Аристократ с сюрпризом

Запах в помещении стоял такой, что хотелось прикрыть нос ароматизированным платком и валить отсюда как можно скорее. Конечно, кто же будет мыть рабов, пока их не купили? Правильно, лишней воды не было. Вот и сейчас зловония расточались по всему подвалу, но Рэдмон не обращал на это внимание. Его взгляд был прикован к мужчине перед ним. — Этот, — омега указал на него пальцем. — Кто он? — Его схватили на побережье Гоштандта, — проинформировал мужчину один из альф, тот, кто привел его сюда. — На нем пиратская метка. Рэдмон еще раз осмотрел мужчину. Альфа выглядел потасканным, видно жизнь его помотала за те месяцы, что они не виделись. Сколько прошло времени? Примерно полгода? — Сколько он стоит? — Двести локов. — Так дорого? — Рэдмон вскинул бровь, повернув к мужчинам голову. Те переглянулись. — Этот ублюдок не стоит и пятидесяти. Да больно приглянулся. — Если Вы выбираете раба для хозяйственной работы, то этот подойдет. Сила у него есть, не сдохнет раньше времени. — Даааа…. Для хозяйственной работы, — глаза Рэдмона сверкнули, когда он вернул внимание рабу. Подумать только. А полгода назад именно он сидел в кресле на палубе своего корабля и пожирал Рэдмона взглядом. Только тогда дичью был сам омега. — Беру, — коротко произнес мужчина, наблюдая за тем, как выражение лица альфы изменилось. Он скривился, но в глазах не сквозило никакого узнавания. — Вымойте его перед отправкой. Иначе я задохнусь. — Куда Вам его доставить? — Я сам доставлю это, — проговорил Рэдмон, когда внезапно альфа звякнул кандалами и резко подался к решетке. — А не боишься, что я тебя по стенке размажу? — с небольшим иностранным акцентом проговорил он. Его лицо врезалось в стальные прутья, когда он широко открытыми глазами цвета светлого янтаря смотрел на Рэдмона. Мужчина только сейчас заметил — на альфе был ошейник. — О… зубы показал? — омега медленно наклонился, не снимая капюшона. Тонкие губы растянулись в хищном оскале. — Это тебе следует меня бояться, малыш… Рэдмон отстранился, и тут же рядом с клеткой возник второй альфа, который с шумом ударил по прутьям палкой. Пират стиснул зубы. Он глянул на своего тюремщика взглядом, полным неприкрытой ярости. — Усыпите его, — проговорил Рэдмон, пока отсчитывал хозяину борделя нужную сумму. — Я хочу, чтобы он заткнулся хотя бы на сутки. Клетку я забираю. И мне нужна лошадь и повозка под него. Второй альфа, было, обернулся, чтобы красочно ответить на подобную наглость, но заметил выражение лица помощника. Тот взглядом умолял молчать, ибо омега отваливал за товар уже сверх нужной суммы. — Все сделаем, господин. Могу пока предложить Вам отдохнуть. — Я выезжаю через час, — отрезал Рэдмон. — И предпочту, чтобы к этому моменту все было готово. — Ты пожалеешь об этом, — сквозь зубы проговорил оборотень-пират. Мужчина обратил на него внимание, ухмыльнулся, после чего вышел из пропахшего всем подряд подвала. Он выехал через час, как и планировал. Альфы справились быстро. Конечно, не каждый богач отваливал им дополнительные локи за то, чтобы они по струнке ходили. Повозка была готова, в нее впряжена свежая лошадь, а на саму повозку установлена клетка и зафиксирована металлическими тросами. Вокруг клетки стояли бочки. Все это накрыто брезентом. Рэдмон подошел к повозке, откинул край брезента. В клетке спал пират. Он был вымыт, все еще влажные волосы спутались и несколькими прядями упали на лицо. На шее был ошейник. — Не снимайте с него ошейник, господин, — альфа передал ему небольшой ключ. — Иначе его сущность проснется, и он сможет принять ее. Обезопасьте себя. — Он мне не страшен. — Вы его знаете? Рэдмон