Battlefield

Курт отпустил руку Финна, изо всех сил сдерживая инстинктивное желание расправить крылья. Мелькающее голубое свечение стало меркнуть, и Курт открыл глаза, тут же цепляясь взглядом за фотографию на стене. Они были в Царстве Света. Курт был дома. Несколькими часами ранее им с Блейном без труда удалось отыскать Финна и Рейчел на Земле. У них в запасе было слишком мало времени даже на раздумья. Они обсуждали свои действия на ходу, обсуждали даже самые немыслимые варианты. С одной стороны, жертв? Альфа и омега хотят и должны быть вместе, это важнее всего, вне любых законов и уставов. Для Курта с Блейном единственным шансом было открытое бегство. Отказ от силы, от сущности, от вечной жизни ради друг друга. Все противоречия меркли по сравнению с их связью. Но если Демон был лишен привязанности к своим родным, Курт был наделен силой чувств ярче, чем даже люди. Он любил отца, он ценил близких и друзей, Курт не мог уйти молча, он должен был хотя бы попрощаться. Ангел стоял на месте, продолжая буквально сверлить взглядом фотографию, на который были изображены его мама и отец. Курт потерял маму и теперь должен был потерять и отца. Навсегда. Старейшины спускались на землю только в исключительных случаях. Всем Ангелам было запрещено общаться с теми, кто отрекся. Финн подошел к окну, отодвигая шторы, и открывая вид на райский сад, окруженный изящными деревьями, цветами и разделенный лишь ручьем, бегущий по самому его центру. Конечно, Курт будет скучать по Царству, конечно, он навсегда пронесет в себе ангельское восприятие мира, но он сделал выбор. Он выбрал Блейна. Он выбрал его даже до их встречи. Он будет выбирать его всегда. Курт подошел к фотографии, и провел пальцем по рамке, подцепляя ее и снимая со стены. — Ты же знаешь, что не можешь ничего с собой забирать, — сказал Финн, а Курт вздрогнул, чуть было не расправил крылья. Он и забыл, что здесь не один. Эмоции обострялись, мысли путались, Курт был сбит с толку, но стоял на единственном верном для него пути. — Но попробовать стоит, — отозвался Курт, открывая рамку, и доставая оттуда фотографию. Человеческая память избирательна, при отречении она заменяется на стандартную схему обычного земного существовали. Родился. Учился. Родители погибли. Сирота. А дальше память подстраивается под последний вариант земного существования в университете, работе, друзьях. Курт знал, что он не сможет вспомнить родителей. Но хотел дать себе шанс хотя бы подумать о них, увидев фотографию. — Ты удивишься, если я скажу, что Демон плохо на тебя влияет? — Финн улыбнулся по-доброму, без упрека или осуждения. Ведь это было правдой, Тьма влияла на Курта. Но скоро в его жизни не останется ни Тьмы, ни Света. Пока он не расправил крылья, и сам не перемещался, в Замке не будет известно о его прибытии. Для Курта самым главным было встретиться с отцом. Пусть пока не физически, но уже мысленно, он отказался от Света. — Я приму это за комплимент, — Курт развернулся к Финну, убирая фотографию в карман толстовки, и плотно застегивая молнию на нем. — Спасибо, Финн. Без тебя бы я не смог… Попрощаться с папой. Ты тоже рискуешь, я не знаю, как смогу отблагодарить тебя… — Курт, — Финн покачал головой, вновь возвращая свой взгляд к окну. Даже в Царстве Света листва колебалась от ветра. Свет был неспокоен. — Ты помог мне снова стать счастливым. Это я до сих пор должен продолжать тебя благодарить. Курт нахмурился, не понимая о чем именно идет речь. Сейчас его мысли были все направлены лишь в одном русле, переключиться было сложно. Все крутилось только вокруг Блейна. — Что ты имеешь в виду? — Рейчел, — то, как нежно Финн произнес ее имя, сразу дало Курту ответ на его вопрос. — После смерти Эммы, я был уверен, что никогда не полюблю. Не смогу. Не создан для этого. Курт через ткань толстовки прижал спрятанную в кармане фотографию ближе к себе. Омега Финна погибла двадцать пять лет назад. Эмма погибла на земле, за день до того, как вернуться в Царство. За день до даты на которую они с Финном спланировали их определение. — Но ты не дал мне отступить, ты убедил меня рискнуть, и я счастлив с ней Курт, — Финн подошел к Ангелу, несколько раз хлопнув того по плечу. — За любовь надо бороться, кому, как не Ангелам это известно. Курт хотел бы заметить, что впервые в жизни видел Финна таким рассудительным, а не просто неуклюжим здоровяком с крыльями. За любовь нужно бороться. Любовь и твоя родственная душа стоят любых жертв. — Поэтому спасибо, Курт, я буду скучать по тебе, — на первом этаже хлопнула