Аристократ с сюрпризом

Миновало еще несколько недель, прежде чем от перекрестка рабочие с дорогой продвинулись на несколько сотен метров вперед. Ресурсов уходило так много, что Рэдмон внутренне опасался, что придется перекопать все поля. Но к его удивлению, когда он прискакал к образовавшимся оврагам, то понял, что место стало напоминать карьер, коих на земле было много. Именно из них добывали нужную породу. Во все стороны овраги не росли, поэтому мужчина успокоился. Лето начинало клониться к закату. И хоть стояла жаркая погода, мужчина опасался, что с наступлением осени и приходом дождей работать будет невозможно. Он неожиданно вспомнил, что в его мире умудрялись прокладывать асфальт даже зимой. И потом он отваливался целыми кусками. Рэдмон усмехнулся. Здесь такого не будет. А еще, прознав о диковинной дороге в городе, разумные начали шептать, и через некоторое время поместье Андраса посетил управляющий городом. Это был альфа в летах по расе оборотень. Поначалу он придирчиво осматривал дорогу на перекрестке, выйдя из экипажа. Но когда понял, что работа добротная и действительно прочная, поспешил в поместье. Все время пока он ехал, смотрел под колеса экипажа. Его почти не трясло, дорога стелилась удивительно ровным полотном безо всяких ухабов. Он долгое время беседовал с Рэдмоном о строительстве дорог. Мужчину заинтересовала перспектива проложить подобные дороги и в городе, все равно близился срок смены дорожного покрытия. Слуги в поместье помнили Андраса как открытого рубаху-парня, который мог поделиться с другими и ничего не попросить взамен. Нынешний же Рэдмон оказался расчетливым омегой. Внимательно выслушав управляющего, он обещал подумать. Но даже если согласится, то должен будет быть в доле и руководить процессом строительства. Пожилой альфа нахмурился. Ему не слишком хотелось, чтобы какой-то молодой выскочка руководил процессом смены дорог аж целого города! Когда он отправился обратно в город, то посетил место работы. Рабочие из города встретили его дружественно. Они знали управляющего в лицо. Но вопреки всему мужчины не открыли тайну дорожного покрытия, растянули над застывающим слоем брезент и только качали головами. Управляющий попробовал переманить их тем, что хорошо заплатит за работу. Но услышав, сколько те получали каждый месяц, опешил. Если он хотел, чтобы разумные работали на него, придется платить больше, чем Андрас. Таким образом городская казна растает за несколько месяцев. Угрожать этим мужчинам тоже не имело смысла. С такой зарплатой они могли еще немного накопить и построить уже собственное жилье и за пределами города. Поэтому альфе пришлось заткнуть гордость за пояс и ждать ответа омеги. Рэдмон же не торопился отвечать. Сейчас на первом месте для него был собственный тракт, а слышать фырканье управляющего ему было не страшно. И так уже был достаточно пуганый в своей жизни. Постепенно работа с чертежами по изготовлению оружия начала совершенствоваться. Рэдмон уже набил руку и теперь мог изобразить все подробно. Он делал масштабные рисунки всех деталей, чтобы по ним было легко понять, что требовалось изготовить. Когда основные чертежи были готовы, мужчина вновь наведывался в город к тому самому кузнецу Логату, на которого однажды указал оружейник. Логат оказался суровым альфой-оборотнем с короткими каштановыми волосами и большим белесым шрамом, который пересекал его лицо от лба до скулы, задев глаз. Из-за этого левый глаз был полностью белым. Рэдмон поначалу осмотрел его, станет ли такой вообще слушать тщедушного омегу. Мужчина был хмурым, в измазанной сажей одежде. Под бронзовой кожей бугрились стальные мышцы каждый раз, когда альфа раздувал меха, чтобы добавить жара. Вопреки всему он выслушал омегу, ничего не говоря. Он внимательно осмотрел чертежи и подробные рисунки отдельных деталей. Мужчина хмурился, тыкал пальцем в бумагу и сосредоточенно водил