Отречённые

      Машина трясётся, меня шатает из стороны в сторону. Ещё эта девка у нас на коленях... Головой она лежала на коленях у Тодда, ногами у Трэвиса а мне досталась... самая прекрасная часть. И да, я все ещё ехал в респираторе, когда все уже от них избавились.       — Ларри... Где мой протез? — он тут же протянул мне моё второе лицо (откуда, черт возьми, он его вытащил?!) и дал его мне. Я нагнулся так, чтобы волосы скрывали моё лицо, и оказался очень близко... к Эшли (не хочу вдаваться в подробности, к какому именно месту я наклонился). Снял респиратор, сунул его Тодду, после чего щелкнул застежками протеза. Сразу стало легче.       И тут я задумался о Тигре и Рике. И как эти два мужика вообще влезли багажник? Хотя, зная Ларри, и его ёбнутые методы — ничего удивительного.       Я глянул на Трэвиса. Он обхватил колени девушки, чтобы она не грохнулась. Потом на Тодда. Он держал её за плечи. Ну, видимо, мне держать её за... За задницу нет необходимости. И как-то не хотелось. Вот, что значит нетрадиционная ориентация. Пипец, сам себя с этим подъёбываю.       Трясучка опять была жуткая. Эта женщина за рулём сводит меня с ума в самом плохом смысле. Надеюсь, ехать осталось недолго.       И действительно, через пару минут я уже увидел знакомые крыши трущоб. Как же хотелось спать... Ларри явно разделял моё желание, ведь он зевал чуть ли не каждую минуту.       И вот уже знакомый тупик. Стоп. Куда делись обломки после взрыва во время второго "Рейда"?! Их не было уже даже когда мы уезжали. Кооперативно работают отречённые. Зря времени не теряют.       Мы подъехали к самой двери.       — Ну наконец-то! — выдал Тодд. — Возьмите девчонку!       Ларри первый вылез из машины, открыл заднюю дверь и бережно взял Эш на руки. Наконец-то, свобода! Я, Тодд и Трэвис тут же выскочили из машины. Я потянулся, пытаясь размять спину, но та лишь больно хрустнула. Ларри всё ещё держал Эшли.       — Тодд, Трэвис, на вас те двое. Заприте их где-нибудь до ночи. Эш я отнесу в барак Мирты. Как управитесь, все по койкам! Ночью казнь, оповестите народ, — ребята послушно кивнули, Ларри направился к двери в "подземный город".       — Идем, Салли, — я направился за ним.       Мы прошли лестницу, коридор, ту самую злоебучую дверь и оказались внизу.       — Сал, иди сразу домой. Я до Мирты и к тебе. Мигом, — мне эта идея понравилась, ибо спать хотелось жутко. Я быстро дошел до барака Ларри, хлопнул дверью, на ходу снял кеды и кофту, бросив их прямо на пол. Я плюхнулся на кровать. Как же я устал. Последняя ночь просто измотала меня. Я снял футболку и спортивки, тоже скинул их на пол, заворачиваясь в одеяло. И похуй мне, что скажет этот пошляк Ларри. Вообще, надо бы его дождаться. Но спать хотелось больше.       Я перевернулся на живот и уже начал дремать. Ещё минут десять, и я бы окончательно заснул, но тут я почувствовал чью-то тяжелую руку на своей талии и дыхание в затылок. Его запах. Это Ларри.       Я повернулся к нему лицом и уткнулся в грудь. Он уже успел где-то снять футболку. Джонсон обнял меня за плечи и поцеловал в макушку.       — Спи и не о чем не думай. Я... Люблю тебя, — сказал он полушёпотом. А я лишь сильнее прижался к нему. Патлатый гладил меня горячими ладонями по спине. Мурашки. Приятная дрожь. Всегда бы так засыпал...