дверь, и Курт обхватил Финна за плечи, обнимая. — Я не прощаюсь, Финн. — Да, мы еще попьем в кафе кофе с теми вкусными чизкейками, помнишь вы с Рейчел часто их оттуда заказываете, — Курт засмеялся и отстранился, глядя на будто вновь вернувшегося Финна которого он знал. Беззаботен и несерьезен как всегда. — Береги себя, — напоследок добавил Курт, когда Финн уже расправлял крылья, чтобы переместиться. — И ты. Мне нравится Блейн, только никому об этом не говори. Уверен, вы будете счастливы, — уже окутанный голубой дымкой ответил Финн, перед тем, как раствориться, отправляясь в Замок Хранителя. Курт кивнул уже в пустоту, он смог пошевельнуться лишь тогда, когда блестящее облако полностью растворилось. Это не последняя их встреча с Финном. Он верил в это. Финн будет помнить его, возможно, он найдет его на земле, но будет ли существовать Земля? Не уничтожит ли война все живое? А самым разрушающим было осознание того, что Курт никак не сможет помочь тем, кого любит. Он уйдет на нейтральную сторону, тогда как его друзья будут неизбежно гибнуть, борясь за мир. Курт будет человеком наблюдать за порывами ветра, и удивляться резким перепадам в погоде. Если сам будет жить, если их отпустят. Ради Блейна. Ради их любви и связи. Ради шанса быть вместе не предав душу, а выбрав свой путь. Губы Курта дрогнули, слезы были совсем близко. Ему нужны были силы на последний рывок. Сердце словно было сковано тугими железными оковами. Он повернулся, тут же встречаясь взглядом с теплым взглядом родных серых глаз. Курт не обратил внимания на то, что его крылья расправились, когда он кинулся в объятия к отцу, утыкаясь лицом ему в плечо. Золотая нить Старейшины окутала его, пытаясь унять боль терзаний. Верховный Ангел знал цель последнего визита своего сына в Царство Света. Слезы градом струились по щекам, все тело дрожала, а руками Курт изо всех сил сжимал мантию отца, чувствуя, как тот заботливо гладит его по спине. — Скажи, что я буду помнить тебя. Соври, но скажи, — сбивчивым от нахлынувшей истерики голосом сказал Курт, зная, что просит невозможное. — Счастье затмевает боль, Курт, — губы Берта остались крепко сжаты, но на секунду могло показаться, что они дрогнули в попытке растянуться в улыбке. — Ты любишь. Курт поднял заплаканные глаза, даже не стирая влагу с ресниц. Отец благословил его уже второй раз. Но от этого уход Курта не становился легче. Берт всегда будет рядом незримо, всегда будет следить за ним. Но он тоже будет воевать, Курт даже не узнает его судьбу, не сможет помочь и оказаться рядом в необратимую минуту. Курт попросту забудет того, кто дал ему жизнь, кто воспитал его, того, благодаря кому он стоит сейчас здесь. Прощаясь с отцом он отрывал от себя внушительную часть сердца и чувств. Даже сейчас перед уходом Курт не мог осознать, что все повернулось именно так. Он хотел бы верить, что это не конец его прошлой жизни с началом новой, а ее продолжение. Он знал, что прощается навсегда. Его ждала либо смерть, либо чистый жизненный лист с Блейном. Отец отпускал его. Сила Берта помогала ему держаться, не выдавая того, насколько сильный страх и пустота царили внутри. — Я бы хотел вас познакомить, — Курт покачал головой, понимая, как глупо звучит. — Мы с Блейном знакомы, сынок. И даже один раз разговаривали, — Берт передавал свою силу Курту. Он провел рукой по расправленному крылу сына, и тот перевел на него растерянный взгляд. — У нас мало времени. Хранитель знает, что ты здесь. — Будут ли последствия от того, что ты помог мне скрыться? — ужаснулся Курт. Он не справился с эмоциями. У них было не больше десяти минут. Последних десяти минут. — Ты мой сын, Курт. Никто и никогда здесь не обвинит тебя за твою природу. Свет всегда на стороне справедливости. Он на твоей стороне. Берт подошел к деревянному шкафу, открывая створки и доставая с верхней полки резную шкатулку. Курт молча наблюдал за действиями отца, трепетно глядя на явные морщинки на лбу, на родные черты лица, мягкие движения, на проницательный взгляд. Он будет скучать и любить, даже не помня отца. Его сердце сохранит его образ, что бы не произошло с ним по жизни, и какой бы путь не ждал его, как скоро бы ни был его конец. Берт достал из шкатулки небольшой кулон, и сжал его в руке, борясь с воспоминаниями о том, как Элизабет вкладывала в его руку изящное украшение, второй рукой качая кроватку с совсем маленьким Куртом. Тогда она сказала, что пришло время сохранить его, чтобы потом передать, будто она знала исход своей истории. Берт подошел к сыну, раскрывая