им по очертаниям рисунков. А потом без вопросов взял один и ушел к горну. Рэдмон остался стоять у стола, не отвлекая. Он лишь наблюдал со своего места, как альфа еще раз раздул меха и достал стальную заготовку. Несуразная деталь в его руках постепенно начинала обретать очертания того, что отдаленно было похоже на указанную на рисунке деталь. Логат не издавал ни звука, пот скользил по коже, делая ее блестящей. Он плавил деталь, бил по ней молотом, остужал, а потом начинал все сначала. Он использовал замысловатые инструменты. На все про все ушла пара часов, и вот мужчина, наконец, развернулся к Рэдмону и молча протянул ему на мокрой ладони изготовленную деталь. Рэдмон принял еще горячую запчасть, которая являлась ничем иным, как барабаном кольта. На чертежах был изображен именно он. — Чудно, — Рэдмон взвесил барабан в руке, покрутил его, осматривая. Деталь требовала дополнительной шлифовки, но в целом полностью соответствовала необходимым стандартам. — Могу я рассчитывать на сотрудничество? Логат посмотрел на него долгим взглядом единственного зрячего глаза. От такого взгляда любому бы стало жутко, но Рэдмон смотрел на него в ответ, ожидая ответа. Альфа же лишь только слегка кивнул. Видимо это значило согласие. Рэдмон даже не подумал о том, что мужчина мог надуть его. Почему-то он точно был уверен, что Логат сдержит слово. Следом за кузнецом Рэдмон нанес визит в оружейный магазин, обмолвившись с уже знакомым бетой парой слов. После него он пополнил запасы табака в табачной лавке. Передвигаясь на груженом табаком недовольном Валете, Рэдмон вдруг обратил внимание на небольшую лавочку, на которую раньше не попадал взгляд. Он посмотрел в ту сторону лишь потому, что почувствовал странный запах, явно шедший оттуда. Запах был вроде как и обычным, но чуть резким и с долей запаха словно после сильной грозы. Рэдмон остановился, привязал Валета у входа и вошел в лавку. Только вот это оказалась никакая не лавка, а подобие парикмахерской. Сейчас на креслах сидело несколько разумных. Но на Рэдмона обратили внимание. Мужчина скользнул взглядом по полкам, на которых стояли всевозможные склянки, от которых и шел этот странный запах. — Господин желает подстричься? — участливо поинтересовался один из работников, но Рэдмон покачал головой и снял капюшон. — Господин желает вот это, — он указал на волосы. — Перекрасить в другой цвет. Работник, милый утонченный омега, скользнул взглядом по белым блестящим волосам. Улыбка застыла на его лице, но парень не растерялся, кивнув. — Как господин пожелает. Я Вас провожу, — сказав это, он слегка качнул рукой будто в приглашающем жесте, после чего оставил на тумбочке ножницы, которыми до этого стриг бету, и открыл боковую дверь. Рэдмон последовал за ним. Помещение, в которое его завели, было небольшим. У стены стояла низкая ванна. Встань около нее Рэдмон, она была бы ему ниже бедер. — Гари́н, к тебе пришли, — оповестил работник-омега кого-то и зажег свет ярче. Точнее он провел по стене ладонью, и светильники стали гореть сильнее. Рэдмон осмотрелся. Совершенно неожиданно от светлой стены отошел мужчина. Он только сейчас заметил его. На неизвестном был надет белый плащ, остального видно не было. Такой же белый плащ Рэдмон видел на маге, который телепортировал его и Люгена в поместье. Значит, это тоже был маг? Омега, что привел сюда Рэдмона, ретировался обратно за дверь, оставив их наедине. — Итак, милый юноша, — Гарин хлопнул в ладоши и улыбнулся. — Чего желаете? — Перекрасить волосы. Это возможно? — Рэдмон расплел косу, которую ему накануне заплела служанка. Белые волосы заструились по плечам, красивые и крепкие. — Нет ничего невозможного, — маг добродушно усмехнулся и подошел к мужчине. Он коснулся волос пальцами, взял прядь и погладил ее. — Но не жаль ли Вам такую красоту? — Не люблю светлые волосы, — проговорил Рэдмон, пожав плечами. — Что же Вы терпели в таком