не ответил. Он ушел от повозки на некоторое время, а потом вернулся со своим конем, ведя его под уздцы. Красивый черный жеребец был невероятно привлекательным и благородным. Альфы непонимающе переглянулись, смотря на животное. Рэдмон же фыркнул. Они что, только что подумали, для чего ему вторая лошадь? Валет был выращен не для того, чтобы телеги тягать. Мужчина забрался в седло данной ему лошади с телегой. Не глядя на альф, он ткнул ее пятками. Животное медленно пошло, телега со скрипом сдвинулась с места и покатилась по неширокой дороге. Рэдмон сжимал одной рукой поводья лошади, второй — упряжь Валета. Конь покорно следовал рядом, а когда они выехали за пределы города, Рэдмон пустил лошадь рысью. Валет косился на него черным глазом, прял ушами, но бежал следом. Дорога обратно заняла больше времени, чем в одну сторону, так как Рэдмон не мог направить лошадь под собой галопом. Старая телега скрипела так, что могла попросту развалиться. Благо купленный раб был усыплен и не подавал никаких признаков пробуждения. Когда Рэдмон останавливал телегу в полях, чтобы животные могли пощипать уже пожухлую траву, то проверял пирата. Тот не шевелился. Притворялся? Рэдмон присмотрелся к его лицу. Глаза под веками не двигались. Обычно, если ты бодрствуешь, но притворяешься спящим, твои глаза неосознанно двигаются под закрытыми веками. Этим можно себя выдать. В свое поместье Рэдмон добрался только к следующему утру. Въехав на территорию двора около крыльца, он был встречен конюхом и управляющим. Солнце еще совсем недавно встало, а эти уже на ногах. Рэдмону вообще повезло с погодой. На протяжении всего пути дул лишь промозглый ветер, но дождя не было. Он смог добраться достаточно быстро. Если бы разыгралась непогода, дороги размыло, и он застопорился. Ведь хорошая дорога была проложена только в его владениях. — Господин Андрас, разгрузить телегу? — управляющий поклонился омеге, смотря на него преданно. Рэдмон покачал головой. — Нет. Потом. Оставьте все здесь. Сейчас не это важно. В поместье имеются подвалы? — Конечно… — управляющий слегка опешил от такого вопроса, но быстро направился в поместье, чтобы показать эти самые подвалы. Рэдмон последовал за ним. — Подвалы сохранились со времен, когда это поместье еще не принадлежало Вам и Вашему деду, господин. Это был винный погреб. — Тут была виноградная плантация? — Вместо полей, да, — бета кивнул. Они прошли через фойе и свернули под лестницу. Мужчина потянул за кольцо в полу. Створки поддались, и открылся вход в подвалы. Управляющий зажег там свет. — До тех пор, пока пожар не уничтожил все. Через десятилетие удалось засеять культурными растениями, поместье с молотка ушло Вашему деду. А лорд Астарт уже оформил его на Вас, господин. Рэдмон слушал внимательно. Он не знал этой истории. Они продвигались по освещенным коридорам вперед. Внизу было прохладно и мрачно, двери по бокам коридора закрыты на шпингалеты. Открыв одну из них, Рэдмон заглянул внутрь. Свет упал в небольшое помещение, в котором находились стеллажи. Видимо на них когда-то хранились винные бочки и бутылки. — Вели очистить это помещение от всего и отправь кого-нибудь в город. В эту комнату нужна прочная металлическая дверь с замком. — Господин? — бета вскинул седые брови, смотря на своего хозяина. Что тому пришло в голову? Рэдмон же снял капюшон. Дома в нем не было нужды. — Здесь будет кое-кто жить, — сказав это, Рэдмон отряхнул от пыли и паутины руки, ибо успел измазаться о дверь. Бета проводил его изумленным взглядом, но не посмел перечить господину. Омега же поднялся вверх по лестнице, снял с себя плащ и выдохнул. Он мечтал принять