Любовь синего цвета.

Проснулась я из-за того, что кто-то тряс меня за плечо и говорил мое имя. У меня не было никакого желания вставать, поэтому я перевернулась на другой бок и укрылась одеялом. Но вдруг острая пружина пронзила мой бок, и я вскрикнула, сев на диване. Напротив меня сидела СуДжин и обеспокоенно, с долей сожаления и удивления, смотрела на меня. Посмотрев по сторонам, я не обнаружила Чонгука на территории гримерки и удивилась этому факту. – А где Чонгук? – спросила я. Моя шея затекла из-за неудобной подушке и положении, в котором она находилась. Спину ужасно ломило от проделанной работы и дивана с торчащими из него пружинами. Понять, каким образом я смогла заснуть на нем, не смогла, но и особо не старалась. – Он вышел отсюда минут десять назад. Твой телефон был выключен, а дома ты не появлялась, поэтому я спросила у Чона, где ты, ведь он был последним человеком, с котором ты общалась. Он ответил, что ты спишь в гримерке и вышел из школы, – ответила она. Так и знала. Все, что произошло вчера, было всего лишь иллюзией хорошего общения и сближения двух людей. Между нами все так же находилась пропасть, как и все время. Не нужно было надеяться на что-то большее. – Ладно, – тихо проговорила я и встала с дивана. Взгляд невольно опустился на коробку, в которой вчера вечером я застряла, и парень помог мне выбраться из нее. Я все же действительно не могу его понять, сколько бы ни пыталась. Он самый сложный и непредсказуемый человек на всем свете! – Почему ты спала здесь? – спросила СуДжин, когда мы пересекали зал. – Я спала здесь не одна, а с Чонгуком. Когда мы убирались в гримерке, уборщица посмотрела, что в зале никого нет, и закрыла дверь. Поэтому нам пришлось спать вместе на одном диване, – с грустью в голосе разъяснила я. Глаза СуДжин увеличились вдвое, ведь она никак не могла поверить в то, что за несколько дней ее план поможет продвинуться на несколько шагов дальше, чем за все время, что я знаю Чона. Но, к сожалению, все находится на своих местах, и прогресса нет вовсе. – Ничего себе, – пораженно прошептала она. – А почему он тебя не разбудил? Я только пожала плечами и вышла в коридор школы с грустной миной на лице. Поступок парня заставил меня задуматься о том, что, может быть, хватит мне пытаться влюбить его в себя против воли. Несколько попыток не увенчались успехом, значит, пора покончить с этим и переключить внимание на что-нибудь другое. Может быть, на учебу. – Он такой странный, – протянула Ли и прикусила нижнюю губу. – Ты сейчас домой? – Да, – согласилась я с двумя утверждениями. – Не буду же я в таком виде ходить по школе. Я указала рукой на грязные штаны и футболку, которую порвала, когда передвигала декорации. СуДжин только кивнула и, проводив меня до ворот школы, обняла и попрощалась. Дорога от школы до дома не заняла у меня много времени, так как я жила недалеко от школы. Каждый день я хожу пешком, но бывают дни, когда лень берет верх надо мной, и я еду на автобусе. Давно не видела отца из-за его командировок, но я рада, что он ездит не один, а с достойной женой. Она очень хорошая женщина, и я рада, что именно она стала моей мачехой. Она добрая, никогда мне ничего плохого не говорила, даже когда я вредила нашему имуществу. Если честно, она даже не повышала на меня голос, все время, решая проблемы мирным и рациональным путем. Она является той самой матерью, с которой можно поговорить обо всем, даже о мальчиках. Ее материнский инстинкт никогда не подводил: всегда, когда я чувствовала себя плохо душевно, она проходила ко мне в комнату с двумя чашечками чая и пачкой моего любимого печенья и долго разговаривала со мной обо всем, чтобы оказать поддержку со своей стороны. Я очень рада, что она есть у меня. Как только я зашла в дом, то в нос сразу ударил запах кофе. Джин всегда пил кофе на завтрак и готовил великолепный завтрак, которым он частенько балует меня. Значит, он уже проснулся и дожидается меня с порцией долгой и нравоучительной беседы. Как я и предполагала, он сидел на диване и завтракал, смотря какой-то мультик по телевизору. Он был полностью вовлечен в просмотре мультика, что даже не заметил моего прихода. – Он станет хорошим, а тот человечек умрет, – неожиданно озвучила я концовку, из-за чего брат подпрыгнул на диване, и весь его завтрак расположился на черном кожаном диване. – Черт! – выругался он, принимаясь убирать остатки завтрака. – Стоп, где ты была? Он остановил уборку на несколько секунд и посмотрел на меня, но я всего лишь подошла к дивану и облокотилась на его спинку. – В актовом зале, – невозмутимо ответила я. – А что? Парень удивленно вскинул брови и не верящим взглядом осмотрел меня. Джин, как и остальные близкие мне люди, знал, что у меня боязнь сцены, и никто не сможет заставить меня выступать на публику, ибо я смогу найти выход, лишь бы не испытать страх. – Ты там спала? – догадался он. – Уборщица закрыла дверь. А теперь, если ты не против, я пойду к себе в комнату. Я ужасно устала и хочу спать, – пробурчала я последние слова и направилась к лестнице.