***

      Проснулся я от громких матов... Кто так орёт, убью нахер. Не открывая глаз, я начал прислушиваться к голосу. Это Ларри. И ещё какие-то два голоса. Женские. Один быдланский (точно Мирта), а другой приятно ласкал уши. Голос, подобный музыке, так говорят? Настолько мелодичный женский голос я ещё не слышал. Хотя, разве что...       Показалось, что он похож на мамин.       Я перевернулся на живот и приподнялся на локтях. И действительно. Матерился Ларри, Мирта с... девушкой, чей зад я вчера вёз на своих коленях — Эшли.       Они пытались угомонить его пыл. Плохо получалось. Вдруг я вспомнил про лицо. Пиздец, опять уснул в протезе. Ну и нормально. Зато моего лица никто не видит. Я вылез из-под одеяла, натянул спортивки (а то чего я в одних боксерах) и подошёл к этим троим. Они тут же замолчали, обратив внимание на меня.       — Какой же ты худенький! Тебя нужно чаще кормить! — сказала Эшли своим чудесным голосом.       — Я бы не отказался... — ответил, почёсывая затылок. Жрать действительно хотелось жутко.       — Как соберётесь, заваливайтесь ко мне. Я что-нибудь организую. Ларри, как раз расскажи Салу, что случилось, и не смей кормить его своим ебучим попкорном, а то бедолага с таким питанием высрет желудок! Не прощаюсь, — Ларри кивнул, Мирта взяла Эшли за руку, и они поспешили свалить.       — Что произошло на этот раз? И дай мне сигарету, — Ларри вздохнул, помотал головой и кинул на стол пачку с зажигалкой. Давненько я не курил.       Я плюхнулся на стул, щелкнул зажигалкой. Приятный дым наполнил мои лёгкие, во рту стоял горький привкус никотина. Кайф.       — Ну? Алло, Ларри, я стене вопрос задал?       — Да бля... Тигр сбежал. Очнулся раньше Рика, выломал дверь и свалил. Рик до сих пор дрыхнет, но ему уже приставили людей, чтобы охраняли. Это пиздец, Салли.       — Да уж... Ларри, он же может... Начать мстить... или... убить тебя. Нужно что-то...       — Придумать. Знаю. И мы придумаем. После того, как сходим в душ, пожрём и всего-то убьём Рика, — сказал он, отшучиваясь. Почему даже сейчас он пытается быть веселым? Даже зная, что может умереть. Это он ради меня? Чтобы мне было спокойнее? Ладно. Подыграю ему. Я встал со стула и потушил об стол бычок.       — В душ я первый! — но тут Джонсон схватил меня за руку, притянул к себе и на ухо сказал:       — А может вместе? — я отстранился от него так, чтобы увидеть лицо. Он смотрел на меня с усмешкой и похотью.       — Мне без разницы. Захочешь, придёшь, — сказал я, чмокнув Джонсона в уголок губ. Я выбрался из его лап, он засунул руки в карманы и проводил меня взглядом.       Хотелось просто стоять здесь вечно. Я чувствовал каждую струйку приятной водички, ласкающую мое тело. В голову начали лезть мысли. О Ларри. Что со мной станет, если его убьют? Кто будет лидером? Наверное, Трэвис. Ой, Трэвис же хотел поговорить о чём-то? О чем? Вообще непонятно. Что планирует Тигр? И что приготовит Мирта?       Вдруг открылась дверь в кабину, меня обдало прохладой. Сзади на меня навалилось тело, которое ни с чем не перепутать. Ларри. Он обнял меня за плечи и полностью прижался ко мне. Дрожь.       — Думал, я откажусь от удовольствия "потереть тебе спинку"? — сказал он саркастическим полушёпотом.       