случае? — Не хотел расстраивать папочку, — уклончиво ответил мужчина. Гарин усмехнулся вновь и отошел от омеги к небольшому стеллажу. Он открыл его, Рэдмон успел заметить стоявшие на полках бутыли, прежде чем маг загородил собой обзор. — В какой цвет желаете перекраситься? Красный, коричневый, желтый, зеленый… — В черный возможно? — Рэдмон снял с себя плащ, повесив его на согнутый локоть. Вешалки в помещении не наблюдалось. — Можно, — согласно кивнул мужчина и достал со стеллажа пару банок. А потом обернулся и посмотрел на стоявшего у дверей омегу. Спохватившись, маг забрал у него плащ, повесил его около стеллажа на гвоздь, а потом пододвинул к ванной стул. — Процесс перекраски займет несколько часов. Вы располагаете таким временем? — Само собой, — ответил Рэдмон. Если волосы станут черными, он готов был просидеть здесь и сутки. Только к чему ванна? — Тогда присаживайтесь на стул спиной к ванной и волосы в ванну, — скомандовал Гарин. У самого него волосы были под цвет плаща, как и кустистые брови. Взгляд светло-голубых глаз то и дело скользил по омеге перед ним. Маг взял широкий гребень, подошел и принялся расчесывать густые волосы Андраса, чтобы те не были запутанными. Рэдмон терпеливо выжидал. — Когда я полью волосы смывкой, цвет начнет с них сходить. В это время Вы можете шевелиться, но так, чтобы волосы не покидали пределов ванной. — Понял, — Рэдмон согласно кивнул и попытался расслабиться. Впереди было долгое сидение с запрокинутой головой. Хорошо, что в этой жизни у него не было никаких проблем с шеей. А то бы он сто раз успел пожалеть. Маг отошел к стеллажу, натянул на руки резиновые перчатки и взял склянку. Та была массивной, объемом в несколько литров. Мужчина откупорил крышку и перелил содержимое склянки в ковш. При этом Рэдмон заметил, что жидкость была совершенно прозрачной. Гарин же подошел к нему и начал медленно выливать содержимое ковша ему на волосы. Он перебирал пряди, пропитывал жидкостью тщательно. Рэдмон чувствовал, как волосы постепенно тяжелели. Жидкость была густоватой, как кисель, оставалась на волосах и окутывала их. Ощущения были странными, но мужчина сам подписался на это. — Почему белый плащ? — задал он вопрос, когда маг уже закончил поливать волосы и теперь сидел за столом, что-то там строча на бумаге. Стол Рэдмон кстати тоже не заметил поначалу. Маг отвлекся от письма, повернулся к омеге. — Потому что я светлый маг. Моя магия не несет вреда и узаконена Императором. Моя деятельность легальна, а аура светла. — А что, бывают и темные маги? — Рэдмон усмехнулся. Он впервые сталкивался с магами и слабо верил, что магия была такой уж реальной. Хотя… перенес же его портал в поместье Рэвьен. — Бывают, — Гарин на мгновение свел брови к переносице, но тут же смягчился. Любопытный омега его забавлял. — Темные маги вне закона. Они могут творить ужасные вещи. — Некромагия, пожирание жаб и проклятия? — предположил Рэдмон то, что помнил еще из прошлой жизни. Только там это было сказками. — Это малая часть, — маг повел плечом и отвернулся к столу. Видимо дал понять, что разговор на эту тему закрыт. Рэдмон не стал настаивать, тоже замолчав. Осторожно повернув голову, мужчина посмотрел на свои волосы, которые тяжелым грузом свисали в ванну. И тут же был сильно удивлен. С кончиков волос капало что-то белое, хотя он точно помнил, что маг поливал волосы прозрачной жидкостью. — Что это? Маг вновь повернулся к нему, посмотрел исподлобья, а потом усмехнулся. — Это вымывается Ваш родной цвет. Старайтесь сильно не шевелиться. Когда жидкость вновь станет прозрачной, я приступлю ко второму этапу. — Второму этапу? — Покраске. Вновь воцарилось молчание. Рэдмон сцепил пальцы в замок на животе, закинув ногу на ногу и смотря в потолок. Про себя он напевал старые мотивы, ибо знал, что за пением время начинает лететь незаметно. Так и было на этот раз. Не успел он спеть про себя