Аристократ с сюрпризом

Весна вступила в свои права. Когда прогремели первые весенние грозы, детвора на улицах города высыпала на улицу под проливные дожди. Но после зимних холодов они казались такими теплыми, что взрослым едва удавалось загнать детей по домам. С началом сезона кратковременных дождей в поместье Андраса закипела работа. Садовник убирал старую траву, как только снег растаял. Работники приводили двор в порядок. Мели, перевозили мусор, убирали и чистили. Дороги пережили еще одну зиму и прекрасно сохранились. Смола не пропускала воду под землю, из-за этого дорога не размокала. Лужи на ней не скапливались. Сделано было действительно на совесть. Стоило только снегу сойти, как городской управляющий своим визитом напомнил Андрасу об их договоре. Ведь когда омега исчез, пришлось по старинке прокладывать обычные дороги. А потом вновь их менять. Рэдмону пришлось показаться в городе. Несмотря на его затворничество, Баскард решил составить парню компанию. Он не говорил ничего лишнего, соблюдал дистанцию и лишь сопровождал Рэдмона, пока тот решал дела насчет дорог и подписывал необходимые бумаги. Рабочих к нему пришло много. Когда Рэдмон еще только собирался по делам в город, и Баскард изъявил желание поехать с ним, омега сразу поставил перед фактом, что поедет верхом, а не в экипаже. Баскард только согласно кивнул. Постоянная тряска в карете кого хочешь могла утомить. Когда у Рэдмона появлялось свободное время, он приходил в бальный зал и упражнялся там с луком. Подарок Баскарда все еще вызывал восторг. Порой Рэдмон ловил себя на том, что мог подолгу просто стоять с луком в руках и поглаживать его, осматривать со всех сторон и проверять крепление. Как однажды сказал Рэдмону Рафланд (по секрету, разумеется), лук был выполнен на заказ и в ограниченном выпуске. Подобными луками пользовались альфы, но их средства стрельбы были несколько иными. Несмотря на то, что Рэдмон прекрасно владел огнестрельным оружием, и трудностей с прицелом не возникало, луком было управлять труднее. У него не получалось попасть точно в цель. Стрелы всегда врезались в мишень ниже центра. Омега чертыхался, проверял крепления и прицел. Осматривал тетиву, может быть она была недостаточно натянута? Но нет, все было идеально. Рэдмон не мог понять, почему не получалось. Руки уже привыкли к тяжести и держали лук хорошо. Однажды омегу за тренировкой застал Баскард. Сначала он стоял у входной двери, подперев косяк плечом, но видя потуги омеги попасть точно в цель, все же решил немного помочь. Он оттолкнулся от косяка и неспешным шагом подошел к парню. Рэдмон повернулся к нему, опустив лук. На нем была черная майка, которая уже успела пропитаться потом. Прозрачные капельки поблескивали на висках и худой шее. Волосы были заколоты на затылке, чтобы не мешали. Как только Рэдмон начал заниматься с луком, он потихоньку восстанавливал собственное тело. Ведь если появляется какое-то занятие, невольно отвлекаешься от плохих мыслей. Рэдмон часто выдыхал через нос, сжав губы в тонкую полоску. Он наблюдал за тем, как к нему подошел альфа, а потом стер с носа каплю пота. — Трудности? — спокойно поинтересовался Баскард, бросив мимолетный взгляд в сторону мишени, из которой торчало несколько стрел. — Не сказал бы, — Рэдмон повел плечом, но видя то, что дарк не поверил ему, устало потер переносицу. — Видимо, сил недостаточно. Рука каждый раз опускается при выстреле, и стрела попадает ниже центра. Меня это раздражает. На мгновение омеге показалось, что на губах Баскарда мелькнула легкая улыбка. Мужчина казался суровым, но внезапные смешинки