ванну, ведь не мылся еще с того момента, как выехал из поместья. От него пахло потом, конской шкурой и дорогой. Такое себе сочетание. Поднявшись на второй этаж, Рэдмон столкнулся с Мином. Парень был еще сонный и одет в ночную тунику. Видимо, только проснулся, услышав шум с улицы. — Мин? — Рэдмон потрепал его по мягким волосам. — Андрас? — паренек потер заспанные глаза и вылупился на Рэдмона. — Вас так долго не было… — Но теперь я здесь, — Рэдмон ухмыльнулся. — Пойдем, поможешь мне с ванной. Паренек засеменил по коридору босиком. Несмотря на то, что омега дал ему несколько пар разной обуви, привычки еще были живы в бывшем проституте. Ведь в борделе все шлюхи ходили босиком. Обувь стоила дорого. Сонный Мин был милым. Его кожа еще пахла сном и была невероятно горячей, как и губы. Рэдмон выдохнул с облегчением, поняв, что дома. В тех условиях на побережье он жить не хотел и долго бы не смог. Ближе к обеду, когда Рэдмон поел вместе с Мином и углубился в чтение документов, в поместье доставили дверь. Как сказал один из работников поместья, дверь уже была изготовлена ранее, и просто чудо, что оказалась по нужному размеру. Слуги шептались, для кого это «обустраивают» комнату в подвале? — А для кого? — Мин сидел рядом с Рэдмоном в малой гостиной. Хозяин разрешал ему быть с ним в момент работы, но только если омега будет сидеть тихо. Мин так и делал, что-то калякая на чистых листах бумаги. Монис, что недавно ездил в город за покупками вместе с кухонными рабочими, привез омеге карандаши и краски. Мин был так рад подарку, что прослезился. — Увидишь, — отрешенно проговорил Рэдмон, уткнувшись в документы. За время его отсутствия все немного застопорилось, но он знал, что быстро разрулит это дело. И Мин действительно вскоре увидел. Через несколько часов после обеда со двора раздался грохот. Слуги всполошились. Рэдмон отложил бумаги и встал. Сегодня на нем была белая рубашка с голубыми широкими манжетами и такого же цвета жилет из плотной ткани. Вещь была теплой, поэтому Рэдмон вышел на улицу прямо так. Телега, что все еще стояла посреди двора, шатнулась. Одна из установленных на ней бочек уже лежала на земле. Во двор вышли слуги. Из конюшни показался конюх, а садовник выпрямился, оперевшись на садовые грабли. Он убирал пожухлую траву. Вышел управляющий. Рэдмон спустился вниз по лестнице, неспешно подошел к телеге и сорвал с нее брезент. Все тотчас ахнули, увидев того, кто находился в клетке. Пират уже проснулся и теперь держался за прутья клетки, пытаясь их выломать. Увидев Рэдмона, он тут же вжался в решетку и протянул к нему руку, словно желал достать. Рэдмон даже не шелохнулся. Скрюченные длинные пальцы хватали воздух в нескольких сантиметрах от его лица. Мин испуганно вжался в омегу, стоя у него за спиной. — Кто это, Андрас? — полушепотом спросил он, дернув хозяина за рукав. — Не узнаешь меня? — вместо ответа Рэдмон задал вопрос альфе, пристально смотря на него. Тот не сводил с него взгляда. Он осмотрел омегу, перестал тянуть руку и сжал пальцами прутья. Те побелели от напряжения. — Тебя, сучку, я бы запомнил, — зло выплюнул он. На нем все еще были кандалы, а на шее красовался ошейник. Поймав направленный на «украшение» взгляд Рэдмона, альфа тут же схватился за него и попытался содрать со своей шеи. Но у него ничего не получилось. Хозяин борделя заверил, что этот ошейник можно снять только при помощи ключа. Ну, или же если отрубить альфе голову. — А если бы я был с белыми волосами? — Рэдмон хищно ухмыльнулся, после чего приобнял Мина. Тот вздрагивал от любого движения альфы. Видимо, сказывалось прошлое. Шлюх в борделях нередко били буйные