десятую песню, как Гарин поднялся и подошел к нему. — Все, Ваш цвет полностью сошел. Сейчас будем красить. — И какой же я сейчас по цвету? — Рэдмон чуть повернул голову. От такого долгого сидения хотелось хрустнуть затекшей шеей. — Ваши волосы полностью прозрачные, как стекло, — маг отошел к столу, откупорив вторую склянку. Рэдмон не удержался и повернул голову. Увиденное сильно потрясло его. Волосы действительно были прозрачными, как тончайшее стекло. Как сосульки по зиме. Удивительно. Гарин вернулся, пропитал волосы омеги такой же бесцветной жидкостью. На этот раз она странно пахла стерильностью. — Замрите и не шевелитесь. Иначе цвет ляжет неровно, — проговорил маг, достал со стеллажа небольшой бутылек с черным содержимым и подошел к ванной. — Темные волосы хотите или насыщенно черные? — Второе, — Рэдмону велели не двигаться, но он все равно скосил глаза вверх, насколько мог. Маг раскрутил крышку склянки и капнул несколько черных капель прямо на волосы. Омега уже не видел этого, но капли моментально расползлись по всей длине волос, делая их смолянисто-черными. Несколько раз по волосам прошлись переливы, после чего все стихло. Рэдмон провел в одном положении еще около полутора часов. А когда маг промыл его волосы водой и высушил при помощи непонятного агрегата, что только отдаленно напоминал земной фен, Рэдмону разрешили подняться. Он тут же хрустнул шеей, размял плечи. А потом провел рукой по волосам и ухватил прядь. Он начал рассматривать ее. Волосы действительно получились насыщенно черными, блестящими и красивыми, словно это был его цвет от рождения. То, что надо. — Сколько продержится цвет? — Четыре месяца. Потом волосы станут прозрачными и лишь через некоторое время обретут белый цвет. Сейчас пропитка воздействует на волосяные луковицы, окрашивая весь волос в черный, даже когда они будут отрастать. Но потом генетика возьмет свое. С Вас двадцать локов. Рэдмон безоговорочно рассчитался. Результат ему более чем нравился. Он вообще думал, что волосы окрасят краской и на этом все. Но магическая покраска просто покорила его. Выйдя из парикмахерской, мужчина вдохнул свежий воздух. Он надел на голову капюшон, но успел оценить, как черные волосы красиво блестели на солнце. Оно уже клонилось к закату, когда Рэдмон взобрался на коня. Валет долго простоял привязанным, поэтому ему не терпелось уже размять в галопе ноги. Но Рэдмон обломал его с этим, направив животное вдоль улицы красных фонарей. Он уже некоторое время думал об этом и наконец решил. Мин обслуживал его на протяжении всего того времени, как Рэдмон начал наведываться в бордель. — Доброго вечера, господин, — поприветствовал его хозяин борделя. Рэдмон не удивился такому приему. За все время он дал ему на лапу столько локов сверху, что не грех теперь принимать омегу с почестями. — Желаете выпить? — Я по делу, — Рэдмон отказался от выпивки. Предстояло еще скакать верхом на Валете, а тот и так был в шоке от запаха табака. Да и выпивка в этом месте была редкостным пойлом. — Я выкупаю у тебя Мина. — Простите? — альфа осекся, а вместе с ним и парочка шлюх, которые ошивались поблизости. Где это видано, чтобы шлюху выкупали? — Прощаю, — Рэдмон даже бровью не повел на удивление мужчины. — Сколько он будет стоить? — Позвольте, господин, — альфа склонился к барной стойке и жарко прошептал омеге на ухо. — Не выгодней ли Вам купить кого на невольничьем рынке? Там товар почище будет… — Невольничий рынок? — Рэдмон вскинул бровь. Хозяин тут же прижал палец к губам и зашептал вновь. — Тихо… работорговля запрещена, но к востоку на побережье есть несколько борделей, которые держат рабов. Уверяю Вас, там отменный товар. Не прогадаете. Извращенец внутри Рэдмона тут же поднял голову и навострил уши. Он получил сейчас просто невероятную информацию. В его собственном мире работорговля каралась смертной казнью. Интересно, как здесь? Нет, он не