в глазах удивили Рэдмона. — Знаешь, в чем преимущество оружия дарков? — задал он вопрос, смотря на Рэдмона. Тот покачал головой, обратив внимание на лук и погладив верхнее плечо. — Преимущество в том, что им не могут правильно пользоваться те, в чьи руки оно попадает, если не знают некоторых тонкостей. Я сейчас говорю, разумеется, о противнике. — Тонкостях? — Рэдмон вскинул бровь. Как все непросто у этих дарков. — Да, — Баскард кивнул и подошел ближе, вынул из колчана стрелу и посмотрел на нее. — Когда смотришь баланс стрелы, как будет правильно? — Если смотреть на пальце, и баланс правильный, стрела останется строго горизонтально, — проговорил Рэдмон. Кажется, это было всем известно. То же самое с хорошим холодным оружием. Баскард вновь согласно кивнул, а потом установил стрелу горизонтально на своем пальце. Миг, и стрела склонилась к наконечнику. — Даркские стрелы сделаны так, чтобы баланс был нарушен. Для изготовления наконечника используется больше материала, он получается длиннее и дальше входит в тело. Если оружие попадает кому-то в руки, то при его использовании противник не поймет, почему сбит прицел. Дарки это обходят, — сказав, Баскард неожиданно подошел к Рэдмону совсем близко и приподнял лук в его руках. — Сейчас покажу. Рэдмон, удивленный услышанным, не стал препятствовать мужчине, когда он зашел за спину и вложил стрелу в тетиву. Плеча и выбившейся пряди волос коснулось горячее дыхание. Альфа ощущался всем телом. Его тепло, его сила, его аура. Он помог Андрасу поднять лук, прицеливаясь. Сейчас центр мишени находился строго в прицеле. И лишь затем Баскард поднял лук выше буквально на пару сантиметров, отпустив тетиву. Стрела разорвала воздух, просвистела через весь зал и угодила прямиком в центр мишени. Рэдмон выдохнул, оставил лук в руках мужчины и поспешил к мишени. Он некоторое время смотрел на ее древко, потом вынул и осмотрел уже наконечник. Баскард рассказал примерные действия лучников в давние времена. Чтобы стрела долетела до противника и пронзила его даже на дальних расстояниях, лучники стреляют вверх. И оружие находит свою цель. — Хитрая уловка? — Рэдмон вернулся к альфе, покручивая стрелу в руке. Наконечник действительно приводил к дисбалансу. — Ты был в замешательстве, думая, что сбит прицел, — ответил ему мужчина. — Попади оружие к противнику, и он будет целиться тебе в сердце, а попадет под ребра, — сказав это, Баскард протянул лук обратно. Рэдмон некоторое время смотрел на него, а потом слегка усмехнулся и забрал оружие. — Ты чувствуешь лук, — между тем продолжил альфа. — Перед тобой подробное строение. Не хотел бы ты попробовать внедрить в оружейное производство луки? Я думаю, что у тебя возникнут идеи, как усовершенствовать это оружие. Рэдмон не ответил. Но мысль уже пробралась в светлую голову и медленно закопошилась там. А ведь Баскард был прав. Рэдмон имел теперь представление о строении лука, мог внести несколько дополнений. Да и арбалеты никто не отменял. Чтобы не откладывать идею в дальний ящик, Рэдмон решил заняться чертежами уже вечером. Сначала он размашисто сделал набросок того, как бы выглядел его собственный лук, что бы он в него добавил. Но стоило только начать на чистом листе подробно прорисовывать детали, как руки вновь затряслись. Рэдмон стиснул зубы, размял пальцы, хрустнул ими. Но это все равно не помогло. От безысходности омега разметал по всему столу его содержимое, уронив на столешницу голову. Он закрыл ее руками, шумно выдохнул. Собственное бессилие начинало раздражать. Но он все еще не мог справиться с собой. Не мог заглушить воспоминания.