ладонь и подцепляя цепочку, чтобы надеть ее ему на шею. — Это символ определившихся альфы и омеги, — тихо проговорил Старейшина, будто открывая секрет, будоража в памяти то, что хранил в сердце. — Его носила твоя мама, но сняла, когда ты родился. — Папа… — Курт завороженно смотрел на кулон, он чувствовал, как цепочка прошлась по его волосам и легла на шею. Он провел пальцем по ключице, где она спадала вниз, и достиг им подвески, что переливалась на солнце. — Я счастлив, если ты счастлив, Курт. Блейн сделает тебя счастливым или я найду его, и его отец покажется ему Ангелом. Наверное, это было правильным. Правильно то, что улыбки озарили их лица в считанные секунды до того, как Курт уйдет навсегда. Они оба будут жить, Курт надеялся на это несмотря на войну. Любимые и родные никогда не покидают сердца. — Я люблю тебя, пап. Спасибо. Всегда буду любить. — Я всегда буду рядом, сынок, — Берт позволил себе отпустить хоть часть эмоций, вновь прижимая Курта к себе. Все что он мог сейчас сделать это выселить в него веру, что он все делает правильно. Он мог лишь дать ему свою поддержку. Энергия Света начала окутывать их дом, за Куртом пришли, он не мог больше оставаться. — Вы знаете что делать? — спросил Старейшина, расширяя свое защитное поле, оттягивая момент, продляя последние секунды рядом с сыном. — Нет, у нас есть сутки. Хозяин дал нам двадцать четыре часа на ответ до начала войны, — Курт уже чувствовал, как его зовут Верховные Ангелы, он слышал голос Хранителя. Еще чуть-чуть и его не выпустят из Царства. — Вы должны предстать перед Хранителем и Хозяином. Совет сейчас не соберут, вам придется сделать это перед началом войны на Земле. А теперь иди, Курт, они сжимают мое поле. — Папа… — Я всегда буду рядом, — повторил Берт, сам окружная сына голубой дымкой. — Я буду помнить тебя, — выдохнул Ангел, расправляя крылья и отрываясь от пола. Он будет помнить. Он всегда будет любить. Белая дымка заполнила комнату, перенося Курта в другую реальность. Он до последнего удерживал зрительный контакт с отцом, сжимая кулон в руке. Он навсегда останется его частью, чтобы не сделали с его памятью, чтобы не стало с ним и со всем миром. — Мы встретимся с тобой, сынок, — ответил Берт, зная, что этих слов Курт уже не услышит. И только тогда он смог дать волю слезам, оседая на кресло и снимая защитное поле с их дома. Он знал, что его сын в надежных и любящих руках. *** Блейн не находил себе места. Он действительно был нетерпеливым, ненавидел ждать и неизвестность сводила его с ума. Его омега находился сейчас в Царстве, доступ в который был для Демона закрыт. Это означало, что если так пожелает Хранитель, Курт может не вернуться. Никогда. Блейна могут убить раньше, чем Курт вернется. Блейна могут тоже засунуть в Царство, потому что отмеренные им двадцать четыре часа утекали сквозь пальцы, и Хозяин, будем откровенны, едва ли был самым честным существом во Вселенной. Ко всем прочим бедам, Рейчел строго запретила жечь что-либо в ее квартире, и Блейну приходилось сдерживать себя сразу по всем фронтам. Сама ведьма выглядела удивительно спокойно. Демон чувствовал кипящее в ней волнение, но она не выдавала его так, как это делал Блейн, и это даже немного раздражало. — Черт, ну сколько еще?! — Я не знаю, Блейн. Возьми себя в… В соседней комнате раздался звук, и Демон бросился туда, рассчитывая заключить в свои объятия омегу, но вместо этого ударился грудью в Финна и зашипел от боли, тут же двигаясь назад и потирая обожженный энергией Света участок груди. — Извини, — буркнул он. — Я думал, это Курт. — Я так и понял, чувак. Курт… Курт еще там, но должен скоро вернуться. Все нормально. Ангел улыбнулся, но Блейн поздно понял, что улыбаются не ему. Просто Рейчел, которая оставалась в комнате, наконец вошла, и их взгляды встретились. — Ты вернулся, — тихо прошептала она, показывая, на сколько, на самом деле, ей было не все равно. — Я так боялась, — выдохнула она и прижалась к Ангелу изо всех сил, закрывая глаза. Парень обнял ее руками, ласково прижимая к себе, и Блейн тяжело вздохнул, отправляясь обратно в гостиную. Ему предстояло продолжать нервничать, потому что он не хотел мешать парочке своими расспросами. Какие-то недолгие пять минут, во всяком случае. К счастью, Финн и сам додумался до того, что Блейн тут нервничает всем своим демоническим нутром, и они с Рейчел скоро вернулись, держась за руки. Если у кого-то еще оставались сомнения насчет их отношений, то сейчас они были полностью разрушены. Не будучи определенной парой, они