Я почувствовал его дыхание на своей шее, после чего он начал её целовать. Затем я ощущал его губы на спине и плечах. Руками он сжимал мои бёдра. И тут я почувствовал, как что-то начало упираться мне в поясницу. Рука Ларри скользнула по моему бедру в сторону паха. Через секунду он уже ласкал меня в самом сокровенном месте. Второй рукой он надавил мне между лопаток, чтобы я нагнулся. После всех этих нежностей он грубо вошёл, даже не размяв, отчего я ахуел. Но он, видимо, понял, что мне больно, поэтому двигаться стал медленнее. Я извивался, как змея, всё тело сводило в судорогах, ноги подкашивались. Спустя время, я уже начал постанывать. Ларри нагнулся ко мне так близко, что я мог чувствовать его томное дыхание возле моего уха. Он начал набирать темп, с каждым толчком мне было все приятнее и приятнее. Он кусал мочки ушей, целовал спину, одной рукой сжимал бедро, другой доводил меня до эрекции, двигаясь в темп своим толчкам. Вдруг Ларри будто озверел и начал двигаться настолько быстро, что мои стоны переросли в блаженные крики, а глаза невольно закатывались. Я чувствовал, что мы оба уже на пределе. Спустя минут десять, мы закончили. Да уж, вышел такой утренний бодрящий перепихон в душе. Хотя был вечер... Но для нас утро. Ларри настоял на том, чтобы помыть мне волосы, отказываться я не стал.       Потом мы оба сполоснулись, я вылез первый, за мной Ларри. Выйдя из душа, я завалился на кровать. Не хотелось думать о плохом. Сейчас мне хорошо. Очень хорошо. Ларри надел чистое бельё и джинсы.       — Подгони и мне труханы, не в одном и том же мне ходить.       — Тебе повезло, что я не выбрасываю вещи, которые стали мне малы, — он залез под кровать и достал коробище из самых ебеней (почему я её не заметил, когда искал шмотки?) — Вот. Бери, что хочешь — всё твоё.       Я нашел, что было нужно, надел вчерашние спортивки и футболку. Ларри тоже натянул какую-то толстовку. Тут в дверь вломилась Сэм.       — Он очнулся, — Ларри взял кофту, которая вчера была на мне и достал из кармана ствол, полученный от Тодда, и сунул в карман джинс так, что рукоятка сильно торчала.       — Пошли.       На улицах было пусто. Видимо, все люди скопились где-то в одном месте. Как мне казалось, мы шли на главную улицу. И действительно. Тут была толпища, люди были повсюду. Сидели даже на крышах бараков. И как мы через эту толпу просочимся?       Но всё оказалось куда проще. Люди, завидев Ларри, сами начали расступаться, пропуская его. Стояла немая тишина, все молча провожали нас взглядом. И вдруг я увидел причину всего этого столпотворения, вокруг которой вертелись люди. Связанный Рик. Он смиренно сидел на коленях и почему-то улыбался. Напротив него на корточках сидел Трэвис. Они о чём-то говорили.       — Стой в толпе и не суйся. Скажи спасибо за место в первых рядах, — он улыбнулся и направился к Рику. Джонсон хлопнул Трэвиса по плечу, после чего тот тоже слился с толпой. Ларри достал пистолет и щёлкнул предохранителем. Снова этот ледяной взгляд. Меня передёрнуло. Он наставил пушку на Рика.       — Вот так вот просто убьёшь меня?       — Проще некуда, — Ларри был серьёзен. Его голос был полон решимости.       — А ты уверен, что отречённые признают тебя?       — Не пытайся меня напугать. Уже признали.       — Тебе всё равно не жить, Ларри Джонсон. Наслаждайся своими гейскими утехами и псевдовластью пока можешь, — Рик ухмылялся. — Скоро встретимся. В аду. — Рик начал смеяться. Громко и заливисто. Казалось, что он сумасшедший.       В эту же секунду раздался выстрел. От неожиданности я зажмурился. Открыв глаза, я увидел мокрое пятно крови, в котором валялось тело Рика. Ларри стоял и морозил труп взглядом. В глазах была ненависть и облегчение. Он бросил ствол на землю и пошёл в мою сторону.       Приобняв меня за плечо, сказал:       — Идём. Надо поесть.       — Ларри, ты совсем? Думаешь о еде после произошедшего?!       — Здесь, это нормально. И поверь, не самое отвратительное, что я видел за всю жизнь в трущобах и "подземном городе", — вдруг нас окликнули, Ларри обернулся.       — Эй, а с этим что делать?! — орал через всю улицу Трэвис.       — Мне похуй, хоть сожри. Без разницы, — холодно отрезал Джонсон. Трэвис почесал затылок, глядя на труп Рика под ногами. Мы же пошли к Мирте.