***

В один примечательный солнечный день Мин решил выбраться на улицу. Светило уже начинало хорошо припекать, поэтому омега не стал надевать шапку, лишь накинул на себя плащ. Не так давно он смастерил из плотной бумаги кораблик, провощил его и решил запустить. Ручьев поблизости не было, а далеко от поместья омега гулять не хотел. Да и забор вокруг. Было решено опробовать кораблик в луже, которая осталась после недавнего дождя. Мин подбежал к ней, убрал с лица упавшие на него пряди темных волос. С того момента, как парень оказался в поместье Андраса, он перестал стричь волосы, и теперь те заметно выросли и были омеге почти до пояса. Сейчас он убрал их в высокий хвост, открыв лицо и шею, тем более что было тепло. Мин опустил кораблик на воду, подобрал палку и начал тыкать свое изделие, создавая видимость плавания. Парень уже давно достиг поры совершеннолетия, но вот сейчас он радовался как ребенок. Он был лишен всего этого и не видел в своем восторге ничего странного. Правда пыл немного умерился, когда на крыльце возник Рафланд. Омега тут же перестал скакать вокруг лужи, поднимая брызги. В приличном обществе так себя никто не вел. Вопреки его надеждам молодой дарк подошел именно к омеге, остановившись в нескольких шагах от него. — Доброе утро, господин Мин, — Рафланд почтительно кивнул головой, выказав тем самым уважение омеге. Мин зарделся от подобных слов. — Позвольте… какой же я господин, — промямлил он, неосознанно сжав в руках влажную палку. — Можно и просто Мин. Мне так привычней. — Хорошо, просто Мин, — Рафланд улыбнулся. При свете солнца его глаза блестели так ярко, что невольно приковывали внимание. — Тогда и Вы обращайтесь ко мне Рафланд. — И еще, можно на «ты», — добавил Мин, совсем смутившись. Он совершенно отвык от хорошего к нему обращения. Да, он получал подобное в поместье Андраса, от самого омеги и его слуг. Но от незнакомых посторонних альф это было слышать непривычно. — А Вам не угодишь, как я погляжу, — Рафланд вновь слегка улыбнулся, но видя, что смущает омегу, тут же добавил. — Простите мне мое веселье, Мин. Договорились. Без официоза и на «ты». Мин согласно кивнул. Он был смущен вниманием молодого альфы. Никто вот так не разговаривал с ним из сильного пола. Клиенты вообще не особо любили разговаривать. Они не за это деньги платили. — Помню, как был ребенком, подобная забава мне нравилась, — решил продолжить дарк, кивнув на кораблик, который все еще непринужденно плавал на поверхности лужи, гонимый легким порывом ветра. — Наверное глупое занятие в моем-то возрасте гонять кораблик по воде, — Мин опустил осторожно на землю палку, чтобы не размахивать ею в воздухе просто так. Он бы не удивился, если бы его осмеяли за это. — Ничуть, — Рафланд покачал головой. — Но знаешь, я заметил, что твой кораблик выполнен по другой технике сборки. Сейчас мне необходимо уехать по делам в город. Но завтра я был бы рад, если бы ты меня научил складывать кораблик вот так, — дарк кивнул на бумажное изделие в воде. — Мне бы пригодилось это умение мастерить корабли для младших братьев. — Охотно все покажу, — Мин склонил голову, слегка улыбнувшись. Все-таки как мало нужно было для счастья. Всего лишь хорошее обращение с ним.

***

Через несколько дней приехал Дэнье. Рэдмон не стал пока говорить ему об идеях по поводу создания луков и арбалетов. Чтобы рассказывать об этом, необходимо было показать чертежи. А их у омеги не было. Рэдмон решил повременить. Они с Дэнье обнялись, мужчина спросил о производстве и, услышав уже заранее известный ответ, только кивнул. Он знал, что омеге требовалось время для восстановления. Пообщавшись с отцом, Рэдмон отправился в город в сопровождении своего конюха. Он не мог допустить, чтобы рядом с ним скакал незнакомый альфа. В городе были дела касаемо новых дорог. Ведь строительство плавно продвигалось вперед. Городской управляющий был доволен, тем более если учесть, что Рэдмон спонсировал зарплаты рабочим, а от города требовались только затраты на материал. Когда Рэдмон вернулся домой, уже почти