все равно излучали Свет любви, и это было красиво. Даже Демон не мог не признать этого. Финн опустился на диван, Рейчел села рядом и они снова обнялись: — Война будет, — тихо заметил Ангел. — Я знаю, — кивнул Демон. — Но Курт вернется. Он будет с тобой. И у вас все получится. — Спасибо. И за то, что ты меня не ненавидишь особенно. — Эй, ты спас мне жизнь. Я помню. Блейн коротко хмыкнул и откинул голову назад, прикрывая глаза и успокаиваясь. Курт вернется. Еще немного, и он будет рядом. Минуты шли чертовски медленно, Демону приходилось собирать всю свою выдержку, чтобы не скакать по квартире, поджигая все вокруг. — Давай же, детка… — прошептал он себе под нос, игнорируя звуки поцелуев Финна и Рейчел. — Я жду тебя. Очень жду… Блейн нахмурился и поднялся, собираясь приготовить себе чай, чтобы хоть как-то отвлечься, но успел сделать всего шаг, как его в спину толкнул материализовавшийся в центре комнаты Курт. — Курт! — вскрикнул Демон, чувствуя огромное облегчение. — Ты здесь, — добавил он и развернулся, обвивая омегу руками и прижимая к себе, прежде чем тот успел даже пошевелиться или сказать хоть слово. — Я здесь, — проговорил Курт, куда-то в волосы Блейна. Несмотря на все то, что происходило, несмотря на прощание с отцом он почувствовал облегчение в объятиях своего альфы. — Я здесь. Ангел совсем не сразу заметил вставшего с дивана Финна, он вообще ничего вокруг не видел оказавшись рядом с Блейном. У него рядом с ним не могло быть сомнений, что их решение может быть неправильным. Курт любил Блейна всей душой, всей своей ангельской сущностью и сердцем, он принадлежал ему и без него ничего для него не имело смысла. Ангел отстранился лишь для того, чтобы прижаться к губам Блейна, несколько раз касаясь их в коротких поцелуях. Слезы все еще стекали по его щекам, отражая боль, что уже чувствовалась чуть меньше, хоть и не могла уйти до конца. — Сколько меня не было? — спросил Курт, вглядываясь во все еще пронизанные Тьмой, но теплые для него глаза. — Сколько у нас времени? — Пару часов. Вообще-то я знаю точное время до секунд, потому что все время смотрел на часы, но не буду тебе это озвучивать, потому что это как-то не солидно, — хмыкнул Блейн, наконец расслабляясь. На всякий случай он еще раз прижался к губам омеги губами, радуясь тому, что снова может его чувствовать. Он знал, что Курту грустно и больно, но также знал, что не может помочь ему. Он мог дать лишь свою поддержку. — И по времени все не так уж страшно. У нас есть около тринадцати часов на то, чтобы принять решение, искать ли нам потомков моего брата, как и где будет происходить отречение, и еще раз заняться сексом, потому что я соскучился, а твоя течка нифига на самом деле не закончилась… — последнее Блейн почти промурлыкал в ушко Курта, но вздрогнул, когда Рейчел громко фыркнула. — Как в такое время думать о сексе можно?! — Ты бета, тебе не понять, — снисходительно хмыкнул Блейн, даже не оборачиваясь к ведьме. — Это, кстати, да, — заметил Финн, но тут же замахал перед собой руками, поймав на себе осуждающий взгляд Рейчел. — Я имел в виду течку Курта. Нет, то есть про секс в такое время. В общем, я не то имел в виду! — Финн, — Курт улыбнулся, кладя голову на плечо Блейну, когда тот обнял его за талию. — Мы поняли, но почему ты вернулся, ты же вроде отправился в Замок? Там что-то не так? Это из-за того, что ты помог мне? Курт волновался, что из-за него у многих могут быть проблемы. Финн помогал ему тайно пробраться в Царство, отец прикрывал его. Перед войной с Царством Тьмы они прикрывали Ангела определенного с Демоном. Как бы лояльно в отношении чувств не было Царство Света, сейчас во всех мирах были другие приоритеты. — Нет. К войне меня призовут, а последние часы до нее я хочу быть с Рейчел, — Финн сжал руку девушки, притягивая ее к себе. Война не пощадит никого, каждый сейчас старался быть с тем, кто был дорог. — Нам нужно идти, — Курт повернулся к Блейну, склоняясь к его лицу и утыкаясь носом в висок. — Нам столько всего нужно сделать, но я и просто хочу провести спокойно хоть какое-то время с тобой. — Я проверила квартиру Блейна, там чисто. Наверное, вас не будут трогать до истечения срока, — пробурчала Рейчел, все еще дуясь, но быстро расслабилась, когда Финн снова прижал ее к себе. — Спасибо, — ответил Блейн и опустил руку, переплетая их с Куртом пальцы. — С вами мы не прощаемся. Увидимся в академии, — негромко проговорил Блейн, короткой улыбаясь сначала ведьме, а затем Финну. Он понимал, насколько велика вероятность того, что