собирался открывать собственный бизнес в этой отрасли. Ему будет хватать и оружейного производства. Но вот наведаться на невольничий рынок он теперь считал необходимым. — Я приму к сведению, — наконец ответил мужчина, а потом продолжил уже громче. — Так сколько будет стоить выкуп Мина? — Помилуйте. Он приносит больше всего дохода. Вот оно что. Сутенером овладела корысть. Он попросту не хотел расставаться с лучшей шлюхой. Ему не было дела, насколько тот затасканный. — Сколько? — Господин, — альфа внезапно прищурился, смотря на омегу перед ним. Он даже слегка пригнул голову и заглянул под капюшон. — А как Ваше имя? — Рэдмон, — спокойно проговорил тот, даже бровью не повел. — Еще вопросы будут, или начнем уже торговаться? Сутенер поджал губы. Он посмотрел на Рэдмона долгим взглядом, потом глянул по сторонам, а затем ухмыльнулся. — Двести локов. — По рукам. Альфа осекся, широко раскрыл глаза. Дерзкий омега даже взгляда от него не отвел. — Тогда двести пятьдесят. — Идет. — Господин! — Я выкупаю Мина, хочешь ты этого или нет, — Рэдмон подался вперед, перегнулся через барную стойку и положил руку альфе на грудь. — Ты сам не заметил того, что проболтался богатому омеге о запрещенной работорговле? Значит ты там уже бывал и неоднократно отоваривался, так? — взгляд альфы изменился. Рэдмон сжал одежду на груди сильнее. — А может ты в доле с продаж? Твои шлюхи тоже были привезены сюда рабами? Лицо хозяина побледнело. Его только что обвел вокруг пальца какой-то омега. Но от одного только его присутствия становилось жутко, а взгляд холодных колдовских глаз пробирал до костей. Рэдмон же, отстранившись, достал из поясной сумки небольшую книжку, раскрыл ее. Это были чеки. Он написал на одном сумму в двести пятьдесят локов, приложил большой палец к нужной графе. Денежные пункты выдачи работали так, что отпечаток пальца владельца счетом считывался магически, и выдавалась требуемая сумма. Рэдмон вырвал чек, шумно положил его на барную стойку. — Вели привести Мина. И пусть наденет что-нибудь сверху. Я не собираюсь вести его через весь город в одних шортах, — Рэдмон сказал это твердо. Голос, который не терпел отлагательств. Альфа стиснул челюсти, его желваки задвигались. Он кивнул кому-то за спиной Рэдмона, и тотчас по лестнице вверх убежал щуплый омега. Остальные шлюхи уставились на омегу большими глазами. И в них Рэдмон читал усталость и потаенную тоску. Он бы не удивился, если бы узнал, что те мечтали оказаться на месте Мина, мечтали тоже быть выкупленными, чтобы не пропускать через себя с десяток клиентов в день. Рэдмон понимал это. Но он пришел только за Мином. Еще когда мужчина жил прошлой жизнью и содержал элитный бордель, он заботился обо всех своих работниках. Они не нуждались в еде и деньгах, не были истязаемы, а если какой-то клиент поднимал на ребят руку, Рэдмон разбирался быстро и почти безболезненно. Он не называл своих работников шлюхами. Они были мальчиками и девочками для утех, у них оставалось время на увлечения. Рэдмон был заинтересован в том, чтобы на него работали добровольно. И когда ему в лицо тыкали пистолетами конкуренты, Рэдмон мог бы с готовностью отметить, что встал бы спиной к своим «ребятам», зная, что те не воткнут нож под ребра. В этих же омегах и бетах мужчина видел мольбу. Они явно работали тут не от хорошей жизни и даже не имели своих накоплений. Ясно же, что сутенер забирал деньги, которые платили клиенты, давая шлюхам только кров и пищу. Мин спустился вниз через десять минут. Он огляделся, наткнулся взглядом на хозяина и затоптался на месте. Альфа же качнул головой и отвернулся к выпивке. Рэдмон скользнул по Мину взглядом. На том было подобие плаща, но замша в некоторых местах уже стерлась. Ткань на правом плече была порвана, и Мин это наверняка знал. Ему было неловко. Рэдмон быстро подошел к нему, парнишка непонимающе уставился на него. — Идем отсюда, — проговорил