стемнело. Отдав Валета в конюшню, он заметил, что в ангаре стояла карета отца и карета Баскарда. Он был в поместье? Рэдмон вошел в дом, сразу направился в приемную комнату. Но перед самыми дверями остановился. До него долетели обрывки разговора. — … Император подписал им помилование, — послышался голос Дэнье. — Сколько всего? — а вот это был Баскард. Видимо, мужчины беседовали вдвоем, пока хозяина дома не было на месте. — Десять, — было слышно, что Дэнье поставил на столик пустую чашку. Рэдмон на свой страх и риск слегка приоткрыл дверь, чтобы уловить суть разговора. К его счастью дверь не издала ни звука, а мужчины сидели к ней спиной. — Лорд Астарт донес информацию, что торговцы раскололись под гнетом императорских жандармов. Сейчас в столице формируют группу из десяти темных магов, включая того, кто был на их корабле. — И каковы будут результаты? — голос Баскарда выказывал откровенную заинтересованность. — Их темный заверил, что, если объединить силы, можно будет переправить к нужному месту целый флот. Император отдал приказ готовить корабли. — Да, я получил от него письмо, в котором было указано, что мой корабль входит в состав этого флота. — И Вас тоже постигла эта участь, — Дэнье тихо усмехнулся в кулак, приглушив тем самым смешок. — Был оговорен такой промежуток времени, как один месяц на подготовку… — Я хочу поплыть, — в приемную комнату внезапно ворвался Рэдмон, который услышал каждую деталь этого секретного разговора. Видимо, альфы улучили момент, чтобы обсудить государственные дела, пока омега был в городе. — Что?! — Дэнье опешил от внезапного появления сына. Он его даже не почувствовал. Повернулся в кресле и Баскард. Оба уставились на омегу. — Я хочу поплыть на этот остров, — повторил свое желание Рэдмон. Тело слегка потряхивало от услышанного. Он должен был туда попасть. — Это исключено и совершенно неприемлемо, — категорично заключил Дэнье, покачав головой. — Тебя оттуда вернули едва живого. Второй раз ты там точно не окажешься. — Пожалуйста, — перед омегой были двое взрослых мужиков, которые в подобных делах сейчас понимали явно больше него. Но и со своим мнением он всех научит считаться. — Я должен там оказаться. Для меня важно это. Я лично хочу закрыть в это страшное прошлое дверь, отец, — Рэдмон пристально посмотрел на Дэнье, но видя его суровый взгляд, тут же переключился на Баскарда. — Баскард, пожалуйста. Это очень важно для меня. Баскард, до этого всегда серьезный и спокойный, олицетворение полного самоконтроля, сейчас дал слабину. Его лицо вытянулось от удивления. Мужчина вскинул черную бровь, смотря на омегу перед ним. — Баскард, — голос Рэдмона дрогнул. Многие бы посчитали его идиотом — соваться туда, где твоя жизнь однажды едва ли не оборвалась. Но как говорится — если хочешь, чтобы что-то отболело, позволь это себе. — Полагаю, Андрас прав, — выражению лица Баскарда вернулось постоянное спокойствие. Он повернул голову к Дэнье. — Его психологический барьер вновь укрепится со временем. Но быстрее дело пойдет, если Андрас столкнется с тем, что пережил, и перешагнет через свои страхи. Дэнье открыл было рот, чтобы высказать по этому поводу свое мнение. Но Баскард тут же поспешил добавить: — Я буду рядом. И не допущу просчета. — Это очень, очень и очень не понравится Люгену, — устало проговорил мужчина. Он мог только представить себе реакцию омеги на то, чего захотел его любимый сын. А реакция не заставила себя долго ждать. Люген был настолько против, что крепко поссорился с Дэнье, который изъявил желание поддержать позицию Андраса. Далее он явился в поместье сына и продолжил уже там, напоследок схватив молодого омегу и заперев его в собственной комнате. Поместье погрузилось в абсолютную тишину. Люген, словно сторожевой пес, караулил Андраса и даже Мину не разрешал заходить в комнату. Бдительному рассерженному родителю почему-то казалось, что если эти двое окажутся наедине, то обязательно что-то выкинут. Баскард, как сторонник идеи Андраса, получил выговор и суровый взгляд омеги. Монис, который все это созерцал, только