убьют одного из них. Или двоих. Или всех. Но нет ничего более глупого и бессмысленного, чем бояться вероятного будущего. Необходимо было верить и сохранять спокойствие. — Надеюсь, что в твоей памяти будет обо мне хоть что-то хорошее, — фыркнула Рейчел, все-таки искренне улыбаясь Блейну. Курт усмехнулся, молча кивая подруге. Ребята их найдут, они будут жить, они могли только верить в это, а не терзать себя сомнениями. Никто из них не мог повлиять на начало войны, все знали, что отречение единственный выход для Курта с Блейном. Они просто приняли это, не переставая верить, что никто не обречен. Рейчел обхватила Финна руками, провожая удаляющихся парней взглядом. Как только те вышли из квартиры, Курт остановился, слегка дергая Блейна за руку, чтобы тот остановился: — Может быть, переместимся? Теперь уже не важно, они все равно знают где мы, — Ангел пожал плечами, проводя крылом по собственной руке. Пока сила была ей можно было воспользоваться. — Да, давай, — кивнул Блейн. — Только давай по отдельности? То, что мы можем касаться друг друга еще не значит, что наши энергии смогут сработать вместе. Погнали. Блейн сделал шаг в сторону от Курта и сконцентрировался, через секунду открывая глаза уже в своей спальне. Все оставалось так же, как они и оставили. Никто не входил в квартиру, это не было нужно. Опустившись на кровать, он откинулся на спину и прикрыл глаза. Оставят ли им эти оставшиеся часы? Не придет ли Хозяин за ним в считанные минуты? Переместившись следом, Курт сразу же оказался около кровати, глядя на напряженного альфу. Он опустился коленом между его ног и аккуратно навис сверху, ставя руки по обе стороны от его головы. Кожа на внутренней стороне крыльев Блейна была натянута, каждое перо расправленно, что несмотря на позу выдавало то, насколько тот был сосредоточен. Курт наклонился, проводя носом по его щеке и оставляя поцелуй в уголке губ. Даже оставшиеся до войны чуть меньше тринадцати часов стоили вечности, что пока еще была им отведена. — Ты уверен? — шепнул Ангел, зная, что Блейн понимал о чем тот говорил. — Я не могу прожить без тебя и дня, — ласково шепнул Блейн и поднял руки, зарываясь пальцами в волосы Курта. -Даже пару часов без тебя мне кажутся вечностью. Вечностью пустоты и страданий. Так зачем она нужна мне без тебя? — Блейн приподнялся, нежно целуя омегу в губы. — Я знаю, что тебе сложнее. Тебе нужно прощаться с любимыми и важными. Я жертвую лишь вечностью и властью. Но второго я добьюсь и человеком. Демон самодовольно улыбнулся и повалил Курта на бок, крепко прижимая к себе и зарываясь лицом в его шею. — Просто, мы не рассматривали тот вариант… А если нас не отпустят, Блейн? Курт откинул голову назад, чувствуя, как возбуждение вновь захватывает его. Он старался сконцентрироваться, но горячее дыхание альфы на шее, его запах и губы, едва касающиеся кожи, заставляли тело отдаться во власть плотских желаний. Он продвинулся ближе к Блейну, ему становилось жарко, дыхание стало более тяжелым, он почти сутки не был во власти своего альфы. Потребностям было наплевать на войну и угрозу жизни. Курт устроил голову на крыле Демона, потираясь щекой о его перья. Боже, они забыли взять у Рейчел зелье! — Блейн…- протянул Курт, проводя рукой по предплечью Демона. — Милый… — протянул Блейн, легонько проводя губами по шее юноши и оттягивая его кожу. Нужно было собраться и ответить на важный вопрос, но им срывало крышу, как только они оставались наедине. — Произнеся слова отречения, у нас не останется пути обратно. Как и у них… Мы отрекаемся от сущности и перестаем быть тем, кто мы есть. Но там есть момент, насколько я понял из объяснений Рейчел, между отречением и обращением в человека. Он самый важный и в него мы наиболее уязвимы, ведь не принадлежим ни одному Царству. Я не знаю, что будет, если нас… Если нас не станет именно в этот момент. Блейну не хотелось вспоминать о смерти и упоминать ее сейчас. Не хотелось портить и без того паршивое настроение омеги. — Что я могу сделать для тебя? — тихо прошептал Блейн и нежно прикусил ушко Ангела, опуская руку на его ягодицу и обводя ее. — Просто пообещай, что всегда будешь рядом, — попросил Курт, опуская голову, чтобы посмотреть Блейну в глаза. Сколько бы они все не обсуждали, несмотря на предложение Хозяина, тот уже все решил. Хранитель знал исход их истории. Они ничего не могли изменить, какой бы вариант не предприняли. Жить им или умереть решат за них. Даст ли Хозяин так просто отречься своему единственном Наследнику? Курт не мог осознать полное