама Миранда с радостью посвящает оставшиеся годы овладению языком специй.