диву давался, как этот вспыльчивый омега вмиг построил всех мужиков, заставив их почувствовать себя виноватыми. Однако через полторы недели сердце Люгена начало обливаться кровью. Совесть постоянно шептала, что он слишком жестко обошелся с единственным ребенком. Ведь тот и так прошел через страшные лишения. Люген тихо пробрался в комнату омеги и нашел его на подоконнике. Тот был широким, поэтому позволил Андрасу улечься в окружении подушек. Одну омега сиротливо обнимал. — Милый, ты должен понимать, — Люген опустился рядом с парнем, начав поглаживать его тихо по волосам. Рэдмон лежал с закрытыми глазами. — Я чуть не умер, когда тебя похитили. Мне лишь остается догадываться о том, через что ты прошел. У меня до сих пор волосы дыбом от этого… Ну вот как я могу тебя туда отпустить? В этот ад… — Я должен перешагнуть через это, — послышался тихий голос омеги. — Самостоятельно перешагнуть. Знаешь… недавно я чуть не покончил с собой. Рука на голове Андраса дрогнула. Люген замер, услышав страшное. — Но все обошлось, и я отодвинул подальше эти мысли, — продолжил Рэдмон. Пальцы на подушке побелели, настолько сильно он сжал ее. — Но меня все гнетет. Я не чувствую вкуса жизни. Поэтому хочу побороть в себе все это, оказавшись там. — Но там так опасно… — Вы всей семьей планируете отдать меня Баскарду, но тем не менее ты не отпускаешь меня даже под его наблюдением. А ведь это он меня нашел. — Я дал ему платок с твоей кровью. Рэдмон повернул к омеге голову. Вскинутая в удивлении бровь выражала крайнюю заинтересованность в сказанных папой словах. Но Рэдмон пока решил не говорить на эту тему, лишь продолжил театрально играть на отцовской жалости. Он тяжело вздохнул, отвернулся обратно к окну и сжался. Люген некоторое время еще сидел рядом с ним. А потом поднялся, поцеловал сына в висок и тихо вышел из комнаты, на этот раз не став ее запирать. Омега столкнулся с Баскардом внизу, когда тот собирался отбывать в город. Рафланд всегда был при нем, поэтому и сейчас оказался рядом. — Я надеюсь, Баскард, что Вы отдаете себе отчет в том, какую ответственность Вы на себя возложили? — суровый взгляд Люгена скользнул по мужчине. Хоть он и был омегой, по сути слабым полом, но оказался способен держать в ежовых рукавицах даже альф.

***

Корабль Рэдмона включили в список собираемого флота, но с рядом требований. Омега не должен был отдаляться от Баскарда, не должен был куда-либо ходить без него, ступать на берег и прочие вещи, что так или иначе могли угрожать жизни молодому разумному. Рэдмон и сам понимал, что от него требовали послушания. Случись что, полетят и головы, и процветание кланов и семей. Тем более, Рэдмон не планировал покидать остров. Второй раз он не переживет подобного путешествия, когда за него даже вступиться было некому. Когда Баскард почтил омегу своим визитом, Рэдмон находился в библиотеке. Подаренные родителями книги уже нашли свои места на полках и теперь красовались там, приковывая взгляд. Рэдмон отвлекся на пришедшего Баскарда. Когда общество мужчины становилось почти постоянным, Рэдмон постепенно замечал, что привык к его нахождению в своей компании. Баскард оказался удивительно интересным собеседником. Он много где бывал, многое знал и видел. Он был начитан и образован. Он был интересен. Хотя при первой встрече показался Рэдмону настоящим сухарем. — Скажи мне, Баскард, — омега отложил книгу на колени, и альфа тут же посмотрел на него. Сейчас они просто молча читали. — Ты заинтересован в прибытии на тот остров, потому что я тогда рассказал тебе о Миргле? Баскард смотрел на него долгим взглядом. А затем отложил книгу на столик и сложил пальцы в замок на животе. — Когда после твоего выздоровления я вернулся на Корид, — начал альфа свой рассказ. Привычка смотреть в глаза все еще напрягала Рэдмона. Но от этого мужчина уже не казался суровым. Наоборот, пристальный взгляд показывал его степень заинтересованности в разговоре. — Я искал информацию, касающуюся Миргла и его клана. Как ты знаешь, дарки — закрытое социальное общество. Но, как