Железная Леди.

      Дома Мари вновь встречает своих жизнерадостных родителей, они, как всегда, трудятся, чтобы обеспечить её всем необходимым для будущего. Собрав всю благодарность в своём сердце, она приподнимает уголки своих губ в изгибе улыбки. Её контроль имитации улыбки достиг в последнее время нового уровня, она всё ближе к совершенству. Но в этот раз, когда её чувства, которые уже давно лежали осадком на самом дне сердца всколыхнулись, она улыбнулась с примесью сожалений.       —Странно... Почему так вышло? Хм... Тебе надо тренироваться усерднее, Маринетт, — серьёзно задумалась она, но не потеряла своей улыбки на лице.       — Мам, пап, может, пообедаем вместе? — само собой вышло из её уст, да так, что она сама ничего не поняла.       После предложения от их дочери выражение их лиц можно было описать двумя словами + союз: изумление и радость. Естественно, ведь их Маринетт, которую они знают, крайне редко проявляет инициативу, и то, только по крайне нужде. Но сегодня, сейчас они получили такое обычное, житейское предложение, которого они уж совсем не ожидали от неё. Сибин и Том даже посчитали, что они сейчас во сне. Обед со своей дочерью, что он мог бы означать? Может, для обычных людей и ничего особенного, но для этой сладкой парочки это значило чрезвычайно много. Они тут же бросили свои прежние дела на кухне и начали суетливо готовить обед, и непросто разогревать вчерашний ужин, а чуть ли не настоящий пир! По крайней мере, можно было так сказать, лишь взглянув на их полный энтузиазма вид и сияющие, как звёзды, глаза, только вот если у её матери их можно было сравнить только с Солнцем, то у отца уже с Бетельгейзе.       — Доченька, ты только подожди всего часик, и всё будет готово! — сказала её мать.       — А-ага... — глядя на них, Маринетт не знала теперь ей деться. С одной стороны она уже пожалела о том, что сказала, ведь ей придётся поднапрячься и поддерживать хорошую атмосферу во время обеда, не раскрыв из себя того, что не следовало бы. Но с другой она уже дала косвенное обещание своим родителям, не нарушать же его? Да и они выглядят такими счастливыми... У Маринетт язык не повернётся разрушить их грёзы. — Тогда я пойду к себе немного отдохнуть.       — Конечно.       Зайдя на лестничную площадку, она проявила выражение отчаяния на воём лице. Но параноя и страх выдать истинную себя заставили её быстро вернуться к своем обычному спокойному и собранному виду, забавно, но эти же стах и параноя и заставили её впасть в отчаяние.       — Слабая, какая же ты слабая. Твои родители работают не покладая рук, чтобы обеспечить тебя всем необходимым и даже больше. Чего только стоит учёба в этой школе. А ты ещё хочешь, чтобы они ещё больше волновались за тебя. Стань сильнее! Только так ты сможешь помочь им. Это же так просто, много лет ты безупречно справлялась с этим, а сейчас, когда...       — "Я буду рядом с тобой.", — пронеслось всё ещё свежее и яркое воспоминание того тепла, того чувства облегчения и счастья, которое подарила ей эта Элис Грейд. Она свалилась на голову Маринетт из ниоткуда со своим видом истинной непоколебимости и неприступности и своей странной силой проникать в чужие разумы и общаться с мёртвыми. Именно она смогла помочь вспомнить, что у неё тоже есть желания, чувства и эмоции, что когда-то это именно она шла вперёд с поднятой головой и не боялась быть собой. Но с неожиданным уходом Али всё изменилось, она изменилась. Она потеряла волю к борьбе, а потом и вообще само понятие о ней. И теперь при мысли о том, что её Аля так долго видела такую жалкую и трусливую её, что Маринетт стало тошно. — Я поняла, я стану сильной вновь, теперь ты можешь быть спокойна, я справлюсь! — твёрдо решила она для себя. Но боль, что она долго копила в себе, наконец, дала о себе знать. Не в силах сдерживаться она быстро спустилась с уже преодолённых нескольких ступенек и прибежала к своим родителям, затем бросившись им в объятия и начиная звучно плакать. Они же, ничего не спрашивая, просто тихо окружили её, нежно поглаживая её по спине и макушке головы.       Наступил разгар нового дня, когда зов знаний и умений призывают бедных учеников всех школ. Редко уж найдёшь тех самых двинутых "кукухой", которые с энтузиазмом, чуть ли не вприпрыжку идут в обитель слепящего света знаний. А вот Мари хоть и идёт с радостью в школу, но к описанным выше не относится, она просто в предвкушении начала новой жизни без лишних оков.