отсутствие родственных связей у Демонов. Ведь брата Блейна отпустили. Это вселяло надежду. Блейн поджал губы, глядя в лицо Ангела. Он бы хотел иметь возможность сдержать слово. Хотел бы иметь полную уверенность. Но он был альфой, и он должен был утешать и успокаивать своего омегу в первую очередь: — Я обещаю. Я никогда не оставлю тебя. До последнего вздоха мы будем делить один воздух, — тихо проговорил Демон, улыбаясь уголками губ. Он верил в то, что говорил. — Я так сильно люблю тебя, — Курт прижался к Блейну. Он был благодарен ему за то, что тот оставался собранным, за то, что поддерживал его и вселял уверенность. Курт по настоящему ощущал себя со своим альфой, как за каменной стеной. За ним он готов был следовать куда угодно, даже не спрашивая зачем, лишь бы быть вместе. Ангел провел носом по шее Блейна, вдыхая его запах и скользя по ней губами. Он остановился у самого его уха, и положив руку на шею, потянул на себя, чтобы коснуться носом волос: — Я до последнего не хотел смиряться с тем, что я омега. Но рядом с тобой… Я не мог даже желать лучшего альфы, чем ты. Таких просто не бывает. — Ну, поскольку брат мой отрекся от Царства, то да, ты очень близок к истине. Не каждому достается в альфы Наследник престола Царства Тьмы, — хмыкнул Блейн, как обычно сводя часть всего в шутку, чтобы скрыть, как легко от таких слов Свет входил в него. — Я всегда думал, что омеги скучные неженки и им можно только вытирать слюни. Был уверен, что буду изменять своей омеге, а с ней спать только ради потомства. Но когда я встретил тебя, черт… — Блейн прижал Курта крепче. — Ну ты сам понимаешь. Разве имея тебя, можно быть еще с кем-то? Попробовав тебя однажды, все остальные становятся пресными. — Серьезно? — возмутился Курт, слегка отстраняясь. Его эмоции сейчас были на пределе, все нервные окончания были будто оголены. Он перевернулся на спину и сел, сопротивляясь рукам Блейна, что ненавязчиво, но с силой попытались удержать его на месте. Курт говорил о чувствах, а получил ответ о Наследнике престола и омегах, с которыми тот планировал спать. Его что можно только вкусить? С ним можно думать только о сексе? Ангел закусил губу, борясь с обидой, на которую он не имел никакого права. Конечно, он все понимал. Он был определен с Демоном, который лишь учился чувствовать. Даже без чувств с его стороны, Курт все равно любил и будет любить, он все равно отдаст все за жизнь вместе с ним. — Извини, просто… Все хорошо. Я просто очень переживаю, — себе под нос пробормотал Ангел, обнимая себя крыльями. — Я знаю, чего ты ждешь, Курт, — спокойно и немного печально заметил Блейн, не двигаясь с места. — И я хочу сказать тебе о любви. Но только тогда, когда я почувствую ее. Это чувство значит для тебя очень много. И я знаю, что оно живет в тебе по отношению ко мне. Но во мне слишком много Тьмы, я не имею права на любовь. Ей не хватит места. Перевернувшись на живот, он подполз к омеге и положил голову на его бедра, ласково поглаживая колени парня: — Но, заметь, когда я стану человеком, я смогу чувствовать. И первое, что ты услышишь от меня — будет признание. Каждый день. Обещаю, Курт, я компенсирую все это время. — Я не жду, Блейн, — честно ответил Курт, опуская руку на волосы Блейна и перебирая их между пальцами. — Просто… Я и так все чувствую и знаю, но Рейчел права, нельзя сводить все к сексу. Ангел усмехнулся и подался вперед, заглядывая в лицо Демона: — Знаешь ли, я вообще не думал, что буду хотеть секса двадцать четыре в сутки. Боже, да я и сейчас его хочу, перед отречением, перед войной… Но, да, Свет меркнет без чувств. А скоро его вообще не станет, все это заставляет меня ощущать все острее… — Что значит «не станет»? — воскликнул Блейн, поднимаясь и садясь рядом с Куртом. — Что ты? В людях есть и Свет и Тьма. Тем они и уникальны. Потому они и живут так недолго. Но потому-то и настолько ярко. То, что делаем с тобой мы, смешивая эти энергии — тоже самое, что и становление человеком. Они и грешны и святы, и только от тебя будет зависеть, в какую сторону ты решишь направить себя. Блейн нежно коснулся губами волос омеги и добавил: — Ты прав, нужно успокоиться насчет секса. До следующей твоей течки, во всяком случае, — не удержавшись, Блейн ухмыльнулся. — Ты опять это делаешь, — Курт закатил глаза, и сильнее оттянул волосы Блейна, засмеявшись когда тот ойкнул. — Снова все сводишь к сексу. Ладно, я совру, если скажу, что мне это не нравится. Ангел взглянул на часы, отмечая, что у них в запасе осталось меньше двенадцати часов. И пусть