клиенты. — Знаешь, Мин, — начал Рэдмон, не сводя с пирата взгляда. — В начале весны, когда я плыл на корабле, на него напали пираты. Корабль сожгли, а выживших отправили на плаху кормить рыб. Рэдмон замолчал. Он выждал паузу, наслаждаясь гробовой тишиной. — Когда я был там, пираты устроили целое зрелище из казни уцелевших пассажиров перехваченного корабля. Я остался жив лишь чудом. Но никогда, — омега подался вперед, приблизившись к клетке. — Никогда не забывал направленный на меня взгляд их капитана. — Так это… он? — догадался Мин, дергая омегу за рукав, чтобы тот отошел от телеги. — Андрас, это он? — Это капитан пиратов, Мин, — ответил парню Рэдмон, видя, как переменилось несколько раз лицо альфы. Тот нахмурился, отвел взгляд, закусил лопнувшую от прошлых ударов губу и вмиг вернул пристальный взгляд на омегу. — Ты… — хрипло произнес он. — Ты тот щуплый доходяга с револьвером. — Он захватил Ваш корабль, господин Андрас? — рядом с Рэдмоном возник садовник. За ним подтянулся конюх. Подошли остальные мужчины из числа бет. Альф в поместье не было. — Сообщить об этом лорду Астарту? — Не нужно, — Рэдмон качнул головой. — Это останется здесь в моем личном пользовании. — Вы… — Боги, нет, — словно прочитав мысли управляющего, омега фыркнул. — Это противно. Вымойте хорошенько и отправьте в его апартаменты. Только смотрите, держите хорошо, — Рэдмон повел носом воздух. — Кажется, наш бравый пират обоссался по дороге. Альфа рванул на себя прутья, о решетку звякнули кандалы. Мин вздрогнул, вцепился в одежду хозяина. Но Рэдмон даже бровью не повел. — Башшку откушу, — с акцентом прошипел мужчина. Рабочие уже вытаскивали со склада шланг, подключая его к колонке. — Да-да, — Рэдмон махнул рукой и развернулся, уходя в поместье. Мин побежал за ним.

***

Клетку перетащили в подвал при помощи вдетых между прутьями стальных стержней. Когда рабочие поставили клетку в помещении, то быстро открыли замок дверцы и ретировались из «камеры». Они поспешили закрыть прочную дверь на несколько замков. По ту сторону послышалось лязганье, рык. Видимо, альфа выбрался из клетки и теперь вымещал злость. Его крики с улицы Рэдмон слышал, роясь в библиотеке в поисках какого-нибудь справочника про омег. Его все еще заботило понятие «течка». Альфу мыли ледяной водой, это мало кому могло понравиться. Но Рэдмону было все равно. Не найдя нужной литературы, он хмыкнул, задумавшись. Если бы его что-то беспокоило в прошлой жизни, что бы он сделал? Правильно, отправился в больницу. И не просто больницу, а частную клинику. Он никому не сказал об этом, даже Мину. Вывел из стойла отдохнувшего Валета и послал его галопом в сторону города. Конь, успевший заскучать по пути в поместье, следуя за повозкой, сейчас активно разминал мышцы. Они добрались до города меньше, чем за час. Там он, натянув капюшон, спросил у прохожих дорогу в местную лечебницу. — Я заболел, и мне нужна помощь, — проговорил Рэдмон, чтобы его поняли местные. Те сразу уловили суть, объяснили путнику, куда двигаться, чтобы прискакать к хорошему лекарю. Значит это так здесь называется. Рэдмон направился по указанному адресу. Боги, почему нельзя было просто как-то назвать улицы? Нет, «у лавки сапожника», «близ городского управления». Будто он имел понятие, где это. Лекарская представляла собой довольно чистое светлое здание с вывеской, на которой значилась эмблема лекаря. Значит должен быть хороший врачеватель. Рэдмон оставил Валета у входа, вошел в здание. Из прошлой жизни он помнил, что в бесплатных клиниках были бесконечные очереди. А как стало хватать денег на частные, очереди испарились. В платных учреждениях их