мужчина, приобнял непонимающего омегу за талию и вывел на улицу. Мин зажмурился, смешно наморщив конопатый нос. Только сейчас Рэдмон обратил внимание на то, что у парня были веснушки. В освещении комнаты этого не было заметно. — Почему мы уходим, господин? — Мин опасливо озирался по сторонам. — Потому что я выкупил тебя. Ты больше не будешь здесь работать, — спокойно ответил Рэдмон. Он подошел к Валету, похлопал его по лоснящейся красивой шее. Жеребец повернул в их сторону голову и скосился на Мина черным глазом. — Почему, господин? — непонимающе пролепетал Мин. У него в голове не укладывалось, как шлюха может быть интересна богатому омеге, раз он решил выкупить собственность борделя. — Без вопросов, Мин, — сказав это, Рэдмон задрал ногу омеги на стремя и подсадил его. Сил в нем было теперь достаточно, чтобы приподнять хрупкого парня. Мин вцепился в седло тонкими ручонками. Рэдмон же взобрался следом и уместился позади парня. От волос Мина пахло травами. Вероятно, он недавно помыл их. Стегнув Валета по бокам пятками, Рэдмон направил его к мостовой. Мин прижался к нему спиной и за все время скачки не проронил ни слова. Он вообще не шевелился и был напряжен. Костяшки его пальцев побелели от того, с какой силой он сжимал луку седла. Рэдмон перехватил его поперек живота одной рукой, второй держал поводья и управлял Валетом. В принципе конем не нужно было уже управлять. Стоило пару раз цокнуть языком и сказать «домой», как умное животное пускалось в галоп и мчало всадника до самого поместья. Домой Рэдмон прискакал, когда уже стемнело. Он спустил Мина с коня, перехватил его за талию, словно мальчишка мог куда-то сбежать. Омегу встретили конюх и управляющий. Последний глянул на Мина непонимающе. Тот стыдливо отвел глаза и мелко трясся. Он понятия не имел, зачем господин выкупил его и привез в свой дом. Неужели для увеселительных утех целого двора? Он не понаслышке знал от других шлюх, что аристократы любили устраивать подобные сборища. Рэдмон завел парня в фойе и слегка подтолкнул в спину прямо в сторону слуг, которые встретили их. — Отмыть, накормить, отвести в гостевую комнату и уложить спать. И не сметь обидеть, — последнее Рэдмон сказал так твердо, скользнув взглядом по слугам, что те только почтенно поклонились и поманили омегу за собой. Тот сначала стоял на одном месте, но вскоре пошел за слугами, видя их добродушные лица. Рэдмон же только сейчас заметил, что парень был босиком. Даже когда он сажал его на коня, не обратил внимания на такую деталь. Неужели у парня были только те вещи, которые склонны возбуждать клиентов? Впрочем, Мин не взял с собой ничего. Значит не хотел. — Господин Андрас, — рядом с мужчиной возник Монис, когда он уже поднимался по лестнице на второй этаж. — Мы получили почтового сапсана. Завтра к обеду в Ваше поместье прибудет господин Рэвьен. — Люген? — Рэдмон скинул с головы капюшон. Монис встал как вкопанный, открыв пораженно рот. — Господин Андрас… Ваши волосы… — Мои волосы, — как ни в чем не бывало проговорил Рэдмон, идя дальше. — Я жду ответ. Монис быстро пришел в себя. Он торопливо последовал за хозяином, все еще скользя взглядом по черному цвету длинных прядей. — Господин Люген, да, — быстро ответил омега, забыв даже о пресловутом «господин Андрас», которое Рэдмона начинало уже бесить. — Боги, — мужчина закатил глаза, продолжив идти в сторону комнаты. Монис следовал за ним. — Будут какие-то особые поручения по этому поводу, господин Андрас? — ну вот, сглазил. — Тебе нужны какие-то особенные поручения, Монис? — Рэдмон остановился. Он был раздражен. Сказывался спор с долбаным сутенером, который не хотел отдавать Мина. Да Рэдмон был уверен, что хрупкого омегу затаскали бы там за несколько лет, а потом бы либо пришибли, либо выкинули на улицу. — Иди спать. А все поручения будут завтра утром, — сказав это, Рэдмон открыл дверь в комнату и скрылся в ней.