и везде, в нашем обществе есть разумные богаче и состоятельней, чем остальные. Среди нас нет нищих, однако присутствуют различные слои населения, пусть они не ярко выражены. Самые состоятельные кланы обитают ближе к столице и в ней. Чем ближе к императорскому дворцу, тем состоятельней. И каждый клан на слуху. Мы все знаем друг о друге, это можно выяснить через специальную закрытую базу данных. Это вступительная часть, — Баскард на мгновение отвлекся на окно. Солнце постепенно клонилось к горизонту, на улице работники зажигали фонари. Рэдмон смотрел на мужчину. Он ждал продолжения. — Дарки долгожители. Как эльфы, даже дольше, — продолжил Баскард, вернув внимание Андрасу. — Порой мы сами имеем право выбирать, когда нам уйти окончательно. Родители Миргла выбрали. Сказав это, Баскард поднялся с кресла, отошел к окну, посмотрев вновь на улицу. Рэдмону пока многое из сказанного было непонятно. Но он терпеливо ожидал продолжения. — Клан, членом которого был Миргл, располагался за пределами столицы ближе к побережью, конкретно его семья жила на самом побережье. Тогда наша Империя открыла морской путь для торговли. Это было тридцать лет назад. В хрониках никогда ничего не пишется подробно. И, судя по имеющимся сведениям, тогда еще юного Миргла похитили, когда он был на побережье. — Кто? — Рэдмон вскинул бровь. Вот так просто взяли и похитили? — Работорговцы, — пояснил Баскард, посмотрев на омегу. — В нашей Империи насилие и работорговля карается свежеванием заживо. Поэтому подобного не практикуется. Но выходцы из открытого мира порой несут в душе только одну корысть. Рэдмон сжал подлокотники кресла. Ему ли было не знать об этом? — Выход Миргла на побережье совпал с отплытием корабля. Это были торговцы тканями. Но личину всегда можно скрыть. Очевидно мальчик из любопытства приблизился к кораблю. Когда его хватились, было поздно, — альфа поджал губы. На мгновение Рэдмон заметил, как у того опасно блеснули глаза. — Торговцы обошли нас тем, что на их корабле был темный маг. По этому же принципу корабль, на котором я нашел тебя, мог передвигаться через порталы на большие расстояния. У нас такой техники не было. Поэтому поиски не дали результатов. Десять лет назад семья Миргла решила покинуть свой клан и уйти из этого мира. Миргл был единственным ребенком, больше они зачать не смогли. Сказав это, мужчина замолчал. И Рэдмон понял, что на этом история закончена. Баскард отвлекся, погрузился в свои мысли и задумчиво свел брови к переносице. Омега встал с кресла, подошел к мужчине и остановился напротив него, оперевшись бедром о подоконник. — Если ты вернешь Миргла, примет ли его обратно клан? После всего, к чему его принудили, и что он пережил? — Дарки не имеют привычки бросать своих детей, — Баскард покачал головой. — Дети даркам даются тяжело. — Почему? — Рэдмон вдруг вспомнил, как в его мире малоимущие семьи имели и шесть, и десять детей. — Потому что в большинстве своем дети рождаются мертвыми, — пристальный взгляд алых глаз скользнул по омеге. Рэдмон поежился, но не от взгляда, а от услышанного. Он только мог представить, через что стоило пройти, чтобы на свет появился ребенок. А если он мертворожденный… — Об этом никто не знает. Это тайна нашего закрытого социума, — продолжил Баскард. — Плата за учиненную из жадности войну много тысяч лет назад. — Дарки были инициаторами войны? — Наша раса не пожелала делить плодородные земли с гномами. Оба они замолчали, повернув головы в сторону окна. Альфы обходили территорию перед тем, как окончательно стемнеет. Сегодня погода радовала всех теплыми лучами. Садовник даже расчистил всю вверенную ему территорию, чтобы смогли пробиться молодые побеги многолетних цветов. Но к вечеру начал собираться дождь, и небо уже заволокло тучами. — Я никому не скажу, — тихо проговорил Рэдмон. Он понял, что дарк раскрыл ему сокровенное. И было бы полнейшим свинством всем об этом рассказать. Баскард посмотрел на него. Рэдмон заметил в его взгляде молчаливую благодарность. Сколько же всего еще скрывалось в этом мужчине.