Каждый год

Теплый ветер чуть качал светлые волосы и подглаживал кожу. Погода была теплой и спокойной, все вокруг могло бы заставить любого человека на время расслабиться и просто насладиться красотой природы — величественными горами, шумным водопадом и массивными облаками, что медленно плыли по небу. Вот только Тобираму сейчас не успокаивало ни что — его сердце замерло в приятном волнении. Сюда он пришел с самого утра, едва солнце успело преодолеть черту горизонта. Сенджу знал, что Она может появиться в любой момент, и на этот раз он не хотел опаздывать. В голову закрадывались разные мысли — о том, как далеки они были раньше друг от друга. И о том, как все изменилось, когда на этом самом месте их браться — Хаширама и Мадара, погибли в своем последнем сражении. В тот день всех словно пронзило ударом тока. Лидеров сильнейших кланов не стало в один момент.

***

— Я ухожу, — не поднимая глаз на нового Хокаге произнесла тогда Изуна. В эту же секунду Тобирама напрягся. Доверия к Учихам и так не было, а после того, как Мадара покинул деревню, а затем вернулся чтобы сразиться с Первым, его не стало совсем. — Я не повторю ошибок брата. Я не вернусь, — будто прочитав его мысли продолжила девушка. Но такой ответ Тобираму не устраивал. После всего произошедшего он намеревался взять Изуну, да и всех Учих под свой чуткий контроль. А теперь она рушила все его планы. Тобирама долго стоял не произнося ни слова. Отпускать ее он не хотел — слишком опасно для деревни. Но оставлять рядом насильно — еще хуже. Но Изуна сделала все сама. Она не спрашивала разрешения. Она делала то, что считала нужным. Всегда. Вот и в этот раз — поклонилась на прощание и ушла. Тобирама так и не смог возразить ей. Его переполняла злоба и ненависть ко всему клану, но он ничего не смог ей противопоставить. Не известно, к чему бы привело уже их сражение. С этого дня он мог лишь надеяться, что она сдержит свое слово и никогда не вернется в Коноху вновь. Год Первый. Около года все шло на удивление хорошо и размеренно. Учихи тоже со временем успокоились, а об Изуне не было никаких вестей. Со временем о ней совсем позабыли. Коноха развивалась и росла, в то время как во главе ее стоял Второй Хокаге. В последнее время дни стояли жаркие и безветренные. В деревне царило спокойствие — такое, что даже Тобирама мог позволить себе прогуляться по улицам селения, отпуская тяжелые мысли и просто наблюдая за течением жизни. С тех пор, как Хаширама погиб, прошел год. Ровно год, как брата нет рядом. Сенджу никогда и никому не говорил это, но с тех самых пор его жизнь поделилась на две части — прошлое и будущее. И если в прошлом хоть кто-то был дорог ему, то будущее виделось совсем одиноким и безрадостным. Да, он был Хокаге — но это лишь титул дающий власть, но не делающий счастливым. Он скучал по войне. По тем страшным и одновременно светлым для него временам. Теперь же все казалось серым… Вот только он никогда не предаст то, во что верил Хаширама. И поэтому Сенджу продолжит вести деревню вперед. Ближе к вечеру Тобираме наконец-таки удалось добраться до могилы брата. Это место находилось в Долине Завершения. Почему-то неприметное на первый взгляд надгробие напоминало о Хашираме куда больше, чем скала, на которой было высечено его лицо. Интересно почему? Быть может, потому что здесь никогда никого не было. Это место было более личным. Здесь они могли быть наедине. Раньше он приходил сюда очень часто — сидел часами, спрашивал у брата совета, затем ругал за то, какой тот дурак, и в конце концов возвращался к работе. Да, раньше такое бывало часто, но теперь он привык справляться со всем в одиночку. Лишь счастливая случайность, что ему удалось прийти сюда сегодня. Могилы Сенджу и Учихи располагались рядом, как нечто неотделимое друг от друга. На обоих надгробиях лежал небольшой букет хризантем. «Интересно, откуда» — пронеслось в мыслях. На самом деле цветы напомнили