то, что они могут узнать никак не повлияет на исход, больше информации им точно не помешает. — Ты разговаривал с Ником пока меня не было? — спросил Курт, откидываясь спиной обратно на кровать. — Нет… — лениво протянул Блейн, укладываясь тесно к Курту и прижимаясь головой к его плечу. Опасность и внутреннее волнение трансформировались в лень и нежелание двигаться вовсе. — Рейчел и так меня заняла. Но твоя идея мне нравится, у Ника можно что-то выведать. Как считаешь, мне просто позвонить ему, или сказать Джеффу, чтобы притащил сюда этого своего ведьмака? — Давай лучше позвоним, — предложил Курт. Он хотел провести время наедине с Блейном, даже если они просто молча будут лежать на кровати. Он хотел касаться его и целовать, представляя, что впереди у них будет все хорошо. Как ни крути, а Джефф был Демоном, а лишнее напряжение им было сейчас ни к чему. — Он расскажет и так, если что-то знает. Нам нужно продумать отступление, если что-то пойдет не так, куда мы переместимся и в одно ли место… Я надеюсь, что это не пригодится, но там времени на разговоры у нас не будет. — Ты прав… Блейн кивнул и, приподняв бедра, достал мобильный из кармана. Найдя номер Ника, он сразу поставил вызов на громкую связь на тот случай, если Курт захочет присоединиться. Через несколько гудков, Ник ответил. Его голос звучал удивленно. — Наследник? — Собственной персоной, — хмыкнул Блейн. — Джефф с тобой? — Ник промычал что-то неточное, и Блейн закатил глаза. — Теперь понимаю, о чем говорил Хозяин. Когда Демоны перед войной прощаются со своими партнерами, то им лучше перекрасить крылья в белый, и сразу под шумок идти на противоположную сторону. — Нет, мы не… Это по делу… — неуверенно протянул Ник, а затем вздохнул. — Он должен приехать к тебе? — Нет, развлекайтесь. Мне нужен твой совет. Поскольку об этом и так знают все, скрывать смысла не вижу. Что ты знаешь о ритуале отречения? Долгие секунды Ник молчал, а затем уточнил: — Ты серьезно собираешься обсудить это по телефону? — Ну, а что? Американские спец.службы нам не страшны, а братья Винчестеры живут только в сериале и твоих эротических мечтах. В худшем случае это примут за разговор сумасшедших. Блейн потянулся вперед, мягко целуя Ангела в губы, и провел рукой по его волосам. — Дашь мне десять минут? Я перезвоню. Мне нужно достать свои тетради, — наконец, смирился Ник. — Прилежный ученик. Даже в ведьминском деле. Жду звонок. Отключив вызов, Блейн поднял глаза на Курта. — Как думаешь, он перезвонит? — А у него есть выбор? — Курт мягко улыбнулся, — Сейчас ты еще Наследник, Джефф не будет тебе перечить, а Ник вместе с ним. С подчинением у вас все строго. Мы можем переместиться к ним на полчаса, но если честно, я не хочу сейчас никого видеть кроме тебя. Конечно, личные разговоры, всегда были эффективнее телефонных. Возможно, это правда было бы более действенно. Они могли бы порассуждать вместе. Ведьмы и ведьмаки обладали очень обширными знаниями, и знали множество лазеек в законах Царств. Рейчел по наследству ее семьи специализировалась в основном на зельях. А раз у Ника даже были записи об отречении, значит его знания могли им пригодиться. В некоторых ситуациях важен эффект неожиданности. Они будут отрекаться не только перед Хозяином и Хранителем, но и перед представителями обоих Царств. Курт не хотел просить друзей, чтобы в случае чего они их прикрыли, отвлекая внимание на себя, если им придется сбегать. Он не хотел рисковать ими. Но, возможно, Ник знал варианты, как им защитить себя в момент наибольшей уязвимости, не прося применять силу и создавать вокруг них защитное поле тех, кто был на их стороне. — Блейн… — размышления подтолкнули Курта на еще одну мысль. Даже если она была абсурдной, возможно, это было выходом. — Зелья ведь влияют и на людей. А что если нам выпить защитное зелье перед отречением? Демон нахмурился, размышляя: -Но мы и людьми в тот момент не будем. Это ведь процесс перерождения… Черт, я плохо в этом разбираюсь. И, в любом случае, не существует зелья, защищающего от ударов Хранителя и Хозяина. А если не они, то никто другой не рискнет… Блейн покачал головой, понимая, что они идут на риск, и понимая, как много на деле зависит от решения владык насчет них. Курт пожал плечами, переворачиваясь на бок и подкладывая руку под голову. Он продвинулся к Блейну, склоняясь практически к самому его лицу и проводя пальцем по складке, что образовалась между бровями: — Пошли прогуляемся? Ты можешь почувствовать родных твоего брата. Нас никто не тронет на улице. Раз мы