***

Новый цвет волос Андраса произвел фурор среди всех, кто увидел его в новом виде. На лицах разумных угадывался шок, но они отвешивали мужчине комплименты о том, что этот цвет Андрасу необычайно шел. Рэдмон и сам это знал. Утром он с лихвой постоял перед зеркалом, любуясь результатом. Все омрачалось думами о том, как на это отреагирует Люген. Что же, Рэдмон был в некотором плане мазохистом. Это будет даже интересно. Мин не показался из выделенной ему комнаты на завтрак, поэтому Рэдмон решил сам дойти до него. Омега нашелся на краю кровати, закутанный в плед. Увидев на пороге мужчину, он спрятал шею в пледе. — Ну и чего ты? — Рэдмон скрестил руки на груди, остановившись у дверного проема. — Тебя никто тут не съест. — Эта комната… она для меня? — Мин высунул голову из пледа, смотря на омегу. — Для кого еще? Боги, что за детский сад, — Рэдмон быстро прошагал через всю комнату и распахнул плотно закрытые шторы. В комнату ворвался яркий солнечный свет, осветив предметы кругом. Комната была меньше, чем у самого Рэдмона, но немного похожа по планировке и обстановке. И такая же светлая. — Слушай, я не собираюсь тебя бить и пускать по кругу, — Рэдмон потер переносицу. — Ты понравился мне. И все. Вот и вся причина, по которой ты теперь здесь. Делить со мной постель или нет, это решать тебе. Уходить не рекомендую, общество тебя сожрет, — мужчина вновь подошел к двери. Мин смотрел на него уже не так пугливо, услышав основное. — А теперь было бы чудно, если бы ты спустился к завтраку. Уверен, что ты со вчерашнего дня не ел. — Мне… нечего надеть, — произнес Мин затравленно. В борделе, приходя в комнату к Андрасу, он был совершенно другим. Более спокойным. Видимо там он уже смирился со своей судьбой. А тут он оказался в незнакомой обстановке и положении. Рэдмон буквально вытряхнул парня из его скорлупы. Рэдмон же, поняв, что омега прав, хлопнул себя по лбу и вышел из комнаты. Собственная находилась недалеко. Не прошло и десяти минут, как он отворил дверь ногой, напугав Мина, и прошел в помещение, вытряхнув на кровать ворох вещей. — Наконец-то пригодились, — Рэдмон отряхнул руки. Мин же уставился на гору цветных тряпок. — Чье это? — Было мое, — Рэдмон пожал плечами. — А как же Вы… — У меня другое чувство стиля, малыш, — мужчина хмыкнул. — Если тебе не нужно, я выкину всю эту кучу. — Нет-нет, — омега тут же подался к вещам и положил на них руку. — Спасибо… — Не ссы, все будет хорошо, — сказав это, Рэдмон вышел из комнаты. — Завтрак, Мин. Он бодро пошел вдоль хорошо освещенного светлого коридора, когда его нагнал Монис. — Господин Андрас, экипаж господина Рэвьен в трех часах езды. — Блядь, — Рэдмон выругался. Он совсем забыл об этом. — Ну, тогда готовьте комнату для папули. Монис быстро поклонился и убежал с поручением вниз по лестнице. Рэдмон же усмехнулся, смотря ему вслед. Почему-то мужчине казалось, что Люген не задержится тут долго. Его ждали весьма чудные новости.