***

      Знакомая миленькая кухня. Мы с Ларри уже полностью опустошили тарелки с каким-то супом. Наконец-то я сыт.       — Ты была?... — спросил Ларри, но Мирта его перебила.       — На казни? Нет. И сама не люблю смотреть на такое, и Эшли по любому бы запросилась со мной. А я не хочу, чтобы она видела что-то такое.       — А где Эш?       — В комнате рисует. Что теперь, Ларри? Вот, ты лидер, всё? Ты доволен?       — Нет, пока жив Тигр. Я уверен, он заявится сам. Нужно быть готовым.       — Ну так оповести людей, дай распоряж...       — Нет. Готов к этому должен быть только я. Я не втяну в это людей снова. Не в этот раз... — повисла немая пауза. Неужели Ларри и правда собрался разбираться с Тигром сам? Как хоть он выглядит, этот Тигр?       Тут неловкую обстановку разбавила Эшли, вся перемазанная в краске.       — Таааак, ребята, по-моему, нам нужно расслабиться! Проблемы проблемами, но нельзя же всё время убивать людей и кого-то спасать. Отдыхать тоже нужно. Может...       — БУХНЁМ! — заорал Ларри, что сильно меня рассмешило.       — Ну, я хотела выразиться мягче, но так тоже нормально. Ну а что? Позовём ещё Тодда, Трэвиса, Эмму, ещё кого-нибудь. Затусим тут, ну?       — Мне похер, зови, кого хочешь, я за любой движ, — сказал Ларри. Я возмутился.       — Твой "движ" в прошлый раз плохо кончился! Не злоупотребляй!       — Да я ж... Немного...       — Хорош вам, сладкая парочка, — оборвала Мирта. — Спиртного у меня всегда предостаточно, ща позвоню, подтянем народ. У меня даже дунуть есть. — На том и порешали.       Уже через полчаса на весь барак долбила музыка, в комнате было не протолкнуться. Душно, пахло сигаретами, перегаром и дурью. Я не пил, поэтому обстановочка меня не радовала. Было человек двадцать. И Трэвис с Тоддом пришли. Ещё были какие-то девицы, которые то и дело тёрлись около Ларри, а Эшли всё время их уводила. Несколько парней, с которыми постоянно тёрся Тодд и Мирта, о чём-то разговаривая, забивая косяк за косяком. И это отдых? А вот Трэвис сидел на корточках около стены. Он поймал мой взгляд и решил подойти.       — Выйдем, — серьёзно сказал он и пошел на кухню. Наверное, хочет поговорить о том самом. Я глянул на Ларри. Болтает с Эшли, потягивая какой-то портвейн прямо из горла бутылки. Наверное, не заметит моего отсутствия. Я вышел на кухню.       Трэвис ждал меня, подпирая стену напротив, и вдруг стукнул по ней локтем. Открылась дверь. Ахуеть, дверь замаскирована под стену! Видимо, там ванная. Неудивительно, что я раньше её не замечал. Тут хер заметишь.       Зайдя внутрь, Трэвис закрыл за собой дверь на щеколду изнутри.       — О чём поговорить хотел?       — Не буду церемониться. Что у тебя с Джонсоном?       — Тебе какая разница? Трэвис, я думал что-то серьёзное, а ты...       — Что. У тебя. С Джонсоном, — он сменил тон на более грубый.       — Я же говорю... — он облокотился на стену, вжимая меня в неё.       — Ты любишь его? Вы в тех самых отношениях? Ебётесь, да?! — он почти перешёл на крик. Выдержав паузу, он продолжил. — Ненавижу, когда меня заставляют ревновать.       — Я так и думал. Ты влюблён в Ларри. Но Трэвис, я не винов...       — Совсем еблан? — теперь он говорил полушепотом. — В какого, нахуй, Ларри? — Я совсем ничего не понимал.       — А в кого? В чем дело?       — Я влюблён... в тебя, Салли Фишер.