не знаем, что будет дальше, давай эти двенадцать часов проведем в свое удовольствие. Ты обещал мне прогулку за руку, — Ангел улыбнулся, мягко глядя на альфу. — Прогуляемся, — кивнул Блейн, улыбаясь, и в этот момент зазвонил телефон. Снова включив динамик, Блейн мысленно скрестил пальцы. — Ну что, ведьмак? — Времени было не особенно много, да и записи меня не порадовали, если честно. Очень мало информации. Понимаешь, Ангелы сходят с небес чаще Демонов. Что логично. Потому что пасть всегда проще, чем подняться. У вас ведь нет никаких чувств. Блейн фыркнул: — Говори по делу. — Ладно. Я отправлю вам в смс текст отречения. Для обоих. К счастью, он у меня есть. Выучите его. Для отречения вам нужно присутствие обоих владык. Вы должны будете находиться ровно посередине между ними, в месте слияния энергий. Это будет неприятно, так как несмотря на то, что вы можете касаться друг друга, это все равно разные Царства. Сомнения будут сильными, так как своя энергия будет тянуть в свою сторону. Нужно оставаться цельными. Держитесь за руки, касайтесь друг друга и лучше держите зрительный контакт друг с другом, чем с теми, с кем будете говорить. — Хорошо… что-то еще? — По большому счету, если отречение произойдет, то вы исчезнете на некоторое время, а затем появитесь в другом месте уже людьми. Скорее всего, в одном. Там, где проходили последние месяцы, например. Самое сложное в этом деле именно настрой, потому что отступают зачастую уже занеся ногу через порог. Блейн молча повернулся к Курту, а затем спросил: — У тебя есть еще вопросы к нему? Тот кивнул, принимая телефон из рук Блейна. Ник говорил именно об отречении Ангела и Демона вместе, значило ли это, что были уже такие случаи? — Ник, Ангел и Демон уже отрекались вместе? — Ну, — протянул ведьмак, замолчав на несколько секунд, — было дело, три раза. Один раз обоих убили, о втором история умалчивает. Но раз данных нет, то скорей всего они уже стали людьми. В первом случае, омега был уже в положении, и правители побоялись, что ребенок родится наделенный Тьмой или Светом. А этого допустить никто не мог. Курт перевел взгляд на Блейна, поджимая губы: — А третий случай? — уточнил Ангел, не разрывая зрительного контакта с Демоном. Оказывается, они учли далеко не все. — Один стал человеком, а второй отказался от отречения, тяга сущности оказалась сильнее, я говорил об этом. — Спасибо, Ник. Тот успел лишь промычать, что-то в ответ, как Блейн уже отключил вызов. Курт растерянно смотрел на свои руки, лежавшие на коленях. Конечно, он был уверен с своем решении и в Блейне, но слова Ника немного его напугали. Сущность не всегда поддается контролю, тем более, настолько сильная Тьма, как была внутри Наследника Трона. Тем более, Курт легко мог забеременеть. Ангел вздохнул, не глядя находя руку Блейна, и сжимая ее. Им нельзя было терять веру. Единственное на что-то могли рассчитывать это их чувства, что должны были оказаться сильнее всего. — Я откажусь первым, — тихо сказал Блейн спустя несколько долгих минут молчания. И это был не героизм. Он был Демоном, его чувства и так с трудом пробирались через толщу темного льда. Переубедить его будет легче, чем Курта. Его тяга к власти куда сильнее. Он должен быть уверен, что не откажется в последний момент, лишив своего омегу вечности и силы Света. — Я начну отречение, а ты за мной. Или параллельно или по очереди, но я должен стать человеком первым. А ты последуешь за мной. Я в тебе уверен, — негромко добавил Демон, перекатываясь на бок и утыкаясь куда-то в спину Ангела. — Мы сделаем это вместе, я начну говорить следом за тобой. Как сказал Ник, глядя друг другу в глаза, — Курт развернулся к Блейну, ласково гладя его по голове. Сомнения Ангела были общими, когда он думал, конкретно о Блейна, он был уверен. Он пошел бы на это даже первым, на несколько дней или недель раньше, как угодно. Он знал, что тот не оставит его. Выбор был жизненным, но дался им без труда. — Пойдем, — Курт поднялся, беря Блейна за руку, потянув за собой. — Мы знаем все, что нам нужно. Я хочу просто побыть с тобой. — Они могут сказать делать это по очереди. Мы ведь отрекаемся перед разными царствами, — осторожно заметил Блейн, но вздохнул и поднялся следом. Он не хотел портить настроение раньше времени. Все будет хорошо. — Я тоже хочу этого. И пускай у нас не будет вечности, у нас будут еще долгие годы полноценного, яркого счастья. Обхватив талию омеги руками, он притянул его к себе для медленного и нежного поцелуя-обещания. Они обязательно должны были справиться.