ему о былых временах. Изуна часто приносила их в кабинет Хаширамы, желая придать этому скучному месту хоть каплю жизни. Бывало, такой букет мог стоять неделями, чему Хаширама очень восхищался. Это небольшое воспоминание о прошлом заставило Тобираму невольно улыбнуться. Год Второй. Случайность ли это была или какой-то внутренний порыв заставил Тобираму вновь вернуться на это место спустя год, но во всяком случае — он был здесь. Близился закат, но солнце было еще высоко. Тобирама стоял перед могилой брата. Чем больше времени проходило, тем он реже приходил сюда. Работы становилось все больше, и так, с последнего раза прошел целый год… Кажется, здесь никого больше и не было. Люди не приходили сюда, предпочитая настоящему захоронению мемориал, который находился в деревне. Тобирама слишком ушел в свои мысли и не сразу услышал тихие шаги, что больше напоминали шум листвы и водопада. Но услышав их резко обернулся. Чуть поодаль от него стоял темный силуэт. «Изуна» Почему-то в этот момент она показалась ему такой нереальной, сверхъестественной, будто призрак. Но при этом — такой родной. Учиха не смотрела на него, как если бы совсем не видела. Темные волосы развивались на ветру и она чуть придерживала их рукой. Другой же — прижимала к себе небольшой букет белых хризантем. Тобирама стоял в изумлении, но меньше всего хотел показывать его, поэтому через мгновение взгляд его нахмурился. — Так это ты, Изуна, — слова прозвучали неожиданно холодно. Он даже сам этому удивился. Но девушка почти не отреагировала. Она всегда была такой — делала, что вздумается и вопреки всему, что он говорил. Сенджу проследил за тем, как Изуна молча прошла мимо него к могиле брата и присела. Положила цветы. Прочла короткую молитву и провела тонкими пальцами по выгравированной надписи с именем Учиха. Она изменилась за эти годы: стала взрослее и женственнее. А вот привычная бледность никуда не пропала. Тобирама мог бы даже сказать, что не узнал ее сразу… если бы не был знаком с Изуной столько лет. Пускай и в схватках, но вид ее на прочно врезался в память на всю жизнь. Учиха положила цветы и к надгробию Хаширамы, а затем встала рядом с Сенджу. Некоторое время они просто стояли рядом не говоря друг другу ни слова. А что им сказать? Они не друзья. И теперь даже не враги… Объединяло их лишь одно — это место общей трагедии. Ветер доносил до Тобирамы едва уловимый аромат хризантем. Слишком уж навевает воспоминания… — В прошлом году… Это была ты? — Сенджу скорее констатирует факт, чем спрашивает. Голос его стальной, не выражает никаких эмоций, так что даже Учиха не может понять — это ли просто из интереса или он вновь демонстрирует недовольство. Она украдкой смотрит на него краем глаза и соглашается. Он тоже изменился. — Я говорила, что не вернусь… ты зол? И зачем она говорит это? Он ведь ни в чем не упрекнул ее. Просто для Учихи это уже будто естественная реакция. Но Тобирама спокоен и Изуна с интересом рассматривает его фигуру. Они не виделись всего два года, но даже это недолгое время заставило взглянуть на Сенджу по другому. Давно ли он стал таким? Она и не заметила… Он уже не был тем мальчишкой, которого она знала долгие годы. Пусть и серьезный, не такой, как старший брат, но воспринимала она его все равно как мальчишку. Всегда. Теперь же он был правителем, Хокаге — тем, на ком лежала огромная ответственность за благополучие и жизни ввереных ему людей. И все это читалось в его осанке, изменившем я взгляде и неподдельном спокойствии. Но для Изуны настало время уходить. Она делает несколько несмелых шагов назад, и обернувшись, впервые встречается взглядом с Тобирамой. Это длится лишь несколько секунд, после чего девушка кивает и разворачивается насовсем. Сенджу еще долго смотрит ей вслед. Где-то в глубине души он надеется, что ей есть куда пойти. Она ведь тоже чувствует эту боль, точно также, как и он. И сегодня Тобирама отчетливо понял это.