почти не было. Рэдмона встретил миловидный омега, одетый в длинную светлую тунику. Это и есть лекарь? Больно молодой. — Вы по записи? — поинтересовался парень с улыбкой. Рэдмон вскинул бровь. — Что, и тут по записи? Нет, я мимо проходил, но дело срочное. Мне нужен лекарь. — Что же, — омега отступил на шаг назад к столу, начав перелистывать листы в большой книге, что лежала на столешнице. — Через десять минут освободится господин Юри́д. Подождете? — Да, — коротко ответил Рэдмон и присел на находившийся здесь уютный диван. У него сложилось впечатление, что он сидел в частной земной клинике. Записи, администратор на ресепшене у стола, ожидание врача. Ностальгия. Через некоторое время тот же омега пригласил Рэдмона пройти с ним. Он привел его в кабинет, светлый и пахший стерильностью. У стола стоял местный лекарь в такой же светлой тунике. Только помимо нее на нем была еще серая жилетка с эмблемой на груди. Лекарь был омегой хьюманом в годах. В черных волосах, забранных в хвост, были заметны несколько седых прядей. — Господин Юрид, — омега чуть поклонился. — К Вам посетитель. — Проходите, господин, — Юрид глянул на Рэдмона лишь раз, после чего указал на стул у стола. — Как Вас называть? — Рэдмон, — тут же ответил мужчина, усевшись. Он снял с себя плащ, омега администратор унес его с собой, покинув кабинет. Они с лекарем остались наедине. — Итак, господин Рэдмон, — омега сел напротив него. — Что за срочность? — Хочу узнать о течках, — проговорил Рэдмон, чувствуя, как его щеки начали предательски краснеть. Он ощущал себя в кабинете гинеколога с весьма деликатным вопросом. Причем он был мужиком. — А что о течках? — Все, — сказал Рэдмон уже громче. Он чувствовал себя идиотом. — У Вас еще не было течек, господин Рэдмон? Боги, он-то откуда знал о такой херне? Рэдмон покачал головой. — Сколько Вам лет? — Не так много, чтобы быть спецом по течкам, — омега оперся на стол, смотря на мужчину исподлобья. — Вы меня проинформируете наконец? Юрид посмотрел на него долгим взглядом, мимолетно скользнул по дорогой одежде. После чего откинулся на спинку кресла и заговорил: — Течка у омег циклична. Обычно, когда она начинается впервые, этот процесс довольно болезненный. После прихода первой течки проходят три-четыре месяца, прежде чем начинается вторая. И так дальше уже по циклу. Во время течки омега имеет самые высокие шансы зачать. У Вас есть партнер, господин Рэдмон? Альфа или бета. — Нет, — ответил Рэдмон. Щеки были просто пунцовыми. — Это плохо, — проговорил лекарь, задумавшись на мгновение. — Лучше всего течка проходит, если омега проводит ее с партнером. Но если беременность нежелательна, не рекомендуется вязать с альфой узел. В случае с бетами омега не понесет, ибо беты бесплодны. Если нет партнера, омегам назначаются подавители течек, чтобы ее было легче перенести. В таком случае омега почти не распространяет вокруг себя феромоны, которые в течку привлекают партнеров. Хочу заметить, это очень сильный запах, и перед ним практически невозможно устоять. — Выписывай подавители. Да посильнее, — прервал мужчину омега. Он чувствовал себя так, словно шестиклассник побывал на уроке человеческой анатомии у старших классов. От хихиканья малолеток учитель бы непременно заявил, что тем впору строение дождевых червей изучать, а не половую систему. — Сначала мне нужно осмотреть Вас, господин Рэдмон, — мягко произнес лекарь. — Это необходимая процедура. — Слишком необходимая? — Вы стесняетесь? Рэдмон скрипнул зубами. Он уже был однажды у уролога, когда по пьяни снял какого-то уличного парня. Опасаясь за свое здоровье, он поспешил в больницу. А в этом мире, кстати, он вообще ничего не слышал о контрацепции. Поднявшись, Рэдмон начал расстегивать пояс штанов. Лекарь улыбнулся ему, встал и натянул перчатки. — Стандартная процедура. Вам нечего бояться. Если у Вас не было партнера, то и подробно Вас осматривать не имеет смысла. — Давай уже, — огрызнулся Рэдмон, смотря в потолок. Врач сел перед ним на корточки. Омега почувствовал прикосновение к собственному члену. Он не сдержался и посмотрел вниз. Лекарь оттянул крайнюю плоть, обнажив головку. — Хоп, привет, — озвучил Рэдмон увиденное. Он просто не мог не прокомментировать это, подавив в себе смешок. Юрид удивленно посмотрел на него, а потом вернулся к своему лекарскому исследованию чужого агрегата. Закончив с этим, он попросил омегу наклониться вперед. Рэдмон широко открыл глаза, когда почувствовал, что в его девственный зад проник скользкий палец. — Полегче, писькин доктор, — огрызнулся он, интуитивно сжавшись. Ему вообще не нравилось, что полезли в его задницу. Неужели без этого было нельзя. — Ну, господин Рэдмон, спокойно, — лекарь хохотнул. Палец шевельнулся, из-за чего Рэдмон подавился воздухом. — Вы говорите мне быть спокойным с пальцем в жопе? — Рэдмон прикрыл глаза. Действительно, спокойно. Этот тип одного с ним пола и уж точно ничего такого не сделает. Это он тут всех трахает, а не его. Когда осмотр был закончен, Рэдмону выписали нужный препарат. Он расплатился за все у администратора и вышел из лекарской. У него было двоякое чувство, что его зад поимели. Валет поднял голову, оторвавшись от сена, и посмотрел на своего хозяина. — Не ржи, — Рэдмон показал коню средний палец и забрался в седло. Благо, ощущения пальца внутри испарились от скачки на коне, когда тот несся галопом. Но осмотр Рэдмон запомнит на всю жизнь. В поместье омегу ждал весьма интересный сюрприз. Стоило только приблизиться к поместью, Рэдмон заметил экипаж Люгена. Что тому понадобилось? Он ведь был тут несколько дней назад. Или сколько там прошло. Старший омега нашелся в малой гостиной за чашкой чая. Он рассматривал документы Рэдмона. Мужчина мысленно дал себе подзатыльник. Он оставил документы по оружейному бизнесу прямо здесь. — А ты делаешь успехи, сынок, — проговорил Люген, увидев омегу в дверях. — Папа? Я тебя не ждал. Ты бы хоть предупредил, — Рэдмон вошел в помещение, а потом остановился, прислушавшись. Со стороны подвала не доносилось никаких звуков. Если Люген узнает об этом, он четвертует сына за молчание, а того пирата за все остальное. Но Рэдмон хотел делать это сам, медленно и постепенно. — И чтобы после предупреждения ты куда-нибудь ускакал по делам? Знаю я вас, прохвостов. Лишь бы вынырнуть из-под родительской опеки, — Люген поставил чашку на поднос и поднялся. — Так хорошо же наоборот. Самостоятельность… — Маленький еще, — подошедший Люген шлепнул его по многострадальной заднице и тут же обнял. Рэдмон сначала замер, а потом положил руки на талию родителя. Конечно, для родителей их дети всегда остаются маленькими, даже если на голове уже присутствует седина. Вопреки ожиданиям Рэдмона, Люген интересовался его бизнесом, уточнял некоторые пункты и дивился тому, каких высот достиг этот хрупкий омега. Не было затронуто тем о женитьбе и том, что родители буквально сдали омегу с потрохами, разрешив альфе ухаживать за ним. Сегодняшним вечером Рэдмон не хотел ораться с Люгеном. Мин деликатно исчез с поля зрения, но мужчина знал, что тот с Монисом. Слуга занимал его и прятал от Люгена. Кто знает, как старший омега мог отреагировать на бывшего проститута, да еще и то, что сын с ним спал. Вечером перед сном Люген пришел к Рэдмону в спальню. — Не спишь? — он подошел к окну, когда Рэдмон сидел с бумагами и новыми чертежами. Мужчина отвлекся от всего, обратив на родителя внимание. — Я привез тебе маленький подарок, — проговорил Люген и достал из кармана халата на нем небольшой футляр. Он открыл его, и Рэдмон увидел на бархатной подушечке маленький гвоздик. — Это фамильное украшение, Андрас, — пояснил Люген, видя, как сын смотрит на подарок. — В нашем роду родители омеги передают эту серьгу своим первенцам. И так далее. Пришла пора передать это тебе. — Но… — Рэдмон растерялся. Он не ожидал такого подарка. — У меня ведь не проколоты уши. — Я сам это сделаю, — сказав это, Люген выудил из второго кармана еще один футляр. В нем оказалась золотая игла. Она лежала, обернутая легкой тканью. — Позволишь? — Ага, — Рэдмон качнул головой, соглашаясь. Люген заставил его растеряться. Да еще и колоть будет сам… Нет, Рэдмон не боялся боли. Просто было неожиданно. Люген вынул из футляра иглу, убрал волосы сына на левое плечо и погладил пальцами мягкую мочку остроконечного уха. Рэдмон прикрыл глаза. Сегодня Люген был необычайно спокойным. Неужели смирился со всем? — Папа, — нарушил тишину Рэдмон, когда родитель склонился над ним, чтобы проколоть мочку. Острие иглы блеснуло в свете свечи. — Все хорошо? — Конечно, — Люген улыбнулся и поцеловал сына в висок. Теплые губы ощущались приятно и трепетно. Рэдмон впервые испытывал такое и не понимал себя. Острая игла воткнулась в мочку, заставив сжать пальцами подлокотники кресла. Но Рэдмон не дернулся и не издал ни звука. Он ведь взрослый мужик. Хотя все чаще замечал в себе омежье начало. Ох уж это тело. Люген вынул из мочки иглу, достал из второго футляра гвоздик и продел его в маленькую кровоточащую дырочку. Он тихо охнул, достал из кармана платок и промокнул выступившие капли крови. — А обработать не нужно? — Это золото заряжено магически. Никакая зараза не пристанет, — сказав это, Люген оставил еще один поцелуй на макушке сына, пожелал ему спокойной ночи и ушел. Рэдмон сидел в одном положении некоторое время. Он лишь слегка дотронулся до проколотого уха самыми кончиками пальцев. И что это было?

***

Люген уехал на следующий день. Странно, обычно он гостил дольше. Не став углубляться в думы по этому поводу, Рэдмон вновь вернулся к делам. Осень вступила в полные права. Дни становились все холоднее. Садовник, убрав клумбы, накрыл их тонким брезентом, чтобы защитить луковичные растения от холодов. Он уберет брезент ближе к зиме. Под снегом будет тепло. Рэдмон распорядился о том, чтобы пленного пирата в подвале покормили. Он бы и рад был не кормить его, но в планы мужчины не входило, чтобы тот загнулся от голода. Вместе с подносом, на котором была еда, под дверью «камеры» просунули старые штаны и майку. В подвалах действительно становилось холодно. Рэдмон не навещал пленника, почти забыл про него, и так прошло несколько дней. И вот однажды, когда омега был в своей комнате и готовил одежду для поездки в город (необходимо было пополнить запасы табака). Мин крутился вокруг него и советовал, что с чем лучше будет сочетаться. Он уже успел оценить подарок родителя Рэдмона, некоторое время любовался гвоздиком и сказал, что Андрасу очень шло. Тот и сам это понял, посмотрев в зеркало. Неожиданно Мин повел носом и принюхался. Он вдохнул глубоко, после чего взгляд переместился на Рэдмона. — Андрас, Ваш запах усилился вдвое. Мужчина остановился. Он тоже принюхался, но ничего такого не уловил. — Пахнет корицей. Сильно пахнет, — омега быстро подошел к нему. — Это Ваш запах. Андрас… — Мин широко раскрыл глаза, заметив